Сто дней до конца света

Когда Кларк очнулась, ее окружала тьма. Она поняла, что не мертва, только благодаря пульсирующей боли в виске и носу, там, где Аня нанесла ей самые тяжелые удары. Ее руки были сплетены веревкой. Это был не просто шнур или бечевка, толстый витой канат был похож на те веревки, на которых болтались висельники в кино. Похоже, что банда Тристана таскала при себе не только антикварное оружие. Подняв голову, Кларк увидела Аню. Та стояла около окна, из которого лился в помещение тусклый лунный свет, и что-то высматривала. Хор толпы ходячих снаружи помог понять Кларк, почему ее до сих пор не пытали. Похоже, что они находились в том же доме, где ее и схватили, и из-за мертвецов Аня не смогла вытащить на себе пленницу. — Очнулась, овечка? — обернувшись, язвительно бросила Аня и, быстро сократив дистанцию, нависла над Кларк, приставив ей к горлу лезвие сабли, — Слышишь тварей под окнами? Один громкий звук — и я перережу тебе глотку. Твое добро не ценнее, чем моя жизнь. — Это ни к чему, — тихо сказала Кларк, покачав головой, — Мы еще можем договориться. Уговор в силе, дай мне немного времени, и припасы будут у тебя. Аня негромко рассмеялась, убрала клинок от шеи Кларк и прошлась по комнате. — Как ты, должно быть, заметила, голодных ртов у меня хватает. Боюсь, твои подачки нам погоду не сделают. Нет, нам нужно все. И ты расскажешь мне, где нам это найти. — Аня, этого не будет, — Кларк попыталась встать, но женщина жестом запретила ей это делать, — Твои друзья убьют моих, если я расскажу. — Если они не будут сопротивляться, вы все уйдете живыми. Даю тебе слово, — Аня приложила ладонь к груди и отвела ее в сторону Кларк. — Я не могу, — девушка посмотрела на бесстрастное лицо Ани, — Что, станешь пытать? — Сначала отведу тебя к своим людям, — она подняла взгляд вверх, что-то прикидывая про себя, — Сначала тобой займется Кон. Намнет тебе бока, не более того. Потом уже буду я, овечка. Ты найдешь мои методы более… болезненными. Если ты каким-то чудом к тому времени не сломаешься, в игру вступит Тристан. О боли он знает все, поверь мне. Когда он с тобой закончит, ты уже не сможешь ходить, или есть… или смотреть. Ты меня понимаешь? — Зачем поступать так с людьми? — ужаснулась Кларк, — Вы что, с ума там все посходили?! Я предлагаю сотрудничать, помогать друг другу, неужели это кажется тебе бредом? Почему нам просто не договориться? — Хищнику не пристало договариваться с добычей, — высокомерно заявила Аня. — Что за глупость, — Кларк стиснула зубы и сделала паузу, чтобы волна возмущения успела схлынуть, — Аня, я не какая-то безобидная овечка, а ты не лев, как бы хорошо это ни звучало. Мы просто люди. Вам хватило каких-то трех месяцев боли и лишений, чтобы забыть об этом? — Боли? — Аня широко развела руки и усмехнулась, — Я не чувствую боли, о которой ты говоришь. Я жила так всегда. Теперь всем остальным придется вспомнить законы природы, свыкнуться с ними. Мне не нужно терять что-то, чтобы принять их. — Поэтому твои люди застрелили безоружную женщину из-за пары кусков шоколада? Ради триумфа дикости? — Что? — не поняла Аня. — Анджела. Аня вздохнула и снова выглянула на улицу. Она пыталась что-то высмотреть, но то и дело разочарованно мотала головой. — Тупая сука, зачем она опять к нам сунулась? — причитала Аня, — Тристан убил ее? — Кажется, он, — ответила Кларк, наблюдая за реакцией собеседницы, — Высокий лысый мужик. Кто-то из твоих отговаривал его, но он все равно это сделал, — в ней вспыхнул маленький огонек надежды, — Это необычно для вас? Аня вперилась в нее взглядом, словно ища подвох в ее словах. Она сложила руки на груди и сильно нахмурилась, думая над тем, что ответить. Кларк хотелось зацепиться хоть за что-то, воззвать к ее человечности. Только так она спасет себя от пыток, которые вряд ли сможет выдержать. — Мы не убиваем всех направо и налево, если ты об этом. Никто из нас не упивается смертью, даже Тристан. — Так помоги мне все исправить, — слегка вытянув связанные руки вперед, попросила ее Кларк, — Мы начали не с той ноты, но не обязательно заканчивать все насилием. Всегда есть шанс… Аня подлетела к ней и заехала ногой в живот. Кларк застонала и свернулась в клубок, готовясь к новым побоям, но их не последовало. — Я устала слушать тебя, овечка, — бросила Аня, — Все будет так, как я сказала. Смирись с этим. И если еще раз откроешь рот — я уже не остановлюсь. Кларк живо представила, как ее будут забивать до смерти, затем, как ей загоняют иглы под ногти, как ломают… Она вспомнила щелчок, с которым Аня вывернула ей палец, когда они дрались. Кларк пошевелила им и поняла, что он лишь слегка побаливает. Похоже, что бандитка вправила его, пока она была без сознания. Что ж, сейчас Кларк выполнит ее просьбу, но пока они оставались одни, нельзя было бросать попытки исправить положение. Такой беспощадный человек, как Тристан, уж точно не станет ее слушать, но вот Аня… К ней можно было найти ключ. Кларк на это надеялась. Они провели неподвижно еще несколько часов, пока не начало светать. К стонам ходячих добавился стрекот сверчков, а из помещения потихоньку уходила тьма. Кларк разглядела рисунки на обоях — это были разные герои мультфильмов, некоторых она узнавала, некоторые казались совершенно незнакомыми. Она поняла, что тут была чья-то детская. Перед глазами всплыли лица Зака и Эзры, и Кларк передернуло. Солдаты, не колеблясь, расстреляли их. Им понадобилось совсем немного, чтобы растерять всю оставшуюся человечность. Многим ли лучше была Аня или кто-либо из ее людей? Женщина сказала, что никто из них не упивается смертью, но для того, чтобы убивать без колебаний, это было и не нужно. Достаточно простого безразличия. — Прояснилось, — сказала Аня, — Вставай. Кларк медленно поднялась на ноги и выжидающе посмотрела на нее. Аня достала из кобуры пистолет и направила его на ее лицо. — Попробуешь сбежать, и я выстрелю, не задумываясь, — пригрозила она, — А теперь идем. Они спустились вниз по лестнице и дошли до входной двери. Кларк вопросительно посмотрела на Аню, и та кивнула. Девушка приоткрыла дверь и выглянула на улицу. Ходячие все еще были тут, просто теперь это была не сплошная толпа. Если бы Кларк сейчас была с Рейвен и Джексоном, то они бы ни за что не рискнули пройти через них, но Аню такое количество вполне устраивало. Кларк надеялась, что с ее спутниками все в порядке, и они оба смогли выбраться, а не сидели сейчас связанные в каком-нибудь подвале. Она понимала, что ей относительно повезло попасться в руки именно Ане. Другие могли бы обращаться с ней куда хуже. Аня толкнула девушку вперед. Руки Кларк были связаны, оружия ей, естественно, не оставили. Если с Аней что-то случится, то ей быстро наступит конец — отбиваться будет попросту нечем. Впрочем, бандитка, как и Рэд, не выказывала ни капли страха к ходячим. Ее сабля свистела, рассекая воздух, настигая одну цель за другой. Головы и тела ходячих отлетали в стороны с завидной регулярностью. Кларк старалась занимать такую позицию, чтобы Ане было удобней ее прикрывать, и при этом самой не подставляться под лезвие. В какой-то момент строй ходячих начал смыкаться, даже Аня не успевала убивать их достаточно быстро. — Назад, — недовольно процедила она. — Там есть просвет, — Кларк подняла руки и указала пальцем на почти пустую улицу, — можем прорваться, — предложила она и, не дожидаясь одобрения, стала аккуратно пробираться туда. — Стой, — шипела Аня, отбиваясь от ходячих, — Нет! Кларк обернулась и увидела, что один из мертвецов слишком близко подобрался к женщине. Места для замаха не оставалось, поэтому Ане пришлось выстрелить ходячему в лицо. Реакция остальных не заставила себя долго ждать. Толпа вокруг взревела и начала двигаться к источнику звука, все плотнее смыкаясь вокруг Ани. Она яростно отбивалась, но движения ее замедлились, женщина начинала выбиваться из сил. Кларк отходила от нее, расталкивая ходячих. Она поняла, что может выбраться из ловушки, стоило только сейчас помчаться со всех ног в нужном направлении, а Аню оставить на растерзание ходячим. Кларк уже приготовилась так и поступить, но потом подумала о Джексоне и Рейвен. Что, если они сейчас тоже пленники, а она убьет, возможно, единственную из группы бандитов, кто готов был идти на контакт? Решение необходимо было принять за пару секунд, потому что один из ходячих уже почти добрался своими зубами до затылка Ани, которая не могла заметить эту угрозу, расправляясь с теми, кто был впереди нее. Кларк, застонав из-за мысленного отказа от возможности сбежать, понеслась в сторону окруженной женщины и с разбега толкнула ходячего, который через секунду достиг бы своей цели. Аня удивленно уставилась на Кларк, когда девушка схватила ее за руку. — Туда! — кивнула она в сторону пустовавшей улицы. Дважды повторять не пришлось. Они стали пробираться туда, наспех убивая и распихивая ходячих, после чего, наконец, вырвались из кольца мертвецов и со всех ног побежали по улице. Добравшись до перекрестка, они осмотрелись и, поняв, что поблизости угрозы нет, остановились, чтобы отдышаться. — Если пойдем на восток, то доберемся до моей машины, — сказала Кларк, — Если отпустишь меня, то… Конечно, глупо было рассчитывать на то, что Аня будет настолько благодарна за спасение, что сразу отпустит ее. Но Кларк не ожидала, что случившееся только что никак не изменит отношения женщины. Аня схватила Кларк за шею и подсечкой уронила на асфальт. Затем последовал новый удар по животу. Девушка подняла связанные руки, прося таким образом ее остановиться, но это не возымело эффекта. Последовали новые пинки. От боли из глаз Кларк брызнули слезы, но на пощаду она больше не рассчитывала. Когда Аня вновь занесла ногу для удара, Кларк схватила ее за ботинок. Давление тут же прекратилось. — Вот как это работает, овечка, — вырвав ногу из захвата, произнесла Аня, — Ты не просишь, ты не договариваешься. Не умоляешь. Только борешься, — схватив девушку за руку, она одним рывком подняла ее на ноги, — Не жди моей благодарности. Это ничего не меняет. — Тебе лучше бросить оружие, — все еще пригибаясь от боли в животе, пробормотала Кларк. — Что? — выдохнув от удивления, спросила Аня. — Тебя держат на мушке, хищница ты долбаная. Аня развернулась и увидела, что напротив нее стоит Джексон. Его руки дрожали, но нервозность не гарантировала неготовность стрелять. Напротив, он мог спустить курок из-за любого резкого движения. — Кларк, ты там цела? — нервным голосом обратился к ней Джексон. — Я буду, — ответила Кларк и ударила Аню ногой по сухожилиям. Ноги женщины подкосились, и она невольно встала на колени, — Джексон, дай мне ствол и помоги развязать руки. Продолжая целиться, ординатор обошел Аню и передал пистолет в руки Кларк. Теперь она была уверена, что ситуация под ее контролем. Кларк видела, насколько шустрой может быть Аня, так что если ей что-то не понравится — она не будет колебаться. Теперь с ней был Джексон, а значит под вопросом оставалась лишь судьба Рейвен. — Как ты нашел нас? — спросила она Джексона, пока тот разрезал ее путы саблей Ани. — Прятался тут неподалеку, — как-то стыдливо произнес он, хоть в голосе Кларк и не было ни капли осуждения, — Не смог добраться до машины, заночевал в одном из пустых домов. Когда собирался двигать дальше, то услышал выстрелы. Подумал, что это можешь быть ты. — Один, двое, разницы нет, — угрожающе произнесла Аня, — Все равно я… — Заткнись! — рявкнула на нее Кларк, все еще морщась от побоев, — Я тебя спасла, предложила выход, и чем ты мне отплатила? Ты больше не хозяин положения, так что хватит угрожать нам. — Как скажешь, овечка, — фыркнула Аня и уставилась себе под ноги. — Что будем с ней делать? — спросил Джексон. — Она наш билет отсюда. Как доберемся до машины, отпустим ее, пусть идет куда хочет. Видишь? — обратилась она к Ане, — Вот так поступают люди. Тебе стоит поучиться. — Мои парни найдут вас раньше, чем вы успеете дойти до черты города, — сказала Аня, повернувшись к Кларк, — Посмотрим, что вы тогда будете делать. — Мы будем надеяться, что они достаточно ценят твою жизнь, — ответила ей Кларк, — А теперь вставай и не вздумай кричать. Второй раз из толпы я тебя вытаскивать не буду. Ты ясно дала понять, что это бесполезно.

***

Рейвен думала, что истечет кровью за час или два, так и не добравшись до гостиницы, но пока силы медленно покидали ее, цель становилась все ближе. Боль не давала ей отключиться, разум повторял, не уставая: «Если сейчас остановишься, то больше уже никуда не поедешь». Она очень боялась свернуть не туда и заблудиться, ведь это тоже означало бы смерть. Однако, несмотря ни на что, Рейвен смогла добраться до котлована. Она была на вершине той самой дороги, с которой они впервые увидели долину. Ей хотелось верить, что это не какая-то предсмертная галлюцинация, и ей действительно удалось доехать. Голова начала кружиться с такой силой, что сложно было даже держать шею прямо, хотелось просто удариться лбом о руль и, наконец, сомкнуть глаза. Выведя автомобиль на склон, Рейвен поняла, что едва удерживает руки на руле, а единственная целая нога уже не чувствует педаль. Ей очень не хотелось разбиться за каких-то пару километров до своей цели, поэтому она убрала ногу с педали и дала отпущенному сцеплению доделать все остальное. Машина медленно покатилась вниз, Рейвен нужно было лишь направлять ее. Она разогналась куда сильнее, чем хотелось бы, но когда девушка собралась надавить на тормоз, то поняла, что не чувствует ног. — Пиздец, — прошептала она одними губами и направила автомобиль в крыльцо, чтобы удар не пришелся на стену гостиницы. Машина врубилась в деревянную лесенку и забор, отчего те разлетелись на осколки во все стороны, но все же смогли затормозить ее. Рейвен в это время шатало из стороны в сторону, как тряпичную куклу, несколько раз она сильно ударилась головой о руль и боковое стекло. Она нащупала дверную ручку и, отстегнув ремень безопасности, вывалилась из машины. — Эбби! — попыталась крикнуть она, но из ее горла выходил лишь шепот. Она собралась с силами и начала ползти в сторону входа. Ходячие, что бродили у молла, наверняка слышали ее торжественное появление, поэтому скоро обязательно зайдут проверить, что же издавало такой шум. Ее рана оставляла за собой бардовую линию, и, взглянув на нее, Рейвен даже удивилась, откуда в ней осталось столько крови. Похоже, что молитвы непонятно кому не прошли даром. — Рейвен! Она облегченно вздохнула, услышав голос Эбби. Все, теперь можно было на минутку расслабиться. Если уж кому и по силам залатать ее, так это опытному врачу. Все-таки лучшее, что было, по ее мнению, в Кларк — это ее мама. — Док, там все совсем плохо? — натужно пробормотала она. — Сейчас посмотрим, только внутрь тебя затащу, — ответила Эбби, а затем обернулась, — Финн! Финн, помоги мне! Финн. Ну конечно, Рейвен уже почти забыла, ради чего все это было. Все-таки приятно чувствовать себя супергероем, пусть и едва живым. — Лекарства… из списка, — силясь, продолжала говорить она, — в машине. Там не все, но… — Тихо, — остановила ее Эбби, — потом расскажешь. — Рейвен! — это, без сомнений, был крик Финна, — Что случилось?! — Помоги занести ее в дом, — попросила его Эбби, — Поднимай, вот так, аккуратно. Рейвен почувствовала, что ее тело оторвалось от земли. Если бы не вспыхнувшая с новой силой боль в ноге, ей бы это даже понравилось, но теперь она вновь громко застонала. — Нога, — протянула она. — Вижу, потерпи еще немного, детка, — успокаивала ее Эбби, — сейчас мы тебя положим. Зрение предательски поплыло, Рейвен перестала четко понимать, где находится. Она даже не чувствовала рук Эбби и Финна, ей казалось, что она просто плывет по воздуху. Вот щелкнула дверь, затем ощущения поменялись. Она приземлилась на… к сожалению, это была не кровать, а что-то жесткое. Похоже, ее положили на стол. — Рейвс, ты только не умирай, слышишь? — осипшим голосом умолял ее Финн, а затем зашелся тяжелым кашлем. — Я не собираюсь… — шепнула она, а потом ее язык стал заплетаться. Похоже, ей оставалось только слушать то, что происходит вокруг. Пусть картинка теперь была нечеткой, но хотя бы слух пока не обманывал. — Положи ей это под ногу! — велела Эбби Финну, — Вот так, да. Теперь неси мне аптечки из моей комнаты, все, что есть. Посмотрим, что можно сделать. Ну что ты встал, Финн? Живее! Рейвен про себя усмехнулась. Неужели парень и впрямь так беспокоился за нее, что впал в ступор? Или ему просто не терпелось узнать, почему она вернулась без его драгоценной Кларк? — Рейвен, ты слышишь меня? — пыталась достучаться до нее Эбби, — Что произошло? — Бандиты… в городе, — как можно короче старалась отвечать Рейвен, — Мы разделились… Они еще там… Она не могла увидеть реакцию Эбби, но та больше ничего не спрашивала. Кажется, этого объяснения пока что ей было достаточно, либо Рейвен просто говорила уже настолько нечетко, что спрашивать было бесполезно. — Вот, это все, что… — Финн снова закашлялся и, кажется, что-то выронил, — простите. — Ничего, я подниму, — послышалось копошение, — Ты забрал рюкзак из машины? — Да. — Неси сюда, я скажу, что тебе принять. Ты мне нужен живым, одна я тут не справлюсь. Похоже, рана и впрямь была серьезной, раз Эбби непременно понадобится помощь. Неужели ее будут оперировать? Рейвен никогда раньше не ложилась на операцию. Она даже никогда серьезно не болела. Помимо энциклопедических знаний в области инженерии и физики, ее преимуществом при приеме в НАСА должно было стать невероятно крепкое здоровье. Похоже, еще одна надежда пошла прахом. Впрочем, вряд ли они до сих пор функционировали, раз даже армия умудрилась развалиться. — Вернулся? Отлично, — вновь услышала она голос Эбби, — держи ее крепко, мне нужно промыть и осмотреть рану. Сначала ногу, которая и так адски болела, обожгло жидким пламенем. Затем что-то вонзилось в ее плоть, и даже потеря крови не заставила ее перенести все это спокойно. Она дернулась и каким-то чудом нашла силы приподнять голову, чтобы увидеть, что Эбби засунула в ее рану пинцет. Наконец, сила вернулась и к голосу, отчего Рейвен смогла, наконец, вдоволь прокричаться. Она бы спокойно сейчас заехала здоровой ногой по живодерке, что ее препарировала, но Финн держало ее крепко. Наконец, Эбби убрала пинцет, и боль слегка поутихла. — В чем дело? — обеспокоенно спросил Финн, — Почему вы не вытащили пулю? Эбби прислонила край ладони, которая до сих пор сжимала окровавленный пинцет, к кончику носа, и о чем-то размышляла. — Пуля раздробила ей большую берцовую кость. Похоже, что осколки разорвали артерию… — она тяжело вздохнула, — Она до сих пор жива только потому, что пуля зажала ее, замедлив кровотечение. Я… я не уверена, что смогу извлечь ее и зашить артерию. — И что же нам делать?! — паниковал Финн, — Нельзя же просто дать ей умереть! — Нам нужно… — лицо Эбби напряглось, она сделала пару шагов по комнате, — нужно выиграть время. Какая у нее группа крови? Рейвен ее помнила, она шевелила губами, пытаясь произнести ее, но голосовые связки вновь начали ее подводить, поэтому оставалось надеяться на то, что Финн не забыл их походы на сдачу крови. — У нее… вторая отрицательная, да. Умница, Финн. — Ты уверен? — настойчиво уточнила Эбби. — Да, уверен, мы сдавали кровь несколько раз. — А твоя? — Четвертая положительная. — Черт, — Эбби сжала кулаки, — Твоя не подойдет. Да будь прокляты твои гены, Финн! — Придется переливать мою. Достань иглы и вон ту трубку. Да, ее. Быстрее, Финн, ее организм может отказать в любой момент! Благослови Бог вас и вашу кровь, доктор Гриффин. Рейвен почувствовала укол в руку, а затем странное чувство, словно она начала хлестать очень крепкий кофе, только он был безвкусным. — И долго вы так сможете? — забеспокоился Финн. — Пока ей не станет лучше, мальчик, — быстро проговорила Эбби, — Надеюсь, организм нормально отреагирует. Может быть анафилактический шок, но… пока рано об этом думать. — Кровь по-прежнему идет, — заметил Финн, — Не боитесь тратить ее впустую? — Это временная мера. — А что потом? — Я… Когда Эбби запнулась, Рейвен это сильно напугало. Похоже, все было не так просто. Чего же она не рассказала Финну? Неужели она ничем ей не поможет? — Я что-нибудь придумаю, — закончила Эбби, — а пока делай, как я говорю, и тогда у нее будет шанс.

***

Кларк очень быстро поняла, сколь велика была разница между пленителем и пленницей, когда ты находишься в городе, где на каждом шагу тебя подстерегает медленная, но очень голодная и упорная смерть. Пусть до этого ее руки были связаны, но когда Аня вела ее перед собой, Кларк нужно было лишь вовремя уворачиваться от ходячих, да не попадать под горячую руку. Внимательность, только и всего. Теперь же, когда они поменялись местами, ей явно не доставало третьего глаза, чтобы одновременно следить и за опасностью и за пленницей, которая, в отличие от Кларк, могла запросто улизнуть или того хуже — сделать так, чтобы их с Джексоном убили. Джексон… Кларк нравился протеже ее матери. Он был очень добрым и скромным человеком, да еще и талантливым доктором, который наверняка смог бы сделать себе карьеру, если бы не все это. Но, в то же время, он был жутко неуверенным, трусливым и непостоянным. В один момент Джексон мог быть ее спасителем, который готов убить Аню без колебаний, если она захочет причинить им вред, а в другой уже бежать со всех ног от тормознутого мертвеца, который потерял к нему всякий интерес. Поэтому Кларк не могла полностью положиться на него, и приходилось следить за всем самой. Аня тоже не давала поводов расслабляться. Она двигалась быстро и грациозно, словно атакующая змея, и даже со связанными руками умудрялась подсечками сбивать ходячих с ног. Ей ничего не стоило очередным резким движением выбить пистолет из рук Кларк, опрокинуть ее на землю и свернуть шею. Благо, она не знала, что из себя представляет Джексон, поэтому не могла рассчитывать на то, что после таких выкрутасов он не прострелит ей голову. Расстояние до места, где они оставили автомобиль, им удалось преодолеть меньше, чем за два часа. К этому времени уже рассвело, однако многие участки улиц до сих пор накрывали длинные тени, из которых то тут то там постоянно выходили и выползали хрипящие трупы. Когда они оказалась на нужной им улице, Кларк поначалу оцепенела от увиденного. К месту, где должна была стоять машина, тянулся длинный шлейф недавно засохшей крови, возле которого сидел ходячий и пытался слизывать ее с асфальта. Самого автомобиля не было. Это означало, что Рейвен все-таки добралась сюда и смогла уехать, но была тяжело ранена. Кларк прикинула, мог ли это быть кто-то другой, но отмела эту идею. Вряд ли бандиты, несмотря на слова Ани, могли оставить тут кого-то в живых и на воле, а сами они не собирались покидать свое злачное место. — Райво? — вдруг удивленно произнесла Аня и направилась к ходячему, который пытался слизывать кровь Рейвен. — Аня, оставайся на месте! — велела ей Кларк. Женщина обернулась и одарила ее гневным взглядом, но все же подчинилась. Ходячий обратил на них внимание и, закряхтев, поднялся на ноги. Кларк увидела, что его грудь была вся в крови и усеяна кучей ножевых ранений. Если это был один из бандитов, то наверняка именно Рейвен его убила. Это было скверно, очень скверно. Если Кларк продолжит через Аню попытки уладить конфликт с местной бандой, то убийство одного из них — очень плохое начало. — Дай мне это сделать, — попросила ее Аня. — Ну уж нет, — сказал Джексон, — оружие мы тебе в руки не дадим. Кларк считала иначе. Она подумала, не могло ли это быть той возможностью, тем жестом доброй воли, который смог бы натолкнуть женщину на нужные мысли. Кларк вытащила из повешенных себе на пояс ножен саблю и бросила ее под ноги Ане. Она ничего не сможет сделать им, пока они стоят на достаточном расстоянии и не спускают ее с прицела. — Делай, — сказала Кларк. Аня благодарно кивнула, подняла саблю и одним быстрым движением пронзила голову Райво. После чего, с некоторой неохотой, опустила оружие на землю и ногой швырнула ее обратно к ногам Кларк. Девушка осмотрелась в поисках автомобилей. Найти еще один было не проблемой. Другое дело, что во многих могло быть мало бензина, да и без ключей заводить их она никогда не пробовала. Рейвен показывала ей однажды, как это делать, но они пользовались машинами, которые находили брошенными на трассе, а в таких иногда торчали ключи зажигания. — Вон та, Джексон, — указала она пальцем на припаркованную в сотне метров от них Audi A3, — попробуем ее. Рейвен рассказывала ей, что лучше пробовать заводить проводами только машины, которые выпускались до начала века. С новыми это могло не прокатить. Они добрались до автомобиля, и Джексон, заглянув внутрь, разочарованно вздохнул: — Ключей нет. — И что? — бросила Кларк, — разбивай нахер стекло и будем пытаться завести. — Может, поищем ключи в доме? — предложил он. — В каком из? Ее могли просто оставить тут. Да и, если нет, есть аж четыре кандидата. Лучше не тратить время, а то ее дружки могут появиться в любую секунду.  — О, они появятся, — язвительно бросила Аня, — и тогда мало вам уже не покажется. — Аня, не нужно устраивать тут спектакль, — Кларк махнула в ее сторону пистолетом. Джексон зашел в ближайший двор и нашел там садовые ножницы, которыми расколол стекло, после чего стал аккуратно убирать оставшиеся по краям осколки. Открыв дверь изнутри, он сел за руль и облегченно вздохнул. — Что ж, сигналка не сработала, так что пока можно не нестись галопом, — объявил он, — Так… что мне делать, Кларк? — Открывай крышку под рулем. — Это-то я знаю, — уязвленно сказал Джексон, дергая на себя крышку, — Что с проводами делать? — Есть пучок с красными? — Эээ, нет, — неуверенно ответил Джексон, перебирая в руках провода, — Есть желтый, зеленый и коричневый. — Тогда посмотри, какие идут в бока, а какой вверх, — посоветовала ему Кларк. — Вот, коричневый идет наверх. Что дальше? — Вытащи их и разведи пучки в стороны. — Так, вот… — Дальше возьми тот, что от батареи, и оголи его. Кларк хмурилась, пытаясь вспомнить правильную последовательность действий, чтобы Джексона сейчас не убило током, одновременно следя за Аней и за идущими в их сторону ходячими. — А какой из них от батареи? — спросил Джексон. — В смысле, какой? — удивилась Кларк, но потом поняла, что в разных автомобилях они, должно быть, разного цвета, — Черт… Поищи инструкцию в бардачке. — Время уходит, овечка, — напомнила ей Аня, имея в виду приближающихся мертвецов. — Ты нашел? — не обращая на нее внимания, обратилась она к Джексону. — Я… — парень рассмеялся и выставил из кабины руку, сжимавшую в пальцах ключи, — Нашел. — Черт, Джексон, надо почаще брать тебя с собой, у тебя, похоже, четырехлистный клевер в кармане завалялся, — улыбнувшись, сказала ему Кларк. И на том их удача, похоже, кончилась. Кларк поняла это, увидев в конце улицы пять фигур, вальяжно закинувших винтовки себе на плечи. Девушка отреагировала мгновенно, сразу же подойдя в упор к Ане, схватив ее за шею и приставив дуло пистолета к виску. И первым, что она сказала, была не угроза бандитам или находившейся у нее в заложниках женщине. Кларк понимала, что она невесть какой боец, и Аня могла вырваться и сбежать, поэтому сначала она обратилась к Джексону: — Возьми ее на мушку! Если вырвется — стреляй не раздумывая! — Хорошо, — ответил ординатор и поспешил выйти из машины. — Делай что хочешь, овечка, — прошипела Аня, — из этой передряги тебе не выйти. — Будешь вести себя спокойно и не дергаться — и все сможем мирно разойтись по домам, — тихо сказала ей Кларк, не отрывая взгляда от приближающихся бандитов. Они словно не боялись того, что в них могут начать стрелять, поэтому шли прямо по дороге, не задумываясь о каком-либо укрытии. Они даже не целились. — Аня, ты там в норме? — спросил ее Тристан, словно та не стояла сейчас с пистолетом у виска. — Порядок, — ответила она, медленно подняв вверх большой палец. — Не подходите ближе! — потребовала Кларк, — Еще шаг, и я выстрелю! Тристан заулыбался, но все же остановился. — Аня, она выстрелит? — Не уверена, — ответила Аня и, почувствовав, как давление на ее висок увеличилось, добавила, — Думаю, что может. — Знай, если убьешь ее, то я не стану оставлять вас в живых, даже ради ваших пожитков, — предупредил Кларк Тристан, — Райво я еще могу простить, это была ваша подруга и с ней… — он покачал головой из стороны в сторону, — у нас состоится отдельный разговор. — Сейчас ты говоришь со мной, — напомнила ему Кларк настолько строго, насколько позволяли расшалившиеся нервы, — И если ты хочешь, чтобы Аня и мы все ушли отсюда целыми и невредимыми, лучше тебе выслушать мое предложение. Тристан закинул голову назад, словно заскучал, и прошелся вдоль невидимой линии, перед которой его остановила Кларк. — Ну давай, послушаем, — неохотно произнес он. — Сейчас мы сядем в машину и уедем. Аню заберем с собой и будем держать на прицеле всю дорогу. Если кто-то будет нас преследовать — я ее убью. Мы подержим ее у себя, завтра высадим на окраине города. Просто скажите ей, где вы ее встретите. Тристан опустил голову и хмыкнул, затем посмотрел на своих людей, но те лишь пожимали плечами. — Аня, твоя задница на кону, решай сама, — обратился к ней Тристан, — Если не хочешь, мы можем устроить тут бойню, за мной не заржавеет. Но тогда тебе, скорее всего, крышка, — он пожал плечами, — Мне бы не хотелось тебя терять. Тем более из-за школьницы-блондинки и мистера ссыкунишки. — Давай попробуем сделать, как она сказала, — произнесла Аня, повернув голову в пол-оборота, — Сегодня мне подыхать как-то не хочется. — Если завтра ее тут не будет, мы вас из-под земли достанем, даже если вы смотаетесь на Аляску, — предупредил Тристан. — И передавайте привет третьей, — гнусным тоном добавил один из бандитов, блондин с густой темной щетиной, — Похоже, Рай успел сломать ей крылышко, перед тем, как врезал дуба. — Встретьте меня на нашем месте, на юге, — сказала им Аня. Тристан кивнул и жестом дал команду остальным своим спутникам. Они начали отходить спиной, в конце концов скрывшись за поворотом. Кларк решила, что Тристан и Аня просто могли разыграть для нее спектакль, поэтому уезжать стоило поскорее и в противоположном направлении. — Джексон, садись за руль, — велела ему Кларк, — А я сяду сзади, с нашей гостьей. Как заведешь, сразу давай по газам. Не хватало еще, чтобы ее дружки передумали.

***

Путь до их убежища был неблизкий, и за время поездки Кларк хорошо успела понять, насколько легко рутина может притупить чувство опасности, даже когда угроза сидит прямо перед ней. Аня почти не шевелилась, только сосредоточенно осматривалась и то и дело кидала на Кларк и Джексона хищные взгляды, давая понять, что она может в любую секунду метнуться змеей и в два счета устроить аварию. Но даже это в какой-то момент перестало напрягать и, напротив, больше надоедало. После перенесенных в городе нагрузок, Кларк хотелось просто лечь и уснуть. Наверное, и Джексону тоже хотелось, но пока они не доберутся до гостиницы, об отдыхе не могло быть и речи. Они лишь раз позволили себе остановку, чтобы порыться в багажнике машины. Там Кларк нашла то, что искала — бечевку, которой связала Ане руки, и чью-то старую черную футболку, которую, вместо мешка, натянула пленнице на голову. Так ей сразу стало спокойнее, ведь если женщина и попытается вырваться и напасть на них, то будет вынуждена делать это вслепую. К тому же, нельзя было показывать ей, где именно они располагались. Да, Аня могла запоминать каждый поворот на их пути, но, при всей ее агрессивности и навыках борьбы, она все же не была похожа на суперагента. Во всяком случае, Кларк на это надеялась, ведь, в конце концов, она хотела просто ее отпустить, попытавшись перед этим договориться о перемирии с ее бандой. Если Аня поймет, где они находятся, то вся группа встанет перед очень непростым выбором. Когда они съехали вниз, в котлован, то сразу же заметили машину, на которой вчера добирались до Вайнленда. Она не была припаркована, автомобиль стоял в груде деревянных обломков от развороченного крыльца, а от него в сторону двери тянулась дорожка из крови. Значит, тогда, на выходе из города, это все же была Рейвен. Она смогла добраться досюда, и это обрадовало Кларк, ведь теперь не нужно было беспокоиться, что кого-то из них сейчас мог пытать Тристан. — Приехали, — сказала она Ане. Кларк вышла наружу, обошла машину и отворила дверь со стороны Ани. Она схватила женщину за рукав и выдернула из салона, держа ее при этом на мушке. Джексон пошел открывать дверь, но на пороге уже стоял готовый их впустить Финн. Кларк увидела радость на его изможденном лице, парень явно хотел кинуться к ней объятия, но затем он заметил Аню и остановился на полпути. — Кларк, кто это? — озадаченно спросил он. — Внутрь, живо, — не тратя времени на объяснения, велела Кларк, заметив приближающихся с парковки мертвецов, — Снаружи небезопасно. Они быстро забежали внутрь и заперлись. Кларк завела Аню в ближайшую комнату и посадила на пол. — Кровь снаружи… это Рейвен? — с надеждой в голосе спросила девушка. — Да, она жива, — сказал Финн, — но ей сильно досталось. Твоя мама сейчас с ней. Так… — он вопросительно посмотрел на связанную женщину. — Мы нарвались на бандитов в Вайнленде, — начала объяснять Кларк, — пришлось захватить одну из них в плен, иначе бы не выбрались из города. — Так это она подстрелила Рейвен? — приблизившись к Ане на шаг, требовательно спросил Финн. — Нет, не она, — Кларк не дала парню подойти к женщине ближе, — Кажется, Рейвен смогла отбиться. Ее зовут Аня, — она подошла к ней и сняла с женщины накинутую ей на голову футболку. — Ты? — удивленно произнес Финн, широко распахнув глаза. — Я тебя знаю? — нахмурившись, исподлобья спросила его Аня. — Ты запасалась у меня в магазине, перед тем, как все началось, — напомнил он ей, — Как будто знала, что все так и будет. — Любопытный мальчик-кассир, — вспомнила Аня и ухмыльнулась, — удивлена, что ты еще жив. Далеко же тебя занесло. — Нельзя оставлять ее без присмотра, — сказала Кларк, — Джексон, присмотришь за ней? Я сменю тебя, как проведаю Рейвен. — Конечно, — поджав губы, согласился ординатор. — Они у Эбби в комнате, — сказал Финн. Он отвел ее туда. Кларк не знала, чего ожидать, но причин для беспокойства было все больше. Струйка крови тянулась от самого входа до комнаты ее матери, ни у кого уже не было времени, чтобы ее отмыть. Сам Финн, которому было положено лежать и не вставать еще пару недель, выглядел куда бодрее обычного, но темные круги под глазами, подрагивающие руки и приступы пневмонии никуда не делись, из чего Кларк сделала вывод, что парень сбил жар лекарствами, чтобы помогать Эбби. Когда девушка зашла в комнату, то в ноздри ей сразу ударил железный запах крови. Красные пятна были на полу, целая лужа растеклась по столу. Сама Рейвен лежала теперь на кровати, ее раненную ногу приподняли вверх и плотно перебинтовали, но Кларк все равно заметила набухшее пятно и редкие капли, стекавшие вниз, на простыни. Рядом с раненной девушкой сидела Эбби. Кларк ужаснул ее вид — она покачивалась из стороны в сторону, сгорбилась, а когда повернула к ней голову, то на ее лице было то же изнеможение, что и у Финна. — Мам, — произнесла Кларк и подошла к ней. Она увидела, что из руки Эбби тянулась трубка к руке Рейвен. Эбби делала ей переливание, видимо, чтобы та просто не умерла от кровопотери. — Пока достаточно, — устало произнесла Эбби и вытащила из себя иглу, а затем взяла за руку дочь, — Я так рада, что ты цела, солнышко. Джексон с тобой? — Да, мы все целы, — улыбнувшись, сказала Кларк и погладила мать по голове, — Смогли прорваться и… — она нахмурилась и вздохнула, — это подождет. Что с ней? Почему кровь не останавливается? — Ей разорвало артерию и перебило кость, — удрученно произнесла Эбби, — пуля давит на артерию, но если ее вытащить, то я не смогу зашить ее, там все в кашу. Проклятье, у меня хирургической практики не было уже лет пятнадцать, — приложив ладонь ко лбу, продолжала сокрушаться она, — Но теперь, когда вы здесь, кое-что я смогу сделать. — Вы говорили, что у вас есть какой-то план, — воодушевился Финн, — просто скажите, что нужно, и я все добуду. Мне уже лучше, я могу ехать, правда. — Хорошо, — тяжело проговорила Эбби, — только есть одна… — Док? — очнулась Рейвен и, протерев глаза, осмотрелась, — Это ведь не мои глюки? Ты правда тут? — Да, это я, — улыбнувшись, сказала Кларк и присела рядом с девушкой, взяв ее за руку. — Надо было бежать за мной, — устало произнесла она. — Мы бы не успели, прости. Но эй, все получилось, теперь мы все тут и сможем помочь тебе, — попыталась подбодрить ее Кларк. — Уж постарайтесь, — слегка улыбнувшись, выдохнула Рейвен, — Эй, особенно ты, Коллинз, — обратилась она к Финну, — Я все-таки ради тебя, говнюка, под пули полезла. — Конечно, — серьезно ответил он, — не волнуйся об этом. — Финн, Кларк, — обратилась к ним Эбби, — давайте выйдем. — Что-то не для моих ушей, док? — забеспокоилась Рейвен. — Тебе нельзя волноваться, — сказала она, — я скоро вернусь, лежи смирно. Они вышли из комнаты. Эбби выглядела настолько измученной, что ее приходилось поддерживать за руку, чтобы она не упала. Кларк попыталась рассказать ей об Ане, но Эбби жестом остановила ее, устало прислонилась к стенке и начала потирать пальцами веки. — Мне от вас кое-что нужно, — медленно проговорила она, — Скажу сразу, вам это не понравится. По телу Кларк прокатился озноб. Кажется, она догадалась, в чем тут дело. В теперешних условиях это даже казалось логичным решением, но только на словах. — Просто скажите, — забеспокоившись еще сильнее, попросил ее Финн, — пожалуйста, не тяните. — Вы ведь нашли ветеринарную клинику недалеко отсюда, верно? — Да, — ответила Кларк, — Мы быстро до нее доберемся. — Значит, мне нужны… — Эбби тяжело выдохнула, — Анестетики, для начала. И еще хирургические инструменты. — Чтобы зашить артерию? — спросил Финн. — Нет, — сглотнув, ответила за мать Кларк. Теперь она точно была уверена, что правильно все поняла. — Прости, Финн, — виновато произнесла Эбби, — Но если ты хочешь, чтобы девочка выжила, нам придется ампутировать ей ногу.

***

Финн вжался в сидение машины, скрестив руки на груди, и периодически потирал ладонями плечи. Его бросало то в жар, то в холод, и он даже не был уверен, инфекция была тому виной или расшалившиеся нервы. Практически всю дорогу они провели молча, и это окончательно его добило. Он не хотел оставаться наедине со своими мыслями, ему куда привычнее было заполнять тишину диалогами о какой-нибудь повседневной ерунде, но теперь Финн понимал, что это было невозможно. Та суровая реальность, от которой он, как мог, открещивался шутками и бравадой, наконец, настигла его. Теперь Финн понял, как на мир смотрели Кларк, Эбби, Джексон и даже Рейвен. Их нервы были натянуты до предела так долго… он не знал, как они могли столько это выдерживать. Нужно было привести себя в норму, найти какой-то выход, для себя и Рейвен, но его просто не было. Осталось только осознание того, что им придется сделать. Уже сегодня. — Мы пройдем через это. Вместе, — Кларк оторвала одну руку от руля и сжала плечо Финна, — Куда ты, туда и я, помнишь? — Знаю, — не смотря на нее, безразличным тоном произнес он, — сам же это и придумал. Больше Кларк не пыталась его подбодрить. Ей и самой было не по себе, но она давно привыкла принимать любой вызов с мрачной решимостью, словно не было для нее никакой точки невозврата или какой-то линии, которую она не смогла бы пересечь. Раньше Финн любил ее и за это. Да, он любил ее. Но теперь он только ненавидел себя, свои чувства и собственную беспомощность, и мог думать только об этом. Когда они доехали до ветеринарной клиники, время перевалило за полдень, но в округе по-прежнему стоял туман. Из-за него заброшенное здание на отшибе отдавало жутью, граничащей с сюрреализмом. Правда, ходячие, притаившиеся в тумане, были вполне реальны. Кларк включила противотуманники, а сама достала с заднего сидения сумку и фонарики. Без лишних слов она дала один Финну, и они, вооружившись длинными ножами и держа пистолеты наготове, двинулись к своей цели. Дверь в клинику стояла нараспашку, что отнимало проблему со взломом, но почти наверняка добавляло другую — новых постояльцев, враждебность которых сомнений не вызывала. Обстановка внутри напомнила Финну фильмы ужасов. Окна были только в кабинетах врачей, но большую часть пространства занимали коридоры и приемный покой, куда дневной свет не пробивался, а потому сейчас их окружала кромешная тьма. Потолок и стены покрывали большие бурые пятна, вызванные протеканием крыши. В приемном покое повсюду были разбросаны какие-то бумаги, и пол был весь в экскрементах животных, которые били в нос характерным резким запахом. У Финна создалось впечатление, что все здание было огромной гниющей тушей. Пока они искали хирургический кабинет, то по пути наткнулись на питомник. Финн испытал некоторое облегчение, увидев, что врачам хватило ума отворить все клетки. Если что-то и могло сейчас еще сильнее ухудшить его самочувствие, так это вид умерших от голода собак и кошек. — Нет, ну какова вероятность? — решился нарушить тишину Финн. — О чем ты? — не поняла Кларк. — Аня, — уточнил он, — Именно в мою смену, именно в моем магазине. А теперь она здесь. Какова вероятность? — Не знаю, — отрешенно ответила Кларк, продолжая читать надписи на дверях кабинетов, — Сейчас это не важно. — Нет, важно, — Финн посмотрел на обернувшуюся на него девушку, — То есть… что ты собираешься с ней делать? — Ничего, — пожав плечами, сказала Кларк, — Я попробую поговорить с ней, как-то наладить контакт. Потом мы с Джексоном высадим ее на окраине города, как договаривались. Может, что и выйдет. — Постой, ты хочешь договориться о чем-то с ними? — недоуменно спросил Финн, — С людьми, которые чуть не убили Рейвен?! — В Вайнленде можно добыть много полезного, — она отвернулась от него, нахмурившись, и продолжила идти по коридору, — но ничего не выйдет, если там на нас будут нападать бандиты. Может, если предложить им что-то, они дадут нам безопасный проход. — Ты в своем уме? Думаешь вразумить этих зверей? — Звери… — фыркнула Кларк, — почему все вокруг считают, что мы звери? Мы люди, Финн. И Аня тоже, и даже ее банда. Подход можно найти к каждому. Мир никогда не станет прежним, пока мы будет делить друг друга на охотников и добычу. — Мир и так никогда не станет прежним, — язвительно бросил Финн и разочарованно покачал головой, — Ты отпустишь ее, и они придут за нами. Что тогда будешь делать? Договариваться с Аней возле трупа своей матери?! — Финн! Он вдруг понял, что озвучил свои мысли вслух, и одного взгляда Кларк было достаточно, чтобы ему захотелось от стыда провалиться под землю. Она смотрела на него… испуганно. Словно он был кем-то, кого она не знает. — Прости, Кларк, я не хотел, — грустно нахмурившись, произнес он. — Ничего, — все еще как-то странно глядя на него, сказала она, — Это все из-за Рейвен, я понимаю. Они прошли еще несколько закрытых дверей, пока, наконец, не нашли заветную надпись «Операционная». Войдя внутрь, они стали изучать просторное помещение с парой высоких железных столов посередине, и кучей шкафов со стеклянными дверцами вдоль стен. — Складывай пока инструменты в сумку, — Кларк указала ему на поднос, где они были разложены, — а я пока поищу анестетики. Финн подошел к подносу и осветил целую плеяду острых лезвий и пил. Рядом лежали зажимы и хирургический расширитель, их он решил сложить первыми. К пилам для костей и скальпелям ему, поначалу, боязно было прикасаться. Едва проведя пальцами по холодному металлу, он живо представил, как тот будет вгрызаться в кости Рейвен. На его лбу выступила испарина, когда он, наконец, решился сложить все в сумку, а затем стал давиться кашлем. Он старался сдерживаться, чтобы не шуметь, но от этого боль в груди только возросла. — Финн, ты… ай, блять! — не удержалась и вскрикнула Кларк, когда из-под тумбочки выскользнула какая-то тень. Парень поймал фигуру фонариком, когда та запрыгнула на один из столов посередине кабинета. Это оказался полный рыжий кот. Его спина изогнулась, шерсть встала дыбом, и он воинственно зашипел на незваных гостей, после чего столь же быстро вышмыгнул из помещения. — Господи, — приложив ладонь ко лбу, произнесла Кларк, — Я уж отвыкла от вида животных, — она увидела, что парень впал в ступор, держа в руках хирургическую пилу, — Эй, Финн… — Неужели мы правда это сделаем? — смотря на пилу, точно не веря, спросил Финн. — И чем скорее, тем лучше.

***

Возвращались они в настроении еще более мрачном, чем уезжали. Кларк знала, что только так можно было спасти девушку, но, предвкушая то, что произойдет дальше, она вовсе не чувствовала себя спасительницей. Они молча вошли, молча передали инструменты Эбби. Мать Кларк, борясь с усталостью и стрессом, начала медленно доставать из сумки предмет за предметом, пока остальные приносили все остальное — иглы, нити, антисептики. Оставалось только решиться. — Финн, — обратилась к нему Эбби, — я слишком ослабла, так что не смогу сделать все сама. Операцию придется проводить Джексону. — Кто тогда присмотрит за Аней? — на его лице появилось понимание, — Нет, черт, я должен быть с ней. — У нас нет вариантов, — виновато настаивала она, — Кларк будет понимать, что происходит, и сможет помочь в случае чего. Сейчас ты будешь полезнее в другом месте. — Черт бы вас всех побрал, — разозлился Финн, — Я надеюсь, вы не понапрасну ее искалечите, Эбигейл. — Мы спасем ей жизнь, — спокойно произнесла она, — приведи, пожалуйста, Джексона. Парень достал из-за пояса пистолет, взвел курок и быстрыми шагами направился прочь от них. Кларк взглянула на мать, но ее поведение Финна совершенно не задело. Она уже слишком сосредоточилась на том, что будет дальше. Они вошли в комнату, где лежала Рейвен, аккуратно переложили ее обратно на стол, затем привели в чувство. Эбби решила, что не будет ничего делать, пока девушка ей не разрешит. Идти на подобное можно было только добровольно. — Доброе утро, док, — поморщившись от боли и оглянувшись, произнесла Рейвен, — а, еще только вечер. Почему я опять на этом чертовом столе? — Рейвен, нужно поговорить о твоей ране, — сказала Эбби и присела, чтобы быть на одном уровне с девушкой. — Все херово, да? — уже догадалась она. — Кровь слишком долго не поступала ниже твоей раны, и ткани начинают отмирать. К тому же, вряд ли в таких условиях мы сможем сделать так, что твоя кость срастется. — Мне что, хана? — испуганно спросила Рейвен. — Не обязательно, нет. Но если хочешь выжить, нам придется отнять твою ногу. Тогда появится шанс зашить все, как надо. У нас есть все необходимое и… — Эбби остановилась, ожидая, что Рейвен начнет протестовать, но та лишь внимательно слушала, — мы сможем обезболить участок ноги, но это лишь притупит боль, ты все равно будешь чувствовать, что происходит. Прости, что раньше тебе не сказала, но это единственный… — Эбби, — перебила ее Рейвен, — скажи честно, если этого не сделать — я умру? Гарантированно? — Да. — И ты хочешь спросить, что я выбираю? — ее голос задрожал, — Серьезно? — Тебе придется пройти через ад, и не факт, что даже тогда это поможет, — честно ответила Эбби, — Так что да, я не стану этого делать без твоего согласия. — Тут не о чем думать, — Рейвен положила голову на стол и уставилась в потолок, — Я всегда выберу жизнь. Режьте. Кларк одобрительно кивнула. Будь она на месте Рейвен, то тоже бы не колебалась. Теперь ей стало понятно желание Эбби непременно получить ее согласие. Дело было даже не в этике, просто теперь все стало капельку легче. Словно предстояло выполнить очередное важное дело. И это настроение Кларк получалось сохранять достаточно долго, жаль, что не получилось пронести его до самого конца. Джексон пришел через несколько минут. Он был не в курсе того, что хотела сделать Эбби, поэтому оказался немного шокирован, но, как врач, тоже быстро согласился, что вариантов у них попросту не осталось. Вторая волна шока на него накатила, когда он узнал, что оперировать придется ему. Во время обучения и практики он практически избавился от брезгливости перед анатомией человеческого тела, но одно дело рассматривать это или ассистировать на операциях и совсем другое — взять пилу и сделать все самому. Пока они вкалывали анестетик, обеззараживали место будущего надреза и область вокруг него, Кларк старалась как-то подготовить Рейвен. Ей самой было страшно, и она даже представить не могла, какой ужас сейчас переживает девушка. Никакие разговоры тут не помогут, единственное утешение в подобной ситуации — это ощущение тепла, жизни. Кларк встала с противоположного края стола и взяла Рейвен за руку. — Не смотри вниз, — едва слышно сказала Кларк, но Рейвен поняла ее и кивнула, — Смотри только на нас. Звякнул металл. Послышался тяжелый вздох Джексона. Затем скрежет резиновых перчаток Эбби — она сжимала и разжимала пальцы, готовясь начать зашивать сразу же, как только дело будет сделано. Рейвен задышала чаще и приоткрыла рот, чтобы зажать небольшую палочку между зубов, после чего сильно стиснула челюсти. Кларк почувствовала, как хватка девушки стала крепче. — Вы готовы? Доктор Гриффин? Кларк? — по очереди посмотрев на них, спросил Джексон и, получив положительный ответ, приложил пилу к голени Рейвен, — Начали. Пила вгрызлась в кость Рейвен с отвратительным скрипом, от которого Кларк всю передернуло. От судорожного вздоха не удержались даже Эбби и Джексон. Рейвен закричала сквозь зажим между зубов, и никто не мог сказать точно, от боли, вспыхнувшей даже сквозь анестезию, или от страха. Джексон не сплоховал и не остановился. Продолжая тихо постанывать от ужаса, он не прекращал работать пилой. Скоро скрежет сменило влажное чавканье разрывающейся плоти, и Кларк уже не была уверена, какой звук сводил ее с ума больше всего в этой какофонии. Закончив горизонтальный надрез, Джексон переместил пилу в вертикальное положение, чтобы окончательно отделить отмирающую конечность от здоровых тканей. Кларк и Эбби к тому моменту практически всем телом навалились на Рейвен, которая дергалась из стороны в сторону и стучала по столу всеми конечностями, словно в припадке. Кларк надеялась, что та потеряет сознание посреди операции, как это часто показывали в кино, но этого не произошло. Рейвен всю дорогу была с ними. — Готово! — объявил Джексон и вытер пот со лба, — Эбби, нужно скорее ее зашить, пока она не истекла кровью. — Уж на это я еще способна, — решительно произнесла она и принялась за дело. — Худшее позади, — выдохнув, сказала Кларк, — Рейвен? Девушка не ответила. Она продолжала смотреть в потолок, отрицательно мотая головой. Из ее широко распахнутых глаз двумя ручейками стекали по вискам слезы, но Рейвен лишь изредка моргала. Ее дыхание выровнялось, но тело продолжало трясти. — Дальше вы справитесь без меня? — спросила Кларк остальных. — Да, солнышко, — кивнула Эбби, — ты молодец. — Я схожу за Финном, — сказала она Рейвен, но та на это никак не отреагировала. Она обошла стол и направилась к двери, но тут мать ее остановила: — Кларк, ты не могла бы…? — Эбби кивнула на ампутированную ногу, лежавшую на столе. — О Господи, — Кларк провела ладонью по лицу, надеясь смахнуть пот, но поняла, что размазала кровь Рейвен по лицу, — Да, сейчас. Она взяла в руки отрезанную конечность, невольно качнула ее, оценивая вес, затем, осмотревшись, положила ее в сумку, в которой они до этого принесли хирургические инструменты, и вышла, наконец, из комнаты. Сумку она сразу же бросила на пол, после чего быстро прошла дальше по коридору, согнулась пополам, и из ее горла вырвался сдавленный стон. На секунду ей показалось, что она сошла с ума, даже столкновения с мертвецами казались теперь ерундой. Кларк выпрямилась и запрокинула голову назад, прикрыв при этом глаза, затем снова провела рукой по губам и подбородку, почувствовав запах крови. — Твою ж… Она вытерла ладони о штанины, затем задрала футболку, воспользовавшись ею, как фартуком. Белая ткань быстро пропиталась потом и кровью, но Кларк даже не обратила на это внимания. Она дошла до комнаты, где они держали Аню. Задержавшись на секунду, она прислушалась, не разговаривают ли они о чем-нибудь с Финном, но, услышав лишь тишину, зашла внутрь. — Я слышал крики, — обеспокоенно произнес Финн, — она жива? Кларк увидела, что тот буквально побелел. Должно быть, она сейчас выглядела не лучше. — Жива, — попытавшись выдавить из себя улыбку, сказала Кларк, — иди к ней, она пока в сознании. Финн, услышав это, сразу же вскочил на ноги и поспешил на выход, лишь раз бросив грозный взгляд на Аню. Та на него даже не смотрела, вместо этого наблюдая за тем, как покачиваются ветви деревьев за окном. Кларк встала напротив нее, затем прислонилась к стенке, медленно сползла по ней и вытянула вперед ноги. — Ну, как прошло? — спросила ее Аня таким тоном, словно Рейвен только что сходила на прием к терапевту, а не лишилась ноги. — Тебе повезло, что это не ты ее искалечила, иначе тот парень уже бы избивал тебя, — огрызнулась Кларк, но тут же попыталась взять себя в руки, увидев, что ее слова не сильно впечатлили Аню. Женщина вела себя спокойно и даже расслабленно. Не было похоже, что она хоть каплю им сочувствует, но все же, после постоянного потока язвы и угроз, это была значительная перемена. — Не повезло девчонке, — сказала Аня, — Стать калекой… врагу не пожелаешь. Лучше бы Райво ее убил. Кларк не отрывала взгляда от лица связанной женщины, пытаясь понять, что у нее на уме. Действительно ли она расслабилась и смирилась со своим положением, и теперь просто хочет поговорить, или таким образом пытается притупить ее бдительность? — Опять твои звериные замашки? — устало спросила Кларк, — Раненные недостойны жизни или еще какое дерьмо? — Она теперь обуза, — ответила Аня, — Лишний рот, который не сможет себя прокормить. — Рейвен — наш друг. Мы заботимся о друзьях. Неужели это так чуждо для тебя? — с отвращением произнесла Кларк. — Не важно, кто она для вас, — покачав головой, сказала Аня, не обращая внимания на тон девушки, — Скоро она осознает свою беспомощность и станет сама себе противна. — Или приспособится, — возразила Кларк, — и переживет нас всех. — Ты правда веришь, что эта девочка переживет тебя? — приподняв бровь, с сомнением спросила Аня. Кларк опустила взгляд и задумалась. — Нет, — честно ответила она, — Я так не думаю… Но не важно, что я думаю. Она живой человек, одна из нас. — Прекрасный, живой, бесполезный человек, — разгибая пальцы один за другим, перечисляла Аня, — И много вас тут таких? Кажется, я насчитала пять. — Ты очень внимательная, — сказала Кларк без утайки, решив, что женщина почувствует ее ложь. — И теперь одна не может ходить. Итого четыре блеющих овечки против шестерых волков. Все еще думаешь, что мы сможем договориться? — Мы разные. Ты видишь мир иначе, чем я, — начала Кларк, смягчив тон, — делаешь то, что я считаю неприемлемым, а я делаю то, что ты считаешь глупым. Но, в конце концов, и тебе и мне нужно одно и то же. Это отличает нас от них, — она кивнула в сторону окна, — И это уже что-то. — Ты очень наивна, если считаешь, что из этого что-то выйдет. Даже если бы мне этого хотелось, Тристан и остальные убьют вас за Райво. И никто, в том числе я, не сможет этого изменить. — И ты смиришься с таким положением дел? — положив руки на колени и сложив ладони в замок, спросила ее Кларк, — Собираешься прожить год, пять, десять лет, ведя себя, как волк, и живя одним грабежом? — Хватит петь мне эту песенку, — Аня поморщилась и отвернулась, — Мы почти не отличаемся, — она снова посмотрела на Кларк, — Просто я убиваю сегодня, а ты начнешь убивать завтра. — Ты не настолько одичала, Аня, как бы тебе этого не хотелось, — слегка улыбнувшись, уверенно произнесла Кларк, — Ты вправила мне палец, пока я была в отключке. Не дала мне умереть, когда мы были в западне, хотя сама при этом подставилась. А теперь ты споришь со мной, пытаешься показать мне мир твоими глазами. К чему это, если я для тебя просто добыча? — Чтобы… — она поджала губы и хмыкнула, так и не закончив. — Так или иначе, — продолжила Кларк, — придется тебе пока привыкнуть к моей компании. Пока жизнь Рейвен висит на волоске, у нас не будет времени возиться с тобой. Отвезем тебя обратно завтра или послезавтра. Захочешь в туалет или поесть — просто скажи. — К чему все это? — разведя руками, спросила Аня, — Я знаю, где мы находимся. Догадываюсь, во всяком случае. И поэтому я знаю, что вы не отпустите меня отсюда живой, ведь иначе я вернусь сюда со своими людьми, и они перебьют вас одного за другим. Даже во имя твоего дурацкого человеколюбия, ты не станешь так рисковать, Кларк. Девушка поняла, что Аня впервые назвала ее по имени. Она обдумала то, что сказала женщина, и ответила: — Что ж… у тебя будет достаточно времени, чтобы передумать.

***

Силы, рано или поздно, заканчиваются у каждого. Эбби потеряла сознание от изнеможения сразу же, как только удостоверилась, что состояние Рейвен стабилизировалось. Джексон и Кларк то и дело менялись, чтобы следить за Аней, позволяя себе лишь по паре часов сна. Финн видел, что они относятся к пленнице со страхом и любопытством, и ведут себя рядом с ней так осторожно, словно она была фокусником, способным ходить сквозь стены. Прошедший день был одним из самых тяжелых для каждого из них. Для Рейвен он был худшим в жизни, да и для Финна тоже. Его переполняла злоба на тех, кто сделал это с его девушкой. Вдобавок он ненавидел себя за то, что оказался беспомощным в тот момент и тем самым подставил всех. И он то и дело ловил себя на мысли, что происходящее было каким-то… неправильным, словно раньше события полностью зависели только от его действий, а теперь он утратил контроль над ситуацией. Был ли он в силах теперь что-то исправить? По крайней мере, он пытался. Последние сутки он почти все время бдел рядом с Рейвен, пока та спала, восстанавливая силы. Иногда она приходила в себя, здоровалась с Финном, но больше ничего не говорила. Парень и не пытался ее разговорить, сейчас она не стала бы слушать его, да и что он мог ей сказать? Что она спасена и худшее позади? Это была не правда. Ее жизнь рассыпалась кусок за кусом, и Финну нужно было придумать, как сохранить в ней хоть что-то. Почти всю ночь он думал о том, что же ей сказать, когда она полностью придет в себя, и когда утром Рейвен проснулась, он все еще не знал, с чего начать. Она посмотрела на него с полным безразличием, никак не отреагировав на приветственную улыбку, а затем отодвинула одеяло, чтобы увидеть свою культю. Веки Рейвен словно потяжелели, наполовину опустившись, подбородок задрожал, но она не заплакала, сдержалась, и все никак не могла отвести взгляд, пока Финн не вернул одеяло в прежнее положение. Он попробовал взять девушку за руку, но она вырвала свою ладонь из его хватки и отвернулась. Он сдержался, чтобы не вздохнуть. У нее было полное право на любые эмоции в его отношении, Финн понимал это. — Пить хочешь? — спросил он. — Черт, да, — она вытянула руку, чтобы взять стакан, после чего приложилась к нему, пока не осушила его целиком, — Знатная вышла у меня протечка, надо хоть водой заполнить, — Рейвен выдавила из себя улыбку, — Эбби в порядке? Мне показалось, что она в меня всю свою кровь перекачала. — Она отдыхает, — ответил Финн, — у нее случился обморок, но Кларк сказала, что с ней все будет хорошо. Поваляется недельку-другую и все. — Ну, — Рейвен цокнула языком, — теперь у нее будет компания. — Ты сможешь ходить, — наклонившись вперед, сказал ей Финн. — Неужели? — Я покатаюсь по округе, найду тебе протез. Тебе не придется торчать тут вечно. — Сплошные перспективы, — буркнула она, — просто сказка. Боже, мне до сих пор кажется, что она там… вот сейчас я протру глаза, присмотрюсь повнимательнее и… — Я помогу, — заверил ее Финн. — Чем же? Вернешь все, как было? — Помогу пережить это, восстановиться. Можешь на меня положиться. — Вы только посмотрите на него, какой же молодец, — с презрением произнесла она, покачав головой. — Рейвен? — Если бы знала, что ты про меня вспомнишь, только если мне оттяпают ногу, давно бы послала тебя подальше, Коллинз. — Не говори так, — грустно нахмурившись, попросил ее Финн, — Ты же знаешь, что это неправда. — Черт, а прикинь, если бы это случилось с Кларк? Ты бы тогда, наверное, даже имя мое бы забыл, пока таскал ее на руках. Ты… что ты тут вообще делаешь? Я, кажется, ясно дала понять, что не хочу иметь с тобой никаких дел. — Я хочу все исправить, — напрягшись от таких заявлений, ответил Финн. — Чтобы с собой было проще уживаться? — Нет же! Ты… — он сделал над собой усилие и сбавил тон, — Я здесь, чтобы помочь тебе. И теперь всегда буду рядом. Все станет, как раньше, поверь мне. — Ты сам-то в это веришь? — с сомнением произнесла Рейвен. — Да, — твердо ответил он. Похоже, эти слова не произвели на нее никакого впечатления. Решимость Финна это не сильно поколебало. Скоро он подкрепит свои слова действиями, станет тем, кто поставит ее на ноги. Тогда она изменит свое отношение, и он будет знать, что хоть что-то смог сделать, как надо. Рейвен довольно долго была для него путеводной звездой, теперь им предстояло поменяться местами. Их связывало так много, что это просто не могло вот так обесцениться. — Сколько уверенности… Как будто нам снова по тринадцать лет, когда ты сказал, что ты волшебник. — Тебе ведь нравились мои фокусы, правда? — уцепившись за это воспоминание, спросил он. — Даже с исчезающим пальцем, чего уж там, — пожав плечами, сказала Рейвен, — Ты всегда старался… так много, и я все не могла понять, зачем? Ведь ясно же было, что тебе не суждено стать кем-то… — не подобрав нужного слова, она просто подняла ладонь над головой, словно показывая высоту чего-то. — Хотел угнаться за тобой, — признался Финн, — Ты была хороша во всем. За что ни бралась, все тебе давалось. Я никогда не завидовал, просто, знаешь, — он пожал плечами, — нужно было соответствовать. Думал, что ты меня бросишь, если перестану лезть из кожи вон. — И вот как оно все вышло, — глухим голосом произнесла Рейвен. Она отвернулась и надолго замолчала, уставившись в одну точку. Нет, Финн понимал, что это не просто «точка». Это было то место, где раньше была ее ступня. Рейвен, не веря своим глазам, отрицательно мотала головой, не сильно, но заметно. Ее плечи и подбородок снова задрожали, будто ее пробил озноб. Вскоре глаза Рейвен наполнись влагой, и она начала всхлипывать, обхватив себя за плечи. — Столько сил, столько стараний, — сквозь слезы говорила она, — Я день и ночь билась над этим…чтобы все получилось. Так много времени убила, отказывалась от всего… И все это превратилось в гребаное ничто, — она посмотрела на свои ладони и зашевелила пальцами, как будто между ними сыпалось что-то неосязаемое. — Сейчас тебе будет трудно в это поверить, но ты еще многое сможешь сделать, — Финн встал на колени рядом с кроватью, облокотившись на матрас, тем самым оказавшись лицом к лицу с Рейвен, — Нужно только пережить это и продержаться еще немного. Приспособиться. А дальше ты сможешь сделать все, что хотела когда-то, одно за другим, по нарастающей. — Эбби сказала, что я все равно могу умереть, — стиснув зубы, выдавила она, — И я чувствую, что жизнь из меня вытекает, Финн. Это так несправедливо… Я не хочу… Нет, нет, нет! Рейвен начала повторять это, сжав кулаки так, что ногти впились в кожу. Ее голос сорвался на крик, а затем она начала биться затылком о деревянное изголовье кровати. Финн был в ужасе, не зная, как остановить ее истерику. Он схватил ее сзади, за шею, чтобы Рейвен больше не могла причинить себе вред, затем попытался притянуть ее к себе, чтобы обхватить руками. Он думал, что это ее успокоит, но девушка гневно зарычала, вырываясь из его хватки. — Все из-за тебя! Из-за тебя! Финн прижал ее к своей груди, поэтому крики стали приглушенными. Ему было не по себе, он хотел позвать кого-то на помощь, но понимал, что это все должно было быть только на нем. Он сам это допустил, выбора не было. Финн недооценил силу ярости Рейвен. Даже будучи сильно ослабшей, она смогла вырваться из его захвата, схватить за шиворот и несколько раз врезать ему кулаком по лицу. Ошеломленный таким напором, Финн отпрянул и упал на спину. Он отполз назад, слушая проклятия в свою сторону. Только сейчас Финн осознал, насколько сильно Рейвен его ненавидела. Как мог он тешить себя надеждой, что они переживут свой разрыв, оставшись близкими людьми? Что теплые воспоминания о прошлом смогут залечить все раны, нанесенные в настоящем? Что Рейвен не станет винить его за потерю ноги, хотя именно из-за него им и пришлось сунуться к тем бандитам? Как же много ей удавалось держать в себе. Но теперь непоправимая травма и страх смерти обнажили все. Когда в комнату вбежал Джексон и разбуженная криками Эбби, Финн вдруг испытал облегчение. Ему хотелось сбежать отсюда как можно дальше и закрыться от всего, что его окружало. Он прополз еще метр в сторону двери, затем заставил себя подняться на ноги. Выйдя в коридор, он побежал вперед, пока не уперся в стену, после чего сел на пол и схватился руками за голову. Его так мутило от волнения, что едва не стошнило, но вместо этого начался очередной приступ кашля, от которого он свернулся в позу эмбриона. Когда приступ сошел на нет, Финн посмотрел на свою ладонь. Вперемешку с мокротой ее усеивали мелкие капельки крови. Он осознал, что, возможно, своими же руками уничтожил Рейвен. И теперь расплачивался за это.

***

Аня лежала на кровати, закинув ногу на ногу и положив сцепленные в замок ладони на грудь. Указательным пальцем она отстукивала неровный ритм по тыльной стороне ладони. Кларк, несмотря на то, что она все время пыталась наладить контакт со своей пленницей, так и не решилась развязать ее или дать прогуляться по зданию. Аня, даже когда расслаблялась, была похожа на львицу, готовую в любой момент напасть. Однако, хотя бы в беседе, она умерила свой пыл. Все реже Кларк слышала от нее нападки в свою сторону или угрозы. Женщина постепенно убирала кирпичики из стены, которую возвела между ними. — Так… ты говорила, что всех нас теперь определяет только боль, которую мы испытываем, — повернув голову набок, заговорила Аня, — Почему ты так уверена? — Я сужу по людям, которые меня окружают, — ответила ей Кларк, — Мы все изменились в обстоятельствах, которые и представить себе до этого не могли. У каждого за плечами своя история, но именно боль в ней — определяющий фактор. — А с тобой что? Кларк промолчала. — Я знаю, что здесь твоя мать, — продолжила Аня, — значит, дело в отце? — Не только в нем, — быстро ответила Кларк. — Крепко же тебе досталось, — все еще без капли сочувствия, но как-то более искренне, чем обычно, сказала Аня, — Но на мой счет ты все же ошиблась. Не стоит тебе всех грести под одну гребенку. — Тогда почему ты выбрала такую жизнь? — с сомнением спросила ее Кларк, — Ты уж меня извини, но нужна определенная доля злобы, чтобы… делать то, что ты делаешь. — Ну… Аня вздохнула и, расцепив, насколько позволяли путы, ладони, перевернулась набок, а затем села на край кровати. — Я в молодости хипповала, — она отвела взгляд от Кларк и сощурилась, — вроде того. Конечно, мне было бы куда легче, родись я в пятидесятые, но и в восьмидесятых вариантов было полно. Это называли сектами, там, или просто общинами. Мы жили в лесах на границе Вирджинии и Тенесси, построили такую небольшую коммуну, нас было… человек пятьдесят, несколько семей и одиночки, вроде меня. Многие были религиозны, исповедовали веру коренных американцев, даже шаманизм практиковали, хотя мне всегда казалось, что это просто показуха. Лишний способ заявить, что мы были не такими, как люди в остальном мире. Лично мне просто не нравился уклад жизни, который устоялся в стране. Сплошное потребление, да загаживание всего и вся… политика, до которой мне не было дела. Знаю, это похоже на старческое брюзжание… — Нет, мне интересно, — улыбнувшись, сказала ей Кларк, — Пожалуйста, продолжай. — Я провела там несколько лет. В целом, меня все устраивало, жизнь была простой и понятной. Вставая по утрам, я знала, чего хотела, и что нужно было сделать. Это не было рутиной, как походы на работу, или вроде того. — И тебе не хотелось чего-то большего? — Нет, — Аня пожала плечами, — природа давала мне все, что нужно. Люди тоже. Я была сама себе учителем, много читала, охотилась, познавала саму себя, словом, не была похожа на дикаря, которых себе рисовали в головах жители окрестных городков. Ну, а потом наши возомнили себя революционерами, только и говорили, что о смене американского образа жизни и прочем дерьме… Отношения с внешним миром становились все напряженнее, к нам стала часто наведываться полиция. Кого-то повязали из-за наркотиков, кого-то за агрессивное поведение. Коммуна стала распадаться, постепенно люди уезжали. Нас осталось всего ничего, только те, кому больше некуда было идти. Это были не самые лучшие люди, сказать по правде, — она остановилась и, слегка приоткрыв рот, удрученно покачала головой, — С нами жила семейная пара, у них была дочь лет тринадцати. Трис ее звали. В один прекрасный день она исчезла, уйдя в лес на прогулку, да так мы ее и не нашли. Девочка жила там слишком долго, чтобы кто-то мог подумать, будто она могла заблудиться. Конечно, ее кто-то убил. Все подозревали одного мужика, он часто ошивался с детьми, а со взрослыми был нелюдим. Родители подговорили связать его, да выпытать, куда он дел девчонку. — Это была ты? — догадалась Кларк, — Ты пытала его? — Да, — кивнула Аня, — у остальных не хватило духа, даже у ее отца. Он продержался два дня, после чего сказал, что изнасиловал ее, а тело сплавил по реке. Меня попросили убить его, но я просто ушла, уж не знаю, что они сделали с ним потом. Я устала от людей и поняла, что пора было побыть одной. Поселилась севернее, ближе к Кентукки, жила с тех пор там. — А как оказалась с Тристаном и его людьми? — Кларк, — сменив тон на более твердый, обратилась к ней Аня, — не надо этого делать. Ты думаешь, что в этом есть какой-то толк, но это очередное заблуждение, которым ты себя кормишь. — А что я делаю? — с любопытством спросила Кларк. — Персонализируешь угрозу, — ответила Аня, — Ты хочешь, чтобы я стала для тебя не абстрактным злом, которое нападает на вас, а человеком, которого можно понять, и пытаешься подтолкнуть меня к тому же. Рассказываешь о себе, своих людях, чтобы я воспринимала вас, как приветливых соседей, а не врагов. — Но ведь получается, разве нет? — с надеждой в голове произнесла Кларк. — Да… и что? Ты добилась лишь того, что теперь я буду колебаться, если мы будем драться, — Аня встала с кровати и прошлась взад-вперед по комнате, чтобы размять ноги, — Люди — дерьмо, Кларк. И их будет еще так много… Будет гораздо легче, если ты оставишь эту затею. Тристан не станет сидеть вот так и слушать тебя. И никто другой не станет. В этот раз тебе просто повезло. — Ты не зло, Аня, — уверенно сказала ей Кларк, — Я видела зло. — И где же? — недоверчиво спросила она. — На дороге в Атлантик-Сити. Много людей, и все до единого без колебаний изрешетили пожилую пару и их внуков. Они могли сделать все, что угодно, да хоть взашей нас погнать обратно по дороге, но из всех вариантов они выбрали именно этот. Ты понимаешь, почему? — Потому что они не думали над вариантами, — ответила Аня, — Черт, — она тряхнула головой, — даже Тристан на такое не способен. — Я вижу разницу, поверь мне, — сказала Кларк. — Но это не делает нас менее опасными для вас. Убийца есть убийца, человек он или чудовище. — Значит, я не смогу договориться с вами? Никак? — Никак, — Аня слегка развела руками, — Мне жаль. — Ты могла бы остаться с нами, — предложила ей Кларк, — здесь тебе не пришлось бы убивать. Разве ты не чувствуешь, что здесь, сейчас, ты на правильной стороне? — Прости, Кларк, — Аня позволила себе улыбнуться, — со мной этот трюк не пройдет. Возможно, в следующий раз, с кем-нибудь другим, у тебя получится. Но я бы не советовала доводить до следующего раза. Дверь в комнату открылась, и внутрь вошел Финн. Он смерил Кларк и Аню усталым взглядом, вынул из-за пояса пистолет и присел на кресло. — Можешь идти, — сказал он, — Я подежурю. — Ты спал? — заботливо спросила она. — Немного, — Финн потер глаза ладонью, — не волнуйся об этом. Проведай Рейвен за меня, ладно? — Как она? — Не знаю, если честно, — грустно произнес он, — Я боюсь заходить к ней. Она сейчас не в себе, мне страшно видеть ее такой. Думаю, ей пока вредно меня видеть, пусть пройдет немного времени. — Ладно, — она с сомнением посмотрела на Финна, — Ты в порядке? Справишься тут один? — Со мной она никуда не денется, — ответил он. — Да пошел ты, — огрызнулась Аня. Кроме Кларк за ней по очереди присматривали Финн и Джексон, однако, с ними женщина не смогла найти общий язык. Ординатор слишком уж боялся ее, видя в Ане то самое зло, о котором они говорили, а Финн считал, что в ранении Рейвен Аня виновата не меньше, чем сам стрелявший. Кларк не хотелось оставлять их наедине, но сама она была не железной, поэтому приходилось меняться, а Эбби к Ане она подпускать боялась, все же ее мать до сих пор была слишком слаба из-за переливания крови, но, не смотря на это, продолжала тратить все оставшиеся силы, наблюдая за состоянием Рейвен. Кларк нашла свою мать в комнате Рейвен, она уснула прямо за столом. После утреннего срыва, Эбби постоянно была рядом с девушкой. — Эй, Кларк, — послышался слабый голос Рейвен. — Как ты? Она подошла к ней и присела на пол рядом с кроватью. — Дерьмово, — она покачала головой, поморщившись, — мне в жизни не было так плохо. Но я выдержу. Нужно только все это перебороть, — Рейвен усмехнулась, — как будто у меня, блин, есть выбор. Кларк с сожалением понимала, что девушка говорила не только о своем моральном состоянии. Эбби, да и все они, надеялись, что после ампутации худшее останется позади, но вопрос с выздоровлением Рейвен все еще висел в воздухе. Рана и швы загноились, у девушки все же начался сепсис, и теперь ее посадили на таблетки, чтобы подавить заражение. Если бы они не сохранили те лекарства, что сумели добыть в Вайнленде, то сейчас им бы пришлось ехать обратно, иначе у них бы попросту не было на руках антибиотиков. Такие нагрузки на организм Рейвен до сих пор выдерживала только благодаря своей мощной физической подготовке и крепчайшему здоровью, но и оно подтачивалось с каждой новой проблемой. Она была на пределе, но упорно продолжала бороться за свою жизнь. — Можно я скажу, что все будет хорошо? — приподняв брови, спросила ее Кларк. — Тебе тоже врезать? — слегка повеселев, ответила вопросом на вопрос Рейвен. — Мне не помешало бы научиться драться, — призналась Кларк, — Аня… та женщина скрутила меня в два счета. Нужно быть к этому готовыми в следующий раз. — Тут я тебе не учитель, — удрученно произнесла Рейвен. — Что, даже лекцию не прочитаешь? — Разве что так, — она похлопала руками по покрывалу. — Слушай, хотела спросить у тебя кое-что, — неуверенно проговорила Кларк, — Финн боится к тебе заходить. Если ты хочешь его увидеть, то можешь… — Давай не будем о долбаном Финне, — попросила ее Рейвен, — мне нужно отдохнуть от него… мне вообще нужно много от чего отдохнуть. — Хорошо, — кивнула Кларк. — Расскажи, что ты решила делать с той женщиной у нас в подсобке? Кажется, ты должна была вернуть ее обратно уже сегодня. — Не вышло, — пожав плечами, ответила Кларк, — Нужно присматривать за тобой, чтобы ничего не случилось, да и мама… — она посмотрела на сопевшую рядом Эбби, — ты и сама видишь. Финн тоже болен. Вас не на кого оставить, а одна я с ней не поеду. Может быть, завтра. — Ты так уверена, что она не приведет сюда своих. Ты не думала… о другом варианте? — аккуратно спросила Рейвен. — И почему все только и говорят о том, как бы поубивать друг друга? — Кларк всплеснула руками, — Это же не просто… черт, Рейвен… Она с ужасом посмотрела на расползающееся красное пятно под одеялом. Кларк отбросила его в сторону и увидела, как из культи Рейвен несколькими струйками бежит кровь. — Нет, нет, — отчаянно протянула Рейвен, пытаясь зажать кровоточащую рану. — Мама! — Кларк кинулась к Эбби и начала трясти ее за плечи, — Мама, просыпайся! Мама!

***

Когда Кларк рассказала ему, то выложила все, как на духу. Уже поздно было успокаивать или как-то смягчить то, что происходило. И даже тогда Финн не смог отпустить свой страх и неуверенность. Мысленно он беспрерывно ругал себя за эту трусость, но шли часы, а он продолжал сидеть на полу, склонив голову, пытаясь найти в себе силы… Когда опустилась ночь и он перестал видеть комнату вокруг себя, оказавшись в полной темноте и абсолютной тишине, бушующий океан собственных мыслей стал стихать. Он понял, что должен сделать. Теперь Финн стоял перед дверью в комнату Рейвен, приложив к ней ладонь. Решимость вновь была готова оставить его, поэтому медлить не стоило. Его сердце начало бешено колотиться. Он понимал, что как только он откроет дверь — ничего не останется. Наконец, Финн надавил на нее и вошел. Рейвен не лежала, как в прошлый раз. Теперь она сидела, оперевшись спиной об изголовье кровати, видимо, стараясь не заснуть, однако ее голова была опущена так, что подбородок прижимался к груди. Финн заметил блеск глаз в темноте — она все же была в сознании. Рейвен отреагировала на вторжение, медленно приподняв голову и посмотрев на него едва открытыми глазами. Финн ждал, что она что-то скажет или даст понять, хочет ли его сейчас видеть, но руки ее уже не шевелились. Не спеша, он подошел ближе, наклонился к ее уху и прошептал: — Идем отсюда, пора. Рейвен в ответ согласно кивнула. Тогда он подхватил ее на руки и пошел туда, где им должно было находиться. Девушка теперь казалась ему тяжелее, чем когда-либо. Из-за болезни он сильно ослаб и сейчас держался изо всех сил, чтобы удержать Рейвен на руках. Раньше он часто подхватывал ее или подсаживал себе за спину, таская, как ребенка. Ей это жутко нравилось. Один из немногих моментов, когда она позволяла дать себе слабину и при этом радовалась. Финн донес ее до углового помещения корпуса, откуда можно было выйти на чердак. Ненадолго опустив Рейвен на землю, он нашел подъем и люк, ведущий на крышу. Их окружил стрекот сверчков и тихие стоны ходячих, что бродили вдалеке. Финн не обращал на них внимание — он слушал только прерывистое дыхание Рейвен. — Вот так, аккуратно, — тихо произнес он, опуская девушку на крышу. Он прилег рядом с ней, подсунув руку ей под лопатки. Устроившись поудобнее, Рейвен положила голову Финну на плечо. Она посмотрела на него, но он не мог понять, что выражал этот взгляд. Благодарность? Прощение? Или же просто печаль? Не дав Финну успеть понять это, Рейвен перевела свой взгляд наверх, где по всему небу мириадами раскинулись звезды. Ему не хотелось отрывать от нее взгляд, но он знал, чего хотела сейчас она. Рейвен хотела бы, чтобы сейчас Финн видел то же, что и она. Он почувствовал, как девушка шевелила локтем, но никак не могла сделать что-то. Финн, поняв ее намерение, накрыл ее ладонь своей, сжав ее, и поднял вверх, а затем начал слегка водить из стороны в сторону, словно Рейвен прикасалась пальцами к звездам. Это было именно то, что она хотела бы увидеть перед… Она сказала ему об этом когда-то давно, но Финн запомнил. Он бросил на ее лицо быстрый взгляд и заметил, что Рейвен улыбается. Едва заметная, грустная, но все же улыбка. — Я выбрал его еще на конец той недели, чтобы разбавить Эдгара По, — сказал он, — но потом время шло, и мы все никак не могли… Я все еще помню каждую строчку. День ушел… Он остановился, сглотнув, и продолжил: День ушел, а за крыльями Ночи Прозрачная стелется мгла, Как легкие перья кружатся Воздушной стезею орла. Сквозь сети дождя и тумана По окнам дрожат огоньки, И сердце не может бороться С волной набежавшей тоски, С волною тоски и желанья, Пусть даже она — не печаль, Но дальше, чем дождь от тумана, Тоска от печали едва ль. Финн вновь перевел взгляд на Рейвен и увидел, как губы ее шевелятся. Он не мог читать по ним, но и без этого понял, что она вторит его словам: Стихов бы теперь понаивней, Помягче, поглубже огня, Чтоб эту тоску убаюкать И думы ушедшего дня, Не тех грандиозных поэтов, Носителей громких имен, Чьи стоны звучат еще эхом В немых коридорах Времен. Подобные трубным призывам, Как парус седой кораблю, Они наполняют нас бурей, — А я о покое молю. Мне надо, чтоб дума поэта В стихи безудержно лилась, Как ливни весенние хлынув, Иль жаркие слезы из глаз, Поэт же и днем за работой, И ночью в тревожной тиши, Всем сердцем бы музыку слушал Из чутких потемок души… Биенье тревожное жизни Смиряется песнью такой, И сердцу она, как молитва, Несет благодатный покой. В этот момент пальцы Рейвен, что мгновение назад тянулись к звездам, безвольно упали и повисли на ладони. Финн прислушался, надеясь уловить сиплые вздохи, но услышал лишь тишину. Он аккуратно сложил ладони Рейвен у нее на груди, после чего прижался лбом к ее виску и продолжил читать, шепча ей прямо на ухо: Но только стихи, дорогая, Тебе выбирать и читать: Лишь музыка голоса может Гармонию строф передать. Ночь будет певучей и нежной, А думы, темнившие день, Бесшумно шатры свои сложат И в поле растают, как тень. — Спи, милая. Теперь ты со звездами, — шептал он, пока лезвие ножа вонзалось Рейвен в ухо.

***

Когда рана вновь открылась, им чудом удалось остановить кровотечение достаточно быстро, чтобы не дать Рейвен умереть. Но никакого облегчения это никому уже не принесло. Кларк еле отговорила мать от очередного переливания — Эбби бы просто не выдержала. Они больше не могли для нее ничего сделать, оставалось только ждать и надеяться на… что-то. С того момента Кларк безвылазно торчала в комнате с Аней, хоть как-то ограждая себя от всего, что творилось за дверью, пытаясь отвлечься и немного успокоиться. — Значит, девочка не выживет? — спросила Аня. — Мама сказала, что если она доживет до утра — это будет чудо, — удрученно ответила Кларк, — Но Рейвен сильная, — она пожала плечами, — может, она и это переживет. А если нет… — Так будет лучше, — уверенно, но куда мягче, чем раньше, сказала ей Аня. — Не для нее. Не для Финна… Не для меня, — она глубоко вздохнула и откинула голову назад, посмотрев на потолок, — Господи, я просто хочу, чтобы она выжила. — Все мы чего-то очень хотим, — громко выдохнув и улыбнувшись своим мыслям, произнесла Аня. — А чего хочешь ты? Аня замолчала, давая Кларк понять, что для нее это было чем-то личным. Возможно, даже слишком личным, но все же она ответила: — Я бы очень хотела увидеть свою дочь. — Надо же, не думала, что у тебя есть дочь, — удивилась Кларк, — Ты вроде говорила, что жила одна после того случая. — Ну… я не рожала, если ты об этом, но все же она мне, как родная, — Аня заулыбалась, впервые на памяти Кларк она делала это искренне и беззлобно, — Я нашла ее в лесу, когда охотилась, ей было десять. Она свернула шею зайцу, который попался в мои силки, и жрала его прямо сырым, представляешь? — Как же она там оказалась? — Она была очень напугана, растеряна, едва говорила… помнила только свое имя. У нее был шрам на затылке, — Аня рефлекторно потерла ладонью шею, — одежда вся грязная, но ничего необычного. Я подумала, что она потерялась или ее похитили, и она давно уже слонялась так по лесу… и ведь смогла как-то выжить. Я тогда еще не понимала, какая она особенная, — она заметила, что Кларк тоже улыбалась, — Нет, правда, было в ней что-то такое, что я в жизни больше ни в ком не видела… — Аня остановилась, так и не уточнив, что она имела в виду, — В общем, в ближайших городах я не видела объявлений о пропаже, так что оставила ее у себя. Воспитала, вырастила, обучила всему, что умею. — Аня, прости если… — Кларк посерьезнела, решившись задать этот вопрос, — Она жива? — О, да, — Аня хохотнула, — Я в этом даже не сомневаюсь. С ее-то навыками, этому миру ее не убить. Уж об этом я позаботилась. — Тогда почему вы не вместе? — Дети взрослеют, Кларк, — ответила Аня, и ее радость от воспоминаний о дочери поутихла, — Она выросла и захотела чего-то большего, чем жизнь в лесу. Я была не против, но… Она выбрала воинскую службу, пошла в летную школу. Я не хотела, чтобы моя дочь стала убийцей на службе у государства, чтобы клялась в верности кучке людей, интересы которых постоянно меняются. Мне была противна война. Дочь пыталась убедить меня, что ей просто хочется покорить небо, жить, как мы раньше, но только видя весь мир под собой… обычный максимализм. Во всяком случае, тогда мне так казалось. Мы поругались, и с тех пор она только слала мне письма. Это было четыре года назад. Сейчас она, должно быть, на своей базе, в Лэнгли. — Это же Вирджинии, верно? — спросила Кларк, — Ты могла бы попробовать добраться дотуда, неужели тебе не хочется встретить ее снова? — Кларк, — снисходительно обратилась к ней Аня, — Я знаю свою дочь. И я знаю, что я ей не нужна. Она справится со всем без меня, как и я уже привыкла делать все без нее. — Ты очень сложный человек, — признала Кларк. — Ты тоже, — сказала она и посерьезнела, — Слушай, вот тебе мое предложение, и лучшего у меня нет. Отвезешь меня до окраин и высадишь, где тебе будет удобно. Я скажу Тристану, что вы хорошо со мной обращались, но я не знаю, где вас искать. Может, тогда он решит вас не преследовать. Большего я тебе обещать не могу. Кларк обдумала ее слова. Это было не то, на что она рассчитывала, но все же она получила больше, чем могла получить два дня назад. Кларк достаточно узнала Аню, чтобы понять, что та говорит искренне. Им не придется убивать друг друга, а это было главным. — Тогда, на рассвете я… Ударив ногой в дверь, в комнату влетел Финн. Кларк вскочила на ноги, заметив струйки крови, бегущие по его руке, сжимающей пистолет. — Финн, нет! — крикнула она. Парень ее не слышал. Он направил пистолет на Аню и выстрелил. Женщина успела вскочить и, быстро поняв, что происходит, бросилась к нему, чтобы выбить оружие, но не успела. Пуля вошла ей в грудь и отбросила обратно к стене. Вторым выстрелом Финн попал Ане в лоб. Из затылка женщины на стену брызнул фонтан крови, и она сползла по стене, оставляя за собой широкий алый развод. На лице Ани так и застыло недоуменное выражение. Едва ее тело успело осесть на пол, Финн так же стремительно вылетел наружу. Кларк какое-то время ошеломленно смотрела на Аню, с которой еще пару секунд назад мирно разговаривала, а затем побежала за Финном. Он вышел из гостиницы и направился к машине, на которой приехала Рейвен. К тому моменту они уже успели отогнать ее от разломанного крыльца. — Финн! Остановись! — Кларк подбежала к нему и дернула за руку, — Да стой же… Он резко развернулся, но не поднял на нее взгляда. Финн стоял с опущенной головой, дрожа всем телом. Длинные черные волосы висели, закрывая его лицо. Кларк обхватила ладонями его кисти и почувствовала, как на руки ей капают его слезы. Она поняла, что случилось. — Не делай этого. Просто отпусти, оставь, — умоляла его Кларк. — Я хочу убивать. Кларк никогда не слышала его голос… таким. Словно он принадлежал не Финну, а кому-то другому. Очень низкий и жесткий. Жестокий. Она поняла, что не сможет его отговорить. Не сейчас. Но и оставить его так она не могла, иначе он себя погубит. «Куда ты, туда и я» — напомнила себе Кларк. — Ты поможешь мне? — вдруг спросил Финн, словно прочитав ее мысли. Кларк не знала, сможет ли пойти по этой тропе до конца, даже ради Финна. Но времени думать об этом не было, как и оставшихся вариантов. Поэтому она просто ответила: — Да.