Моё небо всегда со мной

Наконец долгожданная свобода. Она всегда знала, что если чего-то сильно захотеть, то это должно случиться, и ведь все именно так и происходило в её жизни. Виктория проезжала мимо встречных пробок и светофоров, она прекрасна помнила, что осталось ещё одно «земное» дело, прежде чем ей придётся зайти на борт самолёта. Ей осталось зайти в офис к «планированию», ведь именно там составляются расписания на рейсы, а также, именно там просят право на отпуск. Девушка твёрдо решила, что сегодня должен быть её последний рейс перед отпуском. Всё вокруг менялось, менялись страны и аэропорты, но дошло до того, что Вика перестала замечать это. Она забывала в каком городе была вчера и куда лететь завтра, все превратилось в однообразную рутину, как бы странно это не звучало. Именно поэтому ей нужно отдохнуть и собраться с мыслями. Наконец, когда до рейса оставалось чуть больше трёх часов, она прибыла в Шереметьево. Времени как раз хватит, чтобы окончательно решить все проблемы и полететь, как говорится, с чистой совестью. Она проходила на равне с обычными пассажирами все процедуры досмотра, ведь исключений из этого правила нет ни у кого. Лишь только в самом конце им придётся разойтись. Пассажиры пойду в залы ожидания, а она в служебное помещение. И все-таки, несмотря на то, что она бывает здесь почти каждый день, ей никогда не надоест именно эта атмосфера. Кто-то ждёт своих друзей, а кто-то с трепетом ждёт свой первый полет. А для неё уже, казалось бы, каждое облачко знакомо, хотя в априори такое не возможно, но ведь для кого-то из людей все может стать в новинку. Во всех словах, связанных с авиацией есть какая-то романтика, они необычно красиво звучат. Во всяком случае, так казалось самой Савельевой. Поднимаясь на этаж, где находился нужный офис её остановил какой-то прохожий, по всей видимости, кто-то из пассажиров. — Девушка, а мы случайно не с вами летим? Рейс Москва-Париж, — с долей страха спрашивает незнакомец. — Я боюсь, вы заблудились, зал ожидания в другой стороне. А в Париж я сегодня не лечу. Она видела, как с лица моментально сошел страх. Вика привыкла к такому отношению. По началу было сложно, в её памяти надолго сохранится случай, когда она по ошибке представилась по громкой связи, и тогда несколько пассажиров решили сдать билеты. Никто не научится воспринимать женщин всерьёз. Если для многих они не умеют водить машины, то что говорить о самолётах. Конечно, по началу ей было довольно обидно, ведь никто и никогда даже не подумает о том, что девушка у штурвала, они аплодируют, потому что она самостоятельно может посадить многотонную машину и сделать это крайне профессионально, но стоит только упомянуть об этом, как у людей начнётся паника. И даже если бы она летела этим рейсом, то вряд ли бы призналась, чтобы не создавать панику. Когда девушка подошла к нужному офису, она тихонько постучалась. Все служебные помещения были отдаленны от стоек регистраций и залов ожиданий, поэтому в этой части аэропорта было как-то особенно тихо. Она вошла во внутрь, когда услышала привычное «войдите». — Чем мы можем помочь? — монотонным голосом спросила девушка, сидящая напротив. — И вам добрый день. Скажите пожалуйста, а я могу написать заявление на отпуск? — Савельева, — учитывая, как мало девушек работало в их авиакомпании, все сотрудники знали их по именам, — а это точно вы? Или у вас есть сестра-близняшка? Мы думали вы и забыли, что по законодательству вам положен отпуск. — Ну раз я здесь, значит не забыла. Вот только очень бы хотелось как можно скорее — Вам, как особо ценному сотруднику, я думаю, мы можем сделать исключение. Ну вы хотя бы сегодня полетите? — Сегодня обязательно. И кстати, прилетаю завтра днём, так что надеюсь, это мой последний рейс перед отпуском. — Виктория, сколько раз вас можно учить: не последний, а крайний. Пишите заявление. — Да ладно, рассказывайте потом дома, что учили капитана воздушного судна. Это же прикольно. — Прикольная, пиши говорю. А то опоздаешь. Девушка написала все как и сказано, по шаблону. Ей пообещали, что с завтрашнего дня она может быть свободна, главное людей из Каира привезти обратно. Все рейсы, которые были закреплены за ней отправятся в руки пилотам из резерва. Всего пару недель отдыха, и она вернётся в боевой строй. Дальше все было так обыденно. Первый кабинет - кабинет мед.работника. Ведь перед каждым рейсом нужно получать допуски от врача, что ты годен к полету. Ей измерили давление и температуру, все было почти в норме, жалоб как таковых Виктория не имела. Она взглянула на свои наручные часы, и поняла, что ещё пару минут и опоздает на брифинг. Конечно, начальство не опаздывает, оно задерживается, но все же авиация это не то место, где можно применять данные слова. Она зашла в главный офис, где за каждым столиком сидели бортпроводники различных рейсов. Кто-то полетит «эстафетой», кто-то «развороткой», кто-то будет выполнять внутренние рейсы, а кто-то внешние, но в небе это не играет не какого значения. Все должны работать одинаково слажено и чётко, только так можно обеспечить приятный полет пассажирам. Вика присела за стол, где была команда, которая сегодня поднимется с ней в небо. Она прекрасно знала, что предварительно стюардессы познакомились между собой, ведь как гласят правила, на каждом рейсе должна быть разная команда, и как следствие они друг друга чаще всего узнают за полтора-два часа до рейса. — Приветствую дамы. К сожалению, сегодня практически женский коллектив. Меня зовут Виктория Владимировна, и сегодня я капитан самолёта. Мы выполняем рядовой рейс по, так скажем, обыденному маршруту, сложностей на всём пути как таковых не предвидится. Лишь небольшая турбулентность, но на каком участке, я скажу уже в небе, возможно получится облететь. По прогнозу сильных порывов ветра не ожидается, а также и в Москве, и в Каире солнечно, облачность двадцать процентов, температура воздуха в Москве на данный момент плюс двадцать пять градусов, в Каире на десять градусов больше, вероятность осадков как у нас, так и в Египте равна приблизительно нулю. Если у вас нет вопросов, то предлагаю пройти на борт. И кстати, для своих я просто Вика, мне ещё не сорок лет, чтобы называть по отчеству, но при посторонних все же прошу соблюдать правила. И последнее, так повелось, что люди ужасно боятся летать с девушками -пилотами, тем более с КВС, поэтому обычно всю информацию говорит второй пилот, и во избежания излишней напряженности, настоятельно рекомендую не распространять этот факт. Все эти слова она говорила сотни раз. Лишь меняя названия городов куда и откуда прилетала. Все до боли знакомо, все до боли заучено. — Вика, — девушку окликнула её знакомая, с которой они разговаривали в отеле, — у меня есть одно свободное место среди бортпроводников, давай из резерва кого-нибудь возьмём? Я имею ввиду, из мужчин? — Маша, делай как считаешь нужным, только пожалуйста не забудь в документы вписать, знаешь какие потом штрафы будут? — Слава Богу, ненавижу рейсы с одними женщинами.

***

«Начинается посадка на рейс SU3455 Москва-Каир, пассажиров просьба пройти к шестому выходу». Пока люди в панике пытаются занять очередь, боясь, что улетят без них, они даже и не понимают, что самолёт все ещё находится на проверке, и ещё как минимум минут тридцать не взлетит. Рабочие внизу проверяют двигатели в том числе и на микротрещины, буквально минут десять назад с самолёта сошла кинологическая служба. Весь лётный штаб обожал этих собачек, которые каждый день так профессионально делали свою работу. В кабине пилота постоянно звучат сигналы, которые кажутся не понятны обычным людям, а кого-то они могут испугать, хотя это всего-лишь проверяется работоспособность светового табло, закрылок и прочих механизмов. И вот в таком тихом пространстве начинается настоящая суета, люди спешат занять свои места, будто как в автобусе боятся остаться стоячими. Кто-то кладёт вещи на полки для ручной клади, кто-то под сиденья, все это разрешено правилами. Ещё десять минут, и стюардессы готовятся к взлету. Раздаётся ожидаемые и привычные фразы «Добрый вечер дамы и господа, мы приветствуем вас на борту авиакомпании «Аэрофлот - Российские авиалинии. Мы готовы к взлету, напоминаем, что по правилам безопасности ваша ручная кладь должна быть размещена в специальных отсеках или под сидениями. Просьба убедится, что спинки ваших сидений находятся в вертикальном положении, столики откинуты, а шторки иллюминаторов открыты. Напоминаем, что курение запрещено на протяжение всего полёта, самолет оснащён датчиками дыма, так же просьба отключить все мобильные и радио устройства. Мы гарантируем вам безопасный полет, однако по правилам международной безопасности просьба ознакомится с инструктажем полёта и аварийно-спасательного оборудования. В случае аварийной посадке наш самолёт оснащён восемью аварийными выходами. Выходы расположены: в передней, средней и хвостовой частях самолёта. Аварийные выходы оснащены трапами. Световая Дорожка укажет вам наиболее подходящий выход…». Все это заученно миллион раз. И вот когда инструктаж был проведён как положено на русском и английском языках, самолёт начали отбуксировать на взлетно-посадочную. На часах уже десять, солнце давно скрылось за горизонтом. Сегодня Виктория летит вместе с Антоном Потаповым, вторым пилотом, в гражданской авиации около трёх лет. И как обычно, она просила приветствовать пассажиров его, чтобы никто не услышал женский голос. «Дамы и Господа вас приветствует пилот рейса Москва-Каир Потапов Антон. Время в пути будет составлять четыре с половиной часа. Температура в аэропорту Каира плюс тридцать пять градусов. Желаем вам приятного полёта.» Наконец самолёт выехал на взлётную полосу. Всего несколько секунд и они смогут оторваться от земли. Кого-то это пугает, кого-то восхищает, а кто-то просто делает свою работу. Вика же буквально грезила о том, чтобы скорее её последний рейс закончился. Она так и не смогла запомнить, что в авиации не должно быть последних, там бывают только крайние…