Дочь Врага

      — Да, твою ж мать, — одновременно прорычали мужчины, находясь на разных концах Лондона и поспешили: Северус через дверь, Сириус через окно. Зельевар и анимаг в обличье собаки были на месте с неведомой скоростью, где их уже ждала Элисон.       — Что опять случилось, Мерлин побери? — вздохнул Снейп, быстро осматривая девушку на предмет кровавых ран, новых меток, укусов оборотней и далее по списку. От его взгляда не укрылись красные пятна на шее, которые с каждой секундой наливались синевой, обожженные руки и глаза, все еще замутненные поволокой.       — Я нашла нашего с тобой тайного поклонника и, кажется, успела его убить.       — Чего?!       Дальнейший разговор не состоялся, поскольку все как сумасшедшие неслись вверх по лестнице, поднимая за собой облака пыли. В комнате Северус сразу же проверил парня на предмет смерти, отрицательно махнул головой, продолжая осматривал его обнаженную кожу: такие же засосы на шее и ниже, как и у блондинки, странные ожоги с двух сторон около лопаток, потеря сознания.       — Жить будет, причем вообще без проблем и повреждений. Не хочу показаться снобом, Элисон, но ты всех парней, которые к тебе пристают, сначала шарахаешь магией, а потом обвиняешь в шпионаже?       — Чего, блин?! — Элисон чуть не подавилась от такого заявления, пытаясь при помощи жестов объяснить, что произошло. Успеха ее пантомима не имела, поэтому пришлось подключать речевой аппарат, с которым дело пошло гораздо лучше. Тонко обходя все слишком острые моменты, она рассказывала все, что произошло за этот вечер, делая акцент на своих подозрениях.       — Звучит настолько логично, что страшно, — пробормотал Сириус, — потому что совершенно непонятно, зачем ему вообще все это. Он же не первый год в аврорате, Тонкс его очень рекомендовала, да и вы его никогда не видели у Лорда, метки у него тоже нет.       — Вот сейчас у него и спросим, зачем он следил за мной, писал эти странные записки и так далее, — заявил зельевар, доставая из внутреннего кармана пузырек с прозрачной светящейся жидкость, — сажайте его на стул и привязывайте руки. Элисон и Сириус молча начали исполнять странное распоряжение, пока Снейп что-то с чем-то смешивал в кружке. Оба чувствовали себя очень некомфортно, хоть Северус за секунду выяснил, что это был дурман, но ощущение какой-то неловкости не проходило. Особенно налаживанию отношений мешали пятна на шее, на которые то дело отвлекался Блэк.       — У тебя всегда с собой в кармане зелье правды? — усмехнулся Сириус, улавливая тонкий кислый аромат, закончив со связыванием рук Джима.       — На всякий случай храню.       Снейп взмахнул палочкой, и юноша начал приходить в сознание, но пока не до конца. Именно в эти секунды мужчина ловким и отточенным движением влил в него зелье, подождал, пока тот его проглотит, а потом начал бить по щекам, приводя в сознание окончательно.       Элисон никогда в жизни не присутствовала на допросе, тем более настолько жестком. Сириус и Северус по очереди угрожали и ругались с Джереми, который отвечал так же лихо, но не по теме, успевая уточнить, что он всех их сдаст в Министерство, что он предан Ордену, а Снейп и Элисон — предатели, что Дамблдор их всех убьёт и так далее. Наконец, зелье окончательно подействовало, и парень просто не был в состоянии молчать, особенно когда его спрашивали, информация лилась из него непрерывным потоком.       — Вообще я поддерживаю Великого Темного Лорда, все, что он делает — это во благо нашего общества. Магия не должна принадлежать тем, кто ее не заслуживает, выродкам маглов и их потомкам, особенно тем, кто решил жениться на магле. Тех сразу надо вырезать, не думая и не жалея. Как только я узнал, что Лорд вернулся, я сразу же выразил ему свою признательность и умолял найти для меня работу, я мечтал служить ему, и он нашел. Я рассказал ему, что мне удалось вступить в Орден Феникса, и Великий Лорд велел следить мне за Кэрроу, потому что она вызывала опасение, вдруг она все-таки на стороне Ордена. Я выяснил, что она живет у Снейпа, поэтому повесил там следящее заклинание, решил, что если принесу доказательства, а не просто слова, что Кэрроу — предатель, то мне сразу поставят метку, и я стану одним из Пожирателей Смерти.       А потом она съехала оттуда в гостиницу, я сразу рассказал об этом Великому Лорду, тот велел продолжать наблюдение. Я был уверен, что она играет, более того, я был уверен, что и Снейп с ней в сговоре, и на самом деле выступают на стороне выродков. Но у меня не было доказательств, без которых Великий Лорд мне не поверил бы, поэтому я решил во чтобы то ни стало вывести девчонку из себя, чтобы она начала нервничать и прокололась. Я повесил эту записку прям перед торжественным приемом у Ноттов, чтобы на нем Кэрроу не могла сосредоточиться и провалилась, но в тот раз не получилось. Великий Лорд узнал, что я делаю, похвалил меня и сказал продолжать. А вчера она сказал, что ему очень нужна моя помощь. Я должен был подтолкнуть Грюма поставить ее дежурить завтра ночью в Министерстве, а сегодня ночью соблазнить и сфотографировать ее руку с меткой. Что надо будет напоить ее любовным зельем. Сказал, что готовится серьезная операция, и что от меня зависит ее исход, и если все получится, то я стану его ближайшим соратником. Вот я и…       Договорить ему не дал размашистый удар в челюсть от Блэка, который с ледяным спокойствием уже вытирал руку о брюки.       — Давайте его прям сейчас и убьем?       — Сириус, что ты делаешь? Надо же выяснить, кто его сообщник хотя бы, — прошипел Снейп, снова приводя в сознание брюнета, лицо которого стремительно опухало. Еле шевеля кровавыми губами, тот поведал, что нанял какого-то бродягу с Косого переулка, рассказал, что у Снейпа есть залежи золота, тот помог ему вскрыть замок, а затем Джим убил его в каком-то переулке.       — Потрясающий аврор, просто фантастика, самый преданный член Ордена Феникса, — что теперь делать то будем, — вопрошала Элисон, брезгливо трогая собственную шею, — можно я вылечу все это?       — НЕТ, — заявил Снейп, — это и будет нашим планом.       Выражение лиц Сириуса и Элисон не оставляли надежд, что они понимают хоть что-то, поэтому им явно требовалось пояснение.       — Мы стираем память этому юному фанатику до момента самообороны нашей мисс огненные руки, лечим все раны и кладем здесь спать. Утром он просыпается, Элисон разыгрывает сцену влюбленности, потому что дурман, по его задумке и логике, должен еще действовать несколько дней, а потом сваливает. А потом уже по ходу дела будем разбираться, что там на дежурстве будет, но мы будем готовиться ко всему. С кем ты там в паре?       — С Тонкс, — пробурчала Элисон, уже представив свою очередную театральную премьеру, теперь уже в амплуа Джульетты, — с каждым днем моя жизнь становится все роскошнее.       — Фото делать не будем, а то и правда, можно в Азкабан загреметь, — продолжил зельевар, не обращая внимание на недовольство своей ученицы, — хватит нам одного сидевшего там в команде.       — Да уж, — Сириус засмеялся рваным лаем, — мы и так тут все в откровенном провале, если Элисон еще и сядет, вообще будет катастрофа.       — Так, давайте не будем про катастрофу, — выступила блондинка, вливая в себя очередную дозу успокоительного, — давайте лучше быстро решим, что и кто делает, потому что я страшно хочу спать, честно говоря. А тебя, насколько я осведомлена, Северус, ждут у Лорда через пару часов.       С той секунды началась, уже неизвестно какая по счету, операция команды «А». Северус аккуратно вмешивался в сознание Джима, стирая лишние воспоминания, оставляя только поцелуи на столе, Сириус лечил обожжённые руки Элисон и убирал погром в номере. Позже подлатали и Джима, создали максимально убедительную обстановку, дали ему сонное зелье и оставили спать до утра.       — Так, Элисон, теперь самое главное, — Снейп снова смешивал какие-то жидкости, доставая их из необъятных карманов своей черной мантии. Наконец, добившись нужного результата, он вручил блондинке скляночку с голубоватой жидкостью, — это противоядие. Не конкретно от этого яда, для него нужны специфические ингредиенты, а так вообще от всего в таком роде, должно немного отпустить. Утром ничего из его рук не ешь, не пьешь, играешь влюбленность.       Инструктаж продолжался еще пару минут, цитаты из которого Элисон нравились все меньше: «Постарайся не целоваться, потому что может повториться опять все, что было сегодня, но отказываться тоже нельзя, а то он тебя раскусит», «Не заматывай при нем метку, последователи Лорда так не делают», «Постарайся как он проснется сразу начать ему рассказывать, какая была потрясающая ночь, у него нет вообще воспоминаний, и твои слова он примет за свою собственную память» и так далее.       — Знать бы еще, что там они запланировали следующей ночью во время дежурства, — протянул Снейп, — может сейчас смогу у Лорда что-то понять. Все, я пошел, Элисон, будь очень внимательна и осторожна, я прошу тебя, а то последнее время количество приключений просто зашкаливает даже для военного времени.       Резко надевает мантию, запахивает воротник, собирает свои зелья и, незаметно шепнув Блэку «пригляди за ней», уходит.       В комнате наступает тишина. Сириус не знает, как ему помочь, чтобы не мешать, но уйти и бросить блондинку здесь одну он физически не может. Элисон же стояла, глядя на закрывшуюся за зельеваром дверь, не шевелясь, лишь немного кивая головой своим собственным мыслям.       — Я устала впадать в истерики, — ровным голосом сообщила девушка, даже не поворачиваясь к Блэку.       — Что?       — Ну, по всей логике я снова должна паниковать, рыдать, истерически смеяться и так далее, пытаясь понять, что вокруг меня происходит, и вопрошая, почему во всем этом ужасе оказалась именно я.       — Удивительно знакомое чувство.       Блондинка приподняла брови в ответ на фразу Сириуса, а тот лишь ухмыльнулся, кидая девушке подушку, которую она сразу обхватила и села на диван, стоявший в углу ее номера. Сириус уже не спрашивал разрешения ни у нее, ни у себя, когда немного нагло подвинул ее и сел рядом, вжимая Элисон в мягкую обивку, вынуждая ее положить кудрявую макушку ему на плечо.       — Я давно перестал паниковать. Иногда делаю это наигранно ради приличия, но внутри уже давным-давно спокоен. После тюрьмы вообще тяжело было вновь найти эмоции, там же их постоянно высасывали. Я прошел через столько, очень много раз смирился с тем, что умру, потерял лучшего друга… Я уже заранее уверен, что все будет плохо, а когда ты принимаешь это за данное, то и паниковать уже не хочется, элемента неожиданности то нет особого.       Ей было спокойно. Наверно, смириться с тем, что все априори будет плохо — не самая лучшая жизненная тактика, но другого выхода не было, а от паники действительно устаешь.       А еще она мешает думать, что ставит под вопрос твою способность выжить в принципе в нынешних обстоятельствах. Поэтому они вернулись мысленно каждый в свое спокойствие и просто сидели на диване, рассуждая о каких-то мелочах, типа цвета занавесок в отелях и влияния шиповника на вкус мятного чая.       В какой-то момент Элисон совсем стала крохотной, свернувших калачиком на маленьком пространстве, что Сириус оставил ей на диване, и стала засыпать, чувствуя руки Сириуса на своих волосах.       Сириус не давал себе право на сон, он понимал, что самый оптимальный вариант — это уложить Элисон в кровать и уйти домой, но не могу отпустить ее от себя. Даже не так, просто отпустить мог, не мог отпустить ее к кому-то, хоть он и понимал, что это лишь очередной раунд игры. Засосы на шее, которые с каждым часом становились все больше, убивали его изнутри, заставляя его фантазию рисовать слишком яркие картинки. Поэтому он не помешал блондинке уснуть рядом на диване и решил на рассвете разбудить ее и уйти, чтобы ей не пришлось спать в одной постели с Джимом. Сириус утешал себя, что делает это исключительно ради ее спокойствия и комфорта.       В который раз рассвет не принес облегчения, Элисон проснулась и с видом зомби пошла в душ, в котором снова рассматривала синяки на ребрах и кровоподтеки на шее. Когда ее тело перестанет быть цвета неба? Сириус хлопнул дверью, не попрощавшись, футболка полетела в кучу одежды. Глаза закрывались, тело ломило, мозг выдавал простые и понятные команды: сними штаны, завернись в одеяло, закрой глаза и перестань думать. Нежность совершенно не входила в ее планы, поэтому, когда во сне Джим перевернулся на другой бок и неожиданно сгреб Элисон в охапку, она опешила. Не могла пошевелиться, когда на секунду проснувшись, он развернул ее одеяло, прижал к себе и укрыл уже их обоих. Обнаженные плечи к обнаженным плечам, рука под шеей, рука на бедре, — все это казалось нереальным, но почему-то правильным. То, о чем мечтаешь в 12, сбывается только сейчас. С момента своего совершеннолетия Элисон успела много раз применить магию, сильно ранить и сильно пораниться, выпить много алкоголя и успокоительно, однако не успела почувствовать нежность. Вещи, которые ей чудились с Сириусом — не считаются, все это бред и наверняка плод ее воспаленного войной мозга. А тут парень прижимает ее к себе, уволакивая с сон вместе с собой.       Проснувшись, он действительно ничего не помнит, но она не находит в себе силы врать кому-то снова. Закрывает глаза и не отвечает, хотя давно проснулась. Сквозь закрытые глаза она не видит сову, улетевшую из комнату, уносящую стопку фото.