Little Princess/Маленькая Принцесса

Это все было неправильно. Кот должен был проконтролировать ситуацию, Ледибаг должна была прийти и Маринетт не должна быть здесь. Она должна была уйти, после всех остальных, когда малыш акума появился. Она не должна быть здесь. Но она здесь. И Ледибаг до сих пор не пришла. И он не контролировал ситуацию так, как должен был. Когда этот ребенок, Ужасная Двойка, поймал его врасплох и выстрелил в него из своей трости, Кот был уверен, что Ледибаг справится самостоятельно (как может помочь в битве двухлетний ребенок?). Он может лишь надеяться, что она сочтет его очаровательным. И возможно, она взяла бы заботу о нем на себя, это была привлекательная идея, чтобы его Леди понянчилась с ним. Но, конечно, она бы все вернула на свои места, его возраст и размер. Он не волновался, когда увидел, что луч приближается. Были вещи и похуже, нежели превращение в малыша. Хотя ничто не пугает его так сильно, как чувство уменьшения, и словно внутренний голос твердил и толкал его обратно, чтобы он принял удар на себя прежде, чем они упадут. Когда они упали, он знал, что она была намного ярче, чем должна была. И тело на нем было гораздо меньше, чем должно было. Что-то щелкнуло. Ох, Боже, Маринетт попала. Маринетт попала. Сидя тут же он осматривается, чтобы оценить повреждения, и он находит очень, очень маленькую Маринетт, которая скользит по его груди, устраиваясь у него на коленях. Она моргнула удивленно на его черный костюм, как бы не понимая, что вообще произошло. Или почему Кот внезапно стал больше. Почему мир стал больше. И что вообще произошло? Почему Кот в панике смотрит на нее? Это правда. Маринетт попала. — Маринетт! — воскликнул он, осторожно поднимая ее на руках, помня о своих когтях. Она была такой маленькой в его руках, такой мягкой, и он взбесился, потому что всего лишь одно неверное движение и она сломается и, о Боже, она попала. Ее глаза смотрели на него озадаченно. Вообще она не выглядела слишком расстроенной. Может быть удивленной. Как будто она не ожидала этого. Как-будто она не ожидала, что спасет Кота вот так. Ну у них это у обоих получается хорошо. Она не почувствовала, когда пришел удар. Но он пришел. Это было понятно, так как он держал ее в своих огромных руках, держал как куклу. Его руки слегка дрожат. Она облизала губы и пискнула: — У-у-упс. Ситуация не укладывалась у него в голове. У-у-упс. Маринетт взяла его удар на себя. У-у-упс. Маринетт в его руках была ребенком. У-у-упс. Она, гражданская, оттолкнула его с дороги и приняла удар на себя. И все, что она может сказать это «У-у-упс». - У-у-упс?! — сорвался Кот. Его руки начали трясти ее, но он сразу остановился, боясь причинить ей боль. Но это не остановит нагоняй, что вырвался из него сейчас, — Маринетт! Чем ты думала?! — у него на глазах навернулись слезы, — Ты не должна делать работу героев! — Прости, — проговорила она, смотря вниз. Она прикусила губу в обиде. Как штатской ей действительно не нужно было лезть на рожон. И не похоже, что Кот был в большой опасности, если бы превратился в малыша. Он бы ушел, а она бы пришла как Ледибаг и все восстановила, но нет, ей нужно было полезть спасать этого кота. Хотя он делал то же самое для нее. Бессчетное количество раз. Почему она не может сделать то же самое для него? Нужно ли перечислять сколько всего он сделал для нее, принимая удары на себя? Ее вдруг разозлило, что он ругает ее за то, что он сам делал все это время. На ее глазах застыли слезы разочарования. — Ты делаешь это все время! — кричала она, дергаясь в его руках, и размахивая своими маленькими кулачками. Если бы она не сидела у него на коленях, она бы топнула ногой, — глупый кот! — он не имел права говорить ей такое! — Я — герой! — напоминает он ей, — и это моя работа! Принимать удары на себя! — Но ты уже умер однажды! — закричала Маринетт. Бой с Времеходом. Она все еще помнила это так четко. Тепло его рук вокруг ее тела, чувствовала тяжесть, но чувство тепла постепенно уходит. Теперь он был здесь, ей удалось спасти его. Но, все же, ей хочется плакать. Потому что было страшно, и кровь в венах казалась ледяной, когда пришло понимание того, что он подставился под удар. Он исчезал и была полностью ее вина… Кот съежился, смотря на морщинки на ее лице, на крупные слезы стекающие по ее лицу. Мгновенно он прижал ее к себе, нервно гладя ее волосы. — Все в порядке, — шептал он, — со мной все в порядке, с нами все в порядке. Все в порядке. Пожалуйста, не плачь, я понятия не имею, что делать с плачущими детьми. Что его мама делала, когда он плакал? Целовала и убирала его слезы. Но он чувствует, что Маринетт это не понравится. Стоп. Посмотрев вниз на плачущую девочку, свернувшуюся на его груди и вытирающую слезы он спросил: — Откуда ты узнала об этом? Даже он сам этого не помнит. Нет, это было у него в сознании, но иногда он все же сомневался в этом. И только Ледибаг подтвердила, что такое было. Только Ледибаг помнит тот день, когда он «умер». Так откуда это знает Маринетт? Моргнув удивленно, она взглянула на него, ее веснушки сейчас сильно выделялись. Поняв свою оплошность, ее глаза расширились. — Э-э-э, — пискнула она. Прежде, чем она смогла продолжить, Ужасная Двойка нашел их. - У-а-а-а! — Ужасная Двойка взревел, посылая в них еще одним лучом. Прижав к себе Маринетт и закрывая ее руками, он прыгнул, спасаясь от луча. Когда они приземлились, Маринетт увидела свою сумочку и ахнула. Тикки! Тикки все еще была там! Она еще должна уметь перевоплощаться, она сможет это исправить! Ей просто нужна была ее сумка! С большим воодушевлением и приливом сил, она спрыгнула с рук Кота и понеслась в сторону своей сумочки, игнорируя крики Кота. Она была отрезана акумой, который смотрел на нее, ухмыляясь, сверху вниз. — Ну, кто больше сейчас? — мальчик усмехнулся, угрожающе поднимая свою палку. Прежде чем кто-либо смог двинуться, Маринетт пискнула, так как она была грубо схвачена сзади, ее щека прижалась к теплому кожаному костюму еще раз. — Нет! — крикнула она, высунувшись в окно, видя ее сумочку, оставленную на земле. Она увидела Тикки, та смотрела на нее, ее голубые глаза были широко раскрыты. Но Кот не дал ей сбежать на этот раз. Он примчался к двери, захлопнул ее, чтобы сдержать акуму и понесся во двор, где студенты и преподаватели собирали малышей на кучки. - Кот! — Маринетт плакала и била его по рукам. Им нужно вернуться назад! Ей нужно стать Ледибаг! Но герой не слушал. В спешке опуская ее на землю, заставляя ее упасть; он сурово посмотрел на нее и приказал: — Стой здесь! — затем он повернулся и помчался назад, чтобы разобраться с акумой, интересно, где его Леди? — Кот! — Маринетт плакала. Она встала, чтобы побежать за ним, но он обернулся и сурово посмотрел на нее. Это заставило ее застыть на месте. — Оставайся здесь! — повторил он, — ты наказана, маленькая леди! — и скрылся. Маринетт изумленно смотрела ему вслед. Он просто… Рыча, она топнула ногой. Он не смеет указывать ей! Она собиралась попасть туда, схватить ее квами, стать Ледибаг, и надрать ему задницу за это! Но прежде чем она успела догнать его, мадам Бюстье схватила ее за руку и потащила ее ближе к группе малышей. — О нет, юная леди, — Маринетт уставилась на учительницу, — ты останешься здесь в безопасности. Черт бы побрал этого кота.

***

Сломать палку, где была акума, и держать бабочку в банке из ближайшей лаборатории было не так трудно. Но Кот беспокоился, так как его Леди до сих пор не пришла. И она не отвечала на звонки, когда он пытался связаться с ней. Где она? Нужно очистить акуму и вернуть детей в их изначальный вид. Его разум стал подкидывать ему кучу разных вариантов того, что же случилось. Она превратилась в ребенка и не смогла связаться с ним? Она была в беде? Просто задержалась? Может он должен подождать, пока она придет? И, конечно, похвастаться своим успехом. Редкая победа без Ледибаг! Он бы наслаждался этим дольше, если бы не знал, что она в пути. И была в порядке. Но он понятия не имел, что делать сейчас. Перво-наперво, рассуждал он, он должен был позаботиться о бабочке. Он вернулся в класс и схватив свою сумку, сунул туда банку с бабочкой. Теперь ждать свою Леди. Взяв за руку растерянного ребенка и выйдя наружу, Кот застыл из-за того, что он увидел. Маринетт все еще была здесь. Всех остальных малышей не было, но она была все еще там, стояла надувшись, так как мадам Бюстье держала ее на месте, а после разговора по телефону, стояла нахмурившись. Беспокойство зародилось в груди. Почему Маринетт еще здесь? Мадам Бюстье просияла, когда увидела его. — Кот Нуар! — звала его она, — это бывший акума? — Именно! — заверил он, кивая на мальчонка, — хотя Ледибаг еще не пришла, чтобы все восстановить, — Он посмотрел на Маринетт, та смотрела раздраженно и зло в ответ. Она словно молча ругала его, это твоя вина. Он продолжил легко, — но я уверен, она исправит все в ближайшее время. Они оба молчали, когда Маринетт попыталась вырваться из захвата учителя. Указывая на нее, Кот спросил: — Почему она все еще здесь? — Ее родители не забирают, — мадам Бюстье вздохнула, отпуская Маринетт. Кот поймал ее, когда она бросилась в сторону школы, не обращая внимания на ее расстроеный вздох, как он боролся, чтобы удержать ее на месте. Если дети не хотят, их становится очень трудно удержать. — Я отведу ее домой, — заверил он учительницу, широко улыбаясь. — Кот! — Маринетт била его по рукам, чтобы он отпустил ее. — Спасибо, Кот Нуар, — мадам Бюстье вздохнула, потянулась за спокойным малышом, который некогда был Ужасной Двойкой, — Давай, давай отведем тебя домой, — Парень пошел с ней, глядя на нее большими глазами. И Кот остался один на один с копошащейся Маринетт. Покрепче схватив ее за руку и сверкнув широкой улыбкой, он поинтересовался: — Готова отправиться домой? Она надулась и посмотрела на него мрачно. Моргнув, он спросил: — Что случилось, Принцесса? — Мои вещи! — подчеркнула она, указывая на школу, — мне нужны мои вещи! Ой. Он не знал, что она заботилась об этом. Он пообещал с улыбкой: — Ты получишь их позже. Все будет, как только Ледибаг все исправит. — Кот! — простонала она, — Ведибаг… — она закрыла рукой рот, смотря на него с широко раскрытыми глазами. Он поднял бровь, смотря на нее сверху вниз, ожидая. — Ничего, — она смутилась. Хорошо… — Я все еще хочу свои вещи! Он вздохнул. — Все вещи или что-то определенное? — Только мою сумочку, — заверила она, снова зашевелившись в его руках. Кот отпустил ее и она не раздумывая бросилась туда. Сумочку она нашла на том же месте, где и оставила. — Тикки, — шепнула она, открывая сумочку. Маленькая красная квами выглянула и вздохнула с облегчением. — Слава Богу, ты в порядке, — вздохнула Тикки. Она хотела уже попросить Тикки превратить ее, но тут маленькая квами поспешно забралась в сумочку, а Маринетт вздрогнула, услышав позади себя голос Кота. — Ты нашла то, что хотела? — Да! — воскликнула она, вскакивая и показывая ему сумочку и отступила назад, когда поняла, что он был ближе, чем она думала. — Отлично! — Кот снова подхватил ее, — а теперь домой! А потом найти Ледибаг и возвратить все в прежнее состояние. И все это может закончиться.

***

Было только одно, о чем Маринетт забыла. «Здравствуйте уважаемые клиенты! Мы сожалеем, но Кондитерская Дюпен-Чен закрыта на неделю. Мы снова откроемся в понедельник. Увидимся!» — Твоих родителей нет дома? — спросил Кот. Для нее это было в порядке вещей. Родители могли оставить ее одну на несколько дней и быть спокойны. — Где они? — он нажал на звонок. — Отдыхают, — Маринетт сморщила нос в легком разочаровании, — годовщина. Он нахмурился, глядя на ребенка на своих руках. — Я не могу оставить ребенка, — говорит он. Она лишь фыркает на это. — Есть кто-то, у кого ты можешь остаться? — Неа. — Там должен быть кто-то, — он снова нажал на звонок. Она покачала головой, напевая «нет». Ее семья жила и в пригороде Парижа, и в Китае, и в Штатах. Мама Альи будет занята самой маленькой Сезер, родители Нино ее не знали, а больше она никого не знала. Мама Манон? Нет, слишком занятая женщина. — Никого нет, — сказала она, спрыгнув с его рук, — я буду в порядке! Я знаю, что я делаю! Кроме того, он не знал, что она Ледибаг. Он уйдет, и она сможет трансформироваться, чтобы все исправить. — Я не оставлю тебя одну, — сказал он. В этот момент она пожалела, что взглядом нельзя убить. Вот за что ей это наказание в виде напарника? — Я буду в порядке, — настаивала она, наконец освободившись от его рук. Сумочка опасно качнулась, ремешок был слишком длинным для ее маленького тела. Она вздернула голову, чтобы посмотреть на него снизу. — Я справлюсь, — она смотрела серьезно, как только могла. Кот же просто нашел это очень милым. Обезоруженный ее озорной улыбкой, он махнул на дверь. — Хорошо, давай войдем. Сияя, она уверенно потянулась к двери. Только, понять, что она была на несколько дюймов ниже, чтобы дотянуться до ручки. Нахмурившись, она повернулась к Коту и свирепо уставилась на него, когда он просто улыбался, а в его зелёных глазах сверкали смешинки. Она протянула ему ключ. — Открой дверь, пожалуйста, — приказала ему. — Так что, ты можешь остаться дома в одиночестве? — Да-а-а. — Я не знаю, Принцесса, — напевает он, глядя на двери пекарни, — если ты не можешь даже дотянуться до двери… — Кот! — прикрикнула она. — Я не знаю, сможешь ли ты остаться дома одна. Маринетт топнула ногой, обессиленно. Кот лишь легко улыбнулся на ее расстройство. — Ну же, Принцесса, — просит он, — должен же быть кто-то, кому тебя можно отдать. — Нет! Кот перестал улыбаться. Это конец всем его планам, чтобы найти Ледибаг. Если бы он только мог найти кого-то, кто сможет присмотреть за Маринетт несколько часов, пока он ищет Ледибаг. Но он не мог оставить ее с кем попало, вообще желательно с кем-то знакомым. Бессмысленно, Плагг решил, что у него и другие дела есть. Его кольцо пиликнуло. Превосходно. — Я буду в порядке, — пообещала Маринетт, услышав звук пищащего кольца. Он вздохнул. — Я не должен оставлять тебя одну, — оглядевшись, недалеко он увидел парк. Указывая на него, он проинструктировал, — оставайся здесь. Я буду не далеко. Попытаюсь найти кого-нибудь, кто сможет присмотреть за тобой или вернусь сам. Она снова пожалела, что не может убить его взглядом. — Я буду рядом, — повторил он. — Мне было бы вполне комфортно дома одной, — ворчала она под нос, идя в сторону парка, понимая, что от нее не отстанут. Убедившись, что Маринетт в аллее и никуда не собирается убегать, он убежал искать место для трансформации, где его никто не увидит. Он выглянул из-за угла здания, пока Плагг снимал трансформацию и устраивался на его плече. — Вот это ситуация, — хихикал Плагг, смотря на девочку. Сейчас Маринет била ногами по грязи, шевеля губами, ворча. Затем выражение ее лица сменилось, и она, присев, начала тыкать во все, что привлекало ее внимание. — Что будем делать? — Адриан вздохнул. — Нам нужно найти Ледибаг. Но они не могли оставить ребенка одного, особенно тогда, когда еще не нашли Ледибаг. Сейчас Маринетт была его ответственностью. Адриан напрягся. Он ничего не знал о детях. Но, может, не все так плохо? Маринетт казалась осознающей себя, осознающей, что она не ребенок. Но он все еще не мог оставить ее одну. — Давай просто отведем ее к нам домой, — предложил Плагг. Это удивило парня. — И ты не против? — Только пока она не пытается схватить меня. Дети, которых я видел, всегда хотели схватить меня. -…Когда ты видел детей? — Когда Ледибаг и Кот Нуар подумали, что квами хорошие сиделки, — проворчал Плагг, его лицо искривилось из-за плохих воспоминаний. Адриан изумился, на лице начала расползаться улыбка. — Ледибаг и Кот Нуар были вместе?! — спросил он возбужденно. — Иногда, да, — протянул Плагг и залез во внутренний карман рубашки парня, — мне нужно подзарядиться прежде, чем мы пойдем за Ледибаг. И эта девчонка может вздремнуть или еще что, пока нас не будет. Это была неплохая идея. Разумеется, за ней никто не будет следить, но дом всегда находится под наблюдением, значит, пока она спит, все будет в порядке. И, правда, здесь не было никого, кто бы смог присмотреть за Маринетт, пока Ледибаг все не исправит. Расправив плечи и нацепив на лицо дежурную улыбку, он вышел из-за угла здания и направился к малышке, которая с сосредоточенным лицом катала камушки по земле. Захихикав, он спросил: — Они веселые? Она завизжала с перепугу подпрыгнула. Подняв глаза, она напряглась, когда увидела Адриана, который сидел на корточках рядом. Этот Кот не посмел. — Эй, Маринетт! Кот сказал, что тебе нужен друг, что бы присмотреть за тобой? — спросил он, наклоняя голову в любопытстве. Он посмел. Ее перегруженный мозг приказал ей сделать то, единственное, потому что, о Боже, он собирался присматривать за ней и, о Боже, это происходило- Она вскочила и с криком убежала, оставив очень встревоженного Адриана позади. — Подожди! — кричал он, мчась за ней, — прости! Я не хотел тебя пугать! Маринет вернись!