Темный произвол

       Айдахо - край скалистых гор, край рек и озер. Этот край дивен и богат своею красотой, завораживая всех без исключения путников. Здесь, на практически не тронутой человеческими лапами природе, царит покой и умиротворение. Здесь можно парить в облаках, словно птица и вместе с оными, можно с головой погрузиться в гольф, а можно, лишь ступив на эту красочную землю, начать жизнь с чистого листа.        Так и поступил Хамфри, серый волк, некогда живший в парке Джаспер, что расположен в Канаде. Но злая судьба сыграла с ним злую шутку, заставив несчастную душу несчастного омеги терзаться от боли, а затем покинуть родные земли. И лишь одной луне известно, какие испытания уготованы волчьей душе, и какие новые знакомства у него впереди.        Душа волка разрывалась в болезненных порывах боли и сомнения. Правильно ли он поступил, перечеркнув все связи с прошлым, словно умерев для стаи? Ответ на этот вопрос можно было получить, лишь пройдя до конца тот путь, который избрал Хамфри. Может быть, когда-нибудь судьба вновь заведет его в Джаспер.        Говорят, время лечит и, может быть, вылечит и волчью душу, а пока серый волк мчится по Айдахо, спрятавшись в одном из вагонов Канадского Экспресса. Хамфри, убаюканный размеренным стуком колес и покачиванием вагона, уснул, проспав всю ночь. Проснулся он незадолго до полудня, как раз, когда поезд неспешно рассекал пестрый лес на самом севере штата, а впереди замаячила вывеска: "Добро пожаловать в национальный заповедник Каниксу!* До города Хоуп 30 миль", и в этот момент Хамфри понял, что пора начинать строить свою новую жизнь. Конечно же, волк не мог прочитать то, что было написано на вывеске, но смышленый омега прекрасно понимал, что вскоре может достигнуть людских поселений, а потому, выбрав наиболее удачный момент для совершения маневра, он стремительно выпрыгнул из вагона, кубарем прокатившись несколько метров, а затем распластавшись на земле. Недовольно поморщившись от боли, Хамфри неспешно поднялся, потирая ушибленные места, а затем обернулся вслед удаляющемуся поезду.        Вот она, новая жизнь! Точка невозврата пройдена, и настала пора покончить со своим прошлым. Но так легко ли забыть все то, что было раньше, а главное, кем ты был? Весь тот безмятежный настрой омеги куда-то пропал, а в голове у Хамфри стали спешно прокручиваться картины прошлого: его друзья-омеги, путешествие и она, Кейт, рыжая волчица, которую он полюбил всем сердцем, но им не суждено было быть вместе. Но пора забыть её и двигаться дальше навстречу новому и неизведанному…        Хамфри помотал головой, отгоняя непрошеные мысли, и огляделся вокруг. Его отправной точкой в новую жизнь являлся пестрый лес. Состоял он, в основном, из зеленых елей и сосен, но среди них было много широколиственных деревьев, разукрашенных красками осени. Серый волк двинулся в сторону поднимающегося солнца, любуясь краем, в котором он оказался по воле злого рока.        Он блуждал по лесу четверть дня, осматривая край, который должен стать ему домом. Хамфри постоянно терзали сомнения насчет его выбора. Он не раз возвращался к месту, где сошел с поезда, открыв новую, белую страницу жизни, садился возле железнодорожных путей и несколько минут чего-то ждал. В это время в его голове всплывали образы друзей, стаи и Кейт, которая прочно засела в его голове с детства. Его вновь одолевали сомнения. А что, если Кейт не пережила его ухода, и ее бездыханное тело лежит где-то в лесу? Что если она все-таки отказалась выходить замуж за Гарта?        Так и терзал себя омега, вновь приходя к железной дороге и вновь уходя оттуда. Но нужно было двигаться дальше, и Хамфри твердо решил следовать в сторону, откуда восходит солнце, пока не найдет что-нибудь интересное. И вскоре он набрел на кого-то копошащегося в кустарнике крыжовника, и этот кто-то был явно несколько больше Хамфри.        – Кто ты, и что ты делаешь на моей земле? – недружелюбно донеслось из кустарника, а затем показался массивный белый волк, ростом он был на голову выше омеги.       – Привет! – Хамфри старался выглядеть как можно дружелюбнее, ибо понимал, что он не соперник этому сородичу. – Я Хамфри, и я просто… путешествую.       – Хм… Тогда тебе лучше повернуть на север, – белый волк задумался, воззрившись карими глазами на чужака.        – Но можно я…        – Пройти-то ты можешь, - словно угадав вопрос, волк перебил Хамфри, – но здесь уже опасно находиться, впереди людские поселения. Разве ты не чувствуешь запаха?        Белый демонстративно поводил носом по воздуху, задрав голову. В воздухе действительно витали разного рода ароматы, но с некоторыми из них Хамфри почти не был знаком.        – Откуда ты такой тут появился? – голос волка зазвучал менее строго, и он с интересом воззрился на Хамфри.        – Я родился и вырос в парке Джаспер, что расположен в Канаде, но я был вынужден стать волком-одиночкой.        Белый волк обошел Хамфри несколько раз, заставив того насторожиться. Еще в поезде Хамфри поклялся себе не доверять никому, ведь даже самая добрая морда может быть всего лишь маской. Чего стоит вспомнить того медвежонка, с которым Хамфри недавно играл в снежки, а потом они вместе с Кейт убегали от тройки здоровенных медведей. Кейт… это имя постоянно эхом отражается в голове серого волка, но пришло время выбросить её из воспоминаний. Но так ли это легко?        – Что-то ты не тянешь на волка-одиночку, способного выживать одному, - белый волк вывел Хамфри из мимолетных раздумий.        – Ну… В своей стае я был не в самом высоком статусе, – серый слегка понурил голову, уставившись в землю.        – Оно и видно. Что ж, ступай на север, там безопаснее.        Белый волк развернулся и ушел в сторону людских поселений. Хамфри смотрел ему вслед, недоумевая, почему белый двигается, как он сказал, в опасную сторону. Но как бы то ни было, нужно двигаться дальше. Хамфри очень не хотелось идти на север, ведь волк мог его обмануть, но что-то невиданное затолкало его в ту сторону.

***

       Хамфри весь день скитался по краю гор и рек, время от времени возвращаясь к месту, где он впервые кого-то встретил на новой земле. Он пытался вновь найти того белого волка, но ни следа, ни запаха его в этом месте уже не было. Решив оставить эти глупые попытки, Хамфри отправился на север по совету незнакомца. Серый волк весь день пытался поймать что-либо съестное, но куда уж там ему, омеге, необученному охоте, что-то словить. Но фортуна улыбнулась ему, и к вечеру он все же смог поймать небольшого зайчика себе на ужин.        Когда он расправился с ним, солнце уже клонилось к горизонту, и пора было подумать о ночлеге. Но что может быть лучше, чем заночевать прямо посреди поляны, под звездами? Хамфри уже было разлегся на спине, откинув голову в ожидании чудесных мерцаний, но, к сожалению, небесным телам не суждено было появиться на ночном небосводе над Айдахо. Чуть обернувшись на восток, Хамфри заметил на небе черную, сверкающую молниеносными разрядами массу, которая стремительно надвигалась на него.        Перспектива промокнуть под дождем не обрадовала серого волка, а потому он принялся в спешке искать себе ночлег. Хамфри находился на небольшой поляне у подножия небольшой горы, с другой стороны располагался пестрый лес. Он оглянулся и, приметив местечко, пошел в гору. Конечно, гора не самый лучший вариант для того, чтобы переждать ненастье, но серый волк увидел еле заметную снизу расщелину, куда и устремился.        Поднявшись на несколько десятков метров, он, наконец, достиг своего ночлега. Можно было только подивиться тому, что находясь не очень высоко, эта расщелина казалась такой маленькой снизу. Здесь, вблизи, она была намного больше, казалось, что сквозь нее может пройти одновременно полтора медведя. Черная туча уже была близко, неумолимо обволакивая во мрак все на своем пути, а потому серый волк поспешил внутрь.        Внутри пещеры было просторно и сухо, к удивлению Хамфри, ведь солнце здесь явно нечастый гость. С потолков ничего не свисало, угрожая убить неосторожного волка, и сама пещера казалась необитаемой, что было очень странно, ведь это просто идеальный дом, а его никто не облюбовал.        Хамфри улегся посреди просторной пещеры и стал созерцать то, что творилось снаружи. А снаружи все покрывалось сплошным мраком нависшей тучи, из которой все быстрей и быстрей посыпались мелкие капли, превратившись в ливень сплошной стеной. Взгляд лазурных глаз волка завис на стене дождя, мысли постепенно смешались, превратившись в непонятную кашу, веки потяжелели, и он уснул сладким, волчьим сном.        Но не успел волк проспать и часу, как был разбужен грохотом. Пол пещеры безудержно содрогался, а в глубине пещеры послышался оглушительный рев, и показались чьи-то красноватые глаза. Вся пещера была залита мраком, и нельзя было разглядеть, кто захотел расправиться с волком, но сонный Хамфри быстро смекнул, что нужно убегать, если он не хочет стать чьей-то полуночной закуской.        – Нет, я не твоя закуска! – крикнул серый волк, тяжело дыша от накатившего страха.        Он вскочил и бросился к выходу из пещеры и, выскочив из нее, чуть было не свалился с уступа, затормозив и развернув тело на самом краю. Сменив траекторию, он вновь бросился бежать, но чудовище последовало за ним. Оно подобралось настолько близко к волку, что теперь его можно было разглядеть сквозь ливень: коричневый, здоровенный медведь гнался за ним.        Казалось, Хамфри бежал целую вечность. Пробегая по поляне, волк пытался изворачиваться, как только мог, но все равно получил пару увесистых ударов большой, когтистой лапой, которая оставила на его правом плече рваную рану. И волку очень повезло, что эта рана была столь небольшой относительно медвежьей лапы. Забежав в лес, он проворно петлял меж деревьев, несмотря на ливень, хлещущий его по морде и ноющую рану на плече. Все краски словно смешались в одно темное месиво, разбавленное водой, серый волк не разбирал, куда бежит, он просто бежал в надежде оставить огромного преследователя позади…        Остановился он только тогда, когда позади уже не было слышно громкого топота и грозного рычания, а впереди показались небольшие огоньки. Оправившись от шока погони, волк выглядел не лучшим образом: рана, хоть была и мала, дала о себе знать, отозвавшись жгучей болью, шерсть его была перепачкана, а глаза заливала дождевая вода, стекающая с головы. Отряхнувшись и приблизившись к огонькам, Хамфри заметил, что это был небольшой деревянный домик, стоящий в глуби леса. Из трубы на крыше валил дымок, несмотря на еще теплую осеннюю погоду, а на окне мерцала одинокая свеча. Он с ужасом вспомнил слова белого волка о том, что где-то должны быть людские поселения и поспешил скрыться во мраке за стеной дождя.        Хамфри нужно было срочно искать нору, пока он не встретился еще с кем-нибудь. Отойдя на большое расстояние от домика, он принялся блуждать по ночному лесу, заливаемому беспощадным ливнем, в поисках нового ночлега. О той закрытой практически со всех сторон пещерке, он, весь промокший и продрогший, теперь мог лишь мечтать.        Но фортуна вновь сопутствовала ему, и вскоре волк нашел небольшую норку в корнях деревьев. Во мраке леса она была еле заметна, а ливень заливал глаза, и вряд ли Хамфри ее увидел бы, если бы не благосклонная фортуна, пожалевшая продрогшего серого омегу.        Хамфри забился в эту нору, словно мокрый, напуганный ребенок, еле помещающийся в оную, и свернулся калачиком, прикрыв морду хвостом. Чистый лист новой жизни был омрачен черными кляксами, но, как говорят, первый блин всегда комом... Он в последний раз взглянул на лес, озаряемый короткими небесными вспышками, и, лишь прикрыв лазурные глаза, волк сразу же провалился в глубокий сон без картинок и звуков.        Одной лишь луне известно, сколько Хамфри проспал, но лишь разлепив глаза, он тут же пожалел об этом, сомкнув их обратно. Над Айдахо разлился яркий солнечный свет, проникая в каждый темный уголок леса, и нора серого волка не стала исключением. Все же, найдя в себе силы, Хамфри раскрыл глаза, недовольно морщась из-за солнца и мысленно проклиная эту нору за то, что она находилась со стороны оного. Он выполз из своего временного убежища и довольно потянулся, и, казалось бы, что его настрой был вновь на высоте, но, почувствовав жгучую боль в правом плече, он припал на правую лапу, болезненно скривив морду и вспоминая вчерашние бега.        Зализав те места на плече, до которых достал, волк стал осматриваться и принюхиваться, а перед ним вновь стала задача понять, где он находится. Уловив в воздухе тончайший запах гари, он с ужасом понял, что уже в который раз он вновь вернулся туда, где сошел с паровоза. Судьба словно давала ему новый шанс вернуться к прежней жизни, с которой он решил покончить раз и навсегда. Но выбор был сделан, осталось лишь пройти до конца по избранному пути, и лишь одной луне известно, как скор он будет, и каковы преграды на нем будут.