Часть 9
К Евреям 12:4
Один год спустяЕДИНСТВЕННЫЙ НАСЛЕДНИК ХАКСОВ БУДЕТ УЧИТЬСЯ В ЙЕЛЕ Сын Брендола Хакса пошел по стопам своего отца и деда и этой осенью начнет обучение в Йельском Университете. Избранные им специализации — Этика, Политика и Экономика. В пресс-релизе, выпущенном нефтегазовым магнатом, сообщается, что родители Хакса Младшего «довольны и горды» тем, что их сын поступил в престижный университет. Ранее в этом году приближенный к семье источник спровоцировал скандал, заявив, что наследник знаменитого мультимиллионера был исключен из трех школ подряд. Слух был вскоре опровергнут, и нашей газете не удалось получить комментарии от школ. Хакс Младший не будет брать промежуточный год между окончанием школы и началом учебы в университете и будет обучаться по ускоренной программе. Некоторые эксперты предполагают, что молодого человека готовят в преемники своему отцу, который уже давно страдает от хронической обструктивной болезни легких. Пока неясно, как это повлияет на компанию «Hux Petroleum».
-- Заголовок контрастно выделялся на странице, черный на белом, и Кайло спешно сложил газету напополам и сунул ее между двух книг. Иногда ему почти удавалось забыть жаркое, отчаянное лето, что было год назад. Иногда он мог не вспоминать о Хаксе несколько дней подряд. Сегодня был не один из таких дней, но Кайло это едва ли удивляло. Тем не менее, имя Хакса по совпадению появившееся сегодня в газетах, мучило Кайло. Сегодня был выпускной. Кайло тайком выскользнул из радостной толпы родственников и друзей, которые пришли на церемонию, и пошел в библиотеку почитать, поглядывая на время, чтобы не пропустить одиннадцать часов. Одиннадцатый час, подумал Кайло невесело. Крошечная, злобная часть собственного сознания терзала его. Она думала, что в любой момент кто-то может прервать церемонию, вбежать в зал с диким взглядом и указать пальцем на Кайло. Сказать присутствующим, что с тем же успехом священником мог бы стать любой прохожий с улицы. Усмиряя волнение, Кайло положил книгу на полку, поправил мантию и пошел к часовне. Мантия выпускника была коротковата и нелепо свисала с широких плеч Кайло. Даже сгорбившись, он чувствовал себя неловко, он был выше других и стеснялся себя. Стало легче, когда он вошел в часовню и сел, частично спрятавшись за другими одетыми в черное выпускниками. — Добро пожаловать, друзья, — сказал отец Калриссиан своим звучным теплым голосом, и Кайло смог, наконец, расслабиться, следуя размеренной церемонии. --ХАКС МЛАДШИЙ: Я НЕ МОЙ ОТЕЦ Предприимчивый папарацци на этой неделе получил больше, чем ожидал, когда обратился к молодому сыну знаменитого нефтяного магната Брендола Хакса на благотворительном балу в Нью-Йорке. На вопрос о том, как учеба в университете готовит его к тому, чтобы стать преемником отца в «Hux Petroleum», молодой наследник ответил журналисту: «Я не мой отец, и мои личные дела вас не касаются». Этот случай наступает на пятки другому неловкому моменту, произошедшему на территории Йеля ранее в этом году. Свидетели утверждают, что журналист неожиданно подошел к Хаксу Младшему и попросил прокомментировать слухи о недавней госпитализации его отца. Как сообщается, Хакс, тогда еще девятнадцатилетний, показал журналисту непристойный жест, назвал его «хорьком», «подсадной уткой» и сказал, что он «охотится на людей». Хотя комментариев от семьи Хакса получить не удалось, представитель «Hux Petroleum» сообщил, что Хакс-старший чувствует себя хорошо и что его семья понимает, что Хакс-младший хочет получить от учебы в университете все самое лучшее, прежде, чем принять решение касаемо своего будущего.
-- Городок, в который направлялся Кайло, был так мал, что его не было ни в одном путеводителе, и информацию о нем нельзя было найти даже в интернете. Кайло с беспокойством взял конверт из рук усталого пастора. — Это все? — спросил Кайло с сомнением, просматривая содержимое конверта. Лист бумаги с адресом и именем, хрупкий билет на автобус и рекомендательное письмо. — Все, что у меня есть, — сказал пастор, пожимая плечами. Он с раздражением обвел рукой свой маленький кабинет. — Мы приезжаем примерно на год, делаем все, что в наших силах, и едем дальше. Четких инструкций нет. Перед ним на хлипком столе лежала Библия в красном переплете. Кайло и пастор одновременно опустили на нее взгляды, и пастор неловко прочистил горло. — В любом случае, если ты столкнешься с реальными проблемами, можешь звонить мне. Там нет мобильной сети, но я уверен, что можно найти стационарный телефон. — Хорошо, — сказал Кайло, потому что выбора у него не было. Отступать сейчас было бы вдвойне постыдно. — Ты говорил, твой испанский в порядке? — Разговорный, — уклончиво сказал Кайло. — И у меня есть Библия на испанском. — Аллилуйя, — сказал пастор с недостойным сарказмом в голосе. Его лицо расслабилось. — Ты готов лучше, чем девяносто процентов обычных кандидатов. — Спасибо, — сказал Кайло. Он провел пальцем по внутренней стороне пластиковой колоратки. Она была задеревенелая из-за новизны и ужасно удушающая. Кайло тоже чувствовал себя задеревенелым, он мучительно осознавал, что ему не хватает опыта почти во всех областях жизни. — Ну что, готов? — на лице пастора было написано желание распрощаться с Кайло и его вопросами. Кайло представил себя работающим вместе со стареющим священником в маленьком городе на среднем западе. Представил, как он взрослеет. Слушает исповеди и совершает причастия. Прозаические грехи жителей городка. Болтовня одиноких стариков. Он представил, как много у него будет времени на размышления. — Я готов, — сказал он. Они пожали руки, и Кайло покинул кабинет, вышел со двора и пошел вниз по дороге к автобусной станции. Все, что было ему нужно, поместилось в рюкзак: одежда, туалетные принадлежности, деньги, Библия и конверт с вырезками из газет, спрятанный во внутренний карман. -- Три года спустяБРЕНДОЛ ХАКС УМЕР В 61 ГОД Брендол Хакс, дальновидный генеральный директор «Hux Petroleum», который превратил компанию в одного из самых влиятельных игроков на сцене нефтяной промышленности, скончался в воскресенье в возрасте 61 года. Мистер Хакс страдал от последствий хронической обструктивной болезни легких и все меньше и меньше участвовал в публичных мероприятиях. Сам родом из Бостона, Хакс с семьей переехал в Хьюстон, когда в конце 90-х унаследовал от отца «Hux Petroleum». Под его умелым руководством, компания выросла от регионального поставщика бытового топлива до мультинациональной, мультимиллиардной компании по доставке нефти. Люк С. Уокер, генеральный директор «ForceX Drilling» сказал этим утром: «Смерть Брендола — настоящий удар для всех нас. „Hux Petroleum“ был нашим основным поставщиком на протяжении многих лет, уже и не сосчитаешь. Брендол был для меня другом и наставником, как и для многих других в нашем бизнесе». Уважаемый и любимый многими, Хакс был известен тем, что вдохновлял на преданность. — Он был настоящим провидцем, — сказала Патти Лоус, менеджер главного офиса в Хьюстоне, работник «Hux Petroleum» с 1999 года. — Он отдавал честь наследию своего отца, но не боялся развивать компанию в новом направлении. Я здесь двадцать лет и я не могу представить себе компанию без него. У Брендола Хакса осталась жена, Аннабель, и сын, Хакс Младший, которого уже попросили взять на себя бизнес. Молодой Хакс закончит Йельский университет уже в конце этого месяца.
-- Газете было несколько дней, ее перечитывали несколько раз, она была помята десятками рук, но Кайло держал ее, как сокровище. Он сидел в дешевом кафе в Каракасе, потрепанный рюкзак лежал на полу между ног, и завтракал кофе с перико. Новость казалась пророческой. Еще одно совпадение. Кайло провел в Венесуэле уже три года и, наконец-то, он возвращался домой. Первый год теперь размылся в памяти: он днями напролет работал в крошечной провинциальной больнице, но скорее санитаром, чем священником. Он подчинялся администратору средних лет, которая, осмотрев его с ног до головы, пожала плечами, «нам всегда присылают американцев с Библиями. Скажи, чтобы в следующий раз прислали врачей». Он управлялся со шваброй, или пилой, или марлей, в зависимости от случая. За все время он чаще совершал обряд упокоения, чем обряд причастия или исповеди. Спустя год местные достаточно толерантно стали относиться к его попыткам помочь, поэтому он остался. Миссионеры приезжали и уезжали. Кто-то вышестоящий из епархии прислал священника, настоящего священника, который видел в Кайло нелепый довесок и не мог найти ему применения. — Просто продолжай свою работу в больнице, — сказал ему отец Жильберто и рассеянно махнул рукой. — Не думаю, что я ему нравлюсь, — сказал Кайло угрюмо администратору больницы, когда вернулся к ней в кабинет с новостями. — С чего ты должен ему нравиться? — сказала она, только и всего. Кайло продолжил работать, подошвы его туфлей сносились, и от влажности Библия стала пахнуть затхлостью. То же случилось и с его коллекцией газетных вырезок, которые хранились за обложкой. Самые старые начали распадаться, но Кайло не мог найти в себе сил их выбросить. Он перечитывал их по воскресеньям, в бунтарских приступах богохульства, и смирялся со своими смертными грехами, в которых не мог признаться на исповеди. Его уровень испанского был достаточен для выполнения обязанностей в больнице, но недостаточен, чтобы описать все тонкости произошедшего в семинарии, Хакса, газетные статьи. Он так и не попросил отца Жильберто об исповеди, хотя знал, что следует это сделать. В начале третьего года сильный ливень размыл единственную дорогу, ведущую к городку. Грунт на полях и сельскохозяйственных угодьях осел, поэтому правительство Венесуэлы прислало вертолеты для эвакуации больницы. Кайло шел по пустым коридорам под мигающими лампами, которые тухли из-за нестабильной работы аварийного генератора. Ноги шаркали по затертому линолеуму. Было нехарактерно тихо и Кайло начал перебирать четки, чтобы услышать хоть какой-то звук. — Это же не из-за меня, правда? — спросил он шепотом замерший воздух. — То есть, ты же не пытаешься преподать мне урок или что-то в этом роде? — Полагаю, вы поедете домой, — сказал отец Жильберто позже, когда они с трудом влезли на последние два сиденья последнего вертолета. — Полагаю, — согласился Кайло, чувствуя странную и приятную легкость в теле, когда вертолет поднялся над опустошенным пейзажем. — Я читал жуткие вещи об Америке, — задумчиво сказал Жильберто. Он похлопал Кайло по колену, проявляя редкое сочувствие. В невзрачном кафе в Каракасе Кайло подождал, пока все отведут от него глаза. Потом он резким движением вытащил из газеты страницу и положил ее в Библию к другим. На дорожку, подумал он с неустойчивым, истеричным весельем. --СВАДЕБНЫЕ КОЛОКОЛА ПРОЗВУЧАТ ДЛЯ ХАКСА-МЛАДШЕГО Рыжеволосого красавчика Брендола Хакса Младшего окольцевали! Так и есть, дамы, обворожительный молодой генеральный директор и мультимиллионер планирует свадьбу со своей девушкой Бебе Бьянкини. Наш надежный источник сообщает, что предложение состоялось в одном из самых эксклюзивных злачных мест Нью-Йорка. Завидный жених не долго пробыл холостяком. Хаксу всего лишь 21, и наши источники утверждают, что его мать не одобряет невесту. И мы ее не виним! Бебе не раз появлялась на страницах CELEB. Она, конечно, модель, но ее чаще фотографируют БЕЗ одежды, а не В ней. Все, что мы можем сказать молодому мистеру Хаксу: Брендол, эта итальянская малышка достаточно коварна для любого зала заседаний с высокопоставленными персонами в нем. Берегись!
-- Кайло закрыл журнал и сунул его обратно на стойку. Не было нужды высчитывать расстояние до Нью-Йорка. Он и так его знал: семьсот семьдесят восемь миль. На милю меньше и можно увидеть символизм. В журнале была хорошая фотография Хакса. Кайло давно не видел его фотографий. Он постарался о ней не думать и принялся за покупки, держа под мышкой одной руки Библию. Галлон молока, мягкие яблоки в пятнах и коробка макарон с сыром. Хакс немного поправился, он выглядел взрослее. Бекон, дешевый и жирный, но такой, что сгодится на бутерброды. Яйца. На Хаксе был костюм обманчиво простого покроя и белая рубашка, совсем как в воспоминаниях Кайло. Новая зубная щетка — Кайло все об этом забывал. Он выбрал зеленую. Скучающая девушка за прилавком лопнула пузырь из жвачки и пробила покупки Кайло. Она наверняка знала его в лицо, Кайло жил неподалеку уже три месяца и приходил сюда дважды в неделю. Колоратка и Библия под мышкой выделяли его из толпы. Она не поздоровалась. Кайло протянул ей купюры и хмуро посмотрел на небольшую сдачу, которую она ему дала. — Спасибо, доброго вечера, — сказал он, как обычно. — Ага, — сказала девушка и взяла в руку телефон. Кайло вышел на улицу, темнело, в руках он держал бумажный пакет с продуктами. Его дом был недалеко. За углом он остановился, когда плотный мужчина неопределенного возраста перекрыл ему путь. — Извините, — сказал Кайло, пытаясь его обойти. — Стой на месте, — сказал мужчина, принимая боевую стойку. Он был невысокий, но было в нем что-то жестокое. Кайло посмотрел на него, не узнавая в лицо. — Сейчас ты пойдешь вон туда к банкомату и снимешь деньги, — он указал на банкомат с зеленой подсветкой, что стоял неподалеку. Подсветка освещала половину его лица, свет был болезненный и неестественный. Кайло замешкался. Мужчина шагнул вперед. — Давай. Двигайся! — У меня нет денег, — сказал Кайло честно. И добавил. — Я священник. Теперь, когда мужчина стоял на расстоянии вытянутой руки, Кайло увидел, что он возбужден, его зрачки расширены и зубы скрежещут. — Доставай свою чертову карточку, — выплюнул мужчина. Кайло очень медленно присел и положил пакет на землю около стены. Он подхватил свою Библию, когда она начала соскальзывать от подмышки к бедру. — Я, правда, священник, — сказал Кайло, поднимая Библию. — Если вам нужны деньги, если вам нужна еда или что-то еще, мы можем помочь вам в церкви. Церковь Спасителя на Пятой улице. Мужчина потянулся назад и достал пистолет из-за пояса штанов. Кайло едва сдержал смех — все это слишком нелепо, подумал он, держать священника под дулом пистолета рядом с заправкой далеко на Юге. У Тома Уэйтса, наверное, есть песня об этом. Хаксу бы это понравилось. Кайло было интересно, можно ли позвонить в «Hux Petroleum» и попросить к телефону генерального директора. Мужчина держал палец на спусковом крючке. Кайло сдержал улыбку. — Последний шанс, придурок, — сказал мужчина. Дуло пистолета дрожало. Поднялся теплый ветер и по асфальту покатился смятый пластиковый стаканчик. Но в целом воздух оставался неподвижным и тихим. Кайло провел большим пальцем по мягкой коже Библии. Она была уже старая, когда ему ее подарили десять лет назад. Обложка была гладкой, он знал каждую морщинку и царапину. Большой палец задел мягкие края газетных вырезок, что выглядывали с одной стороны. Хакс женится. В жизни нет совпадений, подумал Кайло. Он закрыл глаза и представил другой теплый летний вечер, жужжание пчел в саду и звучный звон колоколов. Он улыбнулся. — Делайте, что нужно, — сказал он и, наконец, позволил себе выдохнуть.
