Кошмар Билла

На это Диппер ничего ему не ответил. Вместо этого он опять взялся за желтые листки бумаги и долго читал из них что-то про себя. — Что я должен делать? — проскулил Билл. — Скажи же! Диппер закончил чтение, потом медленно положил стопку страниц на стол. — Я только что наложил на тебя заклятие, Билл, — объявил он. В другое время, скажи Диппер что-нибудь и таком роде, Билл непременно отпустил бы какую-нибудь ехидную шуточку. Но сейчас он лишь беспомощно таращился на чревовещателя. — За… заклятие? Диппер кивнул. — Ты совершил слишком много зла, Билл. Ты причинил вред слишком многим людям, испортил им жизнь и загубил мою. Ты просишь о еще одном шансе. Так вот он. Единственный способ для тебя остаться живым — это делать добро. Деревянный человечек мигнул и затряс головой. — Делать добро? Это и есть заклятье? Диппер опустил взгляд на пачку пожелтевших листков. — В соответствии с этим заклятьем у тебя есть одна неделя на то, чтобы совершить три добрых дела. Билл застонал. — Добрые дела? — пролепетал он еле слышно. — Ты должен исполнить три добрых дела и ни одного злого, — продолжал Диппер. — Если ты за неделю не совершишь трех добрых дел, ты заснешь и больше никогда не вернешься к жизни. — Пожалуйста, — взмолился Билл, вцепившись в рукав Диппера. — Я не могу! Что угодно, только не это! Делать добрые дела?! Это же кошмар! Это для меня самый худший кошмар! Чревовещатель ничего не ответил. — Придумай что-нибудь другое, — упрашивал Билл. — Ну пожалуйста… Умоляю тебя, Диппер! — Слишком поздно, — холодно произнес Диппер. — Я уже прочел слова заклинания. У тебя нет выбора, если ты хочешь остаться живым. — Он снова поднял листки. — Но если ты предпочитаешь, чтобы я усыпил тебя прямо сейчас… — Нет! — взвизгнул болванчик. — Хорошо, хорошо! Я это сделаю! — Я буду следить за тобой, — предупредил его Диппер. — Я буду следить за каждым твоим движением. Один неверный шаг — и тебе конец. Мигом отправишься в поленницу. Болванчик издал слабое восклицание. — Три добрых дела! — пробормотал он, часто моргая. — Три добрых дела… Диппер повернулся к двери. — Мейбл, — позвал он, — теперь ты можешь зайти. У меня есть для тебя сюрприз. Билл расслабленно обвис, когда в гримерку снова вошла Мейбл, сопровождаемая сестрицей. — Да? — застенчиво спросила она, отводя рукой со лба свои темные волосы. — Я нашел для себя новую куклу, — сказал Мейбл Диппер, указывая на болванчика в ящике. — Так что старая мне больше не нужна. — Правда? — воскликнула Мейбл. На лице ее Диппер ясно читал растущее волнение. — И раз уж ты так любишь марионеток и кукол, я отдам тебе старого Билла, — объявил он. Подняв болванчика с пола, он вложил его в руки девочки. — О! Просто не верится! — вскричала она радостно. — А я что получу? — сердито осведомилась Венди. — Почему это Мейбл вечно получает все, чего ей захочется, а мне никогда ничего не достается?! Она обернулась к сестре: — Этот болван ужас какой уродливый! Может мама вообще не разрешит его в дом вносить! — А по-моему, он очень красивый, — ответила Мейбл. — Спасибо вам, мистер Пайнс. Я буду о нем хорошо заботиться, обещаю! — А для меня у вас ничего такого нет? — уточнила Венди, дергая за поля свою сиреневую панамку. — У меня, между прочим, уже через пару месяцев день рождения. — Прекрати, Венди, — шепнула Мейбл сквозь зубы. — Сама ведь знаешь, что марионетки тебя не интересуют. Хоть раз в жизни не будь такой завистливой. — Ты дура, — отрезала Венди, презрительно фыркнув. Она крепко сжала руки, скрестив их на груди, и показала язык Биллу. — И ты тоже дурак. Мейбл поблагодарила Диппера еще несколько раз. Потом повернулась и выбежала из двери, торопясь к матери, чтобы показать ей свое сокровище. Пока они шли вдоль коридора, Диппер все слышал, как Венди непрестанно жаловалась и ныла. Долго, долго сидел он, глядя в пустой дверной проем. Мысли его были беспокойными. «Я счастлив, что избавился от Билла, — сказал он сам себе. — Но сможет ли Билл измениться? Совершит ли он три добрых дела? Правильно ли было отдать его Мейбл? Или я поступил опрометчиво?»