Неделя до...

      Весна приносит не только зелёную травку, почки и цветочки на оживающих деревьях, яркое, тёплое солнце и долгожданные каникулы, но и гадостные экзамены на «радость» всем выпускникам… Конец девятого класса — начало мучений в виде Итоговой Аттестации, а я к этим мучениям совсем-совсем не готов. — Сень, — шёпотом окликнул меня сосед по парте, легонько толкнув в бок локтём, — ты заебал уже. — Да не ебал я никого, — зевая, поворачиваюсь к рыжему козлу в ожидании очередного выговора. — Заткнись, и смотри на доску, — закатывает он глаза, снова утыкаясь в телефон, — тебе через неделю экзамен писать, придурок. — Я не придурок, я гуманитарий, — хмыкаю на него, — а всё потому, что эта математика для меня сли-и-ишком не понятная. — Так наймите репетитора, — пожимает Женька плечами. — Ермаковы! — рычит наша классная, по совместительству математичка, в сторону парты, за которой сидим мы с другом. — Хах, были бы деньги, — вздыхаю, зарываясь обратно в учебники.       Нет, не то чтобы моя семья была совсем нищей… Среднестатистическая она у меня, с небольшим доходом, но большими расходами, которые я ещё больше увеличивать не хочу. А дома меня ждут мама, которая, наконец, вышла на работу, кусок дерьма в виде отчима и младший братишка. Думаю, обо всех можно по порядку и, вдаваясь в подробности, так как, в отличие от многих моих сверстников, практически всё внешкольное время я провожу в семье. Моя мама, полная наивности и любви к окружающим, по образованию мед. сестра, но в связи с беременностью и декретом, работать начала значительно недавно. Отец мой покинул нас, когда я был совсем малышом, поэтому уже больше семи лет я терплю на своей территории одно мерзостное существо, которое называется отчимом. Нет, иногда он нормальный мужик…, но как человек — никакой, абсолютно отсутствуют понятия о морали и совести. А три года назад в нашем доме появилась ещё и человеческая личинка, которую зовут Тёмочка. Вот о нём сейчас речь и пойдёт. Ребёнку уже за три, а в садик он не ходит, потому что слишком часто болеет (мама говорит, что для детей это нормально, хотя чёрт его знает…), следовательно, с ним кто-то должен сидеть дома. В нашей ситуации этим «кто-то» должна оказаться нянечка. — Драсте, — да, вот та самая, которая выбегает из нашей квартиры, встречая меня из школы нервной улыбкой, — до свидания! — Ма, а как это понимать? — Разуваюсь, краем глаза глядя на молодую женщину, пораньше вернувшуюся с работы. — Ты только не психуй, как она, хорошо, сынок? — мило улыбается мама. — Т-а-а-ак, — медленно разгибаюсь в нормальное положение, сверля родственницу подозрительным взглядом, — что ты там опять за меня без меня решила? — Тебе бы немного математику подтянуть… — она виновато смотрит в сторону кухни. — Женщина, ты очень последовательна, — киваю с умным видом. — Логика где? — Я нашла новую няню и репетитора, — мама указала в сторону кухни, приглашая меня, — Максим Валерьевич. — Кхм… — я незаметно зацепился рукой за дверной косяк, чтобы не ёбнуться от нехватки кислорода, — здравствуйте.       Давайте я объясню, в чём дело. На моей любимой табуреточке с самодовольным видом сидит молодой мужчина шикарной внешности, отхлёбывая чаёк из моей кружечки. Если это ничего не объясняет, стоит подойти с другой стороны.       Если вы ещё не поняли, я Арсений. Что я из себя представляю? Внешне — милый зелёноглазый коротышка с большими щеками и тёмно-синей шапочкой волос, а вот внутренне… Я слабохарактерный нытик, который не может справиться с лёгкой задачей сам, но за сложные поручения берётся с огромным энтузиазмом и, к своему же удивлению, выполняет их. Ещё я болен; любой анимешник понимает, что любовь к аниме — это диагноз. К тому же, что немало важно, и от этого ещё ужаснее, я слэшер. Всегда и везде я пытаюсь выловить хоть малый намёк на мужскую любовь, следовательно, моя ориентация под вопросом не остаётся.       Теперь вернёмся к проблеме. Она самая — предел моих мечтаний. Бледнокожий брюнет с длинноватой чёлкой; примерно метр восемьдесят, втиснутые в строгий костюм и с еле заметными синяками под серыми глазами, спрятанными за прямоугольными очками. — Привет, Арсений, я уже наслышан о тебе, — Максим Валерьевич подмигнул мне, жестом предлагая присесть.       Так, Сеня, только не нервничай… сейчас поговоришь с ним, а потом маме скажешь, что херовый учитель попался и ты требуешь нового. Делов-то! — Я отойду, — хихикнула женщина, убегая на бухтение проснувшегося Артёма. — Что ж… — сажусь рядом с мужчиной моей мечты, — что успели узнать обо мне? — Хмм, дай подумать. Ленивый гуманитарий, верно? — он с вызовом посмотрел мне в глаза поверх стёкол очков. — Верно, нянечка, — усмехаюсь в ответ.       Ишь ты, какой самодовольный нашёлся! Теперь я его точно не отпущу, пусть мучается со мной. — Я учитель по образованию, — хмыкнул Максим Валерьевич, довольно отводя взгляд, — но на работу в школе пока не хочу. — Тю, капризуля, — передразниваю брюнета, надувая губки. — Мы с тобой сработаемся, — ухмыляются мне в ответ, поднимаясь с моего любимого места. — Да щас, несомненно, — хмыкаю, разворачиваясь. — До завтра.       Уверенно дохожу до своей комнаты, закрываю дверь, и на подогнувшихся ногах с лёгким счастливым визгом лечу на диван. Нет, я понимаю, что мне не на что рассчитывать, но радует уже то, что недельку мы будем видеться точно. Да ещё и школьные будни за спиной.       Утро нового дня встретило меня звонком в дверь. Сонный, завернувшись в одеяло, я пошаркал в сползающих тапочках встречать Максима; мама в шесть уехала. — Доброе утро, — зеваю, кидая к ногам гостя тапочки. — Доброе, — мужчина меняет уличную обувь на домашнюю. — Я пока к твоему брату, иди спи. — Так точно, — я, развернувшись, пополз обратно в постель.       Я проспал ещё несколько часов, прежде чем меня разбудил голос Максима: — Тёма, а ну-ка иди сюда, маленький воришка! — доносилось из соседней комнаты, куда я поспешил выглянуть. — Вот поймаю тебя и съем!       Крик-визг, детский и мужской смех, звучащие вместе слишком мило. По гостиной носятся мой брат и мой репетитор. Для Максима это «плюс один» к его уровню ахуенности в моей голове, ибо всех, кто ладит с моим любимым братишкой, я обожаю ещё больше. — Вот ты и попался! — на моём лице расцвела широкая улыбка, когда мужчина, поймав Тёмку, начал щекотать малыша.       Как только дверь, за которой я прячусь, открылась шире, Максим краем глаза глянул на меня, но потом вернулся к ребёнку. Выпив чаю, я вернулся в гостиную, падая на диван. — Ну привет, соня, — усмехнулся нянька, отпустив Тёму, и сел рядом. — И Вам, — хмыкаю, утыкаясь носом в пол. — Я надеюсь, у тебя хорошее настроение, — улыбается Максим. — И не надейтесь мне его испортить, — смотрю на него, состроив милую мордашку. — Я не собирался, — мужчина, потрепав меня по волосам, вернулся к играющему на ковре брату. — Ага, конечно, все вы учителя так говорите, — с придыханием слежу за его выступающими венками на руках, которыми Максим катает машинки моего мелкого. — Арсений, а не подскажите ли Вы мне, сколько время? — мужчина замер, чуть поворачиваясь в мою сторону. — Не скажу, Максим Валерьевич, часов нет, — не без вредности пожимаю плечами. — А если примерно? — задумался он. — Если примерно, то малому пора спать, — звонко засмеявшись, выхватываю ребёнка из рук этого монстра. — Эй, а ну верни! — Максим, пытаясь заглушить смешки, начал гоняться за мной по комнате в попытке отобрать Тёмку. — А вот и нет! — показав ему язык, сокращаю расстояние, пробежав по дивану, и запихиваю не менее развеселённого братишку в кроватку. — Да что ты себе позволяешь?! — всё же оббежав диван, нагнал меня мужчина.       Неловкая получилась ситуация… Я стою, вцепившись в перегородку кровати, а к моей спине прижимается Максим Валерьевич (чтоб его!), поставив свои руки по краям от моих и тяжело дыша мне в затылок. — Э… ну, — нарушая неловкую паузу, рвано выдыхаю. — Пошли к тебе в комнату, — мужчина так и остался стоять, сверля меня взглядом, когда я развернулся к нему лицом. — Ч-что? — нервно сглатываю, чувствуя, как по пояснице словно проходится разряд тока. — Что-что? — Максим, с «увлечением» рассматривая обстановку вокруг, сделал шаг назад, выпустив меня. — К тебе, говорю, пошли. Пусть Артём спит, а мы пока позанимаемся. — А, ну да, позанимаемся… — усиленно киваю, пытаясь выкинуть из головы Камасутру, но через мгновенье меня прошибает. — Стоп!       С ужасом смотрю на Максима. Почему? Как бы помягче сказать… Почти все мои стены обклеены плакатами с целующимися и почти яоющимися мужиками. — Туда нельзя! — встав «стеной» у двери, с мольбой шепчу мужчине. — Это почему ещё? — он пристально смотрит за мою спину. — Там… — думай, Сеня, думай, — неубрано! — Не важно, — меня отодвигают в сторону, протискиваясь в мою уютную комнатку, и замирают на пороге. — Я предупреждал… — Кхм, — мужчина отходит от ступора, прокашлявшись, — садись за стол, начнём с квадратных уравнений…       А дальше несколько часов Ада. Я, конечно, хотел бы заниматься с Максимом чем-то интересным три часа без передышки, но этим «чем-то» математика точно не является… Единственное, что мне понравилось, так это его номер телефона, начирканный быстрой рукой почти у выхода на обложке моей тетради.

***

— А тебе нормально в такой обстановочке живётся? — размеряя шагами мою комнату на следующий день, удивлялся Максим. — Вполне, — пожимаю плечами, оторвавшись от созерцания ненавистных мне форм многоугольника. — А, по-вашему, что-то не так? — Ну да, — нахмурился мужчина, заставляя меня напрячься, — как ты вообще без занавесок живёшь?       Молча вернувшись к заданию, облегчённо выдыхаю. Вот ведь гад, знает, на что давить надо. Вот зараза! Бесит-бесит-бесит!!! И невыносимо нравится…

***

— Ахахах, ты долго думал? — Макс, откинувшись на спинку стула, громко хохочет. — Да что не так? — насупившись, смотрю в свою тетрадь. — Ты вместо площади периметр посчитал, — с улыбкой смотрят на меня. — Ахаха, очень, блин, смешно! — отворачиваюсь от него в разобиженных чувствах.       Ну, а что Максим хотел? Рядом со мной сидит раскрасавец-мужчина моей мечты (да ещё и умный, что немало важно), а я должен не витать в облаках и не делать ошибок?

***

— Я хочу чаю, — с мольбой смотрю на Максима Валерьевича. — А я хочу, чтобы ты не завалил экзамен, — цыкают на меня и выходят из комнаты, бросив тихое «пиши». — Чай не нашёл… — через пять минут перед моим прихуевшим от жизни лицом появляются моя нянька и чашка кофе. — Ого, спасибо, — изумлённо смотрю на Максима, который ставит кофе передо мной.       Когда кружка оказалось на столе, рукав пиджака мужчины задрался выше, чем обычно, с улыбкой его хозяина представляя мне широкий шестицветный радужный браслет.

***

      Падаю мордой в учебники, заёбанно вздыхая. — Устал? — с каплей волнения спрашивает репетитор. — Угу… — Прости, занятия в полдевятого не очень хорошая затея, — Максим мягко провёл по моим волосам ладонью. — Вы же говорили, что у Вас дела были, — отмахиваюсь от извинений, тая от неожиданных, но долгожданных прикосновений. — Отдохни пока, а я тебе про теорию хаоса расскажу, — убаюкивающе произнёс мужчина, пропуская между пальцев пряди моих волос. — Это математический аппарат, описывающий поведение некоторых нелинейных динамических систем, подверженных…       Я не заметил, как отрубился, но когда проснулся, репетитор исчез, нацарапав в моей тетради «Ты слишком мило сопел, не хотел будить. До завтра.»

***

— Хорошо, посчитай мне x, — улыбается нянька. — Нет, — мотаю головой. — Как «нет»? — хмурится он. — Вот так «нет», — скрещиваю руки на груди, — Вы мне всё равно ничего не сделаете. — Разве? — усмехается недо-учитель. — А что Вы можете? Маме расскажете? — смотрю на мужчину с вызовом. — Нет, я тебя не поцелую, — пожимает он плечами, мило улыбаясь. — Пф, да надо оно мне… — говорю, не подумав, и замираю, а через секунду ахуевшим голосом выдаю. — Что?.. — Что слышал, — ухмыляется Максим, — найди мне х.

***

      Вчера я так и не посчитал этот злосчастный х — Максиму кто-то позвонил, срочно потребовав явиться, по той же причине он отменил сегодняшнее занятие.       Эти пять дней пролетели, как один; послезавтра у меня экзамен, а сегодня завершать повторение придётся одному. А что если?..       Подорвавшись с кровати, хватаю со стола тетрадь по математике и переписываю номер с обложки в мобильник. «Доброе утро.» М: «Доброе) Как подготовка продвигается? Корни повторяешь?» «Да, потихонечку. Скучно так, что помереть охота х.х» М: «Ахах, тогда ты правильно повторяешь.» «Наверное…» М: «Ну чего ты, Сенька, киснешь? Волнуешься, что ли?» «Есть немного, первый экзамен всё же.» М: «Давай там, не подведи меня! Если получишь выше тройки, загляну к тебе после экзамена. Договорились? ;)» «Конечно, я буду стараться: D» М: «Тогда до встречи)» «До свидания.»       Откидываюсь на спину с дебильной улыбкой на лице и в обнимку с телефоном. Если несколько дней назад всё заканчивалось лёгкой симпатией, то сейчас я готов даже математику на четыре сдать ради него. Вот ведь докатился, на такие-то жертвы идти…

***

— Ну ладно, Жень, удачи! — машу другу ругой, заворачивая домой.       Экзамен был не таким сложным, как я ожидал, да и закончили мы с Женькой в двенадцать. — Ма, я дома, — влетаю в квартиру, окрылённый победой над ОГЭ. — А я на работу, — женщина суетится в коридоре. — Артёма утром бабушка забрала на пару дней, а тебя на кухне ждёт сюрприз. — Какой? —с предвкушением смотрю на маму, которая, схватив сумку, выбегает из квартиры. — Узнаешь! — крикнула она на прощанье, захлопывая дверь.       Вот ведь вредная женщина, сложно сказать что ли… — Сень, — донеслось до меня из кухни, когда я мимо неё шёл в комнату. — Максим? — удивлённо распахиваю глаза, не веря услышанному. — В смысле, Валерьевич… — Теперь просто Максим, — улыбается он, подзывая к себе. — Я больше не твой репетитор. — Хорошо, — ошалело пялюсь на мужчину, сегодня выглядящего ослепительнее, чем обычно, — рад Ва… тебя видеть. — Я-то как рад, — удовлетворённо выдыхает он. — Колись, Арсений, у тебя парень есть? — Э, я не, — мотаю головой, тщетно пытаясь найти оправдание. — Ага, я уже понял, что ты не натурал. Не бойся, маме не скажу, — Максим притянул меня к себе, приобняв. — Так есть молодой человек? — Н-нет, — заторможенно отвечаю, не понимая, что происходит. — Теперь есть, — он положил руку на мой затылок, наклоняя к себе, и ощутимо коснулся своими губами моих. — В чём подвох? — слежу за мужчиной ахуевшим взглядом. — Ни в чём. Ты слишком мил, я ещё при первой встрече растаял, — улыбается Максим, за руку утягивая меня в комнату. — Да и ты мне симпатизируешь, ведь так? — Вроде… — растерянно плетусь за мужчиной. — Ну вот и отлично, — он падает на мой диван, сажая меня к себе на бёдра. — Эй, ты что делаешь?! — пытаюсь вскочить, залившись краской. — Воплощаю мечты в реальность… у нас четыре часа до возвращения твоей мамы.