— Думаешь, я прощу тебя так легко?!

На следующий день я проснулся рано утром. Я почувствовал, как вновь начал шевелиться мой малыш, но, в отличие от вчерашнего кошмара, эти пиночки были вполне обычными и привычными для меня. Видимо, события минувшего дня сделали меня чувствительнее, поэтому я сразу проснулся и первым делом начал прислушиваться к своим ощущениям. 7 месяцев, как-никак. Успокоившись и вновь положив голову на подушку, я начал машинально поглаживать рукой живот, успокаивая дятлёнка. После такого пробуждения спать уже совершенно не хотелось, да и подниматься еще было рано — на улице только начало светать. Я глубоко вздохнул, и, обведя взглядом комнату, наткнулся взглядом на Асами, который спал на раскладном кресле и был укрыт одеялом. Я вспомнил, что после вчерашнего, он весь вечер и большую часть ночи сидел рядом со мной и просил прощенье, а я просто отворачивался от него. Я не помнил, как я заснул, по-прежнему отвернувшись от него. Сейчас, когда муж был так близко, хотелось подползти к нему поближе, прижаться к нему, ощущая его тепло и успокаивающий аромат дорогих духов и табака, или хотя бы просто протянуть руку и прикоснуться к руке Асами, но кровать была выше раскладного кресла, да и много шевелиться сейчас я попросту боялся. Я не знал, что могло навредить малышу, поэтому я лежал и просто рассматривал спящее лицо возлюбленного. Я все еще злился на Рю за то, что тот посмел забыть об УЗИ и ударил меня.

***

POV Асами Четвертый, пятый, шестой месяц. Чего именно? Беременности. Сейчас кажется, что я беременный, а не Аки. Но начну сначала… После того случая из-за УЗИ отношения изменились. Я старался попросить прощенье у Аки, а он просто не обращает на это внимание, меня это убивает. Он не встречал меня, кормил ужином не сидя со мной за столом, не интересовался моей работой. Уж не знаю из-за беременности ли это, или ему просто нравилось доводить меня. Частые перепады настроения, невероятные желания: шоколад с солью, мед с перцем. Нет, мой мозг такое понять не может. Ночью он может разбудить и попросить помассировать ему поясницу, ноги, принести ему поесть. Я понимаю, что сложно, но он бывает невыносим! Что теперь делать? Уже три месяца я не знаю, что такое сон, отдых, покой. Он держит меня в тонусе. Примерно через неделю крепость пала, и прости меня за 5 кг мороженого. Дети захотели познакомится со всеми своими племянниками и поэтому Мию и Шиба забрали их. Иногда, возвращаясь с работы, я находил его в детской с книгой в руке и заснувшим. Или в наушниках. И сегодня очередной такой день. Нам уже шел конец седьмого месяца. И я явился домой с букетом. Не застав его внизу, я сразу направился в детскую. Он сидел в кресле у окна, закинув ноги на маленький стульчик. — Привет, — я протянул ему цветы, он улыбнулся и принял их. — Что такое? — У меня с утра ноет поясница. Не знаю, что делать, — ответил Акихито. — Э-м-м… ты корсет надел? — Нет. И не буду. — Что так? — Рю, живот небольшой, да и кроме проблем с поясницей у меня больше нет. — Ну, давай я массаж сделаю, — предложил я. Он покачал головой и пустил слезу. — Ну ты чего? — Это сложно. Я люблю его, — сказал монстрик, — но порой думаю, было бы лучше не будь его. Я ужасная мать! — Нет… Просто ты устал. — Я очень люблю его! — Я знаю, малыш. Пойдем, — я помог ему подняться и повел к нам в спальню. Уложил на кровать, накрыл его. Открыл пузырек с таблетками и протянул одну ему. Котенок выпил и свернулся калачиком, насколько ему позволял живот. — Не уходи. — Не уйду, — успокоил я его и лег рядом. Еще два месяца, и все. Совсем чуть-чуть. И тогда мы оба будем очень счастливы. Нашим четвёртым малышом. Я пролежал с ним, пока он не уснул. Встал и пошел на кухню. Духовка пуста, на плите ничего. Значит, я остался без ужина? Я уже хотел было сделать себе горячие бутерброды, но открыв микроволновку, увидел там рыбный рулет. Я разогрел его и, порезав на кусочки, положил себе на тарелку. И не успел я положить кусок в рот, как в дверь позвонили. Я поплелся открывать дверь. На пороге стояли мои родители. — Здравствуйте родители! — с сарказмом сказал я. — Мне нужен Аки, — улыбаясь, сказала ом мама. — Зачем? — Я хочу его увидеть! — А я прсле работы голодный, - они ворвались в мой дом, вытолкнув меня за порог. Мы прошли на кухню. Там я накрыл на стол, разложил тарелки, приборы, стаканы и предложил им приступать к еде. — Это приготовил Аки? — поинтересовалась мать. — Да. — Моя невестка умничка, — заявила мама. Пока мы ели, она расспросила меня о моей работе. Убрал со стола. Мама постоянно расспрашивала меня об Аки: как мы встретились, как стали жить вместе, и о всех его преключениях. Они внимательно слушали меня, иногда задавая вопросы. Я и не думал, что Аки понравится им так быстро. — Асами!!! — я вздрогнул и, не смотря под ноги, понесся наверх. Открыл дверь и увидел Аки с испуганными глазами. — Я… — Что? Монстрик? — Не кричи на меня! — я аж отскочил от его крика. — Акихито, что такое? — я подошел к нему. — Кровать мокрая… — А-а-а… Поздравляю… — только через пару секунд я понял, что случилось. — Стоп! Чего?! — Я боюсь… Ямори? Миюки? — Сюрприз! — воскликнули они. — Так, что случилось? — поинтересовался отец. Он откинул одеяло и взглянул на живот. — Да, не успели мы… Звоните в «скорую». — Нет, рано, — запротивился Аки, прикрывая живот руками. — Асами рано… еще рано… — Малыш, я понимаю, но… — Родной, у тебя отошли воды… Твой малыш хочет на свет. — Но… — возразил мальчишка и расплакался. Я обнял его и вызвал «скорую». Мама стала собирать сумку. А отец ходил из угла в угол. Мне бы еще остальным позвонить. Но почему так рано? Боже, пусть с моим ребенком ничего не случится. С моим мужем тоже. Боже, пусть с моими малышами все будет хорошо. — Мне больно. — Аки, все хорошо. Скоро приедет «скорая». — Очень больно… а-а-а-а… Он так сильно пинается, он точно хочет убить меня… а-а-а-а… — Ш-ш-ш, все хорошо. Он просто хочет тебя увидеть, увидеть твою улыбку. Ему не терпится увидеть свою мамочку, который держала его в тепле, и оберегала. — А если он меня не любит… — разразился новой порцией слез Аки. — Успокойся, — тут позвонили в дверь, и папа спустился и открыл. Приехала скорая, я спустил мужа вниз и, отдав ключи от дома и своей машины маме, поехал с Аки. Боже, ему, наверно, очень больно, потому что к тому моменту, как мы приехали, я уже руку не чувствовал, настолько сильно он мне ее сжимал. Не кричал, не ругался, а просто плакал и сжимал мою руку. Я шептал ему всякие глупости, нежности и признавался в вечной любви к нему и детишкам. Но стоило завести Аки в палату и остаться наедине в ожидании врача, он так крикнул, что мне казалось, он умирает. — Твой ребенок! До чего же сильно он пинается, — сквозь зубы процедил Аки. Зашел врач и, осмотрев его, сказал, что через час можно будет везти в родовую. В этот момент Аки со всей ненавистью посмотрел на врача и стиснул мне руку. Врач что-то ему вколол и вышел, сказав, что зайдет через час. — Ублюдок! — Тише, малыш. Он снова стал сжимать мою руку, я понял, что у него начались схватки. Такое мужество, ей-богу. Он, сжимая зубы, терпел, но не кричал. Многие же кричат так, что мама будь здоров. И как им только легких хватает. Я позвонил сестрам и сообщил о родах. Мию сказала, что они скоро будут. Приехали мои родители, и он стал с ними общаться, не забывая во время схватки до боли сжать мою руку. — Вы уже выбрали имя для малыша? — Если девочка тогда Асуна, а если мальчик Минори — Макото. Произнесли мы с Аки одновременно. Аки вопросительно взглянул на меня, мол, откуда взялось это странное имя? — Минори, так Минори, — сдался я. Он его выносил — имеет полное право сам выбрать имя. — Я попрошу всех выйти, — сказал врач и я, поцеловав мужа в лоб, вышел в коридор. Наверно, за те два раза посещения больницы ожидание стало для меня нормой. Я купил себе кофе, так как родители мужа отказались и, сев, стал его пить и ждать. Мой малыш… скоро я его увижу. Вспомнил! Однажды, придя домой, поел, посидел немного с Аки, так как он быстро уснул, уложил мужа и вошел к себе в кабинет, и что я вижу… на столе лежал диск. Я включил ноутбук, поставил его и увиденное повергло меня в шок. Там был мой малыш. Он сосал свой большой пальчик, двигался, открывал и закрывал глазки…, а потом… По всей комнате послышалось его сердцебиение. Невольно у меня потекли слезы. Моя частичка, мой сынуля… Помню, как однажды мы сидели и смотрели вместе фильм, и тут монстрик хватает мою руку, да так, что я вздрогнул и кладет себе на живот. — Он толкается, Рю! Это было неописуемо прекрасно. Я чувствовал его толчки. С тех пор мы стали с ним играть. Я рассказывал ему сказки, пел песенки. И если ему нравилось, как мне казалось, он пинался. Я даже видел его ножку, через живот. По его толчкам можно было сказать, что ребенок очень активный. И мне уже не терпелось увидеть его, поддержать на ручках. — Рюичи! — сестра обняла меня. — С Аки все хорошо? — Да… наверно… Как доехали? — Твоя чокнутая сестра гнала на 260, — пожаловалась Шиба, и тут показалась Мию. Пожала мне руку и таинственно улыбнулась. — Это приятное волнение, — сказал он. — Не каждый день ждешь рождения ребенка. — Где дети? — Они спят, с ними остались служанки. Прошло уже 5 часов. И за это время по всей больнице разносились душераздирающие крики, вдруг послышался детский плач. Сердце ушло в пятки, и я, как сумасшедший, влетел в операционную. Все посмотрели на меня. — Мой малыш, — сказал я. Я не увидел малыша так как его закрывали врачи. Но медсестра тут же выставила меня. Мол, нельзя в таком виде в столь стерильное помещение. — Вашего мужа перевезут с малышами в палату, и тогда вы сможете их увидеть. — Малышами?! -воскликнул я. — Да трое мальчиков, поздравляю Вас! Вот теперь мне уже не терпелось. Трое сыновей… Трое малышей, которых я люблю! Я стал ходить из угла в угол, пока не явилась эта же медсестра и не пригласила меня к мужу. Аки слабо и устало мне улыбался. Наши малыши были в инкубаторе, с какими-то трубочками. Совсем крохи. Но такие красивые. Глазки закрыты, ручки маленькие, ножки маленькие. Ах, а губки пухлые. Мои родные. Я и не заметил, когда стал плакать. Это неимоверно теплое чувство видеть своих детей. Внутри все сжимается от счастья. — Ты как? — подошел я к Аки. — Хорошо, — он вытер мне слезы. — Прости, что не смог их доносить. — Нет, не нужно. Все прекрасно. Ты подарил мне красивых, здоровых зайчиков, спасибо. Спасибо большое. — Да, врач сказал, что с ними все хорошо. Они немного побудут здесь, а потом будут дышать сами. Представь, в них тридцать сантиметров и килограмм пятьсот грамм весу. Еще сказали что возможно они близнецы. Будем путать их по-доброму, рассмеялся я. — Спасибо. — И тебе, — улыбнулся Аки и закрыл глаза. Да, спи: ты устал. Совсем скоро я смогу забрать их домой. И мы научимся жить, как семья с шестью детьми. Мы должны будем построить идеальную семью для наших нынешних малышей и для будущих!!!