Танго втроем

Два месяца спустя. - Поверить не могу, что мы так и не продвинулись ни на шаг! Никлаус начинал терять терпение, а это ничем хорошим не грозило. Хоть в отношениях с женщинами он был робким и нерешительным, во всех остальных сферах жизни он был известен, как очень жесткий, вспыльчивый, и чрезмерно агрессивный персонаж. - Такое ощущение, что ее попросту не существует! Стефан, скажи, что ты нашел ее! – Телефонная трубка в руках жалобно заскрипела от интенсивности сжатия, и Клаус ослабил хватку. - Клаус, я делаю все, что могу! Но найти женщину, о которой ничего кроме сомнительной клички «Кэп» не известно…. Даже ее биография, казалось бы, на первый взгляд уникальная, на самом деле оказалась довольно распространенным явлением. Я нашел сотни женщин подходящих под ее описание жизненного пути в данной возрастной категории и пересмотрел все фото, результат нулевой. - Бред! – продолжил бушевать Клаус. - Согласен, а что на счет моей блондинки? Удалось что-нибудь выяснить? - Возьмусь напомнить тебе, гений, что ты даже сомнительной клички-имени не узнал. - Совершенно верно, но зато я предоставил тебе отпечатки ее пальчиков с моего телефона. - Да, я проверил ее по нашим базам, ноль, из полицейского департамента тот же ответ, насколько мне известно, Интерпол тоже не может похвастаться результатами в этом вопросе. - Это правда, - Стефан ненавидел признавать, что в чем-то не преуспел. - Подожди секундочку, - пробормотал в трубку Клаус, - да, я Никлаус Майклсон, с кем имею честь? Маршал Донован? Очень приятно, чем обязан? Запрос на отпечатки пальцев? Да я подавал. Вы можете мне что-нибудь сообщить об интересующем нас объекте? Стефану оставалось только угадывать, что происходит на том конце связи. - Извините, я не могу ответить на этот вопрос, это внутреннее расследование. Простите? Потрясение в голосе Ника заставило Стефана задергаться. - Вы мне угрожаете? – ледяной тон традиционный для представителя семьи Майклсон заставил Стефана улыбнуться, он не завидовал этому маршалу Донован. - Абсолютно. Кристально и ясно. Маршал, мое почтение. Возникшая в трубке тишина безошибочно подсказала Стефану, что его друг пытается взять под контроль свой гнев. Подождав, для приличия, минутку, Стефан прокашлялся. - Клаус? Ты еще здесь? - Стефф, думаю нам надо встретиться. - Да, как только я вернусь из Далласа. У меня здесь еще одна встреча. - Ты прилетишь в Чикаго сразу после этого? У Лилли день рождения, – настороженность в голосе друга заставила Стефана поморщиться. - Клаус, я помню, когда день рождения моей матери. Совершенно не обязательно напоминать мне об этом раз в три дня. В обычной жизни Клаус не был наделен даром терпения, но в общении со Стефаном уровень его выдержки порой достигал буквально фантастических результатов. И в данный момент терпение Клауса подкармливалось его безграничной благодарностью и любовью к матери Стефана. - Стефан, твоя мать достойна большего внимания от своих сыновей. - Знаешь, ее трудно назвать матерью года, и чтобы ты там себе не думал, я не склонен прощать ее последний закидон. - Стефан! – Начал Клаус и был тут же перебит. - Никлаус, стоп! Мы это дальше не обсуждаем. Лили сейчас последнее, что меня волнует и ее приемная семейка тоже. Клаус устало закатил глаза и обреченно вздохнул. - Я не понимаю, чем тебе так не нравится Джулиан! Он веселый, богатый и твоя мама любит его. Ты серьезно считаешь, что Лили должна хранить верность твоему покойному отцу до конца жизни? - Я не просил хранить верность до конца жизни! Но выйти замуж в первую годовщину смерти отца…. Это просто плевок на его могилу. На этом этапе разговора Клаус основательно подрастерял запас прочности и начал заводиться, и его речь уже больше напоминала рычание горного льва. - Еще скажи, что он этого не заслужил! То, что Лили пришлось выдержать от него при жизни, вполне позволяет ей станцевать тарантеллу на его могиле. Стефан разделял мнение своего друга поэтому вопросу, но еще не выветрившийся детский эгоизм не позволил ему сдаться. - Ник, ты знаешь, я не был поклонником отца, и всегда принимал сторону матери. Но она могла с большим пониманием отнестись к нашим чувствам с Деймоном, когда мы должны были объяснять прессе, почему мы в этот день не на кладбище, а на свадебном банкете. А то, что она поселила всю эту семейку в нашем доме, даже не спросив нашего на то согласия? Я оказался, вышвырнут из родного гнезда! Клаус откровенно развлекался вспышками гнева друга и патетичностью его высказываний. - Стефан, ты сам съехал из собственного дома! - Ну, извини, если я не захотел жить в неком подобии общежития. С Джулианом и его шестерыми жуткими детками! - И чем они, по-твоему, так ужасны? – ухмыльнулся Никлаус, подливая масла в огонь. И Стефан не заставил его ждать. - Они просто стая пираний. Хотя некоторые тянут на акул. Одни близняшки Мэри Лу и Нора чего стоят. Как близнецы, даже разно-яйцевые, могут быть так не похожи? Ей Богу, меня так и подмывает сделать тест ДНК и проверить, родственники ли они все по крови вообще. - То, что они не похожи друг на друга, не делает их ужасными. - Ну, давай не будем забывать, что они защищали в суде Херетикс Индастриз, которое было замешано в производстве детских игрушек из токсичных материалов. - Стефан, они всего лишь защищали своих клиентов. Они не совершали это преступление сами. Не говоря уж о том, что суд оправдал компанию по всем выдвинутым обвинениям. - Это говорит только о том, что они мошенницы. - Стефан, в нашем государстве это говорит о том, что люди невиновны, потому что так решил суд. - У нас с тобой различные взгляды на эффективность и справедливость судебной системы. И вообще, у меня есть информация, что львиная доля Херетикс Индастриз принадлежит их семейке. - Стефан, если бы это было так, их бы порвали в суде. - Я не верю в справедливость нашей судебной системы. - И это никак не связано с тем, что твоя матушка генеральный прокурор штата? - Не хочу поднимать эту идиотскую тему! Давай двигаться дальше, а как тебе Бо? - А что Бо? Безобидный рэпер, причем весьма успешный. С его голосом мог бы петь в опере. - Да, он же замазан со всеми бандитскими группировками Чикаго! А то ты это не знаешь. - Откуда такая информация? - По секрету поделилась Валери, пока вешалась мне на шею на свадьбе наших с ней родителей. - Ну, к Валери-то какие могут быть претензии, кроме того, что она когда-то лишила тебя девственности? - Она липучка. Я ненавижу липучек. Знаешь, какого это было, когда в их первую же ночь в нашем доме она явилась ко мне в комнату мокрая, завернутая в одно полотенце с заявлением, что у нее шампунь закончился? - Стефан, я тебя не узнаю! Откуда такие проблемы? Ты всегда был готов закрутить с любой девицей, сверкнувшей перед тобой юбкой. - Клаус, она мне теперь сводная сестра! От одной только мысли, что я когда-то с ней спал, мне становится дурно. - Стефф, ты драматизируешь. - Но есть ведь еще Оскар. - А что с этим-то не так? – Недоуменно поинтересовался Ник. - Кроме того, что он беспробудно пьет, курит все, что горит и забывает о том, что хотя бы иногда надо принимать душ? Он воняет, как двухнедельный труп. - Боже, - усмехнулся Ник. – Теперь я понимаю, почему ты сбежал из дома на второй день. С твоим чувствительным носом! - И вот тут однозначно ошибаешься! На второй день я сбежал потому, что малахольный сынок Джулиана Малькольм подошел ко мне в коридоре, схватил за яйца и начал что-то невнятно лепетать о непреодолимом желании познакомиться со мной поближе. Желательно в моей спальне, потому что в его спит любовник. - Господи, мне он сразу показался странным. - Странным? – Взорвался Стефан. - Нет, Ник, он не странный, он жуткий. Ты знаешь, какие о нем слухи ходят в управлении? - Подожди, в каком управлении? Стефан застонал от бешенства. - Ты не знаешь, что он специалист - переговорщик подразделения по борьбе с терроризмом? У него ни одних проваленных переговоров об освобождении заложников, я сам проверял. Говорят, что он так успешен потому, что преступники его банально боятся. И даже самые отморозки при виде его гуттаперчевой фигуры, крысиных глазок и змеиной улыбки, соглашаются на все, подсознательно стремясь закончить общение с ним любой ценой. - Стефан, Малькольм вполне нормальный парень, ты его просто демонизируешь, из-за его интереса к тебе. Но ты же у нас такой симпотяжка, чему тут удивляться. - О, Боже! Просто заткнись, Ник! Неделю спустя. - Пожалуйста, сюда, агент Сальваторе. В этот ящик вы должны сдать все личные вещи. Вы можете иметь при себе только выданную вам спецодежду. Пожалуйста, помните, что это правило введено не только для того, чтобы защитить вас, но и для того, чтобы защитить заключенных, охрану и обслуживающий персонал нашего заведения. - Я все сдал. - Вы уверены, агент Сальваторе? - Послушайте, вы видели меня, сержант Картер. Я гол, как сокол. - Я знаю, что вы знаете, наши правила. Но наша служба заставляет предполагать, что не все в этом мире находится снаружи. - Агент Картер, если вы собираетесь заглянуть мне в задницу, то не пошли бы вы….. - Сэр, вообще-то, я хотел заглянуть вам в рот, но если вы настаиваете. - Простите, сержант. С моей стороны, это верх непрофессионализма, просто последнее время я нервничаю. - Не смущайтесь, агент Сальваторе, все нервничают, когда приходят в тюрьму. - Вообще-то, я нервничаю по другому поводу, - невнятно пробормотал Стефан, - но спасибо, что предупредили. А теперь я могу поговорить с моим контактом? - Могу ли я заглянуть вам в рот? - Да, конечно, - усмехнулся Стефан, и любезно позволил сержанту убедиться, что ничего не спрятал за щекой. - Отлично, вы можете пройти во двор для прогулок. Все, как всегда, агент Сальваторе, на общение с контактом у вас ровно сорок минут прогулки. Ни с кем другим из заключенных вступать в контакт вам не разрешено, так что будьте осторожны. - Я знаю. Спасибо, что приглядываете за мной. - Всегда, агент Сальваторе. Стефан вышел в круг для прогулок заключенных, словно гладиатор на арену Колизея. Он делал это в среднем раз в месяц, и всякий раз у него было ощущение, что его швыряют в клетку с львами на потеху публике. Он до сих пор не мог смириться с тем, что его самый надежный и успешный источник мотает срок в тюрьме для особо опасных заключенных, осужденных за жестокие и массовые убийства. Он сам вышел на Стефана. Просто прислав письмо по почте, с предложением заехать в гости. В письме был процитирован отрывок из видео-обращения террориста, который взорвал автобус в центре Мадрида через два дня после получения Стефаном письма. В их департаменте сломали голову, пытаясь понять, откуда источник берет такую важную информацию, но факт оставался фактом «Монте-Кристо», а именно такую кличку дали его источнику в департаменте, с регулярной периодичностью поставлял Стефану информацию, которая позволила ему предотвратить пару серьезных терактов. Сперва он не мог понять мотива своего источника, а через какое-то время удалось выяснить, что у источника погибла дочь в теракте, и это была его своеобразная месть. Так как в тюремной иерархии его контакт был на самой верхушке, то осуществлял свои контакты со Стефаном исключительно на глазах у всех, чтобы понимали, что это не крысятничество, а акт возмездия. Стефан был не дурак, и догадывался, что в какой-то момент, кто-то пожелает воспользоваться этой ситуацией, чтобы сбросить «короля». И каждый раз, заходя в клетку, он был готов к любым обстоятельствам. Но сегодня что-то было не так, как обычно. Стефан всегда доверял интуиции, хоть и не всегда мог объяснить схему ее работы. Но в данный момент очень легко прослеживалась логика происходящего. Глаз почти мгновенно зацепил группу из пяти зэков. То, что они стояли, как бы в стороне, само по себе не казалось удивительным, но вот готовая выплеснуться в любую секунду агрессия в глазах самого «молодого» из пятерых бросалась в глаза. Стараясь не поворачиваться к ним спиной, он подошел к сидящему на скамейке своему контакту. - Агент Сальваторе. - У вас есть для меня новости? - Да. Берлин. Александр плац с первого по десятое число следующего месяца. - Что-то более конкретное? - Увы, это все, что удалось найти. - Гм…. Не густо. - Вам удавалось вынимать кролика из шляпы и при меньшем количестве информации. - Это было везение. - Перестаньте кокетничать, агент Сальваторе. Вы упертая землеройка, я поэтому выбрал именно вас. Стефан с любопытством взглянул на собеседника. - Я давно хотел спросить «почему я»? Самодовольная улыбка осветила лицо Монте-Кристо. - Я очень давно жду этот вопрос. Меня даже задевало, что вы не спрашиваете. - Ну, я спрашиваю, - кивнул Стефан, продолжая внимательно сканировать окружающих. - Я искал сотрудника спецслужб, с личной историей. Я узнал, что ваш любимый дед погиб в 9/11. Этого было достаточно для того, чтобы заинтересоваться вашей персоной. Ваш послужной список недостающие пробелы в списке моих требований. Я знаю, что для вас это такой же личный вопрос, как и для меня. Вы ничего не пропустите, и вытащите максимум из того, что я даю вам. Стефан молча кивнул, подтверждая правоту собеседника. Он ненавидел его всеми фибрами своей души. Для него он как был, так и остался убийцей, сколько бы жизней не спас, сотрудничая с органами. - Агент Сальваторе, я думаю, вам стоит уйти сегодня пораньше. Нынче здесь не спокойно. - Уверены, что вам не нужно мое вмешательство? – Стефан с трудом заставил себя предложить помощь собеседнику. - Я думал вы умнее. Я бы ни был на том месте, где я нахожусь, если б использовал ваше вмешательство. - Вы слишком полезный источник информации, чтобы не заботиться о вашем благополучии, не смотря на то, что вы сделали по жизни. - До свидания, агент Сальваторе. Стефан покачал головой, и направился к выходу. Бросив взгляд в сторону агрессивной пятерки, он пораженно отметил ужас на их лицах и отсутствие самого молодого. Окинув взглядом территорию прогулки и не найдя никаких признаков трупа, Стефан пошел дальше, подумав, что его контакт вполне справится сам с назревающими проблемами. Получив все свои вещи, переодевшись, и пройдя все процедуры оформления визита, Стефан вышел за периметр и облегченно вздохнул. Всякий раз, когда за ним закрывалась дверь, ему казалось, что объем легких увеличивается раза в два. По долгу службы агенту Сальваторе приходилось посещать тюремные заведения довольно часто, но конкретно эту он ненавидел больше всего. Жестокость содержавшихся в ней заключенных затмевала рамки разумного. Это были не люди, это были звери. И самое ужасное было то, что в этом проклятом месте находилось сразу два заведения. Стефан бросил взгляд на соседние ворота. Идентичные тем, у которых он стоял сам, только на соседнюю территорию. Стена к стене было расположены две тюрьмы. Мужская и женская. Да, они были отгорожены огромным рвом и двумя заборами, но это не меняло сути. Женщины, содержавшиеся здесь, существа призванные нести в мир жизнь, добро и любовь, были столь же, а порой и более, жестоки, чем мужчины. Это вызывало у Стефана тошнотворную реакцию. Он сглотнул горечь и, стараясь избавиться от головной боли, слегка потер виски. К соседним воротам подъехал тюремный автобус. Привезли новую партию заключенных. Кровавых монстров, не достойных ходить по земле. Взгляд невольно скользнул по окнам и встретился с пустым взглядом молодой женщины, сидевшей у окна. На мгновение ему показалось, что на ее лице промелькнула тень узнавания, и в тот же миг пустота вновь затопила ее обрамленное темно-русыми волосами лицо. Ворота медленно открылись, автобус поехал, взор незнакомки не поменял направления и Стефан понял, что она смотрела не на него, а мимо. Сквозь. Будто его и не было. Покачав головой, он двинулся к машине, настороженно перебирая в голове произошедшее пару мгновений назад. Стефан никак не мог понять, что же его так зацепило в заключенной. Два часа за рулем только усугубили головную боль, и Стефан был счастлив, бросив машину на парковке, отправиться в номер, принять душ. Непреодолимое желание смыть с себя ощущение мерзости от посещения тюрьмы буквально душило его. Стоя под падающими потоками воды, Стефан никак не мог отделаться от образа молодой женщины, которая по воле судьбы оказалась жестокой убийцей. Проблеск узнавания в ее глазах был столь непродолжительным и неуловимым, что он сомневался, не придумал ли это. До рейса в Чикаго оставалось восемь часов. Изможденный моральными терзаниями молодой человек упал на кровать и уснул. Яркие, запоминающиеся сны Стефана были его проклятьем. Они всегда были настолько реалистичными, что он порой он не мог, сказать произошло с ним что-то во сне или наяву. Вот и сейчас он сидел в любимом баре Чикаго и потягивал виски, насмехаясь над робостью своего друга. - Женщина, которую ты ищешь, просто не существует. Лицо Ника застыло от потрясения. - А мне кажется, очень даже существует, - потрясенно, почти по слогам произнес обомлевший товарищ. – И она только что вошла в этот бар. - Ты чего тут сидишь? Беги, знакомься, - Стефан подтолкнул товарища плечом, чтобы вывести из транса. Перебросившись парой слов с другом и оставив ему ключи от квартиры, он вышел из бара и направился домой. Через десять минут ему поступил звонок на мобильный, и Стефан нехотя ответил. - Слушаю. Приятный женский голос разорвал вечернюю тишину. - Стефан Сальваторе? - Да, с кем имею честь? - Сержант Янг полиция Чикаго. Вы указаны как контактное лицо Никлауса Майклсона в случае экстренной ситуации. - Да, он мой лучший друг. Я слушаю вас. - Мне очень жаль вас огорчать, но мужчина с документами и мобильным телефоном мистера Майклсона был только что обнаружен мертвым около бара Полуночный ковбой. Стефан в ужасе замер, пытаясь обработать поступившую информацию. - Подождите, я видел его несколько минут назад…. И что значит «мужчина с документами»? Ник агент ФБР, его фотографии и отпечатки пальцев есть во всех базах, вы имеете возможность пробить его личность за мгновение! - Сэр, к сожалению, это очень жестокое преступление и на данный момент опознание по отпечаткам пальцев и по лицу невозможно. Я вынуждена попросить вас приехать на место преступления для опознания останков. Стефан резко проснулся и подскочил на кровати. Холодный пот, выступивший на лбу, заставил взять себя в руки. Молодой человек чувствовал, как его сердце с сумасшедшей скоростью бьется в груди. Он схватил телефон, набрал номер Ника и, услышав голос друга, облегченно выдохнул. - Ник! - Придыхание, с которым ты произносишь мое имя, заставляет меня вздрагивать, Стефан. Насмешливый, издевательский голос друга заставил Стефана дурашливо улыбнуться. Это был сон. Всего лишь сон…. - Стефан, почему ты молчишь? Что с тобой, - почувствовал неладное Никлаус. - Ник, я нашел ее. Я нашел твою Кэп. - Что, где? - Ее сегодня этапировали в женскую тюрьму для особо жестоких преступников округа Даллас штата Техас. - Стефан, это шутка? - Какие шутки! Я все никак не мог понять, почему ее лицо меня так зацепило, я даже не подумал, что просто где-то ее раньше видел. А потом мне приснился сон, как мы сидели в баре, и она вошла… Ник, я уверен, это Кэп. - Хорошо, Стефан, во-первых, успокойся! Ты дышишь, будто только что пробежал марафон. Во-вторых, расскажи подробно где, когда и что ты видел. Стефан набрал в легкие воздуха, закрыл глаза и постарался вспомнить все в мельчайших подробностях. Спустя десять минут рассказа, бесчисленных уточняющих вопросов и измывательств над его памятью, Никлаус сдался. Возникшая в трубке тишина напугала Стефана. - Ник, не молчи. - Это не имеет смысла, она сказала, что будет отсутствовать полгода. В тюрьму для особо опасных преступников на такие сроки не сажают. Ты уверен, что она именно заключенная? - Уверен. Тюремная роба и наручники, скованные цепью с ножными не оставляют места для сомнений. - Послушай, Кэп блондинка. На ней был парик. - Может на ней и сегодня был парик! - Серьезно? В парике в тюрьму? Стефан, ты там не обкурился? - Ник, я не знаю, как и почему, но это была она. Мне, как сотруднику Интерпола, подобную информацию не предоставят, но ты по своим каналам можешь сделать запрос, кого сегодня доставили в тюрьму округа Даллас. - Хорошо, я сделаю это. А ты постарайся успокоиться. Ничего не произошло такого, что могло бы погрузить тебя в такой ужас. Я тебе перезвоню, как только будет какая-то информация. Ты когда домой? - Рейс через четыре часа. - Отлично, постарайся поспать. Тебе необходимо вернуть контроль над рассудком. Стефан потягивал коньяк, раздраженно поглядывая на часы. Вылет задерживался уже на пятнадцать минут. Стюардессы мило улыбались и старались сгладить еле заметное раздражение пассажиров об отсутствии информации. Но сегодня на Стефана их обаяние не действовало. Он хотел как можно скорее попасть домой. И хотя мозгами он прекрасно понимал, что на время прилета столь незначительная задержка, скорее всего не повлияет (экипаж нагонит время в пути), внутри него все кипело от раздражения. Ему было жизненно необходимо увидеть Ника. Проходившая мимо стюардесса в очередной раз приветливо улыбнулась, и глянув на его полупустой стакан, спросила. - Сэр, желаете что-нибудь еще? Стефан опустил взгляд на бейджик на груди девушки. - Анна, подскажите, почему мы задерживаемся с вылетом? - Ах да, извините за причиненные неудобства, мы ждем транзитного пассажира с опаздывающего рейса. Не волнуйтесь, его самолет уже приземлился, и это вопрос пяти-десяти минут. В порт назначения мы прибудем вовремя. А сейчас позволите, я обновлю ваш напиток? - Благодарю вас, но я предпочел бы Таймс. - Простите, сэр, сегодня на рейсе только Чикаго Трибьюнс. - Еще лучше, - кивнул Стефан, делая глоток и смакуя вкус. Газета появилась через мгновение, и агент Сальваторе заставил себя отключиться и сконцентрироваться на чтении. Это была давно отработанная методика отвлечения. Если какая-то проблема захватывала его слишком сильно, заставить Стефана отвлечься могло только чтение. Через несколько минут из информационного мира его вырвал звук закрывшейся двери самолета. Подняв взор, Стефан уставился на обнаженный из-за задравшегося топика женский животик. Нежная, бархатистая кожа манила, призывая коснуться ее хоть на мгновение. Стоявшая рядом с его сиденьем девушка запихивала на верхнюю полку огромный саквояж. В тот момент, когда она привстала на цыпочки, ее штаны на бедрах слегка съехали вниз и обнажили татуировку чуть выше области бикини. Готическим курсивом выведенная надпись «съешь меня» и стрелочка вниз. Стефан сглотнул и закрыл глаза. Волна вожделения, прокатившаяся по венам, заставила его вжаться в кресло. - Не могу поверить! Кто у нас здесь! Святой Стефан! До боли знакомый голос заставил молодого человека распахнуть глаза, и встретиться с насмешливым взглядом голубоглазой блондинки, что не оставляла его рассудок последнюю пару месяцев ни днем ни ночью. - Таинственная незнакомка с рейса в Нью-Йорк! Пока ты не исчезла, как мираж, дай мне свой номер телефона и скажи, как тебя зовут. Девушка весело ухмыльнулась, взяла с откидного столика его мобильный, и вбила свои контактные данные. Стефан взял из протянутой руки свой телефон, и на рабочем столе увидел новый контакт «Кэролайн». - Просто Кэролайн? – с усмешкой спросил Стефан. - Да, знаешь, как Мадонна или Шер, - повторила киношную шутку девушка. Стефан недоверчиво посмотрел на блондинку и нажал кнопку вызова. Через мгновение у нее зазвонил телефон. Кэролайн радостно улыбнулась, сняла трубку и задорно пролепетала, - Привет, Стефан! Теперь у меня тоже есть твой телефон. Сбросив звонок, она подтянула штаны, шаловливо подмигнула Стефану и села в кресло в соседнем ряду. - Как поживает твоя сука-сталкерша? Мы будем сегодня устраивать сеанс секса по телефону? – ее игривый тон, заставил Стефана покачать головой. Эта девушка сводила его с ума. Он искал ее два месяца, и вот вдруг она объявляется, как ни в чем не бывало. - Я искал тебя, Кэролайн. - О! – ее лицо выражало смесь сожаления и сочувствие. – Прости, но это несколько затруднительно. Я не очень общительна. - Настолько, что совместные усилия ФБР и Интерпола не привели ни к каким результатам? - Ну что сказать, я девушка-загадка, - задорно развела руками Кэролайн. Раздалось характерное звяканье и зажглось табло «пристегните ремни». Стефан улыбнулся и встал с кресла. Кэролайн игриво приподняла бровь и развела руки в стороны, чтобы предоставить ему более свободный доступ. Заметив, что в этот раз ремень находится на сиденье за спиной блондинки и ему предстоит его вытащить, Стефан нервно сглотнул. Полоска обнаженной кожи между топом и штанами все так же манила его, но на этот раз у него был официальный повод коснуться ее бархатной кожи. Он склонился над девушкой и их лица почти соприкоснулись. Стефан скользнул рукой вдоль талии, и проведя большим пальцем по нежному шелку ее животика, почувствовал будто разряд тока. Их глаза встретились в понимании того, что они оба почувствовали эту искру. Кэролайн протянула руку, обхватила его за щеку и притянула к своим губам его рот. Ее поцелуй был опьяняюще сладким. Она целовала его с равной долей нежности и любопытства, словно изучая и стараясь запомнить. Почувствовав, что опять попался на ее крючок, Стефан, сжав талию, потянул девушку на себя от спинки кресла, вытащил ремень, и застегнул его, затянув потуже. Разорвав поцелуй, он погладил ее щеку большим пальцем и шепотом спросил, - Банановый? Она только кивнула, лукаво улыбаясь. - Сэр, вам необходимо сесть на свое место и пристегнуть ремень. Голос стюардессы вывел их из транса. - Да, конечно, извините.