Дом восходящего солнца

      Кажется, веточку пластиковой омелы притащил Антон.       Никто не был в этом уверен и не мог с точностью сказать, откуда она взялась, но все сошлись на мысли, что выглядела она жутко: неестественный цвет острых листьев, усыпанных блестками, и ядовито-алые ягоды сразу выдавали подделку. Люстры общажного коридора Снежана ещё в начале декабря с любовью увила мишурой и увесила разноцветными шариками; даже для дверного проема, ведущего на лестницу, нашлась гирлянда с фонариками, провод от которой тянулся в ближайшую комнату. Арка между коридором и небольшим фойе с высокими окнами была слишком высокой, но именно туда необъяснимым образом и попала омела, назначение и символизм которой был для большинства загадкой. Единственным, кто мог достать до такой высоты был крылатый рыжий лодырь, но он ни за что бы не сознался в том, что огнемаг, словив его за ухо, заставил прицепить в округлой арке пластиковый цветок.       Перед Новым Годом в Библиотеке царило безумие. Преподаватели и Соловей едва успевали менять и раздавать расписание смен, количество которых умножилось в разы; самые усердные уже пытались готовиться к грядущей сессии, и при этом через день в общаге что-то непременно случалось — студенты начали праздновать заблаговременно, решив не терять времени зря.       В суматохе и беготне омелу почти никто не замечал, но она была свидетельницей всего. Она видела, как в фойе над учебниками по знакам первой ступени засыпает девушка, ушедшая от шумных соседок, и как заметивший ее юноша, имени которого она даже не знает, накрывает ее пледом. Видела, как после начала комендантского часа другой парень провожает в комнату подругу, крадя в той самой арке поцелуй, и та, заметив над их головами омелу, заливисто смеётся, не боясь разбудить весь этаж. Она видела, как юноша в очках приводит большого ретривера, и все высыпают в коридор, чтобы посмотреть на питомца, о котором они столько слышали, а кто-то бежит за тряпкой — не хватало ещё проблем с комендантом — чтобы подтереть снежные следы от притоптавшего с улицы хозяина и привезённого его родителями добродушного пса, широко улыбающегося и подставляющего лохматую голову под тянущиеся к нему руки студентов, гладящих блестящую золотистую шерсть.       Общежитие Библиотеки полнилось радостью и смехом, но тридцатого декабря этаж омелы опустел.       Все, кого ждали дома, отправлялись домой.       Высокий нескладный юноша брел, заглядывая в каждую комнату по очереди и в каждой получая отказ, отчего его невеселое лицо приобретало ещё более печальное выражение. — Рита! — он улыбнулся с тёплой надеждой и невольно сжал в руке смешную самодельную открытку со списком их общих друзей, где были вычеркнуты почти все имена. — Сап.       Девушка явно удивилась. Мимо пронеслась расчертившая коридор синяя молния, отчего ее рыжий хвост заволновался от ветра. Остановившись в арке, она посмотрела на позвавшего ее парня, несмело, но искренне улыбающегося с другой ее стороны.       Когда воздух от пролетевшей мимо Инги достиг потолка, листья омелы дрогнули. — Ты моя п-последняя надежда!