Охота на ангела

Боль. Дикая и невыносимая. Она жаром расплывается внутри, обжигая каждую клеточку тела, заставляя думать только о ней. Все мои мысли путаются, бешено проносясь в голове, но не задерживаясь больше, чем на секунду. Мое дыхание было тяжелым и прерывистым. Мне просто напросто было больно дышать. Для каждого вдоха я прикладываю титанические усилия, стараясь изо всех сил. Я слышу, как бьется мое сердце. Медленно, тихо, еле слышно, но все же бьется. Оно борется за жизнь, стараясь сохранить ее, но я чувствую, как силы покидают меня. Они безвозвратно ускользают, оставляя после себя лишь глухую пустоту. Не знаю, сколько я протяну, но абсолютно уверена, что эту аварию мне не дано пережить, уж слишком серьезны мои травмы. Но я не хочу умирать. Не хочу. Я хочу снова проснуться в своей квартирке в Бруклине, сладко потянуться и пойти варить кофе. Я хочу снова выйти на улицы Нью-Йорка, Чикаго или Лондона и просто окунуться в толпу этих вечно спешащих людей, с головой погруженных в свои проблемы и порой не замечающих всей прелести жизни, закапывая ее в рутину серых будней. Я хочу снова ехать на своей машине по пустой трассе, ощущать скорость и то непередаваемое счастье свободы, чувствовать ветер в своих волосах. Но я не хочу умирать… Из моих глаз скатилась одна маленькая слезинка, обжигая щеку и оставляя после себя витиеватую влажную дорожку. Собрав всю свою волю в кулак, я решила, что если это мои последние минуты, то я должна в последний раз взглянуть на этот мир, неописуемо прекрасный и бессмысленно жестокий. Я смогла лишь немного приоткрыть глаза. Все, что я увидела – номер дешевого мотеля с облупившейся краской на стенах, сырыми пятнами на потолке и небольшим окошком напротив моей кровати. Почти весь вид из окна занимала серая кирпичная стена соседнего здания, обвитая плющом. Невольно вспоминается новелла выдающегося американского писателя О. Генри «Последний листок». Вот только меня уже не спасет надежда на исцеление, да и не найдется того спасителя-художника, который пожертвует своей жизнью ради меня. Грустно, но это правда, и от нее не убежишь. К счастью, стена не закрывала собой весь пейзаж за окном, и в левом углу я могла разглядеть небосвод. Легкая бледность разливается по небу, а звезды тускнеют, лишаясь своего завораживающего блеска. Луна медленно сползает за горизонт. Светает. Из-под редеющего тумана полились сначала бледно-розовые, затем алые потоки горячего солнечного света. Снова я встречаю рассвет. Вот только в прошлый раз я хотела вернуться в приятную дрему, от которой меня пробудил надоедливый солнечный лучик, а теперь я боялась заснуть. Боялась заснуть и больше никогда не проснуться. По этой причине я жадно вглядывалась в возможно последний для меня восход солнца. Я бы так и лежала, застыв в одной позе и глядя в одну точку, если бы не резкий приступ кашля. Содрогаясь, я откашлялась, прикрыв рот ладонью. После окончания приступа я бросила беглый взгляд на ладонь и лишний раз убедилась в плачевности моего состояния. Рука была в крови, а кашель кровью вряд ли значит что-то хорошее. На звуки кашля в комнату вбежал невероятно высокий парень с длинными каштановыми волосами. Он обеспокоенно взглянул на меня и в два шага оказался у моей кровати. – Ты пришла в себя. Слава Богу, – тихо произнес незнакомец. – Как ты себя чувствуешь?– я хотела ему ответить, но голос пропал, и я лишь прошептала что-то невнятное. – Может воды принести? – я легонько кивнула головой, и парень опрометью выбежал из комнаты. Судя по его поведению, он очень хочет помочь, но не может. В общем-то, уже никто не сможет. – Вот, держи, – сказал парень, вернувшись со стаканом воды,– Меня зовут Сэм. Я бы спросил твое имя, но у тебя даже голоса нет… Я взяла у Сэма стакан и принялась с жадностью пить. Каждый глоток отдавался по всему телу болью, но даже такая мелочь, как стакан воды, была для меня очень важна в тот момент. Это позволяло мне чувствовать себя живой, даже боли я уже немного радовалась. Логика простая: если чувствую боль, значит, все еще жива, а это уже повод для радости. Такое оптимистичное мышление почти всегда сопутствовало мне по жизни и не покинуло даже на смертном одре. Допив до дна, я отдала стакан Сэму. Парень смотрел на меня с нескрываемой жалостью. Тяжело вздохнув, он тихо сказал: – Прости нас с братом, за то, что мы сбили тебя. Просто ты появилась внезапно, словно из ниоткуда, и Дин не успел среагировать. Мне правда очень жаль… Дин… Сэм… Что-то невероятно знакомое, но я никак не могу вспомнить, откуда я могла знать эти имена. Братья Сэм и Дин… Винчестеры. Сэм и Дин Винчестеры, охотники на нечисть, ближайшие друзья Кастиила, ангела, которого я должна доставить Кроули. От внезапного наплыва информации голова начала трещать по швам, угрожая в любой момент разлететься на тысячи мелких осколков. До этого момента я не помнила последнюю неделю, не помнила о сделке с Кроули, но после осознания того факта, что передо мной Сэм Винчестер собственной персоной, вернуло все на свои места. Конечно же, аварию подстроил этот неугомонный король ада, но наверное все пошло не так, раз уж я медленно умираю. Или все это лишь часть огромного плана? – Она в порядке? – незнакомый мужской голос оборвал мои размышления. В дверном проеме стоял красивый мужчина, на вид ему было лет 30, яркие зеленые глаза излучали доброту и тепло, хотя их обладатель старался выглядеть строже и серьезнее, чем есть на самом деле. Судя по всему, это был Дин. Его, конечно, описывали как довольно привлекательного мужчину, но старший Винчестер превзошел все мои ожидания. – Она не выкарабкается, Дин. Без помощи Каса она протянет максимум до следующего утра. Призови его, я уверен, он не откажет в помощи, – тем временем мое состояние начало ухудшаться. Голоса братьев раздавались откуда-то издалека, словно они были в соседней комнате, а не сидели прямо у моей кровати. Зрение тоже подводило: картинка становилась все более нечеткой, все было словно окутано пеленой. – Ладно, будем звать Кастиэля. Ты только держись, все будет хорошо, – сказал мне Дин, приглаживая мои растрепанные волосы. Я не заметила, как он подошел к кровати, но сейчас Винчестер был совсем близко, и я невольно засмотрелась на него, стараясь различить черты лица. Но вот он убрал руки с моей головы и немного отошел от кровати. – Кас, у нас проблемы, и только ты можешь нам помочь. Я прошу тебя… Вдруг, в комнате послышался едва различимый шелест, и возле моей кровати появился незнакомый мне мужчина. Внешне он был очень привлекательным, с приятными чертами лица и трехдневной щетиной. Но самым примечательным в его внешности были глаза: темно-синие, как вечернее небо, в них читалась мудрость старика и невинность ребенка. Весь его облик излучал чистоту и наивность, но в то же время в нем чувствовалась сила и мужественность. Кастиил… В данный момент он моя последняя надежда на спасение, хоть в будущем мне придется обречь его на верную смерть. Да, жестоко, но я никогда не ставила интересы других выше своих собственных. Тем временем ангел рассматривал меня с нескрываемым интересом: – Вы призвали меня, дабы я исцелил эту девушку? – спросил он у Винчестеров, не отрывая от меня своего взгляда. – Да. Прошлой ночью мы сбили ее на машине. А теперь она умирает… Врачи ей уже не помогут, последняя надежда на тебя. Так ты поможешь? – спросил у друга Дин. – Да, – ответ был таким коротким, но как же много он для меня значил. Я мало знала о способностях ангелов, вдруг Кастиэль бы почувствовал мои греховные замыслы и отказался меня исцелять. Я уверена, что Кроули бы мне не помог, ведь я обычная пешка в его великой игре: если я умру – он просто найдет кого-то другого. Но, к счастью, я переоценила способности ангелов, и Кастиэль согласился мне помочь. Медленно приблизившись, ангел сел на край моей кровати. Внимательно вглядываясь в мое лицо, он мягко дотронулся до моего лба двумя пальцами. По всему телу прокатилась волна приятного холода, голова перестала раскалываться на кусочки. Мое сердцебиение вернулось в нормальный ритм, а легкие словно освободились от цепей, сковывавших их последние несколько часов. Слух постепенно вернулся ко мне, зрение восстановилось: я снова могла воспринимать окружающую реальность. В теле чувствовалась непередаваемое ощущение свободы и легкости, а боль отступила, бесследно исчезнув. – Спасибо, – заглядывая прямо в глаза ангелу, тихо сказала я, немного придя в себя после столь резких перепадов самочувствия. Несколько минут мы заворожено смотрели друг другу в глаза, но через какое-то время я, словно смутившись, отвела взгляд. Сбросив с себя одеяло, я потихоньку встала с кровати, но тут ко мне медленно пришло осознание того, что на мне было надето лишь нижнее белье. Реакция присутствующих в комнате довольно сильно различалась: смутившись, Сэм тактично отвернулся, Дин же, напротив без какого-либо стеснения рассматривал мое тело, слегка ухмыляясь. А Кастиэль, краснея как помидор, накинул на меня свой плащ и, последовав примеру Сэма, повернулся ко мне спиной. – Даже спрашивать не хочу, но где моя одежда? – немного озадаченно спросила я, преимущественно обращаясь к Дину. – При аварии она слегка повредилась… Так что я ее выкинул. Сейчас я понимаю, что мое решение было верным, – ухмылялся парень, смотря мне явно не в глаза. Я лишь запахнула полы плаща и сказала: – Спасибо, что хоть белье оставил… – Ну, у меня были немного другие планы, но плачевность ситуации и занудство Сэма… – Дин, прекрати уже, – раздраженно фыркнул младший Винчестер. – Ладно-ладно, я молчу. – Это все, конечно, очень смешно и весело, но у меня нет абсолютно никакой одежды. – Не знаю, как вы, но я в этом не вижу никакой проблемы! – еще один испепеляющий взгляд Сэма, и Дин умолкает. В это же время Кастиэль исчез, вернувшись обратно через несколько мгновений с пакетом в руках. Он протянул мне пакет, и я нетерпеливо заглянула внутрь. Там лежала черная футболка, синие джинсы, кроссовки и легкая весенняя куртка. – Спасибо. Плащ я верну чуть позже, – поспешно сказала я и чуть ли не бегом бросилась в ванную. Наконец-то я одна. Можно спокойно обдумать происшедшее и привести себя в порядок. Заодно, было бы неплохо продумать план действий, поскольку когда я выйду из ванной комнаты, Винчестеры явно захотят узнать что я делала ночью на дороге посреди леса. Да, можно сказать спасибо Кроули: кинуть меня под колеса машины Винчестеров было гениальным планом. Теперь мне нужно придумать какую-то правдоподобную историю о моей ночной прогулке по трассе, новую биографию и хоть какую-то причину остаться с братьями. Задача не из простых, но первый шаг уже сделан: встреча с ангелом и Винчестерами осуществилась.