Не сдамся

— Куросаки-сан, неужели тебя совсем не интересует как там поживает спасенный тобой арранкар? — Укахара Киске, бывший капитан двенадцатого отряда, хитро прищурился, разглядывая временного синигами. — Неа, — зевнул Ичиго, — мне без разницы. — Но как же так?! — строить из себя «дурачка» Киске умел как никто другой. — А что такого? — временный синигами пристально смотрел на основателя исследовательского отдела, пытаясь рассмотреть бесстыжие глаза, скрывающиеся в тени полосатой шляпы. — Нет, ничего. Просто это так необычно, что тебя не интересует состояние спасенных тобой.       Урахара прекрасно понимал, что за прошедший год Куросаки повзрослел и прекрасно видит всю эту «игру в дурачка», но тем не менее продолжил изображать из себя крайне обеспокоенного владельца магазина. — Джаггерджак не маленький брошенный котенок, чтобы с ним возиться, — фыркнул Ичиго, — тем более, что нянек у него там хватает. Да и подраться всегда есть с кем, один Кенпачи чего стоит. Это же Гриммджоу, что ему еще надо, кроме того, как хорошенько набить кому-то морду? — Ты слишком давно не был в Обществе Душ, Куросаки-сан… И слишком давно не интересовался состоянием Сексты Эспады, а вдруг за это время что-нибудь кардинально изменилось… — жалобно протянул Урахара, скрывая улыбку за веером. Умело заброшенная наживка была проглочена. — Хех, — временный синигами скептически выгнул рыжую бровь, — все равно не отстанете. Ну, и что же такого произошло, что вы вдруг вспомнили про Гриммджоу? — Ой, ну это давняя история, которая не стоит твоего внимания, ведь тебе же нет никакого дела до этого арранкара, не так ли? — У-ррр-рахара!!!       Именно этот разговор вынудил временного синигами Ичиго Куросаки вновь заинтересоваться делами Общества Душ. Ну, а что ему еще оставалось делать, если один несносный и неугомонный арранкар попытался сбежать, но из-за сдерживающей печати далеко уйти через Сенкаймон не сумел и теперь находится черти где? Вернее, по приблизительным подсчетам где-то в Уэко Мундо. Надо сказать, что свой побег (да и побег ли?) Джаггерджак особо не планировал, просто приперся к Вратам Миров и с неизменно надменной мордой, потребовал пропустить его. Пропустили, а дальше что? А дальше Куросаки попросил Урахару открыть ему Гарганту и отправился спасать одного тупого кошака. Все же сколько бы Ичиго не отнекивался, а за Джаггерджака он переживал, да и что уж греха таить откровенно скучал по наглому арранкару. — Неужели ты настолько ослабел, Гриммджоу, что даже через Врата Миров не смог пройти без приключений?.. — пробурчал Ичиго себе под нос, шагая в бездну Гарганты.       Дорожка из духовных частиц, возникающая под ногами, была все такая же неровная и ненадежная, как и год назад. Все же Куросаки так и не научился управлять своей реацу. В постоянных битвах то за Сейрейтей, то за Каракуру, то за самого себя на это как-то не было времени. Почему-то именно сейчас вспомнился Исида, который как никто другой контролировал реацу. Временный синигами только недовольно фыркнул и побежал быстрее. Почему-то было чувство, что времени у него осталось совсем мало, словно он давно и безнадежно опаздывает.       В Уэко Мундо как всегда было тихо, ни одного пустого, ни одной живой души, только неизвестно откуда взявшийся ветер поднимал песчаные вихри на фоне неправильного полумесяца. А когда-то именно здесь происходили грандиозные сражения Эспады и Готей-13. Об этих сражениях сейчас напоминали только наполовину засыпанные серым песком руины Лас Ночес… В памяти временного синигами тут же всплыли эпизоды прошлого: битва с Гриммджоу, встреча с Нелл, бой с Улькиоррой, Гриммджоу с наглой ухмылочкой, абсолютно уверенный в себе Ннойтора, Гриммджоу. Куросаки зажмурился, прогоняя из памяти физиономию пустого. Ичиго остановился, вздохнул поглубже, закрыл глаза и сосредоточился, пытаясь найти хоть малейший намек на реацу Гриммджоу. Ничего. Пусто. Абсолютно пусто и безжизненно. Словно из Уэко Мундо исчезла не только Эспада, но и все пустые вместе взятые. — Ну и где ты? — спросил парень сам у себя, оглядывая бескрайнюю пустыню, словно ожидая, что Джаггерджак выскочит из песка прямо перед ним. — Куда бы я отправился, будь я тупым арранкаром, с минимумом сил?.. Лас Ночес?.. А что, вполне.       «- Эй, Король, ты вообще в курсе, что ты сам с собой разговариваешь?» — в голове Ичиго раздался насмешливый голос с металлическими нотками. — В курсе, — буркнул парень, — заткнись!       «Да-да… Лас Ночес самое место для той падали, в которую превратился этот арранкар, самое место» — хриплый смех еще несколько секунд звучал в ушах.       Причин не верить своему внутреннему врагу у Куросаки не было. То, чего не мог почувствовать он сам, всегда чувствовал пустой.       Путь до Лас Ночес, вернее до того, что от него осталось, занял немного больше времени, чем планировал временный синигами. На удивление, по пути ему встретилась парочка пустых, да и те были настолько мелкими и так быстро поспешили ретироваться при приближении Куросаки, что он и рассмотреть-то их толком не успел.       Тронный зал находился в самом центре Лас Ночес, да и скорее всего единственный остался относительно цел, не считая наполовину обвалившуюся внутрь крышу. Желания обшаривать каждую щель некогда по истине огромного замка не было, поэтому рыжеволосый попытался еще раз найти арранкара. Пусто. Ничего нет. Абсолютно. Может холлоу ошибся и это был вовсе не Джаггерджак?..       Вспышка. В сознании Ичиго вспыхнула алым реацу Гриммджоу, вспыхнула и почти пропала, словно Секста последним отчаянным усилием решился на что-то. Куросаки метнулся в сторону, в считанные секунды он преодолел коридор, свернул налево и поднырнул под огромный кусок обвалившейся крыши, скрывавший чудом уцелевшую дверь. Именно за ней, ощущался слабый отголосок реацу. Дверь поддалась легко, стоило лишь слегка толкнуть ее. Неожиданно яркий свет заставил на секунду ослепнуть, но стоило глазам привыкнуть и Ичиго увидел: Гриммджоу истощенный, осунувшийся, с несколькими глубокими ранами поперек груди, сидел скорчившись в углу и смотрел в одну точку. В первую секунду Куросаки подумал, что пустой просто помер, так хреново Джаггерджак выглядел. — Йо, Куросаки, — хриплый голос заставил парня вздрогнуть, — как жизнь? — Да уж получше твоей, — хмыкнул Ичиго, подходя ближе и глядя на Сексту сверху вниз. — Хах, вероятно. — И что ты тут забыл? — непонятное облегчение от того, что арранкар жив и практически здоров, заставило временного синигами разозлится на самого себя. — Что ты здесь делаешь? — еще более безумный, чем раньше, взгляд лазурных глаз, прожег временного синигами насквозь. — Пришел за мной? Опять решил в героя поиграть? — Нет, пришел вернуть тебя в Сейрейтей. — Да пошел ты, — прошипел Гриммджоу, — лучше убью тебя здесь, чем вернусь туда! Я ненавижу тебя, Куросаки Ичиго! Я Король! Я никогда не сдамся, никогда…       Временный синигами только хмыкнул, закинул вяло сопротивляющегося Джаггерджака на плечо и рванул прочь из Лас Ночес. Непонятная радость от того, что Секста жив, что даже в таком состоянии арранкар все еще не сдался, все еще ненавидит, все еще стремиться убить, хотя и понимает, что у него ничего не выйдет, опьяняла Ичиго. Тревога, которая заставляла его бежать вперед все быстрее, наконец исчезла. Куросаки принял единственно верное решение: он заберет пустого в мир живых, даст ему время, чтобы прийти в норму, а после этого они обязательно будут сражаться снова и снова, пытаясь прикончить друг друга. Ведь не ради этого ли Ичиго каждый раз, находясь на грани смерти, становился сильнее, не ради этого ли столько раз наглый арранкар приходил к нему во сне, обещая убить, не ради этого ли он спас его тогда?.. Куросаки был уверен, именно поэтому упрямый Джаггерджак держался из последних сил, находясь в Уэко Мундо. Ради того, чтобы вновь ощутить вкус сражения, почувствовать азарт битвы… Все ради этого, ради того, чтобы снова попытаться убить своего любимого врага.