Глава 32
27 мая 2020 г., 14:02
— То есть там действительно готовая к чему-то целая куча людей, — Элисон кивнула в ответ на вопрос Люпина, — и вся эта толпа завтра вечером явно куда-то собирается?
— Нас всех тоже завтра вечером вызвал Лорд, — подал голос Снейп, - причем позвал вообще всех и сказал быть готовыми ко всему, но он всегда так говорит, — попытка подбодрить не вышла.
Члены Ордена начали накидывать варианты того, что мог задумать Волан-де-Морт, начиная от захвата Министерства Магии, заканчивая штурмом штаба Ордена Феникса или чьего-либо дома. Сошлись на том, что площадь Гриммо 12 все равно самое безопасное место из всех жилищ, так что договорились, что Молли будет следить, чтобы дети вообще никуда не выходили и не их терять из виду, в то время как все остальные были расставлены на точки. Тонкс, Грюм, Кингсли и другие работники силовой части были не в счет, потому, как их все равно бы вызвали, как только началось бы что-то серьезное, так что ставить их куда-то дежурить было бессмысленно. Артура назначили дежурить за Отделом Тайн, так он и так завтра шел на работу. Артур смеялся, что он уже вслепую может найти любую дверь в этом секторе, потому что он дежурил там чуть ли не через день.
Билл Уизли был отправлен следить за Косым переулком, Макгонагалл отправлялась в Хогвартс, также беря на себя Хогсмид, за который отвечал Хагрид. Люпин держался около банка, находясь в связке с Биллом. В этот раз даже Сириусу нашли занятие: тот в обличье собаки, должен был дежурить у вокзала. Блэк настолько удивился, что его выпускают одного из дома, не боясь его разоблачения, что даже не протестовал против вокзала, против обличья собаки, в котором он очевидно не мог колдовать или позвать на помощь. Остальные также были раскиданы по разным значимым местам магического Лондона. Все просто надеялись, что эта банда головорезов не пойдет крушить магловский мир. Дамблдор оставался на площади Гриммо, где планировал следить за сообщениями всех членов Ордена, чтобы потом быстро отреагировать.
— Элисон, расскажи, что было в тех сумках, которые потом, видимо раздадут всем вам, — мягко спросил директор.
Ответ его явно не порадовал, правда было непонятно, обрадован ли он, что там не много всего, или огорчен, потому что в случае чего Элисон вряд ли что спасет. Оказалось, что второе, поэтому потом Элисон и Снейпа завалили склянками и банками, в которых были кровоостанавливающие зелья, средства от холода и прочие полезные приспособления. Даже Снейп не смог отвертеться от настойчивой заботы всего ордена, чем он был явно озадачен, методично раскладывая склянки по карманам.
— А теперь самое главное, — Грюм в своем привычной манере встал в центре, — Северус, Элисон, это ваши зеркала, — Кингсли протянул им маленькие круглые зеркальца, — мы не успели сделать так, чтобы они что-то показывали, но говорить с помощью них вполне можно.
Потом они проверяли работу зеркал, разойдясь в разные комнаты на разных этажах, пытались незаметно их активировать. Третье зеркало будет у Дамблдора, чтобы тот мог все контролировать.
— У тебя две цели, — обратился Грюм к блондинке, — сообщить куда вы собираетесь нападать, а вторая — выжить. Причем выжить важнее, чем вообще все остальное, включая сохранить маскировку перед Волан-де-Мортом, понятно? — Элисон растерянно кивнула, — не надо чудить.
Все были явно на взводе, и солнечное настроение Элисон испарилось, едва она осознала, что завтра действительно может произойти что-то совсем плохое. Она вспомнила масштаб их тренировок, количество волшебных палочек на их банду, и ей поплохело. Наверно, ее ужас сразу отразился на ее лице, так что едва собрание закончилось и Дамблдор отпустил всех отдыхать и набираться сил, Снейп кивнул ей головой в сторону коридора.
— Слушай и запоминай, — практически шепотом начал зельевар, — зелья пей сразу, как только почувствуешь, что ранена и идет кровь, не надо пытаться себя лечить, понятно? — Элисон молча кивнула. — Палочку всегда держи в защитном положении, никогда не снимай Протего, постарайся не орать заклинания, если не можешь невербально, то хотя бы шепотом, иначе тебя сразу же вычислят как слабого мага, тебя легко будет найти в темноте, а еще твой голос могут узнать. Максимально закрой лицо и убери волосы, ты выживешь, но если твое лицо попадет на первые страница Пророка в этой компании, то тебя посадят в тюрьму, и никто тебе не поможет.
Она жалела, что не записывала, потому что это все казалось ей настолько важным, что она боялась, что если чего-то не сделает, то точно окажется либо на кладбище, либо в Азкабане, потому что как только ее начнут допрашивать или обыскивать, то сразу увидят метку, и тогда ей не спастись. Снейп продолжал наставлять блондинку, крепко держа ту за локоть, находясь к тени коридора.
— И еще, — Снейп обернулся уже в дверном проеме, — будь осторожна.
— Буду, как всегда, — отсалютовала девушка.
— Давай ты действительно будешь осторожна, а не, как всегда, — покачал головой зельевар, выходя на крыльцо и мгновенно растворяясь в пространстве.
Элисон решила, что ее лучшей подготовкой будет сон в нормальных условиях, так что она угрюмо направилась в кладовку, где Кикимер, ругая ее на чем свет стоит, выдал ей подушку и одеяло. В гостиной было неуютно спать: огромные потолки, широкие шкафы давили на нее своим пафосом, поэтому девушка подвинула диван лицом к стене и накрылась одеялом с головой.
Утром она чуть не умерла от счастья, проведя не меньше двух часов в ванне, отмывая волосы и кожу от въевшегося запаха травы и от мельчайших частиц земли. Последняя чистая футболка нашлась в рюкзаке, так что, радостно сверкая и капая волосами на ковер, Элисон отправилась на завтрак, который у всех прошел уже давно.
Следующий приступ счастья она испытала, заварив себе кофе и обнаружив на столе блины.
— Как мало, оказывается, нужно для счастья, — бормотала Элисон, уплетая свою порцию еды, читая выпуск Пророка. Политические новости не представляли интереса, а вот раздел, куда люди присылали свои забавные истории, связанные магическими домашними животными, поглотил ее полностью. Она не заметила, как высохли ее волосы, а кухня начала наполняться людьми, пришедшими на обед. Осознание пришло, когда один из близнецов вырвал из ее руки последний блинчик, который она планировала растянуть напоследок.
— Ты соня и обжора, — заявил Фред, съедая остатки ее завтрака, — приличные люди уже обедают, а ты еще свой завтра не съела. Элисон успела стукнуть его газетой прежде, чем он отскочил от нее, врезаясь в брата.
— Мне можно, я птица вольная, — усмехнулась девушка, вставая из-за стола, — пойду пока, а который уже час?
— Три часа дня, — бросила через плечо Молли.
Элисон молча села обратно на свое место. Через три часа уже надо быть на месте, а она еще ничего не успела. Хотя что ей было успевать, завещание ей писать бессмысленно, прощаться особо не с кем, как-то проводить время уже не успевает.
Сириус сразу понял причину этой рассеянности, он не раз видел такое выражение лица еще тогда, 15 лет назад, когда кто-то не мог себя деть за пару часов до очередного дежурства. Все ненавидели тогда дежурства. Гораздо легче было получить сигнал тревоги и ломануться спасать товарища, а не сидеть и ждать начало чего-то. Пока ждешь, успеваешь много лишнего надумать, по крайней мере у него, у Сириуса, всегда было так. Поэтому он, без лишних слов, забрал свою порцию обеда с собой и повел девушку в библиотеку, там поставив перед ней шахматную доску.
— Выиграешь здесь, сможешь победить и там, а если проиграешь мне, то значит судьба должна повернуться к тебе лицом на поле боя — неожиданно даже для самого себя выдал Блэк, расставляя фигуры на доске, — двойная выгода.
Элисон действительно отвлеклась от мрачных мыслей, потому как партия против Блэка давалась ей нелегко. Она смешно хмурила брови и возмущенно спорила со своей ладьей, которая отказывалась переходить на нужную ей клетку.
— Ты будешь сегодня ходить или нет, — усмехнулся Блэк, — или до утра будем сидеть?
— До утра времени нет, за такими длинными партиями надо было вчера вечером приходить, — выдала Элисон, решительно переставляя пешку, бросая мимолётный взгляд на Сириуса.
— Я собирался, но позорно уснул и проспал возможность, — покаялся Блэк, надеясь, что это не прозвучало слишком провокационно, хотя это именно так и прозвучало.
Элисон в очередной раз проиграла за полчаса часа до как ей нужно было выходить из дома, хотя Блэк бессовестно ей поддавался. Элисон не смогла договорить ни с ладьей, ни с упертым слоном. Она стояла у окна и смотрела как сгущаются тучи на еще светлом небе.
— Если пойдет дождь, то моя жизнь окончательно превратится в бульварный роман, — рассмеялась девушка, — у меня даже нет капюшона на мантии.
— Зато в дождь все будут подкармливать бедного пса, который будет сидеть на вокзале, — улыбнулся Блэк, — моя жизнь еще более нелепый роман, чем твой.
— Какие мои годы…
Она не хотела прощаться со всеми, потому что ей казалось, что если она попрощается, то точно не вернется, что случится что-то непоправимое. Поэтому она надевала кофту, нервно поправляя волосы в прихожей, где кроме нее был только Блэк, который также собирался на свой пост.
— Зелья взяла?
— Да.
— Зеркало лежит так, что сможешь быстро активировать?
— Вроде да.
— Не нервничай ты так, — Сириус остановил ее метания, взяв двумя руками за плечи, — все будет нормально, слышишь?
Позже она, прогоняя эти секунды в своей голове, так и не смогла объяснить, в какой именно момент ее крышу окончательно сорвало и все пошло по наклонной. В итоге спустя полгода она сошлась на мысли, что если бы он тогда не взял ее за плечи, то ничего бы не случилось.
— Можешь мне дать слово?
— Могу, конечно, — удивился Сириус, — но что случилось то опять?
Она слишком долго подбирала формулировку, теребя пальцами края футболки. Все казалось нелепым, но остановить ее уже было невозможно. Ее мысли неслись вперед, как поезд, управляемый сумасшедшим машинистом.
— Пообещай, что если мы оба останемся живы, то никогда не будем обсуждать сегодняшний день, — выпалила на одном дыхании Элисон, широко распахивая свои светлые глаза, — вообще ни с кем не обсуждать то, что случилось до 6 вечера.
— Во-первых, не «если», а мы точно все останемся живы, а во-вторых, хорошо, я обещаю, что никогда не будут обсуждать сегодняшний день до 6 вечера ни с кем, даже с тобой. Обычного слова хватит, или непреложный обет дать? — попытался улыбнуться Блэк, но на его улыбку не ответили, так что и он сохранил серьезное выражение лица, пытаясь разглядеть хоть намек на разгадку, вглядываясь в ее лицо.
А потом он понял, что разгадка — это то, что он находился слишком близко к ней, что несомненно встревожило ее, особенно после того, как он ляпнул, что собирался прийти к ней ночью. Она наверняка решила, что он больной на всю голову, поэтому теперь и хочет как-то дистанцироваться. Улыбка окончательно сползла с его лица, а Элисон все еще стояла, не шелохнувшись. Блэк сделал шаг назад, но не осмелился сделать больше, опасаясь ее реакции.
— Мерлинова борода, теперь это точно похоже на идиотский любовный триллер, — едва слышно пробормотала блондинка, а потом, заметив, что Блэк отошел, нахмурилась. Сириус практически слышал, как в ее голове работает механизм, который пытается выдать какое-то решение. Наверху что-то с грохотом упало, Сириус на секунду повернул голову в сторону лестницы, а вернувшись в исходное положение, чуть сам не упал. Элисон, Моргана ее побери, Кэрроу, стояла в буквальном смысле в миллиметре от него с совершенно ошалевшим выражением в глазах.
— Ты точно искренне дал сейчас слово?
— Абсолютно.
— Тогда ладно, — она тряхнула кудрями и решилась.
Элисон аккуратно приподнялась на цыпочки и легко, словно опасаясь нападения, коснулась его губ своими. Тело Сириуса отреагировало быстрее чем мозг, поэтому тот обхватил ее лицо своими руками и углубил поцелуй прежде, чем успел подумать, хочет ли она этого. Но очевидно, что ей уже было все равно на все в этом мире, потому что девушка сделала еще один крохотный шаг навстречу, не оставляя вообще никакого пространства между ними, чем окончательно снесла голову Блэку. Тот уже не понимал, что делает, когда впечатал ее во входную дверь, опуская одну руку на талию, заставляя ее выгнуться навстречу ему. Он не давал ей дышать, целуя не прерываясь, в то время как Элисон наконец-то смогла выпутаться и положила свои ледяные от стресса ладони на его шею. Она задыхалась без воздуха, задыхалась от ощущений, тонула в собственной бездне.
Поцелуй стал чуть более размеренным, Сириус аккуратно пытался запомнить каждый изгиб ее губ, не открывая глаз. Элисон же полностью включила автопилот, понимая, что любое ее действие скорее все сломает, чем хоть чему-то поможет. Она отвечала Блэку, бездумно впиваясь короткими ногтями в его шею, хватаясь пальцами за ворот рубашки. В какой-то момент Блэк отстранился от ее губ, переходя на шею, практически кусая тонкую кожу, вдыхая запах ее кожи, чувствуя пульсацию ее вен. Это было безумием, но Блэк не мог остановится, и когда Элисон устала стоять на носках, он, приподняв ее за талию, закинул ее ноги себе на бедра, поднимая ее лицо на уровень своего, снова впиваясь поцелуем в ее губы.
Она очнулась от горячих пальцев, которые коснулись ее позвоночника, забираясь под плотную черную футболку. Она положила ладности ему на грудь, отстраняясь, лишь на секунду встречаясь с ним взглядом. Его замешательства хватило на то, чтобы Элисон успела снова встать ногами на пол, едва открыть дверь и вылететь на улицу, где уже моросил дождь. Трансгрессировала она только после того, как пролетела через всю площадь, практически не касаясь ногами земли.
