Мотыльки

- Сергей Николаевич, к Вам пришла дочь, её можно пропустить? - пролепетала секретарша, смазливо улыбаясь. Терпеливо ожидая, когда молодая секретарша оповестит своего начальника о приходе дочери, Пелагея недоверчиво оглядывала девушку, подмечая свою неприязнь к ней. Натянутая улыбочка и фальшивый милый голосок не внушал никакого доверия, а только напрягал и раздражал. - Дочь? - По голосу отца Пелагеи легко можно было понять, что он сильно удивлен приходом своей дочери. - Пусть зайдет, конечно, - тут же ответил он, сразу отключая телефон. И не дожидаясь, когда секретарша разрешит ей пройти, Поля уверенно направилась к кабинету отца, не желая дальше находиться в обществе этой девушки. Вчера, после встречи с Антоном, она решила всё же попробовать попросить помощи у отца, надеясь, что он ей поможет. Поля почти не верила в его помощь, но нужно было попытаться. Нужно было делать хоть что-то... Остановившись у кабинета, она уже несмело открыла дверь, осторожно проходя в кабинет, прикрывая дверь. В помещении было всё как обычно: всё те же светлые обои, все те же шторы подобранные точно в тон и всё та же обстановка. Но всё это сразу ушло на второй план, стоило ей только столкнуться с глазами с отца. Он, поднявшись из кресла и выйдя из-за стола, с интересом и нескрываемым удивлением рассматривал её, нахмурив густые брови, скрестив руки на груди. Молчание, повисшее в кабинете ужасно напрягало девушку, но отчего-то она не могла вымолвить и слова. Просто какое-то неудобство появилось и ей было тяжело выдерживать этот тяжелый взгляд, направленный в её сторону. - Так и будем молчать? - прервал тяжелую тишину Сергей. - Может, расскажешь где была? Почему не появлялась всё это время? Зачем сейчас пожаловала? - строгий голос отца пугал девушку. Она неторопливо, несмело подошла поближе, нервно сжимая ручку сумки, чувствуя, как внутри всё дрожит от непонятно откуда взявшегося волнения. - Я... - не зная с чего начать, Поля продолжала молчать, пытаясь подобрать слова. - Что "Я", Пелагея?! - недовольно воскликнул Сергей, подходя к ней ближе, прожигая девушку взглядом. - Ты где, я тебя спрашиваю, была всё это время? Почему ты ни разу не объявилась за всё это время? Пообижалась несколько дней и ладно, показала характер, но где тебя носило почти всё лето?! Ты понимаешь, что я места себе не находил?! Благо хотя бы мать не забывала и общалась с ней! - Молча выслушивая все претензии, Пелагея стыдливо опустила глаза в пол, понимая, что поступила действительно не красиво по отношению к отцу. За все это время, ей даже и в голову не могло прийти, что Сергей мог волноваться за неё. Почему-то, девушка была уверенна, что он до сих пор не хочет её видеть и слышать. Понимая всю глупость своего поведения, девушка не смела огрызаться, зная, что сейчас это не пойдет ей на пользу, потому просто выслушивала недовольства отца. - Я думала, ты не захочешь со мной разговаривать, - мямлила девушка, не смея поднять на мужчину взгляда. - Ты тоже, между прочим, не пытался со мной как-то связаться, - упрямо заявила Пелагея, осмелев и подняв на Сергея взгляд. Продолжая смотреть на неё строгим взглядом, Сергей понимал, как она становится на него похожа, не внешне, а своим характером. Упрямая, такая же, как и он. - Почему тебя достались именно эти качества моего характер? - пробурчал мужчина, отходя обратно к столу и садясь за него. - Ты ведешь себя как сложный подросток, - ничего не ответив на это, считая, что лучше ей сейчас промолчать, Пелагея, последовав его примеру, тоже опустилась на рядом стоящий стул. - Где ты сейчас живешь? Когда ты вернешься домой? - уже более спокойно спрашивал мужчина, стараясь не разжигать новую ссору. Ему никогда не хотелось ссориться с Полей, но почему-то по-другому у них не получалось. Если раньше, их отношения были достаточно теплыми, то сейчас, когда девушка повзрослела, всё изменилось. И эти изменения не могли не огорчать. - Домой возвращаться я не собираюсь. - Категорично заявила блондинка, ни сколько не сомневаясь. - Пока что живу у Димы, но, если что, у меня есть и своя квартира. И, пап, я пришла не просто так, мне нужна твоя помощь, - осторожно начала девушка, не желая тянуть, понимая, что рано или поздно им все равно придется поговорить об этом. - Просто так ты бы и не пришла. - Недовольно сказал мужчина, смерив девушку таким же взглядом. - Ладно, выкладывай, куда ты на этот раз попала? - Пелагея очень обрадовалась, поняв, что отец не собирается продолжать разговор насчет их ссоры и не стал уговаривать вернуться её домой. Рассказав, уже, наверное в сотый раз всю историю, не упуская никаких событий, Поля молилась только ради одного, что бы отец её понял и помог. Однако инцидент с Антоном она решила не рассказывать, считая, что это знать отцу не стоит. Лучше просто забыть про этого человека и больше не вспоминать. Закончив свой рассказ, Пелагея уже готовила себя к отказу, ведь прекрасно понимала, как отец относится к Диме и к их любви. Мысленно она умоляла свою нервную систему держаться. Сергей продолжал молчать, как-то странно рассматривая Полю, будто пытаясь найти в ней что-то новое. Его задумчивый вид не давал Поле покоя, она скорее хотела уже услышать его приговор, а это молчание очень сильно играло на нервах. Девушка пообещала себе, что не сдвинется с места, пока не услышит полноценный ответ отца. Потому она упрямо смотрела ему в глаза, не скрывая своего беспокойства и страха. Но, либо Сергей этого не замечал, либо просто издевался над девушкой, продолжая молчать. И только тиканье настенных часов разбавляло эту тишину и одновременно напрягало блондинку. Словно счетчик, они отсчитывали секунды до приговора. - Поля, - вздрогнув от какого-то чересчур спокойного, доброго и заботливого голоса отца, девушка подняла на него растерянный взгляд, ожидая дальнейших слов. - Ты прекрасно знаешь, что я не в восторге ни от твоего Билана, ни от ваших отношений. Я своё мнение не поменял насчет этого парня, либо насчет этих отношений. Может быть, я в дальнейшем и пожалею насчет этого решения, но я не могу допустить, что бы потом ты страдала из-за этого мальчишки. Я не буду тебе помогать. Так будет лучше в первую очередь для тебя, - от этих слов, в районе сердца что-то больно дернулось, заставляя девушку вмиг приложить ладонь к груди, будто бы это как-то поможет. Похоже, последняя надежда, последний шанс только что рухнул прямо перед её носом. И разрушил его один из самых родных ей человек. Хотелось плакать, хотелось кричать, но девушка лишь продолжала сидеть на стуле, опустив веки, с силой царапая кожаные ручки сумки, абсолютно наплевав на вещь. У неё только что рухнул мир. Ей не до этой ерунды. - Ты сейчас только что сделал мне настолько больно, что даже представить себе не можешь. Никто бы не смог причинить мне столько боли в один момент, как это сделал ты. - Тихо говорила девушка, смотря прямо перед собой, не имея желания сейчас даже видеть своего отца. Если снаружи она и была спокойна, то внутри всё бушевало, намеривая вырваться наружу. Но она дала себе обещание не показывать все свои страдания сейчас. Сейчас даже шантаж своего бывшего друга выглядел безобидной шалостью по сравнению с тем, что блондинка испытывает в данный момент. - Ты не делаешь мне лучше. Ты делаешь только хуже. Я надеюсь, когда-нибудь ты поймешь это, - медленно поднимаясь со стула, Поля направилась к большому окну. Чувствуя, как обжигающие слезы не дают ей нормально видеть, она поспешила скрыть их хоть каким-нибудь образом. Придерживаясь за подоконник, девушка смотрела в окно, сглатывая слёзы, рассматривая голубое небо. - Просто скажи, почему ты так ненавидишь Диму? - совсем тихим, охрипшем от слез голосом, спросила она, не смотря на отца. Видеть его сейчас совершенно не хотелось, но узнать она должна была. Вздрогнув, когда почувствовала, как её плеча коснулась теплая мужская ладонь, Пелагея недовольно дернула плечом, будто запрещая трогать себя, но мужчина не послушал её, опустив обе руки на её плечи, чуть сжимая их. - Этот Билан обычный парень, он поиграет с тобой и оставит. Убежит к какой-нибудь очередной маленькой дурочке, а потом также поступит с ней. Он не серьезный и причинит тебе много боли, а я не могу этого допустить. - Его спокойный голос раздражал девушку, хотелось прямо сейчас вылететь наружу и отправиться домой, спрятаться в четырех стенах. - Ты думаешь, что это любовь, но глубоко ошибаешься. Тебе стоит лучше взглянуть на этого человека, и тогда ты поймешь, что я прав во всем. Открой глаза по шире, и ты увидишь, что тебя окружают куда достойнее парни, чем этот Билан. Он тянет тебя вниз, с ним у тебя нет будущего, - Сергей действительно считал, что этим делает своей дочери только лучше. Просто она сейчас этого еще не понимает. Резко развернувшись, напугав этим мужчину, Пелагея долго смотрела ему в глаза, пытаясь в них что-то найти. Но, видимо, так и не отыскав желаемого, девушка невесело усмехнулась и, сбросив его руки со своих плеч, направилась на выход, не желая больше его видеть. Поля даже не спрашивала, про каких других парней он говорил, всё было понятно и так. Задержавшись в дверном проёме, уже открыв дверь, она обернулась и тихо проговорила: - К счастью, я не ошибаюсь, - еле слышно сказала девушка, но Поля была уверенна, отец её услышал. И захлопнув дверь, она поспешила в сторону лифтов, игнорируя косые взгляды офисных зевак.

***

Осматривая уже знакомые серые стены, Поля ожидала, когда к ней приведут Диму. Пусть она и не собиралась сегодня к нему приходить, и они не договаривались об этом, девушка решила всё-таки навестить любимого, чтобы хоть как-то успокоиться. А успокоить её сейчас может только один человек, ради которого она сюда сегодня и пришла. Упросить охранника оставить их полностью наедине труда не составило, стоило только предложить ему достойное вознаграждение, и всё было готово. Когда в помещение вошел Дима, девушка постаралась улыбнуться более правдоподобнее, и, судя по всему, у неё это получилось, и Билан не догадался, что на самом деле у неё творится внутри. Ему и не нужно было это знать, у него и так слишком много проблем, не нужны ему еще и лишние. Дождавшись, когда охранник покинет помещение, Поля быстро подошла к Диме, крепко обнимая его и ласково целуя, прижимаясь к нему всем телом. Он даже опомниться не успел, как почувствовал, её язык в своем рту. Такой порыв он никак не ожидал. Конечно, он, безусловно тоже скучал, но еще никогда блондинка его так не целовала. И ему стоило больших трудов отстраниться от неё, изумленно распахнув глаза, он внимательно рассматривал её лицо, обхватив его ладонями. - Я скучаю по тебе безумно, - прошептала девушка, неотрывно всматриваясь в его карие глаза, находя в них что-то родное и любимое. Завлекая её в новый поцелуй, Билан отошел к столу, присаживаясь на рядом стоящий стул, усаживая блондинку к себе на колени, не переставая целовать и крепко обнимать. Сходя с ума от её рук, которые нежно гладили его по шее, плечам, спине и вновь по плечам, Дима не понимал, что с ней происходит, но ему определенно нравилось это. Такая открытая, ласковая и в то же время страстная Пелагея сносила ему крышу, не давая нормально думать. - Маленькая моя, - тихо шептал он между поцелуями, переходя ими на её шею, вновь чувствуя родной, любимый, с ума сводящий запах. - Девочка любимая, надо остановиться, - ему пришлось придать немало усилий, чтобы остановить эту сладкую пытку и перестать целовать её так откровенно. Уткнувшись ему в шею, она оставляла еле заметные поцелуи, обжигая его кожу горячим дыханием, сама тая от его нежных рук, которые так ласково гладили её спину. От этих нежных прикосновений, по всей спине разбегались мурашки, сводящие девушку с ума. Сейчас она чувствовала себя какой-то безобразно счастливой, но стоило ей вспомнить, что было буквально пару часов назад, вновь становилось как прежде. Но ей не хотелось портить эти драгоценные минуты, потому отбрасывала плохие мысли в сторону, оберегая этот момент, стараясь запомнить его и не упустить ни единого чувства. - Ты не говорила, что придешь. Но я очень рад тебя видеть, - тут же исправился он, оставляя чувственный поцелуй на её шее, крепко прижимая любимую к себе. - Я просто очень соскучилась и решила навестить тебя. Мне нужно было тебя увидеть, - прошептала она, как-то странно улыбаясь. Настороженно сдвинув брови, он с прищуром посмотрел ей в глаза, будто пытаясь понять, что у неё произошло. Но девушка как-то грустно опустила веки, пряча взгляд, укладывая голову на его плечо, вдыхая его запах. - Хороший мой, я люблю тебя, - проговорила она, всё также странно улыбаясь, закусывая уголок губ. - Ты какая-то странная сегодня, - недоумевающе подметил он, недоверчиво нахмурив брови. - С тобой всё хорошо? У тебя ничего не случилось? - никогда прежде девушка не давала себя так откровенно целовать в местах, куда мог кто-нибудь войти. Сейчас же, она сама проявляла инициативу и это его настораживало. А её непонятный взгляд, наполненный грустью, любовью и чем-то еще, лишний раз подтверждали, что с ней что-то не так. - Всё у нас хорошо. Не думай ни о чем. Просто мне нужно было тебя увидеть, говорю же: скучаю по тебе безумно, - прикрыв глаза, ответила она, ласково улыбаясь. Кивнув для самого себя, Дима осторожно выдохнул, будто успокаиваясь этим. - Скоро меня отпустят, и я буду всё своё время проводить с тобой, - проведя пальцем по её щеке, проговорил парень, вызывая у нее мурашки. - Обязательно отпустят, - тихо ответила она, для убедительности кивнув головой. Сейчас не хотелось разговаривать ни о каком следствии, просто хотелось вновь почувствовать эти минутки умиротворения и любви. Неизвестно когда им еще раз придется так обниматься. И придется ли вообще... В последнее время у них обоих все идет совершенно не так как хотелось бы. И им не известно, что ожидать дальше от судьбы. Учитывая, как сейчас развиваются события в их отношениях, в их жизнях, хорошего можно было и не ждать. Хотя, возможно всё. И черная полоса тоже должна когда-нибудь закончиться. А пока у них есть эти короткие минутки наедине, они оба будут наслаждаться этим моментом, стараясь забыть обо всех проблемах и трудностях, которых в их жизни стало как-то через меру много. Его руки крепко обвили её тонкую талию, прижимая к себе, не выпуская ни на минуту, желая чувствовать её присутствия постоянно. Поля же продолжала сидеть на его коленях вполоборота, уронив свою голову на его плечо, прикрыв глаза, спокойно вдыхая запах любимого тела, обвив тонкими ручками шею мужчины. И не нужно было слов, что бы понять друг друга. Просто тишина и тепло любимого человека - этого им было вполне достаточно. Её хрупкое тельце находилось в его руках, трепетно прижимаясь, находя в нем некую опору и защиту. Для него это было самое главное, что он мог бы пожелать в этот момент. А ей нравилось ощущать себя защищенной в его руках, чувствовать его любовь и заботу. А самое главное - знать и чувствовать, что кому-то ты и вправду нужна.

***

Не спеша, идя по Дворцовому мосту, вспоминая недалекое счастливое прошлое, хотя сейчас уже казалось, что прошло больше вечности, Пелагея грустно улыбалась, кутаясь в кофту, спасаясь от прохладного речного ветерка. День был солнечный, но девушке было холодно. На душе холодно. Не было больше того тепла, что она чувствовала здесь, прогуливаясь с Димой ночью на яхте. Всё как-то резко потускнело, и больше не было той весны, которую она пережила совсем недавно. Как-то сразу, пропуская лето, наступила осень, а дальше зима. И если на дворе было еще лето, то душевное состояние девушки нельзя было считать летним или весенним. Осень, поздняя осень - это время года больше подходило. "Здесь всё началось, здесь всё и закончится..." - Печально ухмыльнувшись таким мыслям, она вновь прошлась взглядом по Неве, цепляясь ладонями за перила моста, идя дальше. На душе было совсем тоскливо, от чего хотелось выть и плакать. Но сейчас она не будет этого делать. Смысла в этом нет. Девушка решила, что лучше будет всегда чувствовать эту тоску и душевную боль, чем забудет и вновь доверится кому-то. Пусть это будет неким напоминанием. Напоминанием о предательстве друга, родного человека и несчастной, если её можно так назвать, любви. На середине моста её уже дожидалась машина и, несомненно это был он. Иначе быть не могло. Однако самого мужчины в машине не было, он стоял на мосту, что-то разглядывая вдали. Ей не было интересно, что могло привлечь его внимание, ей ничего не было интересно, что касалось этого человека. Но, к сожалению, другого выхода у неё не было, а помочь любимому она была обязана. Ведь если не поможет, то погубит его жизнь, разрушит его мечты, погубит его карьеру, в самом начале пути. И этого Поля не могла допустить. Сердце начало отбивать какой-то непонятный ей ритм. Казалось, если она совершит то, что собиралась сделать, то тогда всё пойдет прахом. Тогда у неё больше не будет ничего счастливого в жизни. Но зато она поможет любимому. И это было весомым аргументом, чтобы сделать еще один, последний шаг. Но почему-то даже тело сопротивлялось, не давало ей сделать этого. Ноги будто сковало кандалами, а в горле от чего-то пересохло. Девушка смотрела издалека на мужчину и понимала, что никогда его не полюбит, и всегда будет сожалеть об этом поступке, но по-другому она не могла. Может быть, она и будет любима, но не тем человеком, не те руки будут её обнимать, не те губы будут её целовать, не тот голос будет шептать ей ласковые слова. И сама она не сможет любить не того. Но всё же пересилив себя, девушка всё-таки подошла к мужчине, презрительно оглядывая его фигуру. Он делал вид, будто не замечает её, но Поля была уверенна, Антон давно её заметил. Облизав пересохшие губы, сжимая рукава кофты, сложив руки на груди, Поля еще раз подумала, правильно ли она делает. И не найдя другого выхода, произнесла: - Я согласна. - Сначала она даже не узнала свой голос. Был он какой-то неживой, холодный и без эмоциональный. - Только помоги ему, - добавила она. И не дожидаясь его ответа, она была уверенна, что все мужчина услышал, развернувшись, направилась прочь, желая поскорее скрыться у себя дома. Только где теперь её дом? - Выбирай платье, любимая, - остановившись, она недовольно передернула плечами от его противного обращения. Но, не решаясь что-либо возражать, девушка продолжила свой путь. Почему-то после сказанных ею слов, в душе все переменилось. Не было ни боли, ни тоски, ни злости. Пустота. Ужасная, противная пустота. И от этой пустоты было еще хуже, чем от того калейдоскопа эмоций, что она испытывала буквально пару минут назад. Ни единой эмоции, ни единого чувства. Всё будто испарилось, исчезло после её слов. Либо все чувства, испытавшие ранее, скрылись где-то в глубине души, не оставляя за собой ничего, кроме душащей пустоты.