Мафиозные будни

Персонажи: Занзас Рейтинг: G Размер: виньетка (103 слова) Ключ: мечта Каждый раз, сидя в ужасно неудобном кресле на очередном собрании "великих мафиози", Занзас мечтал... - как делал это вечер за вечером, пока его офицерский состав закатывал очередной безумный скандал, - ...о тишине. Прекрасной, ласково гладящей напряженное тело и уставший мозг, которому расслабиться не помогал даже бокал высококлассного виски. Идеальной. Именно такой тишина становилась, когда в зал стремительно влетал вечно опаздывающий, но при этом непривычно серьезный Савада. Мальчишка, выросший до небывалых высот, одним своим появлением заставляет весь теневой мир заинтересованно замирать. В ожидании очередного почти безумного шага Занзас привычно чувствует азартную дрожь, предвкушая скорые смерти и новые планы... ведущие к его прекрасной мечте. О мертвом спокойствии.

***

Персонажи: Тсуна, Занзас Рейтинг: PG-13 Размер: драббл (558 слов) Ключ: бравада, бремя Тсуна еле заметно улыбался, смотря на сидящего напротив Занзаса. Объект наблюдения едва уловимо хмурился собственным мыслям, будто и не замечая пытливых глаз. С другой стороны, подобных взглядов за довольно долгое время их сотрудничества было достаточно много, чтобы вариец мог к ним привыкнуть. Савада, заметив, как разглаживается складка между бровей Скайрини, а тело лениво распластывается по кожаному сидению, неслышно фыркнул. Между ними полное спокойствие и ставшее привычным доверие. Совсем не то, что раньше. Время затерло в них обоих тех несмышленых юнцов, которые бестолково боролись за недостижимые, возвышенные идеалы. Теперь господа мафиози предпочитают атаковать вместе, слаженно, как единое целое. Привычно поддерживая друг друга, широкими шагами идти по охваченным огнем трупам. В их общении больше нет места церемониальной пышности/эффектности/роскошности и глупым, высокопарным речам. Теперь только уверенность, доверие и... виски. Верный друг обоих. Так и сейчас. Занзас свободно покачивает кистью с зажатым в ней стаканом, заставляя янтарную жидкость метаться от одной прозрачной стенки к другой. Взгляд варийца бездумно скользит по стене, создавая обманчивое ощущение равнодушного невнимания, но на пол не падает ни капли, - почти искусство. Сам Тсуна лишь греет стекло в ладонях, мысленно благодаря себя за предусмотрительность. Занятые руки не дают сорваться, дернуться вперед, дотронуться до очага разгорающегося напротив пламени. Полудикого, едва контролируемого. Совсем живого. Не такого, как у самого Тсуны в последнее время. Савада, чувствует, что почти выгорел. Поэтому сейчас отчаянно наслаждается сидящим перед ним идеалом, бесконечно прекрасным видением. Напоминанием о том самом прошлом, когда они еще не осознавали всей тяжести того бремени, которое сейчас несут. Пальцы с силой сжимают граненые стенки - стекло предостерегающе трещит, грозя вот-вот рассыпаться крошевом безобразных осколков. Тсуна готов держать пари, что в руках Занзаса оно бы красиво плавилось, прозрачными ручейками стекая вниз, если бы вариец, конечно, захотел. В Скайрини вообще красиво... всё. Тсуна понял это с годами, наблюдая за его решениями, поступками. За каждым жестом и выражением обезображенного Колыбелью лица Занзаса, такого восхитительно идеального в своем несовершенстве. Особенно ярко это подчеркивало его Пламя. Ярость. Чистая, почти не замутненная аморфно-безликим, беспроглядно пустым, съедающим всё вокруг Небом. Идеально-яркое, обжигающее и выжигающее, пламя плясало в его глазах, расходилось по телу, распространяясь вокруг ореолом жара и силы. Дерзкой. Первобытной. Живой. Савада тонул в ней ещё со времен Конфликта, с первых секунд той их встречи. Тогда юный - в то время еще - наследник Вонголы спрятался от этой силы за бессмысленной бравадой, привычной стеной детской обиды и упрямства, которые впоследствии его не спасли. Иначе бы он не тянулся сейчас к Скайрини так сильно. Не подавлял бы из последних сил желание придвинуться ближе, наклониться вперед, сжать в кольцо пальцев широкую расслабленную кисть, почувствовать истинную жизнь, бегущую по темным, ярко выделяющимся ближе к запястью венам. Коснуться губами горячей кожи, вжать в себя. ...Кажется, виски все же был слишком крепким для него. Пусть Тсунаеши сделал лишь глоток, но полубезумный жар вскружил голову, и тело едва поддавалось контролю. Не зря Савада предпочитал виски красное вино. Оно так походило на подсохшую кровь... будто являясь терпким напоминанием о той жизни, которую он вынуждено ведет, будучи Десятым Боссом Вонголы. Почти выпитым до дна этим вечным сицилийским мраком. Где-то глубоко оставаясь все тем же мальчишкой, с восторгом смотрящим в необъяснимо живые глаза того, кто всю жизнь шагал по трупам, потому что давно врос в эту мертвую мафиозную реальность. Человеку, что смело пил жидкое янтарное пламя, присовокупляя его силу к собственной Ярости. Так и не угасшему в беспросветной тьме и лжи человеку, которому так и не дали насладиться настоящей свободой.

***

Персонажи: Тсуна, Занзас Рейтинг: PG-13 Размер: драббл (545 слов) Ключ: мел, постель Занзас слегка шокировано изучал потолок, неподвижно лёжа под сосредоточенно сопящим Савадой. Босс всея мафии довольно ёрзал у Скайрини на бедрах, выводя одному ему понятные символы на оголенной смуглой груди. Особенное внимание Вонгола уделял рваным шрамам, испещрявшим торс варийца. Занзас снова чуть вздрогнул и зашипел, когда толстый кусок мела оставил очередную полосу на ставшей очень чувствительной коже груди. Савада довольно хмыкнул, не дрогнувшей рукой обводя белой линией сосок. Второй из сморщенных комочков Тсунаеши согрел горячим дыханием. Тело Занзаса напряглось, как натянутая струна: - Что ты творишь? Поведение Савады выглядело как провокация. Почти наглость... Если бы босс Варии не знал по себе, насколько эксцентричны и непоследовательны могут быть мафиози. Тем более обличенные властью, стоящие на самой верхушке. Имеющие достаточно сил, чтобы без объяснений ворваться к нему в кабинет, заблокировать дверь, приструнить раздраженного посягательствами на его территорию Бестера и отволочь главный страх союзных и не очень семей в разворошенную дневным сном постель... И для чего? Чтобы устроиться на жестких мужских бедрах и теперь сосредоточенно разукрашивать смуглую кожу детской мазней. - Ты б еще краски взял. Цвет бы, наконец, сменил, а то все белым малюешь, - так и не дождавшись от сосредоточенного "художника" ответа, снова попытался завязать разговор "распятый" Скайрини. И в этот раз даже получил ответ, но не тот, который ожидал: - Кёко ест мел пачками... Савада довольно откинулся назад, обозревая дело рук своих. - Она беременна, - на всякий случай напомнил Варийский босс, попытавшись сменить позу, за что получил довольно болезненный шлепок по бедру от Десятого. - Не двигайся. Она говорит, что это полезно, - Тсуна задумчиво покрутил остатки мелка в пальцах. - Женщины - странный народ, да и сомневаюсь, что она им по телу рисует, - Занзас ухмыльнулся, вопросительно вскидывая бровь, впрочем, не сильно надеясь на то, что его гримасу заметят. Савада был полностью поглощен созерцанием своего "шедевра". Исходя из того, что вариец смог рассмотреть, да и прочувствовать, Небо Вонголы решил податься в абстракционисты. - Она напомнила мне о детстве... - Тсуна солнечно улыбнулся, как в далекой юности, когда еще не знал, что такое "руки по локоть в крови" и "как вырывать у судьбы" каждый новый спокойный день. Впечатление от детской наивности на мордашке портили лишь полуприкрытые потемневшие от желания глаза, полные томного ожидания. Длинные пальцы, перепачканные белым, пробежались по горячим губам варийца. От уголка к уголку, нежно поглаживая чуть шершавую кожу, оставляя на ней светлые разводы. - И ты решил заняться детским творчеством? Тсунаеши довольно кивнул, перемещая почти чистую руку на покрытую шрамами щеку. Занзас чуть дернулся, пытаясь сбросить неожиданно показавшуюся слишком горячей ладонь. - Почему нет? Тем более у меня такая интересная компания, - босс Варии не сдержал смешка. В чем-то было даже приятно, что его... сочли приятным? - Мукуро намекнул, что тебе не хватает детства, - Тсунаеши приглашающе подтолкнул к варийцу початую упаковку с белоснежными брусками: - Хотя тебе лучше уголь. Из одного из карманов знатно помятого ёрзаньем и активным "творчеством" пиджака тут же была извлечена упаковка с нужным материалом. - А сам чего цвет не сменишь? - Занзас заинтересовано приподнялся. Этот разговор, как и все ситуация в целом, наводил на довольно забавные мысли. Тсуна будто приглашал... - Зачем менять? На твоей смуглой коже белый кажется еще ярче, - на этот раз улыбка практически обжигала недетским подтекстом, от которого, кажется, сбилось дыхание у обоих. У одного - от осознания, у второго - от предвкушения. На этот раз, начиная приподниматься, Занзас не сомневался. Савада сам подписался под своей "капитуляцией"... Даже не так. Он с самого начала пришел с приглашением.

***

Персонажи: Гокудера Рейтинг: G Размер: виньетка (36 слов) Ключ: мелочь Гокудера готов был для Джудайме на все. Поддерживать его, жить для него, умереть. А уж хранить в секрете Тсунины встречи с Занзасом... Это такая мелочь, хотя быть единственным посвященным в настолько личную тайну все же приятно.

***

Персонажи: Тсуна Рейтинг: G Размер: виньетка (63 слова) Ключ: перстень Тсуна хмуро переходил от одной стеклянной витрины к другой. Блеск золота и яркие драгоценные камни заставляли его разочарованно качать головой. Всё не то: ни один из перстней не подходил Занзасу, ни один не находил отклик в душе самого Савады. Это была почти трагедия для юного босса сильнейшей мафиозной семьи. Ни одно украшение не было достойно того, чтобы красоваться на пальце Тсуниного эгоцентричного избранника.