Решающий обмен

      Курапика слушал рассказ Юми, неторопливо идя уже далеко за пределами поместья. За всё время её монолога он не произнёс и слова, внимательно впитывая каждую фразу, что говорила девушка. Вопросов стало меньше, но они не исчезли полностью. Парень понял пару вещей: первое — они тайно ото всех покидают поместье; второе — Юмироу не была похожа на избалованную девушку из богатой семьи. И вообще ни на одного, из встречавшихся ему ранее людей с «верхушки».       Иногда были такие молчаливые и отстранённые вельможи, но по большей части это были уже преклонного возраста люди. Такие, как они, практически не выходили из своей крепости, предпочитая любоваться своей коллекцией вдали от чужих глаз. Были только за исключением редкие случаи, когда на встречи достаточно «их уровня», они брали свои лучшие экземпляры из набора и хвастались ими перед другими. Не важно, была это коллекция редкого оружия, которое уже как сто лет не производят, книги, артефакты… или части тел. На последней мысли Курапику волей- неволей пробила мелкая дрожь, а лицо скривилось в отвращении. Как можно любоваться тем, что недавно было частью кого-то? Волосы, внутренние органы, кровь, глаза…       Глаза, что обретают алый цвет под влиянием эмоций, даже после смерти они не теряют свой кровавый окрас, если их хозяина накрывала волна чувств. Глаза клана Курута — восьмое чудо света, столь высоко ценимые на чёрном рынке. Сто двадцать восемь членов клана были жестоко убиты Геней Рёданом так же известные, как пауки, прославившиеся особой жестокостью и хладнокровием.       У всех чистокровных членов племени вырезаны глаза… Они лишили Курапику семьи, и этих причин хватало, чтобы мальчишка на вид одиннадцати лет, начал подвергать себя тяжёлым тренировкам и планировать месть. Прошли годы, но он до сих пор не мог забыть тех, кто это совершил, ту ярость, что он испытал от потери близких ему людей… Боль, что тяготила его все эти годы.       Курапика слегка встряхнул головой, отгоняя воспоминания и неприятные мысли прочь, возвращая спокойное выражение лица. — С тех пор я и Сет выискивали подходящие моменты, чтобы незаметно проходить в город. Правда в скором времени, после одного происшествия, Хикари-тян начала замечать, что мы исчезаем из поместья. Она знала, что я сама не стану рассказывать ей всё в подробностях, поэтому пошла за нами следом, но так, чтобы мы этого не заметили. Если быть досконально честной, то я благодарна Хикари-тян за её поступок. Она прикрывает меня и Сета, если мы задерживаемся… — завершив свой рассказ, Юми присела на корточки и почесала Огана за ухом, — Поспешим, мы должны быть уже в городе.       Парень кратко кивнул и направился вслед за Юмироу. Отойдя от поместья на приличное расстояние, двое людей отправились вдоль лесной дороги в город. Юмироу поправила капюшон на голове, скрывая свои яркие волосы.       В семье Коуэн все в какой-то мере знамениты на весь город. Отец и мать своим властным характером и влиянием. Младшая дочь своим талантом игре на многих музыкальных инструментах, доброте и задору. А старшая дочь тем, что непохожа ни на кого из своей семьи. Особенной отличительной чертой была ее красота: волосы алые, яркие и длинные, холодные голубые глаза и крепкая худоба.       Когда появилась Хикари и они с Юмироу начали взрослеть и появляться всей семьей на знатных ужинах и балах, люди вокруг замечали отчужденность старшей дочери от семьи, ходили слухи, что она могла и не быть родной дочерью Коуэнов. Однако, как быстро и неожиданно эти слухи начинали расползаться, то так же быстро они и теряли свою силу и исчезали.       Юмироу никогда не показывала своих волос в их маленьком городке, ее могли запросто узнать горожане и поползли бы слухи, что старшая дочь стекольного магната разгуливает как простушка среди населения. А то, что Рэй и Лайла узнали об этом, Юмироу не могла допустить. Девушка глубоко вздохнула, отодвигая все мысли и беспокойство на задний план, начиная любоваться прелестями зимы.       Так как всю ночь шёл снег, а ближе к позднему утру начало светлеть, деревья и кусты стояли белые и пушистые, как земные облака. Снегири, нахохлившись, сидят на ветках — им не до прелестей зимы-матушки. Поджав под себя лапки и спрятав подмёрзший клювик в красную грудку, они грустно наблюдают за просыпающимся городом.       Хоть Рита город не большой, но и не маленький, уже темным утром проходят одинокие прохожие. Взрослые спешат на работу, некоторым повезло — у них есть автомобили. И те, уже от дома отъезжают с рёвом моторов своих четырёхколёсных монстров. Сонные дети, в паре с таким же родителем идут по заснеженному тротуару в сторону детского сада. Группа старшеклассников не спеша идут в школу, весело о чем-то беседуя.       До- и послеобеденное время Юмироу считала своим самым любимым временем дня. Улицы наполняются жизнью, изредка проходят пожилые люди, некоторые даже были со своими четвероногими питомцами — на поводках. Пары молодых людей, которые никуда не спешат, прогуливаются, вдыхая зимний свежий воздух, что щекочет нос. Редко проезжающие машины и мотоциклы не нарушали гармонию, царившую на улицах города. Когда девушка и парень прошли ещё около тридцати метров вниз по дороге, первая остановилась около маленького магазинчика со смешным названием «Ням-нямстер Чав-Чав». Юми, не теряя ни секунды, направилась прямиком туда. Оттолкнув дверь от себя, послышался мелодичный, приятный для ушей и души звук деревянных китайских колокольчиков. — Добро пожаловать в наш магазинчик «Чав-Чав». Чего желаете приобрести? — начал свою приветственную речь пухленький маленький мужчина в розовой яркой рубахе, не поворачиваясь к прилавку лицом, что-то тщательно перебирая на полках с чаем и кофе. — Добрый день, Чжимин-сан, — старшая Коуэн поприветствовала продавца, на что тот быстро перестал возиться с упаковками и так же быстро повернулся к прилавку. — О! Это ты, Юру-тян. Здравствуй-здравствуй. Прости за этот погром, нам только утром всё завезли и осталось по полкам чай и кофе разложить. — Ничего. Всё в порядке, правда, — мягко положив руки на прилавок, девушка улыбнулась, — Можете мне дать всё, как обычно? Но добавьте туда торт, пожалуйста. — Конечно. Подожди пару минут! — Ты тут довольно часто бывашь, — подметил Курапика, когда низкорослый мужчинка скрылся за дверью, ведущую вглубь магазина, а какофония приглушенно разнеслась по магазинчику, когда Чжимин начал что-то собирать в другой комнате. — Ага. По три раза на неделе. Но если повезёт, то практически каждый день, хотя редко такая возможность выдается. — словно в подтверждении её слов Оган пару раз залаял и завилял хвостом.       Больше никто из них троих не осмелился нарушать всепоглощающую тишину, лишь изредка нарушаемую шорохом по ту сторону двери с надписью «Складское помещение». Прошло около семи минут после ухода продавца. В конце-концов деревянная дверь начала медленно, с противным скрипом распахиваться. Чжимин без резких движений делал аккуратные шаги. В руках виднелись два больших пакета. Они были забиты огромным количеством еды. «Куда это ей столько?» — этот резонный вопрос Курапика задавал себе с того самого момента, как увидел продавца с провизией и до того момента, пока тот же самый продавец не задал свой, интересующий его, вопрос. — А этот человек…? — Курапика. Он мой друг, недавно приехал из Йоркшина, — перебила его девушка, принимая свой заказ. — Так ты тут новенький, Кука-кун? Из большого города приехали, да еще и с другого острова, — парня явно обескуражило такое обращение к себе со стороны незнакомого человека. Его растерявшееся состояние, которое после отпечаталось на лице, вызвал звонкий смех Чжимина и лёгкую ухмылку у Юмироу. — Чжимин-сан всех новых знакомых называет по разным забавным сокращениям или прозвищам, — пояснила девушка, укладывая деньги на прилавок, предварительно поставив пакеты с провизией на пол, — Я рассчиталась ещё за прошлую покупку, так что всё должно быть в порядке. — Я понял. Заходите к нам ещё! — Чжимин добродушно улыбнулся на прощанье. — Пойдём, Курапика? — Юми обратилась к парню, подавая пакет, доверху заполненный разнообразной едой. В одном из пакетов сверху красовался в упаковке средних размеров медовый торт. — Хорошо. До свидания, — проговорил тот, поворачиваясь к продавцу.       Мужчина в темной куртке, шапке и маске спрятался за угол магазина «Ням-нямстер Чав-Чав», когда из него вышли двое молодых людей с увесистыми пакетами, что шли в противоположную от него сторону. Он не спешил выходить из укрытия, ждал, пока они отойдут на приличное расстояние, после чего вышел из своеобразного укрытия и последовал за ними не спеша. В его работе не скорость важна, а точность и качество. Источник предупредил о том, что парень не простой и может его с легкостью обнаружить, сделай он какое-либо неверное движение, поэтому скрытность и спокойствие также играют огромную роль в своеобразной слежке.       Юми и Курапика направились дальше вдоль дороги, к окрестностям городка. Чем дальше они заходили, тем менее людно становилось. Наконец, пройдя определённое расстояние, они остановились прямо около забора перед одноэтажным домом. Стены голубоватые и довольно толстые, так что дом устойчивый. От выходной двери до ворот снег был недавно расчищен, будто хозяева кого-то ждали.       Юми поудобнее взяла пакет и потянула калитку от себя, та со скрипом открылась. Девушка не успела сделать и пары шагов к самому дому, как за его входной дверью послышались какие-то странные звуки. После та резко распахивается и из дома выбегают, до коликов в животе, радостная тройка детей. Они все шумели и верещали что-то наперебой, подбегая, с улыбками во все тридцать два зуба, к девушке и парню, которые в свою очередь всё стояли в проёме калитки с огромными пакетами наперевес.       Самой старший была девочка, на вид четырнадцать лет. Её шапка-ушанка спадала на глаза при беге, поэтому она постоянно её поправляла. Она спешила поскорее выбежать и встретить гостью, поэтому ей не хватило времени застегнуть зимнюю куртку. Радость на лице на миг сменилась недовольством, а покосившиеся глаза на свои ботинки давали повод понять, что в спешке те были перепутаны и обуты не на те ноги. Следом за ней бежала пара близнецов, на два-три года младше неё. Они были одеты в одинаковые зимние наряды, только у первого шапка была синего цвета, а у другого — тёмно-зелёного. Их тёплые куртки находились в застёгнутом состоянии, видимо младшим родитель успел одеть их сам. Всю схожесть картины — помимо шапок — нарушала их обувь. Близнецы, наверно, так спешили, что обули только по одному ботинку, видимо этот момент проконтролировать не успели. Юмироу, заметив такую картину, невольно пробрало на смех. Курапика невольно удивился и повернулся в сторону своей работодательницы. Ему не послышалось. Девушка действительно искренне смеялась, громко, от души. — Юми, ты наконец-то пришла! — с искренней детской радостью в голосе приговорила старшая, поправляя сползшую шапку с глаз. — Конечно. Я же обещала, — ответила Юмироу, пройдя чуть дальше от забора, чтоб закрыть калитку. — А где…? — один из близнецов не успел договориться свой вопрос, так как чихнул. — Все вопросы на потом, а сейчас, быстро в дом! Надо же было так выбежать на улицу, да ещё и зимой?! — причитала девушка, показывая на детей и их внешний вид. — Хорошо! — хором отозвались те, шустро перепрыгивая через порог дома и забегая в тёплое и уютное помещение.

***

      Мужчина средних лет с чёрными волосами в строгом тёмном костюме сидел за своим рабочим столом, перебирая уже успевшие наскучить бумаги. Не спеша покуривая трубку, тот быстро пробежался взглядом по напечатанному тексту, даже не стараясь вникнуть в смысл. Наконец, через пять-семь минут, мужчина с протяжным вздохом откинулся на спинку кресла, располагая левую руку на деревянный подлокотник, а правой, подпирая мундштук указательным и средним пальцами, выдыхая долгожданный большой клубок дыма. — Надо воспользоваться моментом и отдохнуть. Вряд ли мне повезёт ещё раз, — проговорил под нос, блаженно прикрывая свои зелёные глаза от ощущения расслабленных мышц. Так бы это продолжалось ещё очень долго, даже замедленный ход стрелок на старинных часах намекал на то, что нужно всё бросить все дела и наслаждаться приятной тишиной, после тяжёлого трудового дня.       Мужчина уже с закрытыми глазами представлял, как под умиротворённую мелодию музыкальной шкатулки он на рассвете, не спеша, под трепетный гул ветра, бредёт по пляжу в белой рубашке и подвёрнутых до колен джинсах, ступнями едва касаясь прохладной воды. И никакой нудной работы, никаких однообразных кровавых «командировок», нет ничего и никого, кто бы смог разрушить всю идиллию момента. Радуясь восходящему солнцу и прохладному ветру, слегка взъерошивший волосы, мужчина остановился, повернулся к морю такому притягательному и таинственному, снял верхнею одежду и прыгнул в пока не успевшую согреться воду. Он хотел было нырнуть, чтобы полностью ощутить всю прохладу синей пучины, но его что-то остановило. В голове был какой-то глухой стук.       Открыв глаза, мужчина раздосадовано вздохнул. Послышался повторный стук. Оказывается, ему не послышалось, в дверь кто-то настойчиво постукивал, да так настойчиво, что у мужчины невольно задёргался глаз. — Входите! — раздражённо прикрикнул он, облокачиваясь обеими руками о стол. Дверь медленно открылась и из-за неё показалась женщина, примерно такого же возраста, что и мужчина, — Лайла, что такого срочного случилось, что неимоверно требует моего внимания? — Рэй, я, кажется, догадываюсь кое о чём, у тебя есть минутка? — взволнованно спросила она. Рэй, поглядел на женщину, а потом на кипу бумаг, которые надо было разобрать в ближайшие три дня, тяжело вздохнул и кивнул, — Мне кажется, что Юмироу нашла те бумаги… — раздосадованная Лайла сложила руки перед грудью и выдохнула. — Что? — изумлённо проговорил мужчина, — Как она могла их найти?.. Нет, не так… Почему ты в этом так уверена? — Она хоть и старается держаться, но все равно огрызается со мной, отдалилась от нас и Хикари-тян! Я вижу и чувствую, что она уже знает всё. У тебя же все схвачено? Она не должна проговориться об этом кому-нибудь. — крикнула Лайла. Он взял её за плечи и усадил в своё кресло, начал медленно гладить по голове, шепча успокаивающие слова. — Ну-ну, хватит. Это, скорее всего, просто переходный возраст, гормоны в это время берут своё. Скоро всё пройдёт, вот увидишь. Да и если это так, то я с ней поговорю и все улажу, не переживай. — Тогда почему Хикари-чан себя так не ведёт? — задала вопрос женщина, уже немного успокоившись, но тревога всё ещё не исчезла из её голоса. — Она ещё не подросла. Ей только одиннадцать, а Юмироу — тринадцать, подросток. — Ох~, наверное, ты прав, и я зря раздула из мухи слона. Опять. — Лайла встала с насиженного мягкого кресла, подошла к двери и уже повернула ручку, как вдруг остановилась и повернулась к Рэю, — Ужин подадут через полчаса, не засиживайся с этими бумагами. — Хорошо, — ответил тот. Когда женская фигура скрылась за дверью, Рэй с глухим хрипом сел обратно за стол, облокотившись о спинку кресла, он снова взял в руки трубку, — Надеюсь я прав и это только гормоны…

***

      В доме стоял настоящий балаган, особенно на кухне. Хозяйка дома, как и дети, была очень рада пришедшим гостям. Рада была и Юми, что смогла вновь увидеть сияющие лица малышей. Как только они сняли верхнею одежду и обувь, то поспешили покинуть прихожую и с криками: «Мама, Юми пришла!» -, потянули средних лет женщину встречать гостей. Одета она была в скромненький халатик с белым фартуком. Девушка, завидев хозяйку дома, аккуратно поставила пакет на пол, разулась и направилась обнимать её. Та не возражала. Сняв капюшон, она погладила Юмироу по макушке, отстранилась и оглядела её с ног до головы. — А ты подросла, — заметила женщина и тепло улыбнулась, — С прошедшим днём рождения! — Спасибо, — Юми улыбнулась в ответ. — А где Сет? С ним что-то случилось? — с беспокойством в голосе спросила хозяйка. — Нет, папу отправили в командировку. Она очень важная, на полгода, но не волнуйтесь, Джулия-сан, вы двое ещё успеете вдоволь поболтать, — девушка хитро прищурила глаза, на что женщина смущённо отвела взгляд в сторону. Курапика в шоке перевел глаза на Юмироу. Отец? Сет-сан? — А кто этот милый юноша позади тебя, Юми-чан? — Джулия перевела заинтересованный взгляд на молодого человека позади. — Это Курапика, мой друг. Он недавно приехал из большого города. — заметив вопрос в его глазах, Юми неловко улыбнулась, прошептав, что забыла рассказать ему об этом моменте ее жизни. — Понятно-понятно, ну мы всегда рады новым знакомствам. Правда дети? — повернувшись к вышеупомянутым, Джулия хлопнула в ладоши, а те задорно согласились, — Идите к себе в комнату и возьмите Огана с собой, а я пока займусь едой и гостями. — Хорошо! — дети и пёс быстро скрылись в одной из комнат, закрыв за собой дверь.       Курапика за это время уже успел рассмотреть коридор, в котором они пока стояли. Светлый, в меру просторный, на стенах и тумбочке для обуви красовались фотографии этой семьи. На некоторых присутствовала и Юми с Сетом, они явно были очень близки с ними.       Напротив и по бокам от коридора были двери. Первая закрытая, напротив, вела в ванную комнату, это Курапика понял по наклейке, которая была кривовато приклеена, на ней изображен силуэт ванной и крокодил в ней. Вторая дверь, куда забежало трое ребятишек и пёс, ведёт, предположительно, в детскую комнату, но рассмотреть её парень не успел, так как они закрыли дверь с другой стороны. Рядом была еще одна комната, возможно, спальня самой хозяйки дома. Четвертая дверь, по левую сторону от главного входа, ведёт на кухню. Она находилась ближе к Курапике, поэтому он смог всё хорошо разглядеть сквозь приоткрытую дверь. Она был светлой, просторной, а мебель выглядела новой. Если приглядеться, то на белоснежном полу можно разглядеть цветочные узоры плитки. Благодаря выходящему на улицу большому окну, в комнату кулинарии мог свободно проходить свет сквозь тонкие шторы. Это придавало кухне атмосферу гармонии и уюта, а цветы, находившиеся там, только подчёркивали элегантность и утончённость комнаты.       Закончив свои наблюдения, парень опустил пакет с провизией на пол. Поднял голову и понять не успел, как вдруг оказался в крепких объятиях Джулии. Курапика опешил от происходящего, но через несколько долгих секунд неловко расположил руки на лопатки женщины — хоть как-то скованно и неуверенно, но обнял её в ответ. Джулия выражала всё тепло и искренность к парню, что тот на миг подумал, что его обнимает… мама…       Курапика как будто находился не в чужом доме в лёгкую пургу, бушующую за окном не родного городка, а в своём лесу, в своей родной деревне, где его обнимает мама. Такая тёплая и родная… От нее пахнет свежей выпечкой и цветами. Но вдруг, в голове снова вспыхнул огонь, вокруг лежат окровавленные тела его соклановцев, его семьи, матери… и всепоглощающие тёмные дыры вместо глаз. «Не забывай о своей первоначальной цели!» — одернул сам себя Курапика и отстранился от Джулии. Та не стала возражать, поняв парня по-своему. Слегка тряхнув головой, он отогнал неприятные воспоминания прочь, печальный блеск остался в его чёрных глазах, который не скрылся от рядом стоящей Юми. Та решила, что попробует снова его расспросить о прошлом, но если он откажется, то больше не будет пытаться. А сейчас, Юмироу просто повернула голову в сторону Джулии и сделала вид, что не заметила перемену на лице своего телохранителя. — Друзья Юми-чан и наши друзья тоже! — весело проговорила хозяйка дома и с неким упрёком взглянула на пакеты с покупками, — Ох~, Юми-чан, я же просила не покупать нам еду. И если хоть покупаешь, то зачем так много?! — Иногда можно себя побаловать, Джулия-сан, — аргументировала Юмироу, уперев руки в бока, — Мы даже прикупили медовый тортик! — чуть громче сказала девушка, направляя взгляд на детскую. Как по волшебству дети вмиг оказались возле взрослых и начали прыгать вокруг, что-то неразборчиво крича, перебивая друг друга. Огана рядом не было, похоже он остался в комнате. — Ну ладно, проходите на кухню. И, Юми-чан, хоть поздновато, но мы тоже должны отпраздновать день рождения нашей спасительницы! Кейджи, Ичиро, Нэтсуко, хватит скакать по дому, что-нибудь сломаете и поранитесь ведь! Лучше помогите Юми-чан и Куке-куну с покупками, — Джулия слегка пригрозила пальцем детям и скрылась в просторах уютной кухни. — Ну-ну, «спасительница» — слишком громко сказано… — щеки девушки зарумянились, той явно было неловко слышать такое обращение к себе. — Уж кто-кто, а восхвалять нужно Сета-сана, это он по большей части помогал отстраивать дом внутри и снаружи. — Ой, этому мужчинке только дай повод, похвали его! Сразу свои перья павлиньи распустит! Ишь, птица важная! А ты не прибедняйся, если бы не тот случай четыре года назад, ох… Не знаю, что бы тогда делала. Мы тебе правда нескончаемо благодарны, — женщина с ужасом вспомнила тот случай с одним из близнецов, когда тот перебегал дорогу в неположенном месте, и как же удачно мимо проходили Юмироу и Сет. В последний момент оттянув мальчика за шиворот из-под колес грузовика, Кейджи тогда знатно перепугался и до самого дома нескончаемо плакал. Джулия, услышав, что произошло, не могла отпустить их, просто поблагодарив, настояв на обязательном ужине в качестве благодарности. — Джулия-сан, — Юмироу хихикнула, проходя вместе с Курапикой и пакетами на кухню. — Ладно тебе и Сету, — звонкий смех разнесся по кухне, она любила компанию Сета, мужчина поистине интересный рассказчик и хороший слушатель. Зачастую у них происходили маленькие перепалки, потому что вкусы нередко различались в музыке, еде, проведении свободного времени. Джулия яро доказывала, что отдыхать, готовя на кухне сладковатые закуски, подпевая джазу из радио — полнейшее блаженство и ничего лучше быть не может. А Сет, наоборот, на таких же тонах отвечал, что, лежа на кровати и слушая кантри, поедая изредка острые закуски и говяжий стейк является наивысшим благом. Наблюдать за спорами двух детей в теле взрослых весьма занимательное занятие, и телевизор не нужен. Однако, опуская все эти споры по мелочам, было видно, что они очень прикипели друг к другу. Джулия, не увидев Сета немного расстроилась, ну, а услышав от Юми, что не увидит его минимум еще шесть месяцев, тяжело выдохнула, но быстро вернула себе задорный настрой, помогая девушке и парню с пакетами.       Как можно аккуратнее расположив на столе покупки, молодые люди стали раскладывать продукты по местам. За тортом тщательно следили три пары голодных и падких на сладости глаз, ожидая момента, когда можно будет отведать эту манящую вкусняшку. Их прожигание взглядом могло продлиться ещё очень долго, но вот только стоило Джулии грозно посмотреть на детей, как те издали протяжный вой и сделали грустные моськи. — Никакого десерта, пока не будет съедено первое и второе, — выставила своё условие женщина, а Кейджиро, Ичиро и Нэтсуко жалобно взглянули в сторону Юмироу. — Ваша мама права. Самое вкусное в десерте, это его ожидание. И да, я и Курапика сегодня будем кушать с вами, — девушка мило улыбнулась. Услышав такую радостную новость, дети восторженно прокричали, задорно захлопав в ладоши, — Ну тогда бегите в ванную, мыть руки, а затем садитесь за стол, пока мы приготовим всё. Кстати, что вы хотите?       Дети замерли в раздумьях на вопрос девушки, переваривая информацию. От переизбытка серотонина в крови, их реакция заметно снизилась. Ну конечно, сначала Юми зашла к ним в гости, даже с Оганом, потом достаёт их самый-самый любимый торт, следом за самым-любимым-лакомством-в-мире последовало то, что Юмироу будет обедать вместе с ними, а так как девушка хоть и приходила довольно часто, но оставаться на долго у них не могла и редко выдавались случаи их совместного чаепития — всё же, за столь длительное время, девушку полюбили здесь как родную — детей очень обрадовала эта новость. Наконец спустя несколько долгих секунд обдумывания закончились. За это время Юми уже успела миллионный раз пожалеть, что задала такой вопрос.       Надвигался армагеддон.       Армагеддон из детей, машущих руками, яро предлагая своё блюдо: кто румяные блинчики со сметаной, кто лапшу с фаршем, кто рыбный суп. И все трое пытались перекричать друг друга. Под конец балагана все сошлись на выборе лёгкого супа, макарон с запечённой курицей с приправами, а под конец обеда закусить тортиком с чаем.       Пока Курапика и Юми доставали необходимые приборы и посуду для готовки, дети убежали мыть руки, а Джулия раскладывала менее необходимые на сегодня продукты по полочкам. Спустя некоторое время, в доме стоял приятный запах курицы, запекающейся в духовке. Суп уже был готов, поэтому дети с некой радостью уплетали первое за обе щёки.       Оган перекусывал поодаль от своей хозяйки, доев из большой серебряной миски, специально приобретённой для собаки, корм, он принялся запивать съеденное. Пообедав, направился прямиком в детскую комнату, где был постелен его в меру мягкий и удобный лежак, отдыхать.       Запечённая курица была готова спустя время и поставлена во главе стола. Разложив каждому по кусочку и понемногу макарон, чтобы место осталось и для десерта, Джулия уселась за стол, и все дружно разговорились. И хоть это и был максимально простой стол, отличающийся от обедов в поместье: тут не было изысканных морских блюд, которые так Любит Лайла, нет мяса с разной прожаркой от шеф-повара, но зато есть тепло семейных разговоров, звонкий смех и уже только это придавало вроде бы простым блюдам незаменимого вкуса и сытности.       Курапика извинился и встал из-за стола, подходя к выходу, говоря, что отойдет ненадолго. Никто не стол его останавливать, хотя Юмироу вопрошающе провожала его взглядом, на что получила кивок, будто он говорит, что ничего страшного не случилось. — Если что, туалет слева, там дверь будет, — с набитым ртом, Нэтсуко показала рукой как пройти в уборную, на что Курапика благодарно ей кивнул. — Нэтсуко, сколько раз мне тебе говорить — сначала прожуй, а потом говори! Ты же так подавиться можешь! — ругаясь беспокойно, Джулия подала дочери салфетку и стакан с водой, когда та немного закашлялась, благодарно принимая стакан.       Парень вышел с кухни и направился на улицу, что-то не давало ему покоя, будто всю дорогу от момента, когда они начали подходить к городу им кто-то в спину дышал. Это было еле ощутимо, преследователь явно умел скрывать свое присутствие, а значит, возможно, он умеет владеть нэн. Исключить эту возможность глупо, лучше перестраховаться, однако, больше интересовало, что ему нужно? Смертельной угрозы от него явно нет, возможно его подослала семья Коуэн, чтобы проследить за работой Курапики. Не вынюхивает ли он тут что-то. Вполне возможно. С другой стороны, тогда старшие семьи узнают про похождения Юмироу, а это не есть хорошо. Нужно как можно скорее выяснить, где прячется этот человек, пока он не доложил о сегодняшней прогулке Рэю. Курапика не знал, что преследователь, наблюдая из леса, увеличил расстояние, как только заметил парня на улице, ухмыльнулся, после чего скрылся за огромными кронами деревьев, не оставляя ни следа.

***

— Ты уверен? Точно она? Хорошо рассмотрел? — двое мужчин в полумраке стояли в кабинете, один будто только с улицы, в куртке и влажных, от талого снега, ботинок. Второй стоял чуть поодаль, покуривая трубку, в строгом костюме, очерчивал свободной рукой корешки книг на своем шкафу. — Да, это точно, она ходит чуть ли не каждый день туда, а те принимают ее уже чуть ли не за члена своей семьи, — такого яда и пренебрежения в голосе хватило бы на то, чтобы отравить небольшую деревушку. — Понятно, держи задаток, остальное получишь, когда разберешься со второй половиной договора. Сам решай, как поступишь, мне на ту семью без разницы. Только сделай все так, чтобы этой проблемы больше не было. С этой девкой и Сетом я позже сам разберусь. — Понял, — услышав приказ, тот поспешил ретироваться, не забыв взять конверт со стола, избегая глазами Рэя, от которого явно шла не аура доброго дядюшки со сладостями для детей. — Сбежать вздумалось девке? Юми, не получится, у меня на тебя немного другие планы, — выдыхая дым с усмешкой, мужчина немного приоткрыл плотные шторы, чтобы посмотреть на город, который открывался ему со второго этажа его кабинета.       Их поместье находилось почти на возвышенности холма, а город был на низменности, так что ему открывался незабываемый вид.