Chains

– Если вам уже всё равно… дадите промочить горло? – спрашивает Локи и смотрит на окруживших его Мстителей снизу вверх, поверженно и смиренно. Он проиграл, и они все это знают. Не сговариваясь, шаг вперёд делают Тони и Тор… …И больше пошевелиться никто в комнате не может, а за их спинами раздаётся леденящий душу, но совершенно искренний смех Локи, а сам Локи – или то, что они приняли за него – тает в воздухе прямо на их глазах. – Наивные смертные! – восклицает он с неподдельным, почти детским восхищением, и неспешно обходит своих врагов кругом, чтобы видеть застывшие на их лицах изумление и гнев. – Вы всерьёз считали, что я настолько глуп, чтобы сосредотачивать все свои силы на этом никчёмном городишке? Тони мог бы с ним поспорить: Нью-Йорк – не никчёмный городишко, но внезапно и правда чувствует себя не просто глупо – полным идиотом. Ни разу с тех пор, как ЩИТу удалось найти Локи, никто из них не задался вопросом: а что, собственно, происходит в других частях света? Очевидно, всё то же самое, только с большим успехом. Идиоты. – Признаться, я впечатлён, – продолжает Локи, вышагивая по разгромленной гостиной, как у себя дома, и скучающе пиная носком ботинка попадающиеся ему по пути куски пола и стен. – Пожалуй, сложись обстоятельства иначе, вы бы и правда смогли дать мне достойный отпор. Моё почтение, доктор Беннер, – он шутливо кланяется бессильному перед его магией Халку, – вы устроили потрясающее шоу, мне было почти больно. Больно прекращать его так быстро! Он снова смеётся – заливисто, искренне, счастливо. В безумных глазах голубым огоньком сверкает торжество. – Тем не менее, я вижу, что наша маленькая игра подошла к концу, – говорит он со вздохом сожаления. – Вы весьма успешно избавились от читаури, за что я, безусловно, благодарен, – ещё один издевательский полупоклон, – и тем самым освободили меня от необходимости самостоятельно заниматься этим городом. Теперь весь мир официально мой. Это звучит настолько дико, что становится почти смешно – но Локи не шутит, не блефует, взмахом руки он включает телевизор, и то, что говорят в репортаже из новостей – это тоже дико, слишком дико для понимания, и не укладывается в голове, как же всё-таки это могло произойти? Как они умудрились не заметить за увлечённой борьбой с Локи, что он в это время совершенно свободно и беспрепятственно захватил мир? И прямо под носом у «величайших героев земли»!.. – А отвлекать вас было довольно забавно, господа, – коротко улыбается Локи. – Мне даже, признаться, немножко жаль, что на этом всё заканчивается. И сказать бы ему, что ничего не закончилось – да только не выходит. А Локи неторопливо проходит между Мстителями, касаясь каждого, и ненависть вкупе с яростью сменяются в их взглядах сначала блаженной пустотой, а после – всецелым обожанием, и обожание это имеет ярко-синий цвет. Под почти нежным прикосновением Халк стремительно превращается в Брюса Беннера, и тот смотрит на своего нового повелителя с преданностью подобранного с улицы бездомного щенка. Последний – Тони, и прежде, чем коснуться его лица – всё остальное до сих пор заковано в костюм Железного Человека – Локи усмехается: – Ты очень странный смертный, Тони Старк. Мне было бы интересно иметь с тобой дело, даже жаль, что через секунду ты, как и все, будешь пускать слюни в ковёр возле моих ног. Он гладит его большим пальцем по скуле, и Тони бы поморщился – ему так много чего хочется сказать возомнившему себя богом… ну, богу, преимущественно – матерного, но больше всего на свете хочется чихнуть. К сожалению, заклинание, которым обездвижил их Локи, не позволяет даже этого. Локи отворачивается от него и небрежно взмахивает рукой, и они вновь могут двигаться. Тони наконец-то чихает и с наслаждением трёт переносицу. Локи изумлённо оборачивается обратно – примерно в ту же секунду, как Железный Человек вскидывает руки и готовится активировать репульсоры. Одновременно с этим на него бросаются, кажется, сразу все Мстители; впрочем, неверно – не все, Тор и Стив кидаются ему наперерез, закрывая от возможной атаки Локи. Секунда – и Тони снова обездвижен, а детали доспеха начинают разлетаться в стороны, повинуясь движению руки мага, заинтересованно разглядывающего представшую его взору картину. – Вот как, значит? – тянет он, жестом прогоняя защищающих его людей. Тони смотрит гневно и с вызовом. – Что ж, похоже, ты один из немногих, Тони Старк, кто может похвастаться тем, что он бессердечен в самом прямом смысле этого слова. Очевидно, магия подчинения на тебя не действует. «Да пошёл ты», – думает Тони, и мысленно сплёвывает на пол. Будучи скованным магическими оковами, большего он себе позволить не может. – Однако ты не совсем невосприимчив к моей магии, – продолжает рассуждать Локи, обходя застывшего как каменное изваяние гения кругом и задумчиво постукивая себя пальцем по подбородку. – Но не переживай, – он вдруг оказывается почти вплотную рядом с Тони и безумно улыбается, – я что-нибудь придумаю. – Да пошёл ты, – говорит Тони, как только магия ослабевает, и с наслаждением плюёт богу в лицо. ~*~*~ Как потом узнаёт Тони, такое поведение чревато, но на первый раз Локи милосердно его «прощает», обходится тем, что запирает Старка в одной из гостевых комнат башни со связанными руками – «подумать над своим поведением». Джарвис, естественно, не отзывается. Вполне предсказуемо, резиденцией Локи становится именно башня Старка. – Удобно, в меру броско, далеко ходить не надо, – скалится он, любуясь покорными Мстителями и не особо покорным Старком, которого на коленях удерживают Стив и Тор. Во рту у него металлический кляп, который предназначался для Локи – Локи это показалось особенно забавным – а руки крепко связаны за спиной. Локи нравится разговаривать с ним – единственным, кто не поддаётся его магии. Это, конечно же, мало похоже на разговор, но Тони по крайней мере удостаивается чести как минимум раз в два дня быть вызванным на поклон к их новому «повелителю». – Смотри, Старк, как им нравится тут, – лениво обращается к нему Локи, жестом указывая на Мстителей, прислуживающих ему. Похоже, в этом он находит особое удовольствие – превращение бывших врагов в своих слуг. – Смотри. Видишь? Им хорошо. Неужели не хочешь так же? Тони смотрит – смотрит на стоящего по правую руку от Локи Брюса, укоризненно глядящего на него поверх очков, смотрит на Клинта и Наташу, устроившихся в углу за «троном», косится на своих верных стражей – Тора и Стива – удерживающих его за плечи, не позволяя подняться с колен. У каждого Мстителя в глазах отражается бессознательное обожание, и ясно, что они безгранично преданы Локи. Тони фыркает, насколько это возможно сделать с намордником на лице, и даже в таком положении умудряется взглядом выразить всё своё презрение. Если судить по тому, как расползается на лице Локи ухмылка, его это только раззадоривает. Он грациозно соскальзывает с кресла, служащего ему троном, и подходит к Тони, снисходительно глядя на него сверху вниз. – Наивный смертный, – едва ли не мурлычет он, почти нежно гладя Тони по щеке. Тони дёргается прочь, пытаясь испепелить бога взглядом, но сильные руки на плечах не дают ему отстраниться слишком далеко. – Пытаешься сопротивляться тому, что на самом деле в твоей природе… Тони с удовольствием бы снова плюнул ему в лицо, и откровенно говоря, даже перспектива вновь оказаться на сутки запертым в полном одиночестве его не пугает – но Локи предусмотрительно лишил его такой возможности, очевидно, ему нравится общество Старка, раз он так не хочет наказывать своего непокорного питомца. А Тони теперь именно его питомец. И они оба это понимают. И подтверждая это, Стив и Тор снова уводят его в отведённую ему комнату – в его «клетку». В башне, кроме Старка, нет ни одного человека, оставшегося неподвластным контролю Локи – он единственный, кто упрямо не желает терять рассудок, и, наверное, это слишком сильно интригует Локи – достаточно, чтобы оставить Тони в живых. В башне свой распорядок – по крайней мере, у него: строгий отбой, никаких самостоятельных перемещений, никаких подозрительных предметов – ничего, что могло бы стать угрозой в его руках, а это значит, что в гостевой комнате, когда-то совершенно обычной и ничем не отличавшейся от всех остальных, остаются только кровать, стол и стул. Локи предусмотрительно забирает даже настольную лампу – никаких электроприборов рядом со знаменитым Тони Старком! Тони бы посмеялся, но смех выходит нервным и злым. Пытаться сбежать бесполезно – за неделю, проведённую в таких условиях, он уже не раз пытался, в конце концов, системой безопасности в башне Старка занимался именно он, так что уж кому как не ему знать, как можно её обойти. К сожалению, кроме его собственных протоколов теперь к ней присоединилась магия Локи, а в коридоре, где находится занимаемая им комната, постоянно дежурит кто-нибудь из Мстителей. После того, как Стив одним метким ударом отправил его в нокаут и оставил фиолетовый синяк на пол-лица, Тони больше не пытался взывать к здравому смыслу друзей – теперь, похоже, бывших. Это уже не Мстители – это марионетки в руках Локи. Спустя две недели его впервые приводят к Локи без кляпа. – О, ваша светлость, – издевательски тянет он. – Что, пришли анализы, и выяснилось, что слюна у меня не ядовитая? Какая жалость, а я на это так рассчитывал!.. – Заткнись, Старк, – лениво ухмыляется в ответ Локи. – Заткнуть я тебя могу в любой момент, но я хочу, чтобы ты сам научился молчать, когда велено. – Ах, обещания, – с ненавистью фыркает Тони. – Многие пытались, до сих пор никто не преуспел. Хочешь быть первым? – И буду, – подтверждает развалившийся на своём троне бог, и по мановению его руки во рту Тони снова оказывается кляп. – Цени то, что тебе дают, Старк. Я с лёгкостью могу забрать это обратно. Тони уводят, и на этот раз прежде, чем закрыть дверь, намордник никто не снимает. Он так и остаётся на нём до следующего утра. Утром Локи снимает его лично и даже протягивает Тони стакан воды. – Нет, спасибо, – тут же отказывается Старк, хотя язык с трудом ворочается во рту и пить хочется чудовищно. – Я не беру из рук. – Хорошо, – пожимает плечами Локи и хватает его за волосы на затылке, запрокидывая голову – Тони непроизвольно ахает от неожиданности и боли – и выливает воду ему на лицо. После этого всё повторяется. Когда Тони отказывается брать стакан и на третий день, Локи задумчиво хмыкает. – Продолжаешь бороться? – Нет, просто решил, что диета мне не повредит, – огрызается Тони. – Всё равно кормежку ты наладил дерьмовую, так что терять особо нечего. В глазах Локи мелькает едва заметное раздражение. – Ты сопротивляешься, Старк, но чему? Ради чего? – Тебе, может быть? Ради свободы? Знаешь, мне очень нравилась моя спальня, а та комната, которую ты мне выделил, ей, мягко говоря, уступает по всем параметрам. Хочу выставить отсюда твою задницу и вернуть себе свой дом. Локи смеётся. – Ты и так дома, Старк. Перестань бороться, просто прими это. Теперь я – твой царь и бог, не надо бежать, не надо сражаться! Ты ищешь свободу, но свобода есть величайшая ложь… – Да, да, знаем, слышали, – морщится Тони, и скорее чувствует, чем слышит, как изумлённо вздыхает Стив – ещё бы, ему, должно быть, это кажется несказанной дерзостью – перебивать Локи! – Ты бы хоть что-нибудь новое придумал, северный олень. А то как-то неубедительно звучит. Холодные тонкие пальцы хватают его за подбородок и заставляют поднять голову выше, заставляют встретиться взглядом с ядовито-зелёными глазами Локи – как если бы он избегал смотреть ему в глаза. – Не говори того, о чём пожалеешь, Старк, – шипит Локи. – То, что ты до сих пор жив – величайшая милость с моей стороны, и я в любой момент могу это исправить, как только мне надоест. У меня теперь и без тебя хватает слуг, гораздо более… покорных. Тони уверенно выдерживает взгляд, ни разу не моргнув и не отвернувшись. – Сломаешь свою любимую игрушку? Брось, детка, мы оба знаем, что ты и дня без меня тут не протянешь, – невозмутимо парирует он, и от подобной наглости Локи удивлённо отдёргивает руку. – Поверь мне, Старк, – холодно говорит бог, выпрямляясь и глядя на Тони сверху вниз. – Настанет день, когда ты подчинишься, и сделаешь ты это по собственной воле. После этого Тони уводят, на этот раз – без кляпа, и первым делом, оказавшись у себя, он бросается в ванную и долго и жадно пьёт холодную воду прямо из-под крана. Снаружи негромко хлопает дверь – принесли еду. Словно в ответ на этот звук живот громко урчит, напоминая о том, что в нём трое суток ничего не было. Тони не знает, чем именно так заинтересовал Локи – возможно, он воспринимает его как вызов, как развлечение. Возможно, имеет планы на его способности изобретателя – это не столь вероятно, потому что у Локи и без него весь мир в подчинении, зачем бы ему что-то потребовалось, но и этот вариант исключать нельзя. Это, пожалуй, один из самых худших раскладов, которые можно себе представить – если психованному богу достанется оружие Старк Индастриз, то со временным спокойствием в мировой ситуации можно будет попрощаться. С другой стороны, он мог бы получить доступ к ядерному вооружению и уже давно уничтожить всё живое, однако почему-то этого не сделал. Возможно, это просто не его цель. Возможно, он просто не наигрался в детстве. Как бы то ни было, Тони этого знать не может, да не очень-то и хочется. Он лихорадочно изобретает всё новые и новые способы вернуть контроль над Джарвисом, но пока что ни один из них нет возможности претворить в жизнь. Поэтому остаётся только лежать на кровати, глядя в потолок, и думать дальше, и надеяться, что Локи ещё какое-то время не потеряет к нему интерес – потому что очень возможно, что от его жизни сейчас зависит судьба всего мира. В конце концов, он единственный, кто неподвластен контролю над разумом из-за реактора в груди. Если только удастся выбраться… ~*~*~ Самое унизительное в его визитах к Локи – быть опущенным на колени бывшими друзьями. Это же, кажется, любимая часть в их встречах для самого Локи. – Чем обязан неудовольствию видеть твою пакостную морду в этот раз? – не очень-то вежливо интересуется Тони, исподлобья глядя на вальяжно рассевшегося на троне Локи. На этот раз его выдернули из комнаты вечером, а не утром, как обычно. – Что, сегодня я – любимая жена? Или моя очередь рассказывать сказку на ночь? Похоже, Локи в хорошем настроении – он смеётся, запрокидывая голову, с удовольствием, искренне и задорно, как если бы только что услышал что-то очень смешное. – Я всё пытаюсь придумать, что мне с тобой делать, Старк, – почти дружелюбно говорит он, отсмеявшись. – Пожалуй, тебе бы подошла роль шута, как думаешь? – Ну, по-моему, ты и сам с ней прекрасно справляешься, вряд ли у меня выйдет лучше, – язвительно отзывается Тони, и веселье в глазах бога тут же исчезает. Теперь его взгляд ядовит и холоден. – Не надоело ещё? Управа на всех найдётся, Старк, если твой реактор не пускает меня в твоё сознание, это ещё не значит, что я не могу придумать что-то другое. – А фантазии хватит? – почти искренне интересуется Тони. – Мне казалось, ты стремишься ко всему необычному, не говори мне, что приготовил пытки и угрозы. Я буду разочарован. Локи поднимается с трона – каждое его движение исполнено величия и грации, и, в общем-то, сложно поспорить с тем, что роль правителя ему идёт: одного взгляда на него достаточно, чтобы узнать особу королевских кровей. Правда, Тони это интересует меньше всего. Он видит только ненормального, превратившего приёмный кабинет на одном из рабочих этажей в тронный зал (Тони безмерно удивляет, почему он не выбрал хотя бы конференц-зал для этих целей) и возомнившего себя царём мира. – Мне кажется, ты достаточно сопротивлялся, – голос Локи похож на шелест, и стоит он совсем близко, и Тони мог бы боднуть его в живот, если бы руки на плечах не давили до боли, практически обездвиживая. – Смирись, Старк. Всё равно будет по-моему, но я готов дать тебе ещё один шанс сделать этот выбор самому. Тони даже не надо ничего говорить – за него всё говорит его взгляд. Локи ухмыляется и пожимает плечами, а потом наклоняется, обхватывая лицо Тони ладонями, и оглаживает скулы большими пальцами. – Что ж, ты сам так решил, – произносит он елейным голосом, не давая Тони пошевелиться, и одной рукой нежно гладит его по шее. – Наслаждайся. С этими словами он вдруг резко отстраняется и складывает руки на груди. Тони чувствует странное покалывание в тех местах, где только что его касался Локи, но не придаёт этому значения и лишь удивлённо вскидывает брови. – В этом месте мне полагается подыграть и притвориться одним из твоих зомби? – спрашивает он. – Ты подскажи, а то я ведь не знаю, что от меня требуется. Локи улыбается, довольный, как кот, и качает головой. – Сам поймёшь, – загадочно говорит он и отворачивается, взмахивая рукой: – Уведите. И Тони уводят. А ближе к ночи он наконец понимает, что сделал Локи.