Пересадка

      POV Женечки       Кухня наполнилась сладким ароматом сливок и корицы. Мама, сидя за столом, с наслаждением откусывала кусочек синабона, затем протяжно замычала от удовольствия. Я стоял у плиты и искал тарелку.       — Женечка, а ты не видел нашу Библию? — вдруг спросила мама, потянувшись к чашке с чаем. Легкая тревога мелькнула в её глазах. Я обернулся, с прищуром пытаясь вспомнить, где она могла быть. Ах, да.       — Я взял почитать. Что, нужно? Она удивленно приподняла брови.       — Я хотела на службу в воскресенье сходить, а ты её читаешь? — мама наклонила голову, и свет из окна играл на её волосах, создавая ауру уюта.       — Да, кое-что интересно было, — я сдвинул брови и невольно задумался. Вспомнил Лёшу… как он там? Как он? Мама не поняла, почему я вдруг замолчал. Она быстро сменяла выражение лица.       — Надо же, — вскинула бровями она, — иногда забываю, какой ты у меня любознательный! — рассмеялась она, будто вспомнила что-то из детства.       Я хмыкнул.       — Ну да, я ж не только могу тусить ночами да пьяных друзей в дом тащить, — попытался шутить я, что вызвало у мамы ответную улыбку.       — Ой, дуралей, — она рассмеялась, как в детстве, и я почувствовал тепло от её смеха.       — На воскресенье отдай мне, пожалуйста, на полдня, — попросила она.       — Конечно, — я снова вернулся к реальности. Моё сердце на мгновение затрепетало, как будто я находил утешение в её спокойствии.       Мы обменялись взглядами, полными взаимопонимания, и всё неясное осталось за пределами этой кухни.

***

      Шумной школьной столовой был наполнен смехом и запахом еды. Мы с Машем сидели за столом. Я облокотился на руку, уже поев, и смотрел в одну точку. Маш мял ложку в пюре, его взгляд вдруг остановился на моих волосах.       — А зачем ты, кстати, отрезал волосы? — спросил он будто между прочим, совсем не скрывая своего любопытства. — Глядя на твою новую причёску, я каждый раз вспоминаю о…       — Всей этой хуйне, что со мной произошла? — перебил его я с глупой усмешкой.       — Именно так я и хотел сказать, — ответил Маш с улыбкой. Неужели он относится ко всему, что было раньше между нами… легче?..       — А мне это наоборот напоминает, что несмотря на всё, что было, со мной остались самые крутые люди — ты, Аня, Стёпа, Алина, даже эта твоя… Лизка! — заулыбался шире я, вспомнив эту маленькую красотку. — Я не остался один. Это для меня было страшнее смерти. А кому я нахуй не сдался, ушли. Ну а мне тем более… — я оглянулся по сторонам, чтоб отвлечься.       Маш, чувствуя, как волнение растёт внутри, уставился на меня с трудным выражением лица.       — Ты жалеешь, что Лёша ушёл? — его голос звучал тревожно, зная, что этот вопрос может быть болезненным для меня, но всё равно пытался понять.       Я тяжело вздохнул.       — Давай так. Мы были друзьями. — снова вздох. — Я так считал. Он думал, что между нами что-то большее. А для меня дружба — это уже ценно. Он не согласился. И ушёл. Предварительно отомстив… Так грязно и больно, насколько это возможно… Гнида.       Маш сдвинул брови, его лицо стало жестким.       — Звучит, как детский какой-то импульсивный поступок. Как будто он не подумал.       — Потому что тупой, как тапок, — я закатил глаза. — А ещё и с его ебанутостью — взрывоопасное сочетание! Ой, ну его нахуй… — вскрикнул я, но мой голос растворился в шуме столовой. — Не человек, а ходячий пиздец! — вскинул я руками, вставая из-за стола, видя, что Маш тоже встаёт с пустой тарелкой в руках.       — Хорошо, что он ушёл. Деструктивная личность.       — Именно! — я кивнул с воодушевлением. — Откуда ты такие слова знаешь?       — Школьная литература, — пожал плечами Маш, смеясь, вспомнив недавний случай с Настей.       — Ой, всё, понятно, — с сарказмом бросил я, настроение немного улучшилось, но в глубине что-то всё ещё терзало.       Мы покинули столовую. Маш молчал, будто задумавшись над нашим прошедшим диалогом. Спустя минуту Маш продолжил:       — Он прямо тебя…       — Слушай, не в этом дело, — перебил я с раздражением. — Я и раньше был снизу, проблема в том, что он сделал это максимально исподтишка. Как пидор!       К моему удивлению Маш немного улыбнулся, поняв мою иронию.       — Слушай, увижу его — дам по роже, честное слово, — сказал он с ненавистью.       — Нет, Маш, не надо! Это надо отпустить, — я был уверен в своих словах, смотря ему в глаза.       — В Библии такое вычитал? — спросил Маш ехидно.       — Да, — я пожал плечами, голос стал тише, но уверенность не ушла. — А что ты предлагаешь, пойти и в морду ему дать?       — Неужели нужно так поступать просто потому что в книжке написано? — не понимал Маш.       — Не потому что так написано, а потому что это правильно. — пытался я донести свою мысль, Маш лишь разочарованно мотал головой. — Путь насилия — не выход. Лёша его выбрал и сам из-за этого и страдает, пока не падёт на самое дно, — выпалил я, что Маш даже не ожидал такого потока.       — Я тебя не понимаю. Меня просто переполняет злость, когда думаю о нём, — его голос звучал остро.       — Меня тоже, — я тихо ответил, но голос успокаивался. — Но это не выход.       — Значит, выход — всё забыть? — спросил Маш взволнованно.       — Простить, — тихо ответил я, его слова послужили тихой заключительной нотой, наполняя пространство между нами той самой неиссякаемой надеждой.

***

      Вечер окутал комнату мягким светом настольной лампы. Чувствовался уют. Я сидел перед компьютером, и лицо моё тускло мерцало в свете экрана, отражая тени мыслей. На столе валялись тетради — в таком же хаосе как и моя душа. За окном звуки города тихо перекрывались вечерней тишиной, создавая ощущение изоляции от всего внешнего мира.       Я глубоко вздохнул, чувствуя, что настало время действовать. Мысли начали формироваться в голове, и я принял решение найти Лешу в сети. Рука дрожала, когда я начал вводить его имя, и сердце колотилось в унисон с дыханием. Несколько секунд сомнений — и я наконец нажал «поиск».       Я видел строку с его контактом. На аватарке он… Не один? А с какой-то девчонкой с каре. Я хмыкнул. У этого парня приключения, очевидно, продолжаются. То он с засосами на шее предстаёт перед публикой, то теперь… С девушкой? Ты кого пытаешься обмануть? Эх… Я уставился на кнопку «Написать сообщение», и, прежде чем осознать, что делаю, мои пальцы начали набирать слова, подталкиваемые воспоминаниями о старой дружбе. Но когда я нажал «отправить», на экране появилось сообщение: «Вы не можете отправить сообщение этому пользователю. Вы добавлены в черный список». В груди кольнуло, и волна разочарования накрыла меня. Конечно! Как могло быть иначе?.. Да и вообще почему я писать ему должен? Вздох. Путь прощения оказалось не таким уж и простым. И хоть тёплый свет лампы всё ещё горел, я чувствовал, как тяжесть на душе не даёт покоя, как бы я ни пытался найти утешение.       

***

      В этот момент Леша почувствовал что в носу так защекотало, что он со всей силы чихнул, что аж стены затряслись.       — Боже, Леша! — вскрикнула Алена, которая сидела с учебником поодаль от него, — ты чего расчихался!       — Я из-за твоей соли всю слизистую разодрал! — рявкнул он в ответ.

***

      Вечерний свет струился через окна, окрашивая комнату Алины в тёплые оттенки. За стеклом темнело, но внутри царил уют — защита от всего внешнего холода. Единственным источником света служила гирлянда, раскинутая вдоль стен, ее маленькие лампочки подмигивали веселыми огоньками, придавая уютное сияние комнате, которое добавляло легкую нотку волшебства.       На столе стояла пара бутылок белого вина с аккуратными этикетками, отражающие мягкий свет, а рядом — пустые бокалы, готовые наполниться трепещущим напитком. Мы все ждали пиццу. Я и Маш выбрали гавайскую и маргариту, Алина — грушу с горгонзолой. Для Андрей, который только собирался прийти, классика — пепперони.       На стенах висели рамки, где уже успели появиться Женя и Андрей. Фотографии друзей и родных Алины, казалось будто тоже смеялись и радовались в свете гирлянды. Город за окном тихо шумел, но внутри было по-настоящему спокойно, как будто время здесь остановилось. Этот вечер был ценным — как капля росы на утренней траве, каждый знал, что именно такие моменты становятся настоящими воспоминаниями.       Маш, нарушив тишину, улыбнулся: — Тебе понравились синабоны? — спросил он, глядя на меня с надеждой.       Я наклонился вперёд и мягко поцеловал его в губы, как будто это было самое естественное в мире. Маш удивленно приподнял брови и сразу расплылся в улыбке.       — Очень! Спасибо, мама оценила, — сказал я с искренним восторгом, мои глаза сверкали радостью.       Алина не смогла удержаться от смешка: — А меня? — спросила она, поднимая брови, как бы ожидая свою очередь.       — Взасос? — отозвался я игриво, приподнимая подбородок и подмигивая.       — Жень! — вскрикнул Маш, округляя глаза от неожиданности.       Алина, не выдержав, заливалась смехом: — Ты что, Женечка, Маш с Андреем нас придушат!       Я почувствовал тепло и близость, наклонился и поцеловал Алину в щечку — лёгкий жест, как касание ветра.       — Спасибо тебе, — сказал я с искренней благодарностью, не скрывая света в глазах.       В комнате царила атмосфера тепла и дружбы. На столе стояли кружки с чаем и тарелки с печеньем. В воздухе витал запах кофе, настраивая на беседы и смех.       Когда раздался звонок, все мы воскликнули от радости. Пицца, наконец-то! Но, открыв дверь, мы увидели лишь Андрея, который стоял на пороге с рюкзаком, слегка смущённый своим появлением.       — Ох, это не пицца, — расстроенно произнесла Алина, Андрей лишь недоуменно глядел на свою девушку, поняв, что ему совсем не рады, на что все мы рассмеялись.       — Да не, вы чего, я просто… — начал Андрей, но замер, почувствовав на себе глаза друзей, полные веселья.       Когда Андрей и Алина обнялись, забыв о недоразумении, мы с Машем пожали Андрею руки.       — Ты не представляешь, как я соскучилась по тебе, — сказала Алина, обнимая своего молодого человека. — По вам всем.       — А мы по пицце, — добавил я. — Где она?       — Через пятнадцать минут будет, — ответил Маш, глядя на экран телефона с информацией о заказе.       Минуты летели незаметно за чашкой кофе и повседневными разговорами. И вот, снова звонок. Мы, как дети, заулыбались, и радостно вскрикнули:       — Ура! Пицца приехала!       Андрей с Машем вскрыли коробки. Пицца была горячая, с ароматом расплавленного сыра и свежих томатов. Мы все схватили по кусочку. Андрей открыл бутылку вина с магическим жестом.       — Кому? — спросил он, разливая вино по бокалам, которые мы тянули к нему. Затем мы сели, а он остался стоять со своим бокалом в руках. — Пусть каждое мгновение будет таким же вкусным, как эта пицца!       Бокалы звякнули. Повода как такового для встречи не было, кроме желания провести время вместе, вдали от забот. Это и было настоящим поводом.       — И чем ты конкретно занимаешься?       — Да пиздец, лучше сказать чем я НЕ занимаюсь…       — Чего ругаешься? — взвизгнула Алина.       — А по-другому никак, вчера с подрядчиками ругался, у них одна отмаза: " в регламенте такого нет, проблема не с нашей стороны.»       Алина с гордостью посмотрела на него:       — Вот видите, я же говорила, что мой парень айтишник!       — Ты меня не слушала… — с грустью глотнул вина Андрей.       — Слушаю! Только ничего не понимаю…       — И да, это скорее бизнес-аналитика, чем айти, — добавил Андрей, но Алина уже не обращала внимания на его слова.       — Это неважно! Ты работаешь с системами, а значит, ты айтишник! — отмахнулась она, поглощенная своей фантазией.       Все смеялись, а я, глядя на Андрея, подшутил:       — Похоже, ты устраняешь проблемы?       — Круче, я их создаю, своему начальству, — ответил Андрей. — Чтобы они наконец начали работать, а не с умным видом сидели на своих «митингах».       Смех заполнил комнату, а атмосфера стала ещё более лёгкой и дружеской. Мы продолжали обсуждать приключения Андрея, и никто не замечал, как быстро пролетало время. Кто-то включил музыку.       — Знаете, может, погадаем на картах Таро? — предложила Алина с загадочной улыбкой.       Мы переглянулись и, к удивлению, все согласились. Алина начала раскладывать карты, и комната наполнилась ожиданием.       — Так, Женя, у тебя грядёт светлый период, — сказала она, указывая на карты. — Это период прощения, твои обидчики поплатятся…       Я побледнел, отводя взгляд. В воздухе повисла тишина. Это было одновременно комично и неловко.       — Что такое, Жень? — обеспокоился Маш.       — Нехорошая новость, Маш, — сказал я с тревогой в голосе. — Это всего лишь карты, ты же не веришь во всё это?       — Эй, — обиженно отозвалась Алина.       — Эм, может, погадаем кому-то другому? — предложил Маш, пытаясь разрядить атмосферу.       Смех снова заполнил комнату, а карты, как будто откликаясь на напряжение, шептали свои секреты, не оставляя равнодушных.

***

      В уютной комнате, залитой мягким светом настольной лампы, царила атмосфера беззаботности. На столе стояла открытая почти допитая бутылка белого вина, а вокруг сидели друзья, смеясь и обсуждая всё подряд. Я и Маш, как всегда, в центре внимания. Мы наслаждались моментом, а колода таро с её загадочными символами лежала между нами, готовая раскрыть свои тайны.       Маш весело смеялся, но я чувствовал, как веселье начинает угасать. Посмотрел на часы — тикание, словно приговор. Поправил джинсы и откинулся на спинку стула, пытаясь скрыть нарастающее беспокойство.       — Я обещал отцу быть дома вовремя, — сказал я, немного запнувшись.       Маш, заметив, что моё настроение поменялось, наклонился ближе. — Как, уже? Но мы же только начали…       Я вздохнул, снова глядя на часы. Внутреннее напряжение не отпускало. Ощущение, как если бы мне на шею повесили тяжелую шапку с обещанием отцу. — Хотелось бы, но… — мой голос дрогнул, — я обещал ему.       Маш, очевидно, понял, что я непреклонен. В его глазах промелькнуло не столько сожаление, сколько понимание. — Ладно, иди. Как придешь домой, сообщи.       — Да что со мной станет… — усмехнулся я.       Мне было тяжело оставлять Маша, тем более среди всей этой компании. Я поднялся. Поднял стакан с вином и сразу допил, что оставалось.       Когда я вышел в узкий коридор, меня сразу окружили ребята. Алина, Маш, и её парень Андрей полные веселья, как будто это было не прощание, а просто продолжение вечера.       — Ну что, ты уже уходишь? — спросила Алина, легкой рукой она поворошила мне волосы на голове. — Не забудь сказать отцу, что мы почти ничего не пили!       — Конечно, — ответил я, стараясь не выдать свою растерянность. — Спасибо за вечер, ребята! Это было здорово.       Андрей пожал руку. Я кивнул, пытаясь удержать улыбку, но она как-то не клеилась, не хотелось уходить. Я взглянул на Маша. В его глазах было что-то, что я не мог игнорировать.       — Увидимся завтра, — сказал я, искренне надеясь, что он почувствует в моих словах всё, что я не мог выразить.       — Увидимся, — ответил Маш, и в его голосе я услышал что-то большее, чем просто прощание.       Когда дверь закрылась, в коридоре всё ещё продолжались разговоры. Но ребята будто не спешили расходиться. Андрей, наклонившись к Машу, шепотом задал вопрос, от которого тот не мог не вздрогнуть.       — Маш, а ты правда изменил своему парню?       Маш едва ли поверил своим ушам.       — Что-о? — вырвалось у него, и он попытался поймать взгляд Андрея.       Алина, не теряя времени, вмешалась, добавив:       — Не, Андрюш, не он, а Женя вроде как изменил ему.       — Ой, а так даже интереснее! — подхватил Андрей, его улыбка была полна азарта.       — Ну, всё было не совсем так… — поспешил вмешаться Маш, пытаясь унять раздражение, но голос уже не звучал уверенно.       Разговор завязывался интересный. Алина вернулась за бокалами и бутылкой вина. Очевидно, задача была её опустошить до конца. Она уселась на пол, за ней последовал Андрей, а Маш, всё ещё пребывая в шоке даже не заметил как в его руке появился новый бокал с вином. В тёмном коридоре, освещённом лишь тусклым светом, который доносился с гостиной, ребята устроились на полу в расслабленных позах. Смех и разговоры, которые раньше наполняли комнату, теперь тихо перетекли в шёпот, полный интриг и любопытства. Как только Женя покинул квартиру, у Андрея будто проснулось желание посплетничать о нём за спиной. Он наклонился вперёд, глаза его блестели от любопытства.       — Тогда скажи мне прямо, почему ты всё ещё с ним? А как же самолюбие, все дела, а?       Маш перевёл взгляд на Алину, пытаясь найти поддержку в её понимании.       — Знаешь, Андрюша в чём-то прав, — сказал Алина, чувствуя, как тяжело ей даются эти слова. — Я, конечно, очень люблю Женечку, но если он правда так поступил, то стоит задуматься, да?       Андрей кивнул, поддерживая свою девушку — два голодных до сплетен стервятника. Андрей продолжил с упрямством:       — А то ты всё время переживаешь за него, ведь ты искал его, с ума сходил, рыдал. Стоило оно того вообще?       Маш сосредоточился, пытаясь унять внутреннюю бурю. Он молчал, а затем сказал, насколько тяжело ему даётся эта ситуация. Глаза ребят сосредоточенно впились в него, ожидая откровений, как будто Маш сейчас раскрою им какую-то тайну.       — Тот парень… с кем он мне «изменил», — он обозначил кавычки пальцами в воздухе, строго глядя на Андрея, — они были вместе ещё до меня. По словам Жени, он его не любил, у них был просто секс, и я его понимаю, тот парень тот ещё засранец оказался, он создал нам кучу проблем. Затем Женя просто переключился на меня и расстался с ним, вот и всё. Видишь, звучит всё не так однозначно.       — А! — ещё пуще воодушевился Андрей, его глаза блестели от азартного интереса, словно он нашёл ключ к самой большой тайне.       Маш, стараясь справиться с внезапным волнением, безразлично запрокинул бутылку вина в себя.       — Так получается, Женя изменял своему парню с тобой! — продолжил он, его голос звучал с таким увлечением, что я чуть не прыснул вином, поперхнувшись.       — Тише ты, Маш, — обеспокоилась Алина, она уже приготовилась стучать мне по спине, как заботливая сестра.       — Я даже не задумывался об этом в таком ключе… — выдавил из себя Маш, снова глядя на Андрея, который ждал ответа.       — Ну, получается, что так! Да, Алин? — добавил он, снова взглянув в сторону Алины в поисках поддержки.       Алина, почесав макушку, выдохнула:       — Я уже совсем запуталась…       — И что тебя держит с ним после того, как ты всё узнал? — спросил Андрей, наклонившись ближе, его интерес был искренним. — Я просто пытаюсь понять, если бы у меня такое произошло, я бы обалдел знатно.       — А я не обалдел, думаешь? — ответил я, поднимая голос. — Понимаете, когда я узнал, что он исчез из-за того, что я отвернулся от него, я сразу стал его искать. И не чтобы бросить, а чтобы выслушать, понять и вернуть. Я простил его. Он поплатился за свои ошибки сполна, он сам это осознаёт. Это был первый и последний раз, и я простил его.       Андрей недоверчиво закатил глаза, его выражение лица было полным сомнения, и Алина тоже скривилась от скептицизма.       — Вы чего добиваетесь?! — вспылил Маш в непонимании, пытаясь осознать их намерения. — Чтобы мы расстались?!       Алина тут же беспокойно заохала, её голос стал мягче:       — Нет-нет, что ты! Мы просто хотим убедиться, что ты… мыслишь здраво.       — Ну и как? Достаточно здраво? — спросил Маш, напряжение нарастало.       Алина пожала плечами, взглянув на Андрея, который тут же нашёл, что добавить:       — Ты влюблён, вот и крыша едет.       — Ясно, — всплеснул руками Маш, понимая, что их слова подрывают моё спокойствие. — Знаете что? Мне уже абсолютно пофиг, кто кому изменил, что и кто кому сказал, главное… — Маш снова сделал глоток из бутылки, — главное, что он со мной в итоге. Потому что если бы не был, то я бы сошёл с ума. Да и Жене тоже было бы не весело, особенно с тем ебанутым Лёшей…       — Маш, ты чего ругаешься! Вот Женя всё-таки подлец! Научил!       После этих слов Маш встал на ноги, всё ещё держа бутылку вина за горлышко, мои эмоции закипели:       — Хватит его ругать, он объективно не заслуживает всего этого… — Маш стал отдаляться от ребят, опираясь на стенку коридора, стараясь не слушать их смех.       — Поэтому мы последние два часа только это и делали? — крикнула Алина, и они с Андреем оба заржали, как подлые гиены.       Маш громко вздохнул и побрёл в комнату сестры, чувствуя, как напряжение уходит. Рухнув на её кровать, я прильнул ладонью ко лбу, прислушиваясь к звону в голове. В голове Маша всплыли колкие слова Андрея и Алины о Жене, и Маш вздохнул, ему было обидно всё это выслушивать. Женя ушёл будто совсем недавно, а он уже скучал. Маш выудил телефон из кармана и набрал: «Люблю». Нажав кнопку «Отправить», тут же получил мгновенный ответ: «И я тебя ^^».       Маш улыбнулся и закрыл глаза, молясь, чтобы Алина не выгнала его в ближайший час из своей комнаты.