Молчание - золото

Утро выдалось солнечным, поэтому когда первые лучи едва коснулись лица Алиса, она уже проснулась. Девушка нехотя открыла глаза и первое, что увидела — это звезды на потолке. Она знала, что находится в комнате Никиты, и надеялась, что уснула позже парня, никак не провоцируя его. Она приподнялась на локтях, осмотрелась и к своему неудовольствию заметила, что находится в компрометирующем положении: Никита лежал рядом, они оба расположились на подушках, Алиса во сне явно прижималась к парню, ибо его рука до сих пор покоилась на ее плечах. От пояса и ниже на них лежал плед, укрывая от прохлады ночей. Девушка подумала, что Киоссе явно позаботился об их комфорте, она постаралась как можно более тише и незаметнее встать. К счастью, парень крепко спал, поэтому не заметил ее пропажи. Алиса укрыла его полностью и тихонько вышла из комнаты. Она нашла в пакете, где хранились ее вещи, чистую одежду и решила принять душ. Понимая всю неправомерность ситуации, Алиса решила взамен приготовить всем завтрак. Совершив утренний моцион, приведя себя в порядок, девушка спустилась вниз и начала готовить. — Что на завтрак? — спросил сонный Никита, спустившись с лестницы. Алиса показала на стол, где уже стояла яичница, тосты, блинчики, фрукты, смузи, сок и свежесвареный кофе. Сама же девушка доставала добавки и расставляла приборы. — Потрясающе! — Киса, неужели ты решил приготовить завтрак? — потянулся Толик, заходя на кухню. — Лучше, — улыбнулся парень, увидев реакцию друга на девушку. — Я нашел того, кто нам его приготовил! — Боже, откуда такой вкусный запах? — постоянно зевая спросил Тема, подходя к кухне. — Скажите, что это настоящая еда так вкусно пахнет! — умоляюще протянул Влад. — Я бы душу продал за домашний завтрак… который готовила Алиса. Все трое вновь прибывших удивленно смотрели на девушку, которая в свою очередь улыбалась и украшала стол. Она подняла на них взгляд и почти сразу же покраснела. — Где расписаться кровью? — растерянно спросил Рамм. Толя неуверенно сел за стол, остальные последовали его примеру. Даже Алиса, прежде ни разу не позволившая себе сидеть с ними за одним столом, осторожно отодвинула стул и присела, наблюдая за реакцией парней. Они тщательно старались скрыть свое удивление, но, осознав всю тщетность попыток, принялись есть. — Очень вкусно, — протянул довольный Никита. Он один чувствовал себя комфортно в этой ситуации, он один понимал, что происходит. Алиса же смущенно поглощала пищу под изумленные взгляды. Через несколько минут напряженного молчания Киоссе не выдержал. — Скажи им! — Сказать что? — оживился Влад. После такого заявления все трое почувствовали легкую надежду на то, что Алиса сейчас напишет в блокноте, что остается у них работать. Все выжидающе посмотрели на нее, а девушка, стушевавшись под пристальными взглядами, просто пожала плечами и принялась дальше есть свой завтрак. После нескольких напряженных секунд парни поочередно смирились с ответом и продолжили прием пищи. Алиса ела блинчики с медом, аккуратно разрезая их ножом, подцепляя вилкой и обмакивая в мед. Влад и Никита ухмыльнулись, увидев это изящное действие, Толя улыбнулся и незаметно покачал головой, а вот Тема не мог отвести взгляд. Он буквально буравил им девушку. Не все сразу поняли, почему он так смотрит, но, сопоставив некоторые факты, едва сдерживали улыбки. Дело в том, что Алиса сидела прямо напротив Темы, у которого также лежали блинчики, которые парень до этого ел преимущественно руками. И когда он увидел, как их ест девушка, ему стало неловко, он прервал свой завтрак и просто затравленно заозирался, выбирая между «забить и есть, как обычно» и «начать подражать ее манерам и взять нож с вилкой в руки». — Руками вкуснее, — мягко улыбнулась Алиса, не отрывая взгляда от своей тарелки и не прерывая процесс распила блинчика. Она готова была поклясться, что в этот момент весь мир остановился, все смотрело только на нее, все было обращено в слух, она была под пристальным вниманием. — Молодец! — радостно выдохнул Никита, возвращаясь к своему завтраку уже с улыбкой. Все остальные молчали, обмениваясь недоумевающими взглядами. — Думаю, мне стоит объясниться? — как можно тише и спокойнее сказала Алиса, давая парням привыкнуть к звуку своего голоса. Никита завороженно слушал, все остальные не могли поверить своим ушам. — Когда вы уезжали в свой отпуск, я тогда действительна была немой. С самого начала и вплоть до последней нашей встречи я не могла произнести ни звука. Сейчас все иначе. Сейчас я могу свободно изъясняться, выражать свои мысли. Сейчас я не ограничена временем, которое готовы потратить на ожидание моей очередной записки. И этим я обязана только вам, — она ослепительно улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку, чем еще больше смутила парней. Никита, который до этого момента знал только, что девушка может говорить, наконец сравнялся с остальными по уровню владения информации. Парни ошарашенно посмотрели на девушку, до сих пор не веря, что это происходит на самом деле. Каждый хоть раз мечтал услышать голос девушки, или думал, какой он. Но никто не ожидал, что он на самом деле сможет его услышать. Сейчас все чувствовали, будто они узнали чью-то страшную тайну, за свидетельство которой могут убить. — Я думал, это врожденная немота, — первым опомнился Влад. — Нет, на самом деле я могла спокойно говорить еще год назад, — ответила Алиса. — А что случилось год назад? — спросил Тема. — Долгая история, — многозначительно протянула девушка, но уткнулась в заинтересованные взгляды и продолжила. — Но я так понимаю, что время у нас есть? — она едва заметно рассмеялась. — Дело в том, что я была солисткой в одной начинающей группе. У нас были свои песни, свои поклонники, свои ненавистники. После очередного концерта мы все выходили из клуба. Мы были очень веселыми и беспечными, к тому же выпили. Чувство опасности притупилось, поэтому никто не ожидал подвоха или, тем более, нападения! Я выходила последней, все уже стояли на улице, весело разговаривали, обсуждали прошедший концерт, а я стояла и не хотела выходить. Я вышла на улицу, там меня встретили и начали обнимать так, будто давно не виделись, — Алиса усмехнулась, а парни завороженно слушали ее голос. Им хотелось, чтобы история не кончалась. — Я не заметила, как он ко мне подошел. Он попросил автограф, что было просто дикостью для нас, ведь мы только-только начали выступать. Я потянулась, чтобы расписаться, но ручка неожиданно выскользнула из моих неловких рук. В это время я почувствовала легкий ветерок и увидела, как он махнул рукой в мою сторону. Какая-то жидкость полетела в ту сторону, где должно было быть мое лицо, но я сидела на асфальте в поисках ручки. Когда я поняла, что это кислота, что он собирался меня убить, было уже слишком поздно. Он повалил меня на землю, сел сверху и начал душить. Он душил меня до потери сознания, или состояния, близкого к этому, — все замерли в ожидании продолжения. — Его успел оттащить Вадим. Меня сразу увезли в больницу. К счастью, та кислота попала только на руки нападавшего, никто не пострадал. Кроме меня. Я перестала говорить, точнее, я потеряла голос. Я пыталась полгода восстановить его, проходила разные курсы, которые не помогали, сама пыталась что-то делать, но ничего не выходило. Тогда я подумала, что мне нужна работа. Меня устроили… Вадим устроил на работу, там по воле судьбы мне назначили ваш дом. И вот теперь, после стольких месяцев мучения, я вновь могу говорить! Никто не верил своим ушам. Все удивленно уставились на девушку и еще с минуту переваривали информацию. — А кто для тебя Вадим? — спросил Никита. — Вадим был моим хорошим другом. Он был нашим музыкальным менеджером, организовывал нам концерты, помогал продвигать свою музыку. Мы с ним знакомы около трех лет. И оказалось, что он все три года был не равнодушен ко мне. А я, к сожалению, не могла ответить на его чувства. Но он мне очень сильно помог, поэтому я не могу держать на него зла. Интересно, как у него дела? — хохотнула девушка, остальные непроизвольно улыбнулись. — А что произошло с той фанаткой? — напомнил Влад. — Она не может прийти в себя, — покачала головой Алиса. — Она до сих пор злится. И ее подруга решила выместить всю злобу на вас. Но я постаралась ей объяснить, что вы ни в чем не виноваты. Сказала, что вы такие же люди, как и все, что вам тоже нужна безопасность. И что вы имели полное право подать в суд за нападение, но поступили куда гуманнее и мудрее, чем могли бы. После того, как я сказала, что вы помогли вернуть мне голос, девушка пообещала попробовать написать опровержение. Кажется, у нее это отлично получилось, раз скандал замяли. — Не думал, что журналисты так просто отпустят эту сенсацию, — удивился Тема. — Думаю, Костя постарался, — кивнул Толя. — Погоди, вот ты говоришь, что мы помогли тебе вернуть голос. Каким образом? — оживился Влад. — Доктор сказал, что мне нужен покой, безопасность, забота, — улыбнулась Алиса. — Кажется, только с вами я поняла, что такое «родной дом», что такое «комфорт». Мне до жути нравится это место, и нравитесь вы, — она смущенно опустила глаза. — Рады, что смогли помочь, — сухо ответил Толя, встал из-за стола и направился было в свою комнату, но голос девушки, такой непривычный, остановил его. — У вас есть полное право злиться на меня, — спокойно ответила Алиса. — И я прошу прощения за ту сцену в больнице. Но сейчас я здесь, и хочу кое-что вам предложить. Все заинтриговано посмотрели на нее, а Толя обернулся и скептически сложил руки на груди. — Я рассказала вам немного о себе, что следовало сделать давно, но я бы чисто физически не смогла столько написать, — улыбнулась девушка. — Вы узнали совсем немного, и это нечестно по отношению к вам, ибо о вашей жизни я знаю практически все. Поэтому предлагаю провести один день со мной. Вы же хотели узнать мой мир? — она хитро улыбнулась и обвела всех присутствующих взглядом. — Это будет интересный опыт. Ребята переглянулись между собой, кивнули друг другу и согласились на подобную авантюру. Без лишних слов все пошли собираться, а Алиса по привычке начала убираться после завтрака. Она подумала, что будет скучать по этим домашним делам, по этим совместным завтракам. На самом деле Толя не злился на Алису. Ему было обидно, но он сам не понимал, на что обижается. Просто появилось неприятное чувство, будто девушка врала ему, будто она знала, как ему важно знать правду, и намеренно молчала. Она будто потешалась над парнем, не показывала себя настоящую, а сейчас она раскрылась во всей красе. Толя понимал, что это все было из-за депрессии, связанной с потерей голоса, из-за неопределенности, которая мучила девушку, но он не просто не мог поверить, что не разглядел такую девушку раньше. Она будто предстала перед ним во всей красе. Ее личность заиграла совершенно другими красками — она стала увереннее. Когда он зашел на кухню, Алиса не порхала от стола к столу, она уверенно и спокойно перемещалась, всем своим видом давая понять, что она изменилась, а может быть, стала сама собой. Он больше не видел в ней той спасительной мягкости, той нежности, но он заметил некоторую хитрость, игривость, едва уловимое проявление силы. Если раньше ее поведение не сходилось с ее характером, то сейчас он будто собрал пазл. Он хотел, чтобы она раскрылась полностью, хотел, чтобы она постоянно говорила, хотел общаться с ней, а не просто наблюдать. Тема рассматривал Алису как нечто абсолютно новое и непонятное. После нескольких откровений он не только не смог разгадать девушку, но еще больше запутался в ней. Некоторые элементы он просто не мог уловить или усвоить. Например, он не понимал, как девушка, на которую напал фанат, из-за которого она получила травму, спокойно бросилась в бой с другим обезумевшим фанатом, не задумываясь о последствиях. Он не мог понять, как она контролировала свои чувства, как она не могла злиться на Никиту за то, что он ей наговорил. Тема просто отказывался понимать, как Алиса смогла простить Вадима за то нападение. Девушка представлялась ему нелогичной, странной, но жутко притягательной. Желание понять ее и разгадать ее характер только усилилось. Тема не без удовольствия отметил, что Алиса стала очень уверенной, в чем-то даже твердой, но это никак не шло вразрез с ее образом. Скорее наоборот — нельзя было сейчас себе представить покладистую и милую Алису, которая только пришла к ним домой. Сейчас она чем-то напоминала кошку — такая же гордая, такая же сильная. Она чувствовала себя на равных с хозяевами дома. Тема поставил для себя цель — узнать максимум об этой девушке за предстоящий день. Влад, казалось, совсем не удивился тому, что Алиса вдруг начал говорить. Он будто знал, что от девушки можно ожидать чего угодно, а потому был во всеоружии, мол «Вас удивило? А меня — нет! Я только этого и ждал!». На самом деле, он был безумно рад, что она наконец сможет выражать свои мысли с помощью голоса, он уже представлял, как они вновь пойдут гулять по ночному городу, как она будет рассказывать ему забавные истории, как он будет слышать ее смех. И все сразу встанет на свои места: она снова будет практически жить с ними, проводить свое время, отдавать всю себя только им. Звучало эгоистично, но ребятам только это и надо было. Они хотели, чтобы дома их опять кто-то встречал. Чтобы они были кому-то нужны. Влад помнил, какими парни приехали после больницы. Никто ни с кем не разговаривал, на репетициях все старательно отводили глаза, никто не хотел возвращаться домой, понимая, что их там никто не ждет. И если раньше все буквально стремились в квартиру, в комфорт и уют, то сейчас они специально выбирали дороги, где больше всего пробок, всегда находили какие-то дела, причины не возвращаться в свою обитель. Теперь же появилась призрачная надежда, что все вернется на круги своя. Влад жутко хотел, чтобы девушка общалась только с ними, проводила свое время только с ними. И он понимал, что с одной стороны — это хорошо, что она вернула себе голос, а с другой — теперь велик шанс, что она захочет вернуть свою прошлую жизнь. Она стала смелее, этого нельзя было не заметить. И теперь Влад стал чаще думать, что было бы, если бы он тогда в переулке поддался чувствам и проявил инициативу. Особенно приятно об этом было думать, принимая во внимание последние изменения девушки — она стала нравиться ему еще больше. Она буквально привлекала его. Никита просто был счастлив. Он радовался, что ситуация обернулась именно таким образом. Еще вчера он безумно переживал, что Алиса не простит его, а сегодня он наслаждается ее голосом, слушает истории из жизни, объяснения ее немоты. Потрясающе интересно было следить за реакцией парней, которые только узнали, только услышали ее голос. Их шок на лице, удивление, непонимание навсегда запечатлелись у него в памяти. Он буквально смеялся, когда видел, как вытягиваются лица парней. Никита вспомнил, как сам впервые услышал ее. Эта ночь была необыкновенно волшебной, ему казалось, что сейчас сама судьба была за них, что все хранило молчание. Он боялся уснуть, боялся спугнуть эту атмосферу, но Алиса сдалась в плен сна быстрее. Как только он услышал мерное дыхание девушки, он посмотрел на нее и убедился, что она заснула. Уложив ее поудобнее, он накрыл ее пледом и прилег рядом. По привычке протянув руку под подушку, он к своему восторгу почувствовал там плитку шоколада. Парень не понял, что во сне девушка прижималась к нему, но он инстинктивно обнимал ее. Если бы он узнал, что происходило ночью, он бы наверняка покраснел и замолчал. Проснувшись утром, Никита не обнаружил Алису рядом и на мгновение подумал, что это был сон. Однако приятный запах вкусной еды свидетельствовал об обратном. Спустившись вниз, он обнаружил девушку, которая накрывала стол. Она выглядела просто невероятно естественно. Сейчас он подумал, что именно такой образ — узкие джинсы, заплетенные в неаккуратную косу волосы, облегающая майка и босые ноги — идеально ей подходил. Она была уже не той умиротворенной и спокойной, но была яркой, словно вспышка, обжигающей, но ненавязчивой. Она умело создавала иллюзию своего присутствия, а когда ты с ужасом обнаруживал ее исчезновение, она с улыбкой на лице вновь появлялась рядом. Утро выдалось солнечным, что приятно дополняло картину — складывалось впечатление, что все на своих местах, что не было этого двухнедельного перерыва, что Алиса больше никуда не уйдет. Первым местом, куда попросила поехать Алиса, оказалась звукозаписывающая студия. — Давайте! Ну же! — задорно кричала она, когда парни мялись у входа. — Запишем пару песен вместе! Когда я говорила, что покажу свой мир, это значило, что я покажу вам его, а не стану насильно впихивать! Ребята недоверчиво переглянулись, но все же решили пойти за подругой. Это было достаточно просторное здание со множеством комнат внутри. Алиса блуждала по коридорам, водила за собой парней, сворачивала на разных поворотах, смеялась, когда понимала, что она заблудилась, и убеждала друзей продолжить путь. Наконец она остановилась около одной комнаты и смело зашла внутрь. Там сидела группа молодых парней и пробовала звук. Ребята ввалились следом, чтобы не оставлять девушку одну в такой непонятной ситуации. Когда они вошли, то им показалось, что музыканты не дышали. Они удивленно уставились сначала на девушку, а затем переводили не менее удивленные взгляды с парней на Алису и обратно. — Простите, — смело выступила девушка. — Мы тут проходили мимо и услышали вашу песню… — она замолкла на секунду, будто пробуя обстановку на вкус. — Молодой человек, вы ужасно поете. Глаза солиста округлились, некоторые музыканты за его спиной еле подавляли смешки. — Да? — удивленно переспросил парень. Его взгляд был абсолютно холодным, а лицо ничего не выражало. — А мне говорят, что я пою отлично, — с едва заметно вздернутым подбородком ответил он. — Вам безбожно льстят! — продолжала девушка, наступая на горе-солиста. — Это просто невозможно слушать! — она победно подняла голову и упрямо посмотрела на парня. Остальные молчали и ждали развития событий. — Тогда может быть вы продемонстрируете, как надо петь? — он сверкнул глазами и отступил на шаг, уступая место у микрофона. — Пожалуйста. Если вы настаиваете… — Алиса растерянно посмотрела на друзей, обвела нечитаемым взглядом музыкантов, встала около микрофона и приготовилась петь. Едва заиграла музыка, она сразу же уверенно перехватила микрофон, надела наушники, постучала по ним и, ослепительно улыбнувшись ребятам, начала петь. Музыка заполнила всю комнату, она стала невыносимо громкой, поэтому парни отступили к стене, удивленно переглянулись между собой, но начали слушать и созерцать. The Ghost Of You I never said Iʼd lie and wait forever Я никогда не говорил, что буду ждать вечно. If I died, weʼd be together Если бы я умер, мы бы были вместе. I canʼt always just forget her Я никогда не смогу забыть о ней, But she could try Но она может попытаться. At the end of the world На закате этого мира Or the last thing I see Последнее, что я увижу, You are Будешь ты, Never coming home Так и не вернувшаяся домой, Never coming home Так и не вернувшаяся домой. Could I? Should I? Мог ли я? Смог бы я? And all the things that you never ever told me Все вещи, которые ты так и не сказала мне… And all the smiles that are ever gonna haunt me Все те улыбки, которые меня вечно будут преследовать. Never coming home Так и не вернувшаяся домой. Never coming home Так и не вернувшаяся домой. Could I? Should I? Мог ли я? Смог бы я? And all the wounds that are ever gonna scar me И все те раны, от которых останутся шрамы… For all the ghosts that are never gonna catch me И все те призраки, которые меня никогда не настигнут… Get the feeling that youʼre never Почувствовав, что ты никогда… All alone and I remember now Совершенно один и у меня перед глазами теперь… At the top of my lungs in my arms she dies На моих руках, на вдохе она умирает… She dies Она умирает… If I fall Если я упаду… If I fall (down) Если я упаду… Как только песня началась, взгляды всех присутствующих были прикованы к Алисе. Она прикрыла глаза и начала петь. Голос, которые до этого момента не раскрылся в полной мере, стал обволакивать слух, въедаться в мозг, наполнять воздух комнаты. Даже громкая и относительно тяжелая музыка не мешала ему распространяться и нести за собой прекрасное. Парни слушали эту песню впервые, но по обрывкам фраз, по настроению самой музыки, по общему состоянию девушки понимали весь смысл, что был вложен в этот момент. Они чувствовали вместе с ней каждую крупицу боли, каждое изменение, каждую слезу. Девушка в одно время прикрывала глаза, в другое как обезумевшая смотрела на них, выбрасывая руку вперед и пророча им несчастную судьбу. И все это выглядело так органично, будто она сама слилась с музыкой, со словами, будто она стала ее частью. Музыканты удивленно, но в то же время и восхищенно смотрели на нее, продолжая играть, но попеременно отвлекаясь на солистку. Она так гармонично вписалась в этот коллектив, что создавалось впечатление, будто сама музыка так и должна выглядеть. Алиса замирала на секунду, и все замирало вместе с ней. Алиса кричала, и самому бесстрастному слушателю захотелось бы кричать. Девушка знала, как надо подать свой голос, где надо усилить звук, где надо сделать плавный переход, где надо сойти на шепот. Вся картина складывалась необыкновенной, восхитительной и волшебной. Никто не сомневался, что ее место на сцене. Песня так въелась в сознание, что в тот же миг захотелось куда-то бежать, что-то делать, что-то менять, но все стояли и завороженно слушали. Но вот музыка закончилась, девушка затравленно и грустно, в тон песни, посмотрела на своих друзей, но уже через мгновение вновь стала веселой. Ребята, едва отошедшие от впечатлений, уже готовились извиняться за подругу, но солист внезапно строго и рассержено выступил вперед. Алиса немного напряглась, но отступать не стала. Остальные музыканты с интересом следили за действиями фронтмена. — Лиса! — радостно протянул парень и бросился обнимать девушку. Она со смехом подалась ему навстречу. Остальные поставили свои инструменты и тоже начали приветствовать ее. Лишь четверо гостей напряженно и удивленно наблюдали за этой сценой. — Боже, как же я рад, что ты вернулась! Со всех сторон слышались слова приветствия: «Лиса, сколько лет, сколько зим?!», «Лиса, а ты похорошела!», «Поешь чудесно, как всегда!». Девушка буквально кружилась в этом водовороте объятий, приветствий, восхищенных слов и улыбок. — Погоди, ты же вернулась? — строго спросил солист. Алиса твердо кивнула и улыбнулась своей искренней улыбкой. Ребята из «MBAND» стояли и удивленно смотрели на все происходящее. Они не понимали, а точнее, не хотели понимать, что происходит. Кажется, именно сейчас до них дошла простая истина — Алиса к ним больше не вернется, она вновь нашла свою семью, свой круг общения, своих людей. Парни чувствовали себя на удивление паршиво — они вроде бы сделали доброе дело, но никто особо не радовался этому. Вся сцена с приветствием была больше похожа на возвращение щенка хозяевам, которые по-настоящему любят его, которые могут оценить все его самые лучшие качества, которые никогда не обидят его. Все четверо резко позавидовали этой группе — они знали Алису настоящую. Они видели, как она отвечает им на улыбки, видела, как она одним официально пожимает руку, как других треплет по плечу. И все это казалось таким естественным, будто она никогда и не работала горничной у них, будто они никогда раньше не видели ее подавленной, спокойной и тихой. Теперь этот жесткий контраст шел вразрез с шумной, веселой, странной, яркой и энергичной девушкой. И никто не знал, радоваться, что они видели ее другую сторону, или печалиться, что видели только ее. — Ребята, — обратилась она к музыкантам, — это мои друзья из «MBAND». Парни, это моя группа «No More Reasons». Запоминаем быстро: Никита, Тема, Влад и Толя. Стас, Антон, Кирилл и Илья. — Очень приятно, — улыбнулись музыканты. — Нам тоже, — кивнул с вежливой улыбкой Толя. — На самом деле я привела вас сюда, чтобы повеселиться и записать несколько песен, — просияла Алиса. — Парни нам помогут в этом. Они отменные каверщики. Ведь так? — Поможем, — кивнул Илья, который изначально встретил гостей и стоял у микрофона. Сейчас он отошел на задний план и стоял там с бас-гитарой. — Только спой нам еще одну песню, и вся студия вместе с группой в твоем распоряжении. — Что? — растерялась Алиса. Она не знала, как парни отреагируют на это. Она не думала, что им нравилось стоять и смотреть, как она поет. — Мы бы тоже очень хотели послушать, — ответил Влад. Кажется, он понял, почему девушка замолкла, и решил дать понять, что они не против этой затеи. К тому же, это было правдой. Алиса неуверенно подошла к микрофону, но, как только услышала постукивание по тарелкам, сразу же напустила на себя смелый вид и, глубоко вздохнув, начала петь. I Donʼt Love You Well, when you go Когда ты уйдёшь, Donʼt ever think Iʼll make you try to stay Даже не думай, что я попытаюсь заставить тебя остаться. And maybe when you get back И, возможно, когда ты вернёшься, Iʼll be off to find another way Я буду в поиске совсем другого пути. And after all this time that you still owe И спустя всё это время, ты по-прежнему вся в долгах. Youʼre still the good-for-nothing I donʼt know По-прежнему «ни на что не годна», я тебя не знаю. So take your gloves and get out Так забери свои перчатки и убирайся, Better get out Лучше убирайся, While you can Пока можешь. When you go Когда ты уйдёшь, Would you even turn to say Пожалуйста, обернись, чтобы сказать: «I donʼt love you „Я не люблю тебя, Like I did Yesterday“ Как вчера» Sometimes I cry so hard from pleading Иногда я так сильно прошу тебя, So sick and tired of all the needless beating Так болен и устал от бесполезных избиений. But baby when they knock you Но, детка, когда они убивают тебя Down and out Изнутри и снаружи. Itʼs where you ought to stay Это то, чего ты хотела? And after all the blood that you still owe И после всей крови, которую ты должна, Another dollarʼs just another blow Другой доллар — ещё одна доза. So fix your eyes and get up Так открой глаза и очнись, Better get up Лучше очнись, While you can Пока можешь. Well come on, come on Ну, давай, давай! Песня еще не успела начаться, а девушка уже игриво рассматривала своих друзей, которые приготовились к очередной порции волшебства. Теперь они понимали, почему девушка решила посвятить себя сцене. Они были уверены, что на концерте она выглядит действительно потрясающе, что она заряжает своей безумной энергетикой все вокруг. Парни невольно начали сравнивать себя и свое творчество с ней. На какой-то миг ей показалось, что они задумчиво улыбнулись, но они продолжили внимательно смотреть на нее. И вот уже песня начала разгоняться, музыка становиться энергичнее, а Алиса начала петь так ярко, так эмоционально, что дух захватывало. Казалось, что она не смогла бы так быстро сменить образ с первой песни, но никто больше не мог представить ее в предыдущем амплуа. Она настолько вливалась в музыку, она создавала для каждой песни свой образ, она необратимо захватывала умы слушателей, их воображение, их внимание. Смена настроения музыки сливалась с переливами голоса, и казалось, что от этого голоса зависит вся музыка. Она будто повелевала ей, направляла ее, и вместе с тем повелевала слушателем и направляла его. Когда песня закончилась, все чудесное воздействие прекратилось. Все волшебство растворилось так, как аромат растворяется в воздухе — безвозвратно, но оставляя приятное послевкусие. — Ваша очередь, — на удивление звонко сказала Алиса, когда музыка затихла. Она повернулась к группе и строго посмотрела на них, будто предупреждая, что если они не согласятся на ее условие, она заставит их об этом пожалеть. — Хорошо-хорошо, — со смехом поднял руки Илья, будто сдаваясь. — Чего желаете? — Давайте «We will…»? — она обернулась к парням и пригласила их на импровизированную сцену. — Давайте все вместе. Ну же! Все знают ее слова! А если нет, то хлопайте и пойте припев! Алиса начала топать ногами и хлопать в ладоши в такт песне. Вместе с ней это начали делать все, абсолютно каждый заразился ее энтузиазмом, абсолютно каждый поверил, что сейчас правильнее всего — начать всем вместе петь песни. Никита и Артем слов не знали, а потому только создавали фон, но увлеченно наблюдали за тем, как Толя и Влад вливаются в процесс. Следующую песню не знал только Влад, а потому он только иногда подпевал «I love rock-n-roll». Алиса не оставила его в стороне, а сделала прямы участником действия. Пока остальные пели и создавали хор, она наглядно изображала содержание песни, привлекая для этого Рамма, который с охотой отзывался на ее действия. Она вовлекла его в свой странный танец, заставила поверить, что они действительно только-только встретились у музыкального автомата, и неведомым образом она убедила его, что сейчас только и ждет, что его предложения продолжить вечер у него дома. Это было просто невероятно. Следом шли каверы известных исполнителей в обработке в рок-стиле. Музыканты сохраняли ритм, но в то же время привносили что-то свое, еле уловимое, но безусловно значимое в известные мелодии. Так песня Adele — Skyfall только выиграла от подобной обработки, а голоса парней привнесли в нее какое-то новое особое звучание. Следующей была песня One Direction — «Drag Me Down». Ребята были рады услышать знакомые мелодии, они прекрасно знали слова, поэтому могли спокойно петь и не стоять в стороне. А песню Justin Timberlake — «Mirrors» пели абсолютно все присутствующие. Даже ударник, которому не всегда хватало воздуха в легких, не мог отказать себе в подобном удовольствии. Ребята чувствовали себя уверенно, они были максимально раскованы и расслаблены, что случалось довольно редко. Чаще всего они прятались за маской веселья и не могли полностью отдаться любимому делу, но атмосфера была настолько комфортной, что даже незнакомые люди не могли их смутить. Обычно они долго вливались в какой-либо коллектив, очень долго ставили себя и показывали свое место, но здесь все вышло иначе. Их воспринимали как нечто обыденное, нечто понятное, простое и должное. Никто не задавал лишних вопросов, все просто решили, что стоит их принять в свой коллектив, пусть и всего на несколько часов. Яркий свет давил на глаза, поэтому все постепенно начали чувствовать усталость, но переполненная энергией Алиса нашла переключатель и создала приятный полумрак в комнате. Теперь все чувствовали себя в параллельной вселенной. Магия и интим обстановки зашкаливали, теперь все раскрепостились по-настоящему. Музыканты стали играть более чувственно, иногда позволяя себе импровизацию, парни танцевали, пели так, будто не было никаких правил, создавали новые звуки, каверкали слова, смеялись, веселились. Алиса кружила вокруг них, создавая ощущение, будто сейчас она принадлежит только ему конкретно, и никому в то же время. Она умудрялась уделить внимание даже ударнику, но не задерживалась на ком-то одном. Девушка заполняла собой помещение, и каждый чувствовал, что он особенный, что именно с ним она расцветает по-настоящему. Алиса знала, кому надо улыбнуться, кого поманить пальчиком, с кем вместе потрясти головой. Она знала, что нужно каждому. Именно она создавала ту самую непередаваемую атмосферу. Каждый находящийся в комнате вдруг резко почувствовал, что сейчас он может и горы свернуть, и море переплыть — настолько сильно они были уверенны в себе. Воздух заполняла музыка, смелость, раскованность, развязность, счастье и энергия. Каждый буквально дышал этим, чувствовал это всеми клеточками тела. Сейчас они все были как один большой организм: они чувствовали друг друга, знали настроение друг друга, они могли общаться с помощью мыслей. В тот вечер в комнате звучала потрясающая музыка и заливистый смех. В тот вечер они все стали самими собой, они не думали, что делать дальше, они наслаждались настоящим временем, которое, казалось, длилось всего мгновение. Сладостное мгновение. Когда Алиса потянула их из студии на улицу, ребята почувствовали себя пьяными. Они шли немного пошатываясь и не понимая, почему их выдернули из такой веселой атмосферы. Когда они вышли на улицу, то с удивление отметили, что уже вечер, а ведь они только-только начинали петь, только познакомились с группой Алисы. Все это казалось таким странным, что им потребовалось провести около двух минут в тишине машины, пока Алиса наконец не сказала, куда надо ехать. Они нехотя согласились, все еще отходя от пережитых эмоций, но спорить не стали, а потому уже через полчаса тяжелого движения они оказались в небольшой кофейне. Это было маленькое приятное место, в котором почти не было людей. Маленькие пустые столики стояли обособленно, между ними ходил один ленивый официант, но даже он не мог испортить атмосферу этого тихого домашнего кафе. Никита выбрал столик у окна, остальные не стали возражать, лишь сели на удобные диванчики, в которых практически утонули. Несколько минут все молчали, наблюдая за вечерним городом. Они смотрели за тем, как понурые люди идут домой после работы, как мчатся машины по едва освещенным улицам, как фонари уставши моргают, прорываясь через сумерки, как легкий ветер треплет волосы, поправляет одежду. И все молчали, стараясь не смотреть друг на друга. Они понимали, что если заговорят, что если выдадут свое присутствие каким-либо образом, то придется сделать необходимое — попрощаться. К столику подошел официант, и все очнулись. Они вынужденно переглянулись, заказали первое, на что упал взгляд, и вновь начали наблюдать. — Это был мой мир… — тихо сказала Алиса. Она серьезно посмотрела на всех, но сразу же перевела взгляд на стол. — Мне понравилось, — слабо улыбнулся Влад, Никита зло посмотрел на него. Он понимал, что теперь придется говорить. — Я рада, — улыбнулась в ответ девушка, но не подняла глаза. — Что дальше? — устало выдохнул Киоссе. — Ты о чем? — спросила она, отрываясь от разглядывания стола. — Что теперь будет? Это же конец? — серьезно и обиженно спросил он. — Конец — это всегда начало, — мягко улыбнулась девушка. — Я серьезно, — угрожающе тихо ответил Никита. — Это что, все? — Чем ты будешь дальше заниматься? — подхватил Тема. — Думаю, восстановлю деятельность группы. Они рассказали, что написали около десяти полноправных мелодий, но вот с текстами у них беда, — начала увлеченно рассказывать Алиса. — Думаю, можно будет записать еще один альбом… Я возвращаюсь в группу. — А как же мы? — жалостливо выдавил Никита. Он хотел, чтобы это получилось как можно более безразлично, но из-за этого вышло только хуже. — У вас будет новая горничная, — хохотнула девушка. Она старалась разрядить обстановку, но ничего не выходило. — Если вы хотите, мы можем продолжить общаться, но вы сами понимаете — с таким графиком работы, как у вас, мы не сможем видеться чаще, чем раз в месяц. — Есть выход, — улыбнулся Тема. — Оставайся у нас работать. Все на минуту замолчали. Каждый понимал, что это не выход. — Почему все так печально-то? — положил голову на руки Никита. — Можно было бы стереть всю грусть с Земли… — Жизнь не может состоять только из чудесных мгновений, — улыбнулась Алиса. — Тогда они перестанут быть чудесными, а станут обычными. Как можно оценить счастье, если ты никогда не страдал? Ребята молча на нее посмотрели. — Слушайте, — мягко начала девушка. — Я буду бесконечно благодарна вам за то, что вы сделали для меня. Это просто невероятно. Вы просто помогли мне вернуть свою жизнь, вы сделали то, что не под силу ни одному человеку. Но я не могу больше жить в том вакууме. Мне надо вернуться в группу, заняться музыкой… Простите. Алиса что-то быстро написала на бумаге и протянула это Никите. — Это мой телефон, это мой адрес, а это ссылка на меня в социальной сети, — пояснила она. — Пишите и звоните в любое время. Еще раз спасибо. До встречи, — Алиса мягко улыбнулась, помахала им рукой и вышла из кафе. Она еще долго шла по улицам и плакала. Ужасно не хотелось от них уходить, не хотелось покидать таких родных ребят, которые в трудную минуту были вместе с ней, пусть и сами не подозревали, что они для нее значат. Слезы обиды катились по щекам девушки — она не понимала, почему она действительно должна делать это. Ей дико хотелось остаться с ними, вернуться в кофейню, извиниться за поведение, сказать, что пошутила, сказать, что она остается. Вернуться к ним домой, приготовить им вкусный ужин, слушать их рассказы о том, как они отрывались на репетиции, кто с кем поругался, у кого какие проблемы. Ужасно не хотелось лишать себя общения с ними. Грусть поднималась от живота к горлу. Девушку начинало мутить, она присела на ступени около одного здания и опустила голову на колени. Она понимала, что ей надо двигаться дальше, но так не хотелось прощаться с ребятами. Они подарили ей безопасность, они вернули ей голос, они вернули ее к жизни. Было жутко обидно лишать саму себя таких драгоценных людей. От непонимания она вновь заплакала. Казалось, что успокоиться она не сможет еще долго. — Лучше бы она до сих пор молчала, — пробурчал Никита, дожевывая свою еду. Остальные с осуждением посмотрели на него, но говорить ничего не стали. Каждый понимал, что он прав. Говорить не хотелось, обсуждать произошедшее — тем более. Все сидели молча и переваривали информацию, думали, как жить дальше. Конечно, Алиса — всего лишь очередной человек на жизненном пути, но никто не мог понять, почему она за такое короткое время стала частью этого самого жизненного пути. Теперь никто не мог представить свою жизнь без нее. Это было странно, но действительно нереально. Все равно, что жить без телефона — вроде бы возможно, но нет ни сил, ни желания. Особенно было обидно после того, как они посетили звукозаписывающую студию. Там они были счастливы, они были веселыми, такими, какими еще не были нигде и ни с кем. От этого было вдвойне обидно — они только раскрыли что-то новое в себе, но их тут же заставили попрощаться с человеком, который помог открыть это в них. Непонимание пронзило буквально всех. Через некоторое время здравый смысл все же взял верх, и осознание медленно заняло мозг, словно распространившись по крови. Алиса была действительно прекрасна на сцене, она была неподражаема и восхитительна, когда пела. И лишить ее такого шанса на самореализацию не поднялась бы рука ни у кого. — Некоторые птицы слишком прекрасны, чтобы держать их в клетке, — будто подвел итог всем мыслям Тема. И наступило странное умиротворение от понимания того, что Алиса будет на своем месте. Что она будет счастлива. Ребята переглянулись и подумали об одном и том же: эта странная девушка навсегда останется в их памяти. Она навсегда останется неразгаданной загадкой для Темы, вечно цветущим, прекрасным, хрупким, но сильным цветком для Толи, постоянным неудовлетворенным интересом Влада, который так и не набрался смелости, и необычной, волшебной феей-нимфой для Никиты.

***

Парни собрались, оплатили по счету, сели в машину и отправились домой. Они почти смирились с потерей, с тем, что они больше не встретятся с ней. Хотелось одновременно плакать и радоваться. — Ты чего? — удивленно спросил Влад, когда Толя резко остановился и припарковался. — Посмотри, — кивнул он в сторону здания, на ступенях которого сидела девушка и плакала. Парни напряглись и подались вперед. — Идем. Все четверо вышли из машины и подошли к ней. Они молча простояли несколько секунд, пока Толя не подошел к ней вплотную. — Поехали домой, — тихо сказал он, поднимая девушку и приобнимая ее за плечи. Тема снял пиджак и накинул на нее, Никита подхватил сумочку, а Влад открыл дверь и помог усадить в машину. И только теперь все почувствовали, что все встало на свои места. Только теперь они ощутили полную гармонию. И больше не было ненужной грусти и тоски, непонимания и отрицания. Теперь каждый знал, что делать. И каждый был уверен в своем решении.