Финальная точка

В четверг им удается увидеться далеко не сразу. Ану, Рокси да и всю их группу в добровольно-принудительном порядке гонят на какое-то мероприятие, потому что их универ пообещался обеспечить стопроцентную явку студентов. Они бы не пошли, может, но межпланетник сказал, что это принесет определенные бонусы. Да и руководство универа тонко намекнуло о том, что лучше даже не пытаться сбежать. В итоге там они торчат часов до шести. Потом до девяти разделываются со всеми семинарами и конспектами, с тоской вспоминая, насколько же в Алфее было просто. Впрочем, у Велигда тоже день тот еще выдается: четыре урока, затем - разбор с документацией, а потом еще и сидеть с феями, которые отрабатывают пропущенные занятия. И неважно, что он сам их туда загнал, Велигд оставался Велигдом в любой ситуации и неизменно строчил докладные, где с абсолютной точностью указывал, кто к урокам не подготовился, а кого и вовсе не было. Вроде бы феям просечь фишку и не допускать подобных промахов, но нет, каждый раз кто-то обязательно рисковал. - Снова у профессора Велигда на ночь останешься? - интересуется Рокси, захлопывая свою тетрадь. Ана, грызя кончик ручки, задумчиво листает новостную ленту в некстере. - Не знаю. - Да мы уже привыкли, - любезно улыбается Рокси, - все-таки у вас тут типа отношения начинаются, оно и понятно. - Я даже уже начинаю привыкать, - решается на откровенность Ана, - хотя на "ты" мы еще не перешли. - Это всегда успеется, как сказала бы Камилла, - философски замечает фея животных. - Ну, в общем, удачи тебе. Ана благодарит ее и выходит в коридор. Все-таки пока Рокси она не травмирует. Да и из правил приличия тоже исходить надо. Все-таки с бывшим учителем встречается-то она, а не вся остальная ее компания. И хотя Рокси вряд ли будет иметь что-то против того, что Велигд может ну вот совершенно внезапно появиться в их комнате, как она сама сказала фее музыки, но все-таки лучше не рисковать. Ана отлично помнит, как бесилась, когда к ним постоянно шастали Винкс. Поэтому на всякий случай Велигд забирает ее из универа или просто в коридоре. Одного звонка... Нет, даже одного гудка достаточно для того, чтобы Велигд среагировал мгновенно: появился в воздухе, дотронулся до Аны и переместился обратно. Фея музыки в очередной раз невольно завидует, все-таки телепорт - чертовски хорошая штука. И здорово, когда твои способности позволяют перемещаться туда и обратно со скоростью ветра. В следующие полчаса она снова умирает от блаженства, сидя на его коленях, Велигд, видимо, еще в прошлый раз понял, насколько сильно ей нравятся долгие, размеренные, медленные поцелуи (хотя Ана до того момента даже самой себе не признавалась, что, кажется, вот именно этой стадии ей всегда не хватало). И хотя вполне очевидно, что его-то больше интересуют другие вещи, он без каких-либо вопросов компенсирует то, чего Ана не успела отхватить в том возрасте, в котором это следовало. Каждый поцелуй Шейна надо еще было заслужить, он редко проявлял благосклонность и дарил ей все это просто так, с Блейном все это было пылким, чувственным, тогда не особо хотелось тратиться на такие мелочи - побыстрее бы перескочить к главному. Нет, иногда, конечно, Ана отчаянно желала... Просто насладиться тем, чего так хотелось, но... Почему-то озвучить все это вслух так и не довелось. То ли стеснялась признаться в такой странной мелочи, то ли не хотела разрушать свой образ в глазах других, то ли просто через несколько секунд забывала. С Велигдом же почему-то все слабости с большой радостью лезли наружу и хотели, чтобы их погладили, словно котенка за ушком. Ане было очень непривычно так себя ощущать и что-то подобное демонстрировать, но Велигд догадывался обо всем сам и молча тянул ее к себе на колени, крепко обнимая, и очень долгое время в итоге Ана сидела, уже не боясь, что все это внезапно прервется, а по ее телу пробегала приятная дрожь, на голове слегка покалывало от удовольствия, а ее губы соприкасались с его бесконечное количество раз. И Велигд не ускоряет темп, нет, он неизменно движется в том ритме, который так нравится ей, и Ана... Ана бесконечно радуется, словно маленький ребенок, дорвавшийся, наконец, до запретных конфет. Велигд не отрывается от нее до тех пор, пока она сама не чувствует, что все, пора заканчивать, до этого момента он не выпускает ее из своих крепких рук. И все это настолько странно и приносит такое нереальное блаженство, что Ана просто не может молчать, пытаясь объяснить Велигду, что именно она все-таки чувствует. Тот лишь мягко прерывает ее, пробегаясь пальцами по ее губам. - Могу понять, - чуть улыбается он, - хотя я не скажу, что мне доводилось испытывать вот прям такое же чувство. - Но вам же приятно? - уточняет Ана. - А вы думаете, что я тут мазохизмом занимаюсь? Конечно, приятно, хотя мне больше нравится заниматься с вами сексом. Просто я уже несколько вышел из того возраста, когда мне могли вставлять одни лишь поцелуи. - Да я тоже, но... - Но если вам это нравится, то почему нет. У меня такое чувство, что вы просто пропустили эту стадию в свое время, так? - Велигд очень внимательно смотрит на Ану, которая уставляется на него во все глаза. - Просто. Как. Вы. Догадались? - спрашивает она. - Да это не так уж и сложно, - замечает Велигд, - будем компенсировать. - Спасибо, - одними губами шепчет Ана, но тот прекрасно ее слышит. Она мягко соскальзывает с его коленей и просто плюхается на кровать, уставляясь в потолок. И приятно цепенеет, когда Велигд легонько гладит ее по голове. - Кстати, я не могу сказать, что это как-то прям ненормально, - продолжает Велигд, - учитывая, что вам девят... - Почти двадцать. Ну будет через месяц с небольшим, да, - произносит Ана, видя, что Велигд задумчиво рассматривает ее, чуть склонив голову набок. - Да, четвертого января, - соглашается он, - нет, вы мне не говорили, я просто посмотрел в вашем некстере, - объясняет Велигд. - А у вас когда? - смелеет фея музыки. Почему-то до этого момента, пожалуй, она даже не задумывалась над такой вещью. - Еще нескоро. Четвертое апреля, - не скрывает Велигд. - А сколько вам будет? - А вы не знаете? - удивленно переспрашивает он, глядя на Ану, которая слегка качает головой - насколько это возможно в ее лежачем положении. - Так, ладно, - Велигд вдруг слегка улыбается. - Я вам скажу, конечно, но мне просто интересно, сколько вы мне дадите. Правда интересно. - Ну-у-у, - Ана с тихим смешком понимает, что даже не задумывалась об этом. Вернее, задумывалась, но подробно не подсчитывала. - Между двадцатью пятью и тридцатью где-то. Но ближе к тридцати, наверное. Или больше тридцати? - она вдруг с ужасом уставляется на Велигда, боясь, что слишком его "омолодила". Мало ли, вдруг для него это больная тема. Или что-то еще. - Нет, ну уж не настолько. Не больше тридцати, - губы Велигда все еще изгибаются в заинтересованной улыбке, а потому Ана делает вывод, что находится на верном пути, так что она значительно смелеет. - Хорошо. Не двадцать пять - это точно. Я думала, что где-то двадцать шесть... Двадцать восемь... Нет, это много. Двадцать семь? - пытается угадать Ана, глядя в почти смеющиеся глаза Велигда. - Все-таки двадцать восемь? - он молчит. - Двадцать девять? Тридцать?! - Анастейша, да что ж вы мне все увеличиваете. Я понимаю, что по мне можно сказать, что я старше своих лет, но не настолько же, - да он же над ней издевается! - Двадцать семь все-таки? - устало уточняет Ана. - Двадцать пять, - качает головой Велигд, переставая ее мучить и приходя на помощь. - Мне двадцать пять лет. - Двадцать пять?! - челюсть Аны отвисает. - А вы думали, мне сколько? - Велигд скептически смотрит на нее. - Н-н-но... Вы просто не поймите неправильно, просто вот Рив, ему же тоже двадцать пять, но... Где он, а где вы, это же... - Ана пытается сравнить Рива и Велигда, вспоминая, как ведет себя первый и второй в разных ситуациях, но слов почему-то не находится. Велигда же все это откровенно веселит. Он почти смеется, и Ана поджимает губы, отвечая ему скептическим взглядом. - Я думаю, вы знаете, что есть такая штука, как психологический возраст. Одно время, помню, были очень популярны тесты на определение всего этого. Ну вот у меня он где-то на тридцать. - Оно и видно, - бросает Ана. - Нет, ну двадцать пять... - Вас так это удивило? - участливо интересуется Велигд. - Надеюсь, разница в шесть лет вас не пугает? Хотя, как я понял, вы предполагали, что она больше. - Да нет, не пугает. Просто... Правда пытаюсь сравнить и понимаю, насколько же вы разные, - пораженно выдыхает Ана. - Ну ладно, это все не так уж и страшно. - Вам не нужно время, чтобы переварить эту информацию? - снова очень внимательно спрашивает Велигд, а фея музыки, поджав губы, лишь возмущенно смотрит на него. - В некоторые моменты я ненавижу, когда вы стебетесь. - Ну надо же, а мне нравится. - Во всяком случае, чтобы принять другой факт, мне потребовалось куда больше времени, - ехидно тянет Ана. Велигда даже удается застать врасплох. На его лице проскальзывает вопросительное выражение, и фея музыки лишь усмехается. - И какой же? - Ну знаете, когда вы в начале прошлого учебного года появились... - А. Понимаю. Но года же вам хватило? - Велигд - сама участливость. - Первого же урока хватило. Не доставлю я вам такой радости. - Похоже, психика у вас к третьему курсу все-таки укрепилась. Хотя по... - Я из-за вас никогда не рыдала, - открывает секрет Ана. - Орала - да. Мечтала, чтобы свалили куда подальше, - да. - Ну а кто ж об этом не мечтал? Вот покажите мне хоть одного такого человека, - скептически тянет Велигд. - Анастейша, - произносит он чуть серьезнее, - я долго думал, ну куда же вас вывести в выходные... - тут он усмехается. - Я признаюсь честно, у меня очень туго с фантазией, куда можно водить девушку. Мне не пришло ни одной нормальной идеи. Ана с интересом приподнимается на локтях. Мысль о том, что Велигд может в чем-то испытывать трудности, кажется забавной, потому что его невозмутимости и стойкости можно только позавидовать. Уж с каким каменным лицом он вещал ей о том, как ее хотел в прошлом учебном году, ведь даже ни один мускул не дрогнул. Ей уже начало было казаться, что его ничем нельзя пробить. Велигд будто ее мысли читает и пожимает плечами. - Да, Анастейша, еще раз повторю, я тоже человек, может, однажды вы в это даже поверите. - Ну на самом деле у меня фантазия тоже не то чтобы на это дело развита, - доверительно сообщает Ана. - Мы обычно как-то всей компанией собирались и гуляли. А с Блейном... Ой, да где мы только не шатались. Иногда даже на другие планеты телепортировались, тоже было весело. Блумикс нас еще на машине своей в прошлом году, помню, в Адквистикс возил. - Это тот город, что в Диких Землях? - с интересом спрашивает Велигд. - Да, точно, именно там. Но вообще мы обычно в Магиксе гуляем. Особенно вечерами было здорово, - она улыбается, потому что вспоминает, как они впятером, а потом и вшестером гоняли по переполненным и пустым улицам, как исходили множество парковых дорожек и таинственных проулков, как посетили не один торговой центр и скоротали часы не в одном кафе. И это были бесценнные, прекрасные воспоминания. Сейчас им удается выбраться так намного-намного реже, а потому подобные прогулки имеют особую прелесть. Видимо, на ее лице отражается искренняя радость, потому что Велигд вдруг задумчиво произносит: - Сразу видно, что вы любите этот город. - Я не могу его не любить, потому что родилась в нем, - пожимает плечами Ана, - да и это же Магикс, им невозможно не очароваться. Ну, во всяком случае большинство из тех, кто сюда приезжает, любят его. Даже если он выматывает их и выжимает все соки. Все равно многих сюда тянет. - Да, я слышал что-то такое о том, что у Магикса якобы есть своя философия, которую еще надо понять. Якобы его можно воспринимать как живое существо со своим характером, настроением. Кому-то оно благоволит, кому-то - нет. Не совсем уверен, что все это понимаю, - честно признается Велигд. - Город как город, хотя в целом мне нравится. - Я понимаю, - чуть улыбается Ана, усаживаясь на кровати, плотно скрестив ноги. Велигд лишь молча наблюдает за ней. - Я тоже не скажу, что я прям фанатично балдею от Магикса, но... Я не знаю. Тут другое. Я бесконечно предана ему. Для меня Магикс - это любимый город, без которого жизнь не жизнь. Я родилась здесь, эти улицы знали все, что со мной происходит, за этот город я готова умереть в любой момент. - Вы просто любите свою родину. Это хорошо. - А вы нет? - любопытствует Ана. - Не очень, - после совсем небольшой паузой отвечает Велигд, предпочитая, однако, сразу же перевести тему, и фея музыки понимает, что дальше лучше не лезть. - Ну так, может, и начнем с малого? Просто погуляем по Магиксу. - Сама хотела предложить, - произносит фея музыки, обрадованная тем фактом, что мысли у них сошлись. - Хотя, если честно, я не так хорошо знаю Магикс, как Рив. Просто... Он каждую улицу знает. Он пешком весь Магикс вдоль и поперек исходил. Наизусть помнит. У него в голове прямо-таки полноценная карта. И он просто столько о нем знает, что... - она даже зажмуривается. - Ну, мы поэтому его, в общем, и выбрали на ту прогулку октябрьскую. Лиссе очень хотелось посмотреть Магикс, а лучшего гида мы просто не могли найти. - Честно? Не подумал бы. Но охотно верю, - отвечает ей Велигд, - но я буду рад посмотреть на Магикс так, как его видите вы. - Хорошо, - улыбается Ана. - Кстати, - вдруг вспоминает она, - в эту пятницу мы вряд ли сможем увидеться. Мы просто планируем выбраться в Магикс все вместе, - замечает она. - Еще на прошлой неделе договаривались. - Без вопросов, Анастейша. Ну я же понимаю, что у вас есть своя жизнь, в этом ничего страшного нет. Я тоже не смогу с вами каждый день видеться - говорил же. Но я рад, что вы мне сказали. Мне просто спокойнее, когда я примерно знаю, где вы и что с вами. - Контроль? - без всяких претензий любопытствует фея музыки. Велигд хочет было ответить, как вдруг на его телефон приходит какое-то уведомление, он внимательно читает написанное и кивает чему-то своему, видимо, увиденное его удовлетворило. Ана же по-прежнему ждет ответа на свой вопрос. - Нет, - произносит он. - Просто я все-таки волнуюсь за вас. А так я хотя бы знаю, где мне чисто теоретически вас искать, если возникнет такая необходимость. - Тогда мне тоже интересно, где вы свободное время проводите. - Анастейша, мне бы такое разнообразие, как у вас. Я редко вылезаю из Алфеи, эта работа, знаете ли, требует большой отдачи. Я практически отдал этой школе самого себя. - Не замечала, чтобы вы страдали таким уж альтруизмом, - цокает Ана. - Я тоже, однако вот до чего доводит долгое нахождение среди фей, - разводит руками Велигд. - Но вам же здесь хотя бы нравится? - вдруг очень серьезно спрашивает Ана. Она и сама не понимает, почему задает этот вопрос. - Просто если вот без шуток и всего остального. Велигд молча встает и подходит к окну, задумчиво всматриваясь в темнеющее небо. Там, вдалеке, в Магиксе зажигается все больше огней - его скоро накроет ночь, и сердце Аны почему-то сжимается, ее душа словно рвется туда - в ее горячо любимый и самый родной город на свете. Внезапно - понимает она - Алфея перестала быть ее домом. Стала чужой школой, которую они закончили и распрощались с ней навсегда. Это чувство накрывает ее всего на миг, но по телу пробегает сильная дрожь. Ана просто цепенеет, не в силах пошевелиться. И вслушиваясь, как стучит ее собственное сердце. Но уже через несколько мгновений странное ощущение проходит, и все внутри снова настраивается на мирный лад. - Если без шуток, то я не знаю, - честно отвечает Велигд, - во всяком случае не могу сказать, что это работа моей мечты. - Ну а зачем вы все-таки сюда пришли? Чтобы нас помучить? - Скорее это профессор Палладиум меня сюда пригласил, чтобы вас помучить. А я ему говорил, что не надо портить третьему курсу последний год. - Не верю. Вы такое сказать не могли! - авторитетно заявляет Ана. - Ваше право, Анастейша, - пожимает плечами Велигд. - А так... Вы удивитесь, если я скажу, что и правда не знаю? - Мне кажется, не удивлюсь. Мне кажется, - смелеет Ана, улыбаясь, - вы еще не определились. - Вам не кажется, - улыбается в ответ Велигд. - Но это все-таки не такое ужасное место, каким оно сначала представляется, - заключает он, - так что не все так плохо. - А вдруг вы возьмете и полюбите Алфею? Судя по тому, как Велигд скептически смотрит на Ану, в ответе ее вопрос не нуждается. Но фее весело, потому что, черт подери, это здорово. И в такие моменты, как сейчас, ей очень хочется верить, что все будет хорошо.

***

В субботу Ана, как и многие студенты ЮУМИКМ, отсыпается за всю неделю, позволяя себе подняться аж в одиннадцать часов утра, лениво продирая глаза. На улице уже вовсю светит солнце, и фея музыки чувствует себя просто отлично. Особенно после вчерашнего, когда они наконец-то всей компанией выбрались погулять. Совсем как в старые времена. Тогда с ними не было разве что Камиллы. Вчера она сообщила Блейну, что теперь встречается с бывшим преподом, и тот удивил всех, заявив, что знал, что рано или поздно эти двое сойдутся, потому что, по его словам, между ними так и летели искры. Кристалл осторожно поинтересовалась у Блейна, не смущает ли его тот факт, что тогда они с Аной встречались, но демон как обычно отлично выкрутился. С той же Кристалл они еще и поспорили, как долго продлятся эти отношения. Блейн ставил на год, фея исцеления - на полтора, и только Лисса, как-то очень тихо улыбаясь, заявила, что это на всю жизнь. И все-таки они здорово погуляли, на самом деле Ане очень больно было признавать, что ей не хватает вот таких расслабленных вечеров, которые будто бы закончились вместе с третьим курсом Алфеи. Но сегодня у нее намечалось кое-что более интересное. На два часа они договорились встретиться с Велигдом, который должен был телепортироваться прямо к их общаге. Рокси с интересом наблюдала, как Ана собирается, и пожелала фее музыки удачи. - И тебе хорошо провести день, - улыбается Ана. А сама она светится от счастья. Потому что внутри все буквально-таки прыгает от предвкушения. Хотя, казалось бы, ничего особенного-то они и не планируют - просто погулять по Магиксу. По ее чертовски любимому Магиксу. Просто Ане очень хочется показать его Велигду. Рассказать так, чтобы он понял. Поделиться. Она с трудом дожидается двух часов, а затем все-таки выскакивает на улицу. Велигд уже ждет ее там, прислонившись к стене, и подойдя к нему, Ана не может сдержать удивленного возгласа. - Вы в футболке, - улыбается она, оглядывая его. - Да, зрелище редкое, - соглашается Велигд. - А я помню, мы вас таким впервые на Солярии увидели, - Ана помнит, как они столкнулись с ним случайно, шатаясь вроде бы по какому-то поместью на экскурсии. Она просто шла с Рокси и Кристалл, а навстречу им попался Велигд. В футболке. Велигд, вечно шастающий в костюмах и рубашках. Ажиотаж тогда был еще тот. Подслушка просто взорвалась, обсуждая сенсационную новость. Таким они видели его еще несколько раз в конце года. И вот такой случай представился снова. - Да, преставляю, сколько обсуждения было. - Да откуда... Вы за нами следили, да? - с подозрением косится на него Ана. - Конечно, мне определенно больше было нечем заняться, - не спорит с ней Велигд, отрываясь от стены и подходя к Ане. - Ну что ж, сегодня я в вашем распоряжении, - улыбается он, беря фею за руку и переплетая свои пальцы с ее, от чего у Аны бегут мурашки по голове. - Показывайте. - Хорошо, - легко соглашается Ана. Внутри у нее все поет. Погода будто бы ее настроение читает, потому что на отчаянно голубом небе - ни облачка, а солнце заливает широкие улицы своим светом. Идти по ним с Велигдом, который крепко держит ее руку, - странно и еще немного непривычно, но Ане нравится. У них, собственно, нет какой-то определенной цели. Она просто ведет его по настроению - туда, куда ей захочется, а бывает даже так, что заговорившись, они сворачивают в совершенно незнакомые места, из которых потом приходится искать выход. Но без всяких мобильных и карт, которые всегда при желании выдаст интернет. Потому что брести там, где ничего не знаешь, брести наугад, не задумываясь, куда выведет тебя дорога, - это просто потрясающе. А если делать это вместе с тем человеком, с которым тебе очень хорошо, то такая прогулка наполняется особенным смыслом. Время пробегает незаметно. Они разговаривают обо всем на свете, и Ана даже немного удивляется тому, что, оказывается, есть миллион вещей, которые можно и хочется с ним обсудить. А по факту, они просто узнают друг друга, потому что, несмотря на то, что оба целый год проконтактировали в Алфее, они никогда не общались близко. А нет ничего лучше, чем узнавать мельчайшие подробности о новом для тебя человеке и точно так же рассказывать о себе - с нуля, с самого начала, словно бы вырисовывая новый образ или портрет. Это всегда очень волнительное ощущение, вот эти первые дни знакомства, привыкания, когда в твою жизнь вливается нечто новое. Главное, чтобы оно так же быстро не исчезло, как и появилось. Потому что можно за один день прочитать человека, а на следующий ничего больше в нем не найти, и тогда все краски от потрясающего знакомства быстро смываются. Но с Велигдом - Ана почему-то уверена в этом - ей такого не грозит. Велигд же абсолютно расслаблен. Сразу видно, что у него хорошее и даже по-своему миролюбивое настроение. И испортить-то его явно нечему. Потому что поблизости не наблюдается учениц, смотрящих на него волками, и сегодня не ожидается никаких уроков. - А в этом что-то есть, - замечает он через какое-то время после прогулки, - вот так бесцельно бродить. - Вы что, никогда не гуляете по Магиксу? - Ана с подозрением смотрит на него. - Анастейша, ну я же говорил вам, что в основном не вылезаю из Алфеи, - усмехается Велигд. - В Магикс выбираюсь очень редко. Только если по делам. - А просто так? - Еще реже. - То есть вы все время торчите в Алфее? - до Аны, пожалуй, только сейчас доходит смысл того, что Велигд пытался и пытается донести до нее. - Это, но... Как вы еще не свихнулись-то, - бормочет она. - Я не совсем уверен, что что-то такое со мной не случилось после годового, довольно тесного общения с феями, - любезно сообщает ей Велигд. - Ну со мной вам придется торчать намного меньше, - обещает Ана. Выходит даже немного коварно, поэтому Велигд немного поворачивает голову и бросает на нее такой же взгляд, каким он часто награждал ее, если фея несла около доски, по его мнению, несусветный бред. - Да в вашей компании я, собственно, и не против, - отзывается он. В конце концов их блуждание приводит их в один из многочисленных парков Магикса. Теперь они бредут по парковым дорожкам - таким одинаковым, таким простым, но сворачивать никуда не хочется. Ана и не помнит, когда в последний раз вот так неспешно прогуливалась. Но с Велигдом это само собой как-то выходит. Не хочется никуда торопиться или бежать. Наоборот, хочется, чтобы все это никогда не заканчивалось. Ана впервые за последнее время не стремится залезть в мобильник, чтобы посмотреть, что происходит в мире. Ей хорошо здесь и сейчас. И Магикс кажется сейчас очень живым - он буквально заполняет до краев, он заставляет задыхаться, и Ана пронизана, пропитана им, этим огромным, потрясающим и таким родным городом, который будто бы тянется к ней через десятки улиц. Это она пытается объяснить Велигду. Ее горящий взгляд, активное жестукилирование и особенно сильное красноречие делают свое дело: в конце концов Велигд пораженно качает головой, внимательно слушая фею. - Да уж, вас послушаешь и действительно начинаешь верить в эту философию Магикса. Хотя мне, конечно, сложно судить. Как нечто живое я легче воспринимаю просто природу. Здесь, кстати, на удивление благоприятная атмосфера. И, надо сказать, так и фонит энергией, - он слегка прикрывает глаза. - Вы что, подключаетесь? - удивляется Ана. - Нет, просто расслабляюсь. Я же маг природы, Анастейша. Чувствовать природную магию для меня - в порядке вещей. Ана задумчиво смотрит на Велигда, пытаясь представить, каково это - видеть мир его глазами. - Но у меня не такая уж и сильная чувствительность, в отличие от многих других, - пожимает плечами Велигд, - просто в подобных местах хорошо удается засечь магические потоки. Я непроизвольно на них настраиваюсь. - Хорошая же у вас концентрация, - восхищенно присвистывает Ана. - Да, входить в контакт с природой для меня - легче легкого. - А вы ведь светлый маг, верно? - Это кто же пригонит темного мага вести занятия в школе для фей? - интересуется у феи музыки Велигд. - Ну мало ли, - не соглашается Ана, - всякое может быть. - Обычно в таких случаях руководство учебных заведений не рискует, - просвещает ее Велигд. - Ну а вообще в чем-то мы даже с вами похожи, потому что я тоже хорошо умею работать проводником для магии или соединяться с другой силой. - Да, я помню, когда вы нам показали, как подключаться к природе как к целому. Черт, это было просто потрясающе. Я, правда, больше ни разу не подключалась, но... - Ну если хотите, мы можем попробовать в любое время, - замечает Велигд. - Просто подключаться - это самое простое. Управлять - намного сложнее, хотя я в этом немного и разбираюсь, но больше в теории, все-таки не совсем моя специализация. - А тогда на чем вы... И тут она замолкает. Потому что глаза, которые лениво обводят взглядом все, что происходит вокруг, вдруг останавливаются в одной точке. Вырывают из окружающего мира один-единственный объект. И мир вокруг замирает. Ана застывает на месте, потому что теперь даже уже одного взгляда на него хватает, чтобы память услужливо подсунула результаты двух первых встреч. А он будто кожей ее чувствует, потому что поднимает голову, непринужденно улыбается и - Ане очень-очень хочется замотать головой и закричать: "Нет, нет!" - идет по направлению к ним. Почему сейчас? Почему именно сегодня? Почему вот уже в третий раз она сталкивается с ним совершенно случайно? Да за что все это?! От хорошего настроения не остается и следа. Ана просто ничего не замечает, не слышит вокруг себя, смотря только в одну точку - в смеющиеся зеленые глаза, обладатель которых движется прямо к ней. Ничего вокруг не существует. В ее глазах - паника. В его глазах - триумф. В этот раз Ана даже не пытается как-то сопротивляться, у нее банально не хватает сил. Она просто вся сжимается внутри и будто бы уменьшается с каждым шагом Шейна. Вот сейчас он подойдет, скажет: "Привет, Ана", и... Но тут Ана вдруг вздрагивает, потому что на ее талию ложится рука, крепко обнимая ее, а Велигд смотрит фее музыки прямо в глаза, произнося очень тихо, так, чтобы это услышала только она. - Я с тобой. И в этот момент в Ане все лопается, разбивается вдребезги. "Я с тобой". Три слова, три чертовых простых слова, которые стучат в голове, от которых мысли бегут со скоростью света. Ана смотрит на Велигда, и у нее расширяются глаза, а рот, рот силится что-то сказать, но слов не находится. "Я с тобой". - Привет, Ана, - Шейн наконец-то подходит к ним. - Вижу, ты не одна, - сдержанно и как обычно вежливо улыбается он, скользя взглядом по фее и Велигду, глаза которого слегка суживаются. - Не представишь меня своему... Барьеры. Все чертовы барьеры, которые оставались между ними, он только что сломал. От осознания этого факта кружится голова. Осознание этого факта придает сил. И Ана мгновенно принимает решение, не давая Шейну даже закончить фразу. - Так, Вэл, - она указывает взглядом на одну из ближайших лавочек, - ты не мог бы подождать меня здесь? Мне просто очень нужно поговорить вот с этим товарищем, - и фея очень выразительно стреляет глазами в сторону Шейна. Велигд напряженно следит за Аной, а она умоляет и в то же время безапелляционно заявляет о своем решении. Молча. Без слов. Глазами. Повторяет все то же самое, что он ей говорил. - Мы быстро. Туда и обратно. Пошли, Шейн, - Ана легко отпускает руку Велигда и встает прямо напротив Шейна, - поговорим, так сказать, наедине. И, не глядя на него, следует прочь. Она знает, что Шейн идет за ней. Да он просто не может не пойти. Все-таки за полгода отношений Ана тоже неплохо выучила его. О том, как на нее смотрит Велигд, Ана даже думать не хочет. Но главное, он понял. Не стал мешать. Дракон, когда она вернется, она просто его... Ана мотает головой. Нет, Велигд - потом. Сначала - Шейн. Ее сердце стучит, словно сумасшедшее, руки становится липкими от пота, а к голове приливает кровь. Ана взбудоражена. Ана не может терпеть. Но она не оборачивается - стоически переносит это непреодолимое желание. Они отходят не очень далеко. Ана приводит Шейна на какую-то площадку, где кроме них никого нет, и только тогда поворачивается назад. Да, она ни разу не сомневалась. Он действительно шел за ней. - Ну и что это за цирк, Ана? - Шейн склоняет голову набок, слегка нахмуриваясь. - Ты бросила своего парня там, ничего не объяснив, увела меня куда-то. Ты же понимаешь, что это выглядит как минимум некрасиво? - Как и что выглядит, тебя должно волновать меньше всего, - отчеканивает Ана, борясь со страхом и чертовски колотящимся сердцем. - Тогда я не понимаю поспешности твоих действий. - Да брось, все ты понимаешь. - И все-таки, Ана, не понимаю. Хватит говорить загадками. Мне всегда не нравилась в тебе эта черта. Если ты хочешь что-то обсудить, то говори прямо, - в словах Шейна скользят жесткие интонации. Ана сжимается: он снова отчитывает ее, как маленькую девочку, как тогда, несколько лет назад, она опускает голову, потому что не в силах бороться сама с собой. Ведь сейчас, сейчас она одна перед ним: обнаженная, беззащитная, и Шейн отлично читает ее, как раскрытую книгу. - Или ты снова сбежишь, Ана? "Я с тобой". Да твою мать. Ана сжимает кулаки. Она силится, силится это сказать, и Шейн наблюдает за ее слабыми попытками выдавить из себя хоть что-то. Его глаза смеются, стоит ему поймать ее затравленный взгляд. Ну да, он одержал победу. Во всех раундах. Ана тяжело дышит. Да твою мать, сколько можно-то? Злость в ней просто зашкаливает. - Нет, - наконец произносит она, - не сбегу. И с вызовом смотрит Шейну в глазах. Это - страшно. В висках отчаянно стучит, а сердце колотится, кулаки сжимаются все сильнее. Ана напоминает разъяренного быка перед атакой, в то время как Шейн абсолютно расслаблен и полностью спокоен. Контроль и выдержка против эмоций. Страшно. Ей всегда было страшно это сделать. Он отлично справился со своей задачей - посеял в ней это чертово чувство, которое теперь только мешает жить. Она столько времени потратила на то, чтобы справиться с ним, убить в себе это состояние. А на самом деле только загнала глубоко внутрь себя. И теперь живет каждую минуту в страхе, что вот снова на горизонте появится Шейн и вытащит из нее это состояние. Как там сказал Велигд? Посмотреть своему страху в глаза? И Ана смотрит. Смотрит прямо в зеленые глаза Шейна. - Контролируй себя, Ана, - спокойно замечает Шейн, очевидно, еще не понимая, что в ней начали происходить перемены. - Ты слишком шумно дышишь. Это выглядит некрасиво. - Да мне насрать, - выплевывает Ана. - Особенно на твое мнение. Особенно на то, что ты там думаешь. Ты моим мерилом больше не являешься. - А когда-то являлся? - Шейн внимательно смотрит на нее. Да, вот он. Этот момент. Ане хочется закричать, захлопнуть свой рот, но смотреть своему страху в глаза - значит принимать его. И говорить только правду. Ее слабость в том, что она мчится от этого куда подальше. Но так с проблемой не борются. - Да, когда-то являлся, - соглашается Ана. - Когда-то ты, черт возьми, был для меня всем. Когда-то я всерьез считала, что ты лучший человек на свете. А ты, ублюдок, мне только на два года жизнь испоганил. Самооценку просто в хлам мне разбил, заставил сомневаться во всем, в чем только можно. - Я? - удивляется Шейн. - Разве это сделал я? Ана, один человек не в силах так повлиять на другого человека. - Да что ты? - Ана понимает, что прыгает с места в карьер. Но либо сейчас, либо никогда. - А по-моему, это целое искусство - морально истязать других людей. Особенно тех, кому ты небезраличен. Что, нравится манипулировать, Шейн? Ловишь от этого кайф? - Мне не нравится, что ты говоришь, Ана, - голос Шейна - сама вкрадчивость. Всего на секунду Ану колотит от страха, и этот гад все прекрасно видишь. - В этом всегда была твоя проблема... - Моя проблема, - перебивает его Ана, - была только в том, что я втрескалась в тебя, как последняя дура. Хотя... Пожалуй, именно дурой я и была. Да, - внезапно от этого признания становится легче. Немного. Вот так, сказать это Шейну в глаза. - Я была просто полнейшей идиоткой. - Тогда... - Тогда заткни свой рот и слушай меня внимательно. Ты, помнится, в нашу прошлую встречу спросил, задевает ли меня это. Да. Ты прав. Задевает. Я не изменилась, Шейн, - Ана вдруг удивляется, ну насколько легко все это говорить. - Какой я была, такой и осталось. - И это печально, Ана, - невесело улыбается он. - Мне срать. Понимаешь, мне серьезно насрать на твое мнение. - А ты так уверена? - вот оно. Ну наконец-то. Его истинные, смеющиеся, ледяные, презрительные интонации. - Ты так уверена, что, как ты говоришь, тебе "насрать"? Посмотри на себя. Ты вся дрожишь. Ты же боишься, ведь так, Ана? Пронизывающий до дрожи взгляд. Который Ана выдерживает. На ее лице не дрожит ни один мускул. И это заставляет Шейна слегка нахмурится. Едва-едва, почти незаметно, но Ана замечает это маленькое изменение на его лице - так пристально на него смотрит. - Да, - не спорит Ана, - боюсь. Потому что жизнь ты мне, Шейн, конечно, подпортил порядочно. Восстанавливалась я долго. Вернее, думала, что восстанавливаюсь. Но вот стоило появиться тебе на том балу, и знаешь, оказалось, нихера я не восстановилась. Я боюсь тебя. Меня трясет только от одного твоего появления. Каждое твое слово заставляет меня обратиться в бегство. Потому что ты причинил мне боль. Очень сильную боль. Я переживала наш разрыв очень сильно. Я страдала, в то время ты ходил себе как ни в чем не бывало. - Ты хочешь обвинить меня в том, что я не переживал из-за этого? Ана, убиваться из-за... - Да нет, Шейн, - она смеривает его скептическим взглядом, и впервые на его лице проскальзывает... Сомнение? Ну не страх же в самом деле - это было бы слишком жирно. - Что ты там испытывал, меня не волнует. Меня беспокоит только мое состояние, что я столько нервов из-за тебя потратила и столько слез выплакала. - Это очень эгоистично, Ана. Ты сейчас строишь из себя жертву и пытаешься давить на жалость. Меня этим не проймешь. - Да знаю я, - Ане почему-то хочется смеяться. Нервы, нервы, нервы. Но страх, железными тисками сжавший грудную клетку, сковавший все тело, с каждым словом становится все слабее, - тебя вообще трудно чем-то пронять. Но мне плевать. Нет, правда, - вдруг с удивлением отмечает Ана, - мне действительно плевать. - Кого ты хочешь в этом убедить? - его любимые интонации, его потрясающий арсенал. Ну вот буквально еще несколько минут назад это бы подействовало. А сейчас... Сейчас Ана чувствует, как все это разбивается о невидимую стену. - Меня или себя? - Сначала - себя. - Напрасные попытки. - Не угадал, - улыбается Ана, смело глядя Шейну в глаза. Потому что в мыслях проносится Велигд и его: "Я с тобой". Страху нужно смотреть в глаза. Страх нужно впустить. Страх. Черт возьми, нужно принять. - Я боюсь тебя. Боюсь, как ты на меня влияешь. Боюсь последствий наших отношений. Боюсь, что это повторится. Просто до дрожи боюсь. - И с таким грузом ты собралась строить новые. Не самое лучшее решение. - Может быть. Но, представляешь, вот какое дело, - Ана обходит Шейна вокруг, понимая, что вряд ли у нее получится до него достучаться. Ну и ладно. Ну и пусть. Просто она сейчас смотрит на него и понимает, насколько же... Черт, она и правда так тряслась. - Мои отношения вообще прекрасно складываются. И я совершенно точно знаю, что в них меня не будут поучать или пытаться насильственно изменить. Меня просто принимают такой, какая я есть. - Это пока. Потом, Ана, твоему молодому человеку откроется правда. Думаю, он не будет в восторге. Ты не изменилась, что очень грустно, вряд ли ты сможешь построить долгие отношения. - Если я и буду меняться, то уж точно не по твоим соображениям. Я уже говорила, что ты не являешься моим мерилом. - И я снова повторю: а ты уверена? Ведь тебя до сих пор это задевает, - мягко произносит Шейн. И это становится последней каплей. - А знаешь, - вдруг замечает Ана, - вот я это поняла только сейчас. Можешь смеяться, можешь еще что угодно делать - мне плевать. Да. Я уверена. Я уверена, - она прислушивается к себе. Нет, это не жалкие попытки убедить себя. Это правда. - Ты и правда не являешься моим мерилом. Задевает ли меня? Пожалуй, еще да, но уже близко к тому, что нет. Боюсь ли я? Нет, - Ана вдруг понимает, что может бесконечно наслаждаться этим - смотреть Шейну в глаза без всякого страха, на равных, усмехаясь, может, даже слегка копируя его - но не подражая, добавляя свои интонации и мимику, и все это приводит к тому, что на лице Шейна застывает маска. - Прошлое должно оставаться в прошлом, ведь так? Вот я тоже так думаю. А раньше я так боялась показать тебе, сказать тебе все это в лицо. Потому что это будет твоей победой, а не моей. А может, это и так. Ты победил, Шейн. Все, я сдаюсь, - поднимает руки вверх фея, - но знаешь. Я не против. Мне не принципиально. Можешь забирать себе эту победу. Зато теперь... - Ана зажмуривает глаза. - Я могу сделать кое-что, о чем мечтала очень давно. Послать тебя. Нахрен. Прямым текстом. Иди-ка ты нахрен, Шейн. - Примитивно, - скрещивает руки Шейн, с презрением глядя на нее. - Тебе никогда не обыграть меня, Ана. - А я и не пытаюсь. Сказала же, ты победил, - говоря это, фея вдруг понимает, что почти готова засмеяться. От радости. Потому что страх больше не стискивает грудную клетку. Она боялась сказать - она сделала это. Обратного пути назад уже нет. Жалеет ли? Ана снова прислушивается к себе. Нет, не жалеет. Наоборот, с плеч будто бы свалился тяжелый груз. И на душе снова становится легко-легко, а настроение соответствует погоде, стоящей на улице. - Серьезно, Шейн, просто иди нахрен. Ты - мое прошлое, которое меня не трогает. Да, трогало, я не спорю. Да, возможно, будет еще трогать. Но понимаешь... Я не боюсь тебя, - Ана делает шаг навстречу Шейну, и тут происходит то, чего она никак не ожидает, - он отступает назад. Глаза Аны смеются, а вот в глазах Шейна плещется... Досада? Злость? Но он молчит. Он будто дает ей высказаться. Будто ждет, пока она даст ему лазейку, протянет прутик, за которой можно будет схватиться и выбраться. Ана хмыкает. Не дождется. - Мне нужно было сказать тебе все это, глядя в лицо. А я, дура такая, бежала от этого. Да, и прежде чем ты скажешь свое драгоценнейшее мнение по всему этому поводу, я просто хочу предупредить. У меня-то есть диплом об окончании Алфеи. А у тебя - нет. А феи, знаешь, существа импульсивные. Могут и музыкальной сферой шарахнуть, если им что не понравится. Поэтому на полном серьезе тебе говорю. Оставь. Меня. В покое. Нас. В покое. Еще раз заговоришь со мной, моим парнем на улице или где-то еще - тебе не поздоровится. Уж извини, - Ана скрещивает руки на груди, - а теперь я пошла. А то ты прав: действительно, некрасиво вышло. Оставила я его одного. А тебе удачи, Шейн. Или неудачи. Тут уж решай сам. И Ана идет прочь. Не потому, что боится услышать то, что он скажет в ответ. А потому, что весь этот разговор вдруг становится бессмысленным. Потому что она вдруг понимает - ушло то, чего она так боялась. Ей просто нужно было это признать. Столкнуться лицом к лицу. И, наконец, высказать все это Шейну. С эмоциями, взбудораженно, так, чтобы последний дурак понял, что ее это задевает, но... Зато ей стало легче. Иногда прошлое нужно выдернуть из своей души, поставить перед собой и сказать твердое и жесткое "до свидания". Никаких церемоний. Шейн, возможно, что-то и говорит ей вслед. Но Ану это уже не волнует. Она просто возвращается к человеку, который ей очень нужен. Велигд ждет ее там же, где они и расстались. У одной из многочисленных парковых скамеек, скрестив руки на груди. Ана подходит к нему с видом победителя и чувствует себя живее, чем когда-либо. Ее переполняет радость и прекрасное ощущение свободы, потому что она наконец-то смогла посмотреть страху, терзавшему ее несколько лет, в глаза и отпустить его. Теперь уже навсегда. - Теперь точно все, - объявляет она, приближаясь к Велигду вплотную, - прошлое осталось в прошлом. Теперь с ним покончено навсегда. - Я знаю, - кивает Велигд, и только сейчас фея, смотря на него, замечает, что он напряжен куда больше, чем обычно, несмотря на внешнюю сдержанность. - Откуда? - Прослушивающие чары, - разводит он руками, - уж извини, но совсем отпустить тебя одну я не мог. - Я так и знала, что здесь что-то нечисто, - беззлобно шипит Ана. Она не злится, нет, хотя, возможно, раньше бы и возмутилась, потому что действительно не любит, когда контролируют ее действия. - Это было важно для тебя. Поговорить с ним самой. Без посторонних, даже без меня. Я это знаю, поэтому и отпустил тебя, - со вздохом Велигд притягивает Ану к себе, и та лишь полубезумно улыбается. - Но в деталях слушал ваш разговор. Неужели ты думаешь, что я не вмешался бы, если бы ситуация вышла из-под контроля? - Но не вышла же, - замечает Ана. - Я смогла найти в себе силы. И посмотрела в глаза своему страху. Все, как ты и говорил. - И ты молодец. Казалось бы, Велигд произносит это очень просто и спокойно, как и всегда, но в то же время его глаза смотрит на Ану с такой нежностью, что у нее внутри все замирает, потому что в последнее время его мнение очень важно для нее. - Я не справилась бы без тебя, - честно признается Ана, - это твое "я с тобой" придало мне сил. - Мне показалось, что тогда это было в самый раз и более чем уместно, - пожимает плечами Велигд. - И это совсем не кажется странным. - Я говорил, что просто нужно время. Пусть все идет как идет. - Меня пугает, что мне все чаще хочется соглашаться с тобой, - замечает Ана. Она чувствует, что силы, подаренные ей разговором с Шейном, как будто бы улетучиваются. Ноги почти не держат ее, и Ана совсем неэстетично шлепается на скамейку, блаженно потягиваясь. Велигд, кажется, решает последовать ее примеру, но когда он присаживается рядом с ней, фея не успевает и моргнуть, как голова Велигда уже покоится на ее коленях, а он упирается согнутыми ногами в боковой бортик лавочки. - Да, я тоже иногда совершаю вещи, которые не вписываются в представление окружающих обо мне, - Велигд смотрит прямо на нее, похоже, наслаждаясь временным замешательством Аны. - Время от времени шокировать людей вообще полезно. Потому что они быстро ко всему привыкают, даже к самому плохому, и твои действия перестают оказывать на них нужный эффект. - То есть ты поэтому со странной периодичностью, которую мы не могли высчитать, был то сволочью, с которой еще как-то можно мириться, то невыносимой сволочью, от которой все выли? - сразу же подключается к интересной теме фея. - Иногда вам нужно давать передышки. Но небольшие, а то вы совсем распуститесь. - Черт, - стонет Ана, - Вэл, ты никогда не меняешься. - Знаешь, если бы я менялся, это было бы грустно, - Велигд, похоже, устроился на коленях у Аны со всем комфортом. Он невинно улыбается и вообще пребывает в хорошем расположении духа. - И кстати, - слегка нахмуривается он, - Анастейша, когда я говорил, что не люблю сокращать имена, то включал сюда и тот факт, что мне не нравится сокращение моего имени. - Какая жалость, но у меня ситуация явно наоборот: я страсть как не люблю полные имена и стараюсь всех сокращать, - пожимает плечами Ана, - так что извини. Один-один, Вел. - Анастейша. Дракон, еще и с разным звучанием, - Велигд слегка закатывает глаза. Ана ничего не говорит. Она лишь задумчиво рассматривает лицо Велигда, которое смотрит прямо на нее, и понимает, что кому ни расскажи об этой ситуации - никто не поверит. Ей срочно требуется занять чем-то руки, и она не находит ничего лучше, чем начать перебирать пальцами стянутые в хвост волосы Велигда. Черные, густые, вьющиеся, они оказываются мягкими, даже чуть-чуть шелковистыми наощупь, и на пару секунд в душе Аны невольно зарождается зависть. Она путешествует по волнистым прядям и доходит до черной крепкой резинки, вопросительно смотря на Велигда. - Можно? - Тебе все можно, - улыбается Велигд, и Ана немного резко стягивает сначала не поддающийся ее усилиям предмет, и волосы Велигда густой гривой рассыпаются по ее коленям. А затем фея смелеет еще больше, и ее пальцы еще сильнее зарываются в черные пряди, касаясь бледной кожи головы и массируя ее легкими, медленными движениями. В первую секунду глаза у Велигда расширяются, а затем на его лице проскальзывает странное выражение, которое Ана сначала не может распознать, а когда понимает, не может сдержать усмешки. Кто бы мог подумать, что ей удастся такое увидеть. На лице у Велигда написано абсолютное блаженство, о чем он вскоре ей и сообщает, видимо, до этого боясь спугнуть неожиданный порыв феи. - Должен признать, это очень приятно, Анастейша, - и он тут же замирает, наслаждаясь тем, что Ана массирует его голову, - пожалуйста, не останавливайся. - Нравится? - усмехается фея, осознавая невозможность всей этой ситуации. Судя по одобрительному молчанию, Велигд отвечает согласием. - Дракон, ты выглядишь так, будто тебе в первый раз делают массаж головы. Что? - она встречается с чуть сфокусировавшимся взглядом. - Действительно в первый? - Да, - нехотя откликается Велигд, очевидно не очень желая прерываться на бессмысленные разговоры, - и я даже не догадывался, что это может давать такой эффект, но... Анастейша, - чуть стонет он, - у тебя просто волшебные руки. - Вот если бы мне сказали в начале прошлого учебного года, что ты будешь тут улыбаться и лежать у меня на коленях, я честно бы не поверила. - Я - тоже, но тем не менее. - Ну надо же, у нас находится что-то общее. Спустя столько времени. - Всегда с содроганием ждал этого момента. - То есть ты что-то такое допускал? - Ана с интересом смотрит на Велигда, который пребывает в абсолютной неге. - Нет, - развевает он ее надежды, - но мне всегда нравилось приятно ошибаться. Особенно когда речь шла о вас троих. - О да, ты же никак не ожидал, что мы сдадим природомагию и зельеварение на отлично. Если только... - Я за красивые глаза ничего не ставлю. Так что все заслуженно. Хотя меня все это и удивило. - Ты думал, что мы сбежим, - напоминает Ана. - Когда мы к тебе пришли тогда... - Да, вы меня и тут удивили, - не отпирается Велигд. - Но тот факт, что вы смогли подключиться к целому... Это говорит о многом. Ана чуть улыбается, потому что вспоминает о тех маленьких, не заметных ей тогда подробностях, о которых Велигд рассказал ей. В то время как она пыталась найти контакт с природой как единой системой, в то время как его ладони лежали на плечах феи, в душе у Велигда разразилась целая буря, и он с трудом тогда сдержался, чтобы не выдать себя. Мимо них проходят люди. Много людей, не обращающих на них внимание, однако и здесь находится свое исключение: какая-то старушка, неодобрительно смотря на них, раздраженно цокает и пускается в долгий и переполненный гневными возгласами рассказ о том, что нынче молодое поколение совсем уж распустилось и не знает элементарных правил поведения на улице, показывая свою невоспитанность и некультурность. Правда, вскоре ей надоедает поучать "неблагодарную молодежь", после чего она удаляется прочь, все еще что-то говоря им вслед. - И это ты еще по нам проезжался, что мы опаздывали, не приходили и не учили ничего. - Сколько самокритики! - восхищенно произносит Велигд. - Такими темпами я скоро начну сомневаться в том, что вы абсолютно безнадежны. - А ты разве уже не начал? - изгибает бровь в притворном удивлении Ана. - Уже близок к этому, - обнадеживает ее Велигд. - Хотя это и непривычно. - Вэл, а ты привыкай, впереди будет еще интереснее, - обещает ему фея. - Что меня и пугает, Анастейша, - честно признается он.

***

В понедельник у одного из классов второго курса, мирно ожидающего урока по зельеварению, состоялся весьма интересный разговор. Его начинает Шелла - зеленоволосая фея с шоколадного цвета глазами, лениво прикрывая рукой широко открывшийся в зевке рот, она выкладывает из сумки учебник, а затем поворачивается к однокласснице, сидящей позади нее, и сообщает даже не столько ей, сколько на весь класс: - А у Велигда, кажись, баба появилась. Стоит в воздухе раздастся сигнальному слову - ненавистному и обычно выплевываемому со злостью имени, один за другим прекращаются разговоры, и в конце концов трындеть прекращают даже самые отчаянные слоупоки. Все смотрят на Шеллу, которая разводит руками: мол, ничего не знаю, такие вот сегодня новости. - Да ну? С чего взяла? - наконец тянет одна из фей. - А вы, как он себя последнюю неделю ведет, видели? - снова громко зевает Шелла, демонстрируя, что эта тема у нее не вызывает никакого интереса. Вот прям никакого. - Особо не дерет. Все больше в своих мыслях. - Ну так у него ж бывают передышки, - замечает кто-то. - В которые он на нас отрывается ну буквально чуть поменьше, чем когда ему в мозги ударит, - качает головой Шелла. - Не, тут что-то другое. - Кста, а точно же, - замечает Лили - необычайно высокая брюнетка. - Рил ведь. Одна за другой феи задумываются над словами Шеллы и приходят к весьма однозначным выводам: "рил" ведет себя не так. Как будто у Велигда вдруг появились какие-то свои, личные заботы, которые теперь занимали все его мысли, не оставляя времени и желания третировать своих учениц. Вроде вел-то он так же, как и обычно, но у доски их особо не мучил, не измывался, даже докладные катал на удивительно малое количество народу. За этим явно что-то крылось. - И ты думаешь, что всему причиной - таинственная баба? - наконец спрашивает Триша, сидящая перед Лиссой, которая уже успела оторваться от экрана своего мобильника и с интересом слушала одноклассниц. - Конечно, - фыркает Шелла. - Сама посмотри: если он нас не дерет, значит, ему появилось кого драть. Это знание второму курсу передал выпустившийся поток, хотя большинство фей догадались, а вернее, вывели эту простую аксиому сами: причина такого жесткого отношения Велигда к ним кроется в очень банальной проблеме - недотрахе, потому что вполне очевидно, что у профессора с его характером, занудством, придирками и дотошностью с девушками точно не ладилось. Ну вот кто, кто мог его хотеть в здравом уме? Да никто. Вот другое дело Авалон или Палладиум... Тут многие феи блаженно вздыхали. Но кайф обламывался - эти двое давно уже были счастливы друг с другом, в прошлом году таки поженившись. Поэтому ученицам там уж явно ничего не светило. На Визгиса своих извращенцев не находилось, так что оставался только один учитель - Велигд, но его (как, собственно, и Гризельду) мечтали лишь расстрелять за ближайшим углом. И уж точно не делать объектом своих сексуальных желаний. Поэтому ничего удивительного в том, что у Велигда отношений не было, не видел никто. А естественные потребности никуда не спрячешь, поэтому весь второй курс уверенно сошелся в единственно верном мнении - профессор Велигд отчаянно сублимирует в работу и отрывается на них, демонстрируя таким образом свои садистские наклонности. - Ты думаешь, кто-то реально запал на профессора Велигда? - у красноволосой, с забавными ямочками на щеках Альи отвисает челюсть. - А как ты еще объяснишь такую резкую перемену в его поведении? - любезно интересуется Шелла. - Ну-у-у... - Алья задумывается и с ответом не находится. - В любом случае это ж хорошо, - расслабленно замечает Триша, - теперь ему есть на ком ездить, так что на нас он отрываться не будет. - Не, - не соглашается Лисса, решаясь наконец-то встрять в увлекательный разговор, - будет. - С чего бы? Ему просто хорошего секса не хватает, вот и все, - фыркает Шелла. - Нет, - упрямо стоит на своем фея драгоценных камней, - то, что профессор Велигд такой требовательный и строго с нас всегда спрашивает, никак не зависит от того, что у него в личной жизни не ладится. У него просто характер такой, вот и все. С появлением у него девушки ничего не изменится, отвечаю. - О, ну тебе-то точно лучше знать, - кто-то смеется. - Кста-а-ати, - тянет Шелла, вдруг с интересом уставляясь на Лиссу, - раз уж зашла такая пьянка. Если мы уже точно определились с тем, что баба у нашего любимейшего профессора Велигда все-таки теперь имеется, то встает закономерный вопрос. Кто эта баба. - У тебя есть догадки? - любопытствует Алья. - Вот же вам неймется, - качает головой Лисса. - А может, ты та самая баба и есть? - заканчивает свою мысль Шелла. - Я? - у Лиссы отвисает челюсть. - Ну сама посуди: ты так уверенно рассуждаешь о том, как он будет себя вести, а как не будет. Стало быть, ты неплохо Велигда знаешь. И к тому же, вы тут неплохо корешитесь в последнее время. Кто знает... - загадочно тянет фея, смотря на Лиссу, которая только глазами от удивления хлопает. Класс тем временем с интересом вслушивается в разговор этих двоих. - А ничего, что у меня есть девушка? - Лисса офигевает только так. Но у Шеллы уже сложилось в уме два и два, поэтому переубедить ее в чем-либо трудно. - Так она где? - снова зевает фея. - На Линфее. А Велигд где? Здесь. Ее ты видишь гораздо реже, чем его. И потом, расстояние, все дела, а тут она ни о чем не узнает... - А тебя не смущает, что я лесбиянка? - любезно интересуется Лисса. - Одно другому не мешает, - авторитетно заявляет Шелла. - Как представитель сексуальных меньшиств позволю себе с тобой не согласится. То, что я лесбиянка, означает, что меня не интересуют члены. Мужики. Я от них не возбуждаюсь. Вот вообще, - на пальцах объясняет однокласснице Лисса. Она просветила бы фей и еще больше, но тут ее страстный монолог прерывает входящий в класс Велигд, из-за чего все ученицы словно по сигналу затыкаются и в секунду оказываются за своими партами. Все-таки испытывать нервы учителя природомагии и зельеварения не желал никто. И не зря. Потому что буквально через минуту феи клацают зубами от злости: профессор Велигд объявляет, что сейчас будет проведен опрос. Который в итоге растягивается почти на весь урок. Велигд методично, жестко и в своей привычной манере опрашивает почти весь класс, который за эту неделю совсем разленился и поверил, что чудо возможно. В итоге под конец феи взвыли про себя, буравя его злыми и раздраженными взглядами, а Велигд сухо сообщил, что их подготовка никуда не годится, результаты его не устравают от слова совсем, а значит, на следующем занятии будет контрольная. И никаких тестов. И к тому же - догадываются они - докладная сегодня будет особенно большой, потому что туда, судя по результатам сегодняшнего урока, грозит попасть половине класса, если не всем. Когда звенит звонок, настроение у всех оказывается испорчернным просто в край, поэтому они вылетают из кабинета с молниями в глазах, почти сразу же наполняя школьные коридоры криками: "Велигд, гад! Убью, уничтожу! Задрал!" Лисса специально задерживается и остается самой последней в классе, подходя к двери как раз в тот момент, когда профессор Велигд собирается ее запирать. - Это хорошо, что вы нам сегодня такой опрос устроили, профессор Велигд, - вежливо сообщает фея ему. - А то некоторые ученицы боятся, что вы начинаете терять хватку. Велигд на секунду застывает, явно не ожидая такой откровенности, но затем неоднозначно откликается: - Пусть лучше боятся, что не сдадут экзамен по природомагии. - Вот и я пыталась им то же самое втолковать. Не поняли, - вздыхает Лисса. - И еще я рада, что у вас с Аной окончательно все наладилось, - она доверчиво смотрит на Велигда абсолютно спокойным взглядом. - Спасибо, Лисса, - немного покосившись на фею, произносит Велигд, а затем говорит уже более искренне. - И раз уж такая возможность. Спасибо, что ткнули меня носом. - Да не за что, - сияет фея драгоценных камней, - ну просто откуда вы еще могли узнать, что Ана теперь свободна? - вежливо интересуется она. - Вы мне еще и о другом сказали, - напоминает Велигд. - Ну а это... Мало ли, может, вдруг вы не заметили бы! А что, такое тоже может быть, - замечает Лисса, глядя на то, как вытягивается лицо ее учителя. - Правда, Ане я не сказала, потому что она сама никому не сказала. Ну то есть о том, что вы ей нравитесь, никто не знал. То есть я только две недели назад узнала, как и Рокси. Ну, она чуть-чуть попозже. А то, что Ана вам нравится, это я еще в самом начале почти поняла. Велигд честно пытается выдержить поток информации, свалившийся на его голову, подавляя желание шарахнуться от Лиссы куда подальше, потому что иногда ее доводы и выводы... Даже его в тупик ставят. - Я знаю, что вы стесняетесь спросить, как я догадалась, - Велигд, конечно, поспорил бы с ней насчет "стесняетесь", но не решается. - Вы просто об Ане если говорите, то у вас выражение лица всегда особенным таким становится, - сообщает ему Лисса. - Мне уже на следующий урок пора, извините. До свидания, профессор Велигд, - прощается она с преподавателем и уходит прочь, пока Велигд хотя бы на секунду пытается понять, что творится у нее в голове.