Roses and cigarette smoke.

POV Чимин Спустя пять минут, после того, как Чонгук получил это сообщение, я услышал звонок в дверь. Так как мать с отцом и братом ушли в гости и дома я остался один — открыть кроме меня было некому. Нехотя я двинулся в коридор, попутно молясь, чтобы это был не Юнги. К счастью, мне повезло, это был Гук. Выдохнув, я открыл дверь и пропустил друга в квартиру. Тот выглядел запыхавшимся, но в тоже время согнулся пополам от смеха и пытался что-то мне сказать. Что именно, я понял только тогда, когда он слегка отдышавшись, всё в том же положении, произнёс: — Ну, ты и лошара, хён — Гук снова задыхался от смеха — ты жесть как облажался. — Может мне тебя водичкой окатить, чтобы успокоился? — предложил я — У меня её много. После этих моих слов, парень, наконец, утихомирился, и мы прошли на кухню. Ну, а где ещё обсуждать весь пиздец своей жизни? Конечно же, на кухне, за чашкой чая и…кастрюлей свинины, ну, а почему бы и нет? На самом деле, ел только Гуки, а мне даже вода вставала поперёк горла. Да, ничего страшного не случилось, ведь ужаснее того, что он стал моим соседом, уже ничего быть не могло, но мало ли. Изначально я хотел, чтобы мы встретились ещё раз, но сейчас, когда это случилось (мечты сбываются, блин) мне хочется чтобы это оказалось чьей-нибудь глупой шуткой. Пока Чонгук уплетал остатки нашего обеда, (как будто дома не кормят, честное слово, приходит только чтобы пожрать) я рассказал ему подробно всё, что знаю о парне, который сейчас живёт по соседству. Он утвердительно кивал головой, кое-где переспрашивал, а где-то даже был немного удивлён моим рассказом. — То есть — подытожил он — ты знаешь, где он учится, на кого, знаешь о его семье, его имя и возраст, но при этом не спросил, где он живёт? — Именно так. Мне было неловко. — Неловко ему, — закатил глаза друг — а сидеть с ним на крыше и как девчонка прижимать к себе его куртку, не неловко было, а? Я пожал плечами и стал мыть посуду, Гуки сидел на стуле напротив и громко вслух рассуждал, что было бы неплохо разузнать побольше об этом парне, тем более что у нас есть прекрасная возможность. Что я сделал? Естественно я его послал, потому что говорить с Юнги мне сейчас хотелось меньше всего на свете. Раздосадованный, он пытался уговорить меня, но я всё равно отнекивался, как мог. — Чимин, если ты не поговоришь с ним, это сделаю я. И скажу, что ты в него втрескался по уши. — Только по… Не успел я закончить фразу, как в дверь кто-то позвонил. Не особо раздумывая, я пошёл открывать дверь. Может быть, родители вернулись? Хотя что-то рановато, но кто их знает. Чонгук пошёл за мной. Я посмотрел в глазок и тут же, как ошпаренный отскочил назад, ударив Гука локтём в ребро. — Вот дерьмо, хён, ты что творишь? — Там…там это… Юнги пришёл — я указал рукой на дверь — Я не хочу открывать. Полный решимости и с дьявольским огоньком в глазах, (ох, не нравится мне всё это) Чонгук, пошёл, чтобы встретить гостя. Я же спрятался за кухонную дверь, тихо выжидая. Интересно, зачем он вообще пришёл? — Добрый день — поприветствовал его Чонгук — вы что-то хотели? — Да так, с соседями знакомлюсь. Чимин дома? — Да, секундочку — Гук тут же повернулся в поисках меня — Чим, выходи Поняв, что отвертеться мне не удастся, я сделал самое счастливое лицо, какое только мог и вышел из своего укрытия, подавляя желание убежать к чёрту из этого дома. Чон Чонгук, знай, ты труп. — О, хённим, какой сюрприз — натянуто улыбнулся я — даже не думал, что ты зайдёшь. Я тут с другом сижу, к сожалению дома больше никого, (к счастью, но я же вежливый) не выпьешь с нами чаю? — Ну, если я тебя не особо напрягаю — разувшись, он прошёл вместе с нами на кухню — Мин Юнги. — Чон Чонгук — ответил Гук — друг вот этого вот чуда, собственно. Улыбаясь ещё шире, я кивнул и потянулся за кружками в посудном шкафу, но, конечно же, не достал. Разозлившись на свой маленький рост, я развернулся, чтобы взять стул, но тут же увидел, что Юнги поднялся и подошёл к посудному шкафу. Достав с полки кружки, он отдал их мне в руки и снова сел на место. Густо покраснев, я отвернулся, чтобы налить чай. Кажется, так неловко мне ещё никогда не было. Схватив чайник, я начал разливать по кружкам воду. В голове всё перепуталось. Сотни вопросов, которые я хотел задать и тысячи причин, которые мешали мне это сделать. Задумавшись над тем, что сказать, я даже и не заметил, как вода переполнила кружку и полилась со стола на пол. Что же заставило меня заметить? Кипяток, водопадом хлынувший мне прямо на ноги. Я громко вскрикнул и, развернувшись, увидел выкатившиеся глаза Чонгука и слегка шокированного Юнги. Немного успокоившись, я, наконец, разлил по кружкам кипяток и заварку. Поставив кружки на стол, я обратился к другу — Гуки-и, достань ложки сам, где еда ты знаешь. Пожалуйста? — Да без вопросов — кивнул он После этих слов я полетел за тряпкой, чтобы убрать беспорядок на кухне. Нога жутко болела, но сказать, что это было невыносимо — нельзя. Всю дорогу обратно до кухни, я думал только об одном — о Юнги. Мне было интересно, что теперь он думает обо мне. Что я какой-то неадекватный подросток, который убегает от людей и совершенно не смотрит, что делает? Этого ещё не хватало для полного счастья. Уже у самой двери, я услышал, как Гуки о чём-то говорил с Юнги. Возвращаться не особо хотелось, а потому я решил послушать, что же они так увлечённо обсуждают. Прислонившись к косяку, я прислушался к голосам и услышал обрывок разговора: — Эй, Чонгук, а Чимин, он всегда такой…нервный? — Что? Нет, вовсе нет, он отличный парень. Просто очень стеснительный, особенно с девушками или с людьми старше него. — Просто когда мы столкнулись на лестнице, он от меня убежал так быстро, что я и сказать ничего не успел — Он…это…боюсь, мне влетит за это, но на самом деле он очень хотел тебя видеть — Серьёзно? Я уже понял, что всё это время они обсуждали меня, и слушать больше был не намерен. Войдя в кухню, я заметил, что они довольно близко сидят, а Гук совершенно без смущения болтает с Юнги обо всём подряд. С какой-то стороны, я даже завидовал ему, ведь он всегда легко мог найти общий язык с кем-то и влиться в новый коллектив, чего никогда не умел я. Присев, я начал растирать по полу воду, делая на самом деле только хуже, а в голове крутились слова Гука: «он на самом деле очень хотел тебя видеть» А правда ли я хотел видеть Юнги? Чего я вообще хотел? Все мысли в голове спутались, превратившись в один большой чёрный ком. Я не мог понять, что именно я хочу сейчас сказать, что хочу сделать. Поэтому я просто сидел на полу, окружённый водой, вглядываясь в отражение друга в ней. Тот обеспокоенно смотрел на меня, совсем не понимая, кажется, что происходит. Эх, Чонгук, если бы я сам это знал. Сейчас я вспомнил нашу встречу ночью на крыше. Как сначала он грубо отреагировал на мой вопрос, а потом завязал беседу, которой я вовсе не ожидал, отдал мне свою куртку, а сам мёрз всё это время, продуваемый ледяным ветром. Ещё и остался со мной до самого утра, до звонка родителей. Зачем он сделал это? Неужели он настолько одинок и его никто не ждал дома? От этих мыслей, в сердце что-то защемило, а глаза наполнились слезами. Я вспоминал, как он изменился в лице, рассказывая про семью. Было видно, что он очень скучает по ним и хочет вернуться домой. Его там любят и ждут, а в Сеуле, неужели там он совсем один? — Чимин? Чимин, всё хорошо? — вытащил меня из мыслей голос Гука — А? Да, всё прекрасно — я утёр глаза и быстро убрал беспорядок, который развёл на кухне. — Я просто хотел сказать, что мама зовёт меня домой, я пойду — Конечно, давай, удачи. В этот момент я был счастлив, что Чонгук ушёл домой, ведь его могло сильно взволновать моё состояние. Однако счастье моё длилось недолго, ведь теперь я снова один на один с ним. С парнем, чей образ так глубоко засел в моей голове. Из-за того, что встретились недавно? Или…нет, всё же в нём есть что-то цепляющее, но я не могу понять, что именно. Голова гудела, а нужные слова никак не желали подбираться. Всё так же сидя на полу, я думал, что именно должен сказать. Может спросить у него о его жизни? А захочет ли он отвечать мне? — Чимин, я хотел поговорить с тобой. Не возражаешь? — Нет, хён, вовсе нет. А о чём? — Почему ты так быстро убежал от меня на лестнице? И вот в этот момент сердце ёкнуло. Что я скажу тебе, Юнги? Мне совершенно нечего ответить. Я убежал, потому что испугался нашей встречи, хотя хотел, чтобы она произошла. Чонгук был прав, на самом деле, я, правда, хотел увидеть тебя снова. Встреча с тобой была для меня спасением в тот момент. Я сильно переживал за родителей, боялся, что мне позвонят и сообщат об аварии на дороге. Об их смерти. Я ненавижу себя за такие мысли, но они часто посещают мою голову. Я боюсь терять своих родных и близких, одна только мысль об этом, доводит меня до состояния истерики. Что сказать тебе, Мин Юнги? Почему я сбежал от тебя? Если бы я сам мог понять, почему я так побоялся встретить тебя снова. — Я не знаю… — я опустил глаза в пол, лишь бы не видеть его — честно не знаю — Ты боишься меня? Я услышал, как он опустился рядом, плечи наши соприкоснулись, от чего по мне словно прошёл электрический заряд, я дёрнулся. Или может мне просто холодно? Я не мог понять ничего, совершенно не различал, что именно я чувствую. В голове был туман, пустота. Совершенно всё, о чём я думал и переживал — испарилось. Теперь у меня в мыслях было лишь его имя. Ничего больше. — Нет, совсем нет, не говори глупостей — проговорил я, надеясь, что он не услышит — А мне кажется, что да. — Я же сказал нет. — Боишься — вздохнул он. — Нет. — Тогда посмотри на меня. Что-то внутри меня снова заставило дёрнуться. Я не мог поднять глаз. Не знаю почему, но не мог. Мне было стыдно смотреть на него сейчас. Но если я этого не сделаю…он уйдёт? Боже, только не это, я не хочу этого. Ну же, соберись и сделай. Тебе что, так сложно взять и поднять глаза? Соберись ты, не веди себя как сопливая девчонка. Это всего лишь твой новый сосед, он тебя не съест, ну что ты ломаешься? Ты же хотел его видеть, так почему сейчас ты его избегаешь? Пак Чимин, логики ноль. Ну, давай уже, давай. — Может тогда мне уй… — НЕТ — тут мои глаза, наполненные слезами, резко поднялись вверх — не надо…прошу тебя. Взгляды наши столкнулись. В его глазах я увидел сотни эмоций. Радость, удивление, жалость и испуг. Не моргая, я смотрел на него, пытаясь запомнить каждый миллиметр. Он необыкновенно красив для парня. Невозможно. Такое вообще бывает? Утончённость и аристократичность во всём: белая, словно мел кожа, бледно-розовые, слегка пухлые губы, и такие тёмно-карие, почти совсем чёрные глаза. Вот скажите мне, неужели правда есть на земле настолько прекрасные люди? Сколько я не старался, я не мог отвести от него глаз. Я откровенно пялился на него, изучая каждую мелочь. Мне хотелось, чтобы после я смог восстановить этот образ как можно точнее. Чтобы он отпечатался в моей памяти. Я не хотел бы забыть его. И мне совсем не хотелось говорить, слова сейчас казались лишними. Боже, почему он так очарователен? Возможно, со стороны это выглядело немного ненормально, но мне было плевать. Слишком красив. До безобразия. Так нельзя. — Юнги, — наконец заговорил я — ты похож на айдола — Я? Да не смеши, Чимин, — усмехнулся парень — ты, может ещё, что спросить хочешь? — Да, — честно признался я — ты откуда? — Из Тэгу, я там родился и вырос — А в Сеуле ты… — Я живу там, на арендованной квартире вместе со своим сонбэ, он и сейчас со мной на практике. Джин звать, я вас может, познакомлю. Он довольно хозяйственный и милый, правда, с заботой немного перегибает. В этот момент кто-то постучал в дверь. Вздохнув, я поднялся с пола и прошёл в коридор, резко распахивая её. Мне было уже совершенно плевать, кто там пришёл и зачем. Мыслями я был где-то далеко внутри себя. И я был ужасно занят. На пороге я увидел высокого парня, среднего телосложения, с каштановыми волосами. Он устремил взгляд на меня и после минутного молчания, заговорил — Добрый вечер, простите, что беспокою, — он осёкся — ты Чимин? — Да, — я отвёл глаза в сторону — а Вы что-то хотели? — Забрать Юнги, если можно. Он ведь у тебя? Я развернулся и посмотрел на кухню, где увлечённый Юнги рассматривал вещи, стоящие на полках, совершенно не обращая внимания на то, что его имя упомянули в разговоре. Мне не хотелось отпускать его, хотелось ещё немного потянуть время. Задержать его у себя. Поэтому, конечно же, я воспользовался беспроигрышным вариантом. — Ну что Вы, конечно можно, — я улыбнулся — но раз уж мы теперь соседи, может чаю? — Ох, не хочу тебя напрягать — Нет-нет, что Вы, всё в порядке. Проходите, Юнги на кухне Друг хёна зашёл, захлопнув за собой дверь, а я двинулся на кухню, хватая в руки многострадальный чайник. Уже стоя с ним в руке, я вспомнил, что не достал кружку. Простонав, я стал озираться, в поисках какой-нибудь, стоящей ниже, до которой смог бы дотянуться, но не нашёл. Готовый взвыть от несправедливости жизни, я уже хотел послать все приличия и налить чай в тарелку, но скоро приступ безумия прошёл. — Юнги хё-ён, ради всего святого, помоги, а? — Что? — он рассмеялся — А, кружка. Он поднялся с пола и вновь устремился к посудному шкафу. Всучив мне в руки кружку, парень с чувством выполненного долга, плюхнулся на стул. Напротив него сидел Джин, в слегка ошарашенном виде. Я налил три кружки чая и присел на свободный стул, вопросительно глядя на Юнги. Тот лишь усмехнулся. Я пожал плечами и сделал небольшой глоток, прогревая горло. — У тебя всё ещё температура? — О чём ты, Сокджин? — Чтобы ты по просьбе едва знакомого паренька оторвал задницу от места, на котором сидишь? Да это явно не ты, совсем не похоже. — Не делай из меня посмешище, я тут пытаюсь показать себя в лучшем свете. — Ладно-ладно. Ох, кстати я не представился. Ким Сокджин. — Пак Чимин, хотя думаю, Вы обо мне уже наслышаны — И то, правда. Весь остаток вечера, мы мило беседовали втроём. От моей прежней неуверенности и страха перед ними, не осталось и следа. Они рассказывали о семье, о родных городах, учёбе в университете. Джин постоянно жаловался на то, насколько Шуга (как он звал Юнги) ленив и легкомыслен, а Юнги пытался доказать обратное. Я узнал и историю о том, как Юнги проспал сборы и неделю питался рамёном из супермаркета. Комната прониклась атмосферой лёгкости и веселья. Мои прошлые сомнения по поводу характера Юнги и его друга, совсем не оправдались, и теперь я спокойно отвечал на их вопросы и задавал свои. С ними было настолько просто, что я даже перестал сомневаться в себе, в какой-то момент и вёл себя раскованно, как с Чонгуком, например. Пока мы болтали обо всём, время медленно подходило к десяти вечера. Заканчивался последний день каникул, проведённых вдали от дома. С завтрашнего утра ждали уроки, подготовки к экзаменам и собеседование по самоопределению. Но думать об этом, совершенно не хотелось. За окном снова лил дождь, тяжёлые капли с какой-то злобой барабанили по стеклу. Ветер шелестел листьями деревьев, а небо медленно меняло свой цвет со свинцово-серого на угольно-чёрный. На улице было холодно и темно, но я сидел дома, в окружении двух весёлых парней, согреваемый горячим чаем и приятным общением. Вскоре, когда стрелка часов показывала десять, пришло время распрощаться. Я помыл кружки, составив их в ряд около умывальника, прибрал беспорядок на кухне и вышел проводить гостей. Когда Джин вышел и направился домой, Юнги выглянул на площадку. Убедившись, что никого нет, он протянул мне небольшую бумажку, свёрнутую в трубочку. — Ну, пока — улыбнулся он. Закрыв дверь, я ушёл к себе в комнату и плюхнулся на кровать. Вспомнив про некоторые дела, я написал Чонгуку о том, как прошёл вечер. Очень долго мы обсуждали всё подряд. Уже ближе к двенадцати, я вспомнил про бумажку, которую дал мне Юнги, перед тем как уйти. Развернув, я начал бегать глазами по единственной написанной строчке. Дочитав до конца, я невольно улыбнулся, и переполненный счастливыми эмоциями, лёг спать. Там был только номер и два коротких предложения: «Позвонишь мне завтра? У меня для тебя сюрприз».