Дочь Врага

      Проснувшись от грохота, Элисон не сразу поняла, где она. На секунду даже мелькнула предательская мысль, что она дома, и что на кухне по-хозяйски готовит завтрак отец. Вспомнив Амикуса, Элисон дернулась и взвыла от резкой боли в плече, едва не свалившись с кресла.       — Мерлинова борода, где я? — с трудом открыв глаза, девушка огляделась. Увидев такой знакомый интерьер дома Снейпа, она сделала попытку встать, но едва оторвав голову от подушки, передумала. Ее сознание отказывалось работать в нормальном режиме, а тело решило последовать его примеру. Проклиная собственную беспомощность, Элисон все-таки смогла сесть. Теперь пришла очередь проклятий в сторону Снейпа, которого просто не было, но чей грохот был очень хорошо слышен.       В этот момент в комнату вошел и сам профессор, неся в руках многочисленные банки, которые вызывали недоверие. И недоверие это возрастало с осознанием того, что все эти банки он несет ей.        — Пейте, — бросил Снейп, поставив банку с синеватой жидкостью на стол рядом с креслом. Отпив из нее, Элисон не смогла остаться равнодушной. Борясь с желанием вытереть свой язык об одеяло, она закашлялась и поставила банку на край стола. На самый дальний от нее край.       — Что это за…?       — С каких это пор вы не выполняете распоряжения декана, — усмехнулся Северус, садясь в кресло напротив, и пододвигая стакан к девушке, — это кровоостанавливающее. Гадость еще та, но мне не нужен труп в квартире.       — Очень мило с вашей стороны, профессор. Но я раньше скончаюсь, если выпью это.       — Ничего, потерпите. Надо же мне держать марку самого ужасного преподавателя, — усмехнулся Снейп.       Сморщив нос и нахмурив брови, девушка допила зелье.       — А теперь второе.       — ЧТО?! Снейп усмехнулся и всучил Элисон вторую банку, которая пахла еще хуже, чем первая. Жидкость была мутного зеленого цвета и напоминала скорее отраву, чем целебное лекарство.       Взглянув на декана, девушка закрыла глаза и залпом выпила содержимое стакана, который тут же выпал из ее руки на пол и разбился. Не замечая погрома, она начала вытирать слезы, выступившие на ее глазах и искать, чем можно заесть отвратительный вкус во рту.       — Это что месть какая-то? Вы хоть намекните, за что, — прохрипела Элисон, стараясь не обращать внимания на остатки зелья на ее языке.       — Нечего было колотить по спине того, кто вас тащил, — усмехнулся зельевар, — а вообще, если серьезно, то эти зелья всегда такого вкуса. Можно, конечно, сделать получше, но времени не было. Сейчас есть вещи поважнее.       — И какие же?       — Ваша история жизни…правдивая и полная, — ответил Снейп, — и не надо так смотреть. Мне же надо знать, какого Мерлина на вас охотятся Пожиратели Смерти.       Элисон почти удалось сыграть изумление и недоумение, ее выдало лишь рваное дыхание, которое не ускользнуло от опытного Снейпа, который и сам провел полжизни, притворяясь. Но следует отдать должное девушке, она была чуть ли не единственной, кто сумел выдержать внимательный взгляд черных глаз. Более того, она боролась почти на равных, ее голубые глаза также изучали зельевара, ища зацепку. Но проиграла она лишь в том, что в отличие от своего декана, у нее были слабые стороны, которые были известны ему…       Амикус. Родной отец, который казался самым чужим человеком на это планете. Который искупил свою вину перед Темным Лордом с ее помощью, но без ее согласия. И Снейп, увидев метку на ее руке, многое понял.       — Я не понимаю, о чем вы, — быстро взяв сердцебиение под контроль, Элисон продемонстрировала железную выдержку опытного шпиона. Голос ни разу не соскочил с правильных интонаций.       — Бросьте. Я прекрасно знаю, что отдыхающий в баре Нотт в жизни не погнался бы за девчонкой. Значит вы не просто девчонка.       — А может я ему денег должна? Знаете, я сбегала в суете, и забыла про долг.       — Может быть, конечно, все. Но я совершенно не верю в это. Давайте начистоту.       — Ладно… Надо с мыслями собраться, — девушка перевела взгляд на осколки стекла на полу и ее взгляд опустел. Воспоминания начали мелькать у нее перед глазами, которые становились все темнее и темнее, — я давно чувствовала, что что-то планируется. Примерно за три месяца. Слишком много я насмотрелась на бывших Пожирателей в нашем доме, чтоб не заметить панику Каркарова. Да и сама атмосфера была, мягко говоря, пугающей.       Она замолчала, будто подбирала слова. Пыталась найти воспоминания, которые не причиняли бы боли или страха, не хотелось вот так все сразу выдавать Снейпу.       — А вы были слишком спокойны. Это меня напрягло еще больше, честно говоря. За шесть лет обучения я успела неплохо узнать ваши привычки, но тут… Каркаров откровенно не давал вам проходу, а вы были спокойны. А потом за месяц до финального состязания пришло письмо…от отца. Обычная почтовая сова принесла письмо в Большой Зал во время завтрака. Словно, так и надо, будто мы всю жизнь обменивались письмами. Да и само письмо было, откровенно говоря, странным.       — И в чем же странность, если не считать самого факта наличия письма? Внимательно посмотрев на декана, Элисон достала из кармана смятую бумажку, которую отдала Снейпу. Письмо находилось в состоянии, близком к уничтожению: мокрое, зачитанное, местами рваное.       Начало положено. Держись подальше от Дамболдора. Потом сообщу место встречи. Амикус       Текст этого крохотного письма, написанного на фамильной бумаге, Элисон знала наизусть. Много времени она провела, перечитывая его раз за разом, пытаясь понять скрытый в нем смысл.       — Я ничего не ответила отцу, честно говоря, испугалась. Мы не общались пять лет и тут такой сюрприз. И я начала паниковать, все вокруг казалось мне частью заговора, мне казалось, что все посвящены в тайну, и только я ничего не знаю. На финальном состязании меня трясло, как в лихорадке, и я совершенно не понимала, почему. Даже была мысль подойти либо к Вам, либо к Грюму, но что-то меня остановило. Мне кажется, что любой, кто подошел бы ко мне в тот момент изменил бы мое решение. Но всем было не до меня. А когда появился Гарри с мертвым Седригом тем более…       Элисон прервала свой монолог, смотря в камин. Даже слепой мог увидеть, что она в панике и совершенно не контролирует свои эмоции. Казалось, что ее руки жили собственной жизнью, царапая кожу на ладонях, и вскоре на запястье выступила кровь, на которую девушка не обращала никакого внимания. Зато Снейп обратил и решил, что стоит прервать этот акт самобичевания.       — Честно говоря, я до этого момента совершенно не понимал вашего поведения в тот месяц. Было видно, что вы старательно избегаете всех без разбора учителей, включая Дамболдора, была даже мысль, что вы планируете сорвать финал или что-то такое. Но в тот момент, действительно было не до вас.       Снейп внимательно посмотрел на свою ученицу, пытаясь увидеть реакцию, но увидел совершенно другую картину…