Of Truth and Love

ХёСоб окончательно разругался с Зайоном. Он чувствовал, будто его предали, когда хён основательно решил уйти из Amoeba Culture. Эло, Локо и Грей — они-то вместе, в AOMG. А их пути с Зайон Ти расходятся. Он понимал, что у него нет никакого права злиться, но ему всегда казалось, что они довольно близки. А тут вдруг, ни с того ни с сего, хён попрекает его тем, что он слишком много времени проводит с Club Eskimo. А YG… Краш не был высокого мнения об этой компании. «Для нас ведь всегда была важна независимость, как же так?» вздохнул он, паркуя машину возле дома. Он сделал глубокий вдох-выдох и постарался привести мысли в порядок. Он ведь идет к ЧаХё, а значит, у него ещё остался повод для улыбок и радости. Он взбежал по лестнице на третий этаж и постучал в дверь, но ему не открыли. Когда он постучал во второй раз, и ответа не последовало, он решил отправить ей сообщение, но безрезультатно. Тогда он подергал ручку двери, и она поддалась. Открыто. Что было странно — ЧаХё никогда не оставляла дверь незапертой. Он шагнул внутрь, зовя её по имени, не спеша закрывать за собой дверь. Пройдя в гостиную, он увидел ЧаХё на диване. Она сидела, уткнувшись лицом в подушку, и плакала. Он подбежал к ней, схватив её за плечи и заставив посмотреть на себя. — ЧаХё, что случилось? Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он. Её глаза были красными, и он понял, что она плачет уже давно. — Да, в порядке, — ответила она неуверенно. — Точно? Почему тогда плачешь? ЧаХё убрала его руки. — Просто вспомнила кое-что, — ответила она, обняв колени, избегая смотреть ХёСобу в глаза. — ЧаХё, не стоит плакать из-за этого, — попытался он успокоить её, зная, что она могла вспомнить. — Это все воспоминания. Не бери в голову, — хлюпая носом, проговорила она. ХёСоб бросил на неё взгляд, вздохнув. Она никогда не рассказывала ему о том, что заставляет её плакать. Но он был уверен, что причины две — либо это её брат, либо отец. — Почему ты еще не собрана? На сегодня ведь назначена встреча в суде, помнишь? — спросил он, присев напротив неё. — Почему ты так рано? Слушание назначено на час дня. — Я думал, ты захочешь перекусить, — улыбнулся ХёСоб. ЧаХё вздохнула. — Я приму душ. Я быстро, — сказала она, встав и пройдя в свою комнату. — Ты уже пила кофе? — спросил ХёСоб. — Что? Нет. Зачем? — ЧаХё выглянула из комнаты, уставившись на него. — Ты ведь вчера пила с Дином и ребятами. Разве голова не болит? ЧаХё отвела взгляд. — А… Верно. Я… Давай позже выпьем вместе, — выдавила она улыбку и закрыла за собой дверь. Через пару минут она вышла из комнаты, направившись в ванную. ХёСоб решил прилечь на кровать в её комнате и подождать её там. Кровать была ещё не заправлена, что его удивило, ведь ЧаХё всегда убирала её, как только проснётся. Краш взялся за одеяло и сдернул его с кровати, но то, что он увидел, удивило его. Прямо посередине, на простыни, темнели небольшие пятнышки крови. Он уже было подумал, что это обычные женские штучки, но вдруг в голову пришла другая мысль. Он тут же достал телефон и набрал ЧиХо. — Йоу, как ты? Вы с ЧаХё уже обедаете? — Нет. Она ещё не собралась, когда я приехал. — А. Окей. Почему тогда звонишь? — Потому что тебе нужно приехать и увидеть то, что вижу я. — Что случилось?! С ЧаХё все в порядке? — Я бы так не сказал. — ХёСоб-хён, блять, скажи уже хоть что-то. Что происходит? — Просто приезжай, ладно? С ЧаХё всё нормально. Правда, она плакала, когда я приехал. И, кажется мне, что-то не совсем хорошее случилось этой ночью. ХёСоб отключился и успел привести все в порядок. Когда ЧаХё вышла из ванной, он стоял, прислонившись к столу в её комнате, с телефоном в руках. На девушке был белый свитер и серые штаны, ещё мокрые после душа волосы завернуты в полотенце. — Почему ты здесь? — спросила она. — Искал листок и ручку, записать кое-что. Спасибки, — улыбнулся он, вырвав листок бумаги из блокнота на столе. — Не за что, — ответила она, заглядывая в гардероб. — Ты уверена, что стоит надевать серые штаны? — спросил вдруг ХёСоб. — Да. А что? Они не подходят? — Подходят. Просто я думал… Ну, у тебя ведь эти дни. Да? То есть… Я случайно заметил пятно, — замялся он, кивнув в сторону кровати. — Что?! — удивилась ЧаХё. Она посмотрела на свою кровать — та была заправлена. «Значит, видел» поняла она. — А… Да, но всё в порядке. Не переживай, — соврала она. — Ладно. Подожду тебя на улице, — улыбнулся Краш, выходя из её комнаты. Через пару часов ЧаХё и ХёСоб подъехали к зданию суда, пообедав перед этим в Итэвоне. Пока девушка разговаривала с матерью ЧиХо, трое парней вышли из здания — покурить до начала слушания. — Что думаете? — спросил ХёСоб. — Похоже, что это оно. Меня мутит, — прохрипел ДжиСок. В то время как ЧаХё с ХёСобом обедали, братья наведались к ней в квартиру, чтобы понять, что произошло. ДжиСоку явно не нравилась мысль о том, что их сестричку кто-то отымел, не говоря уже о том, что они не знают, кто этот парень. И, хотя ему и не нравилась вся эта ситуация, он пытался размышлять логично. Сегодня неподходящий день, чтобы заводить разговор с ЧаХё на эту тему. — У неё есть парень? Кто-то, кого мы не знаем? — спросил ХёСоб. — Невозможно. Если бы и был, то я или ЧиХо точно знали бы о нём, — сказал ДжиСок. — Да и если был бы кто-то, она бы наверняка нам рассказала, — нахмурился ХёСоб, — До сих пор не верится. — Еще у неё в коробке мы нашли таблетки для экстренной контрацепции, — сказал ДжиСок. — Они-то ей зачем? — удивился ХёСоб. — А ещё гору презиков, — подал голос ЧиХо. — Чем дальше, тем хуже, — нахмурился ХёСоб. — С кем она была этой ночью? Вы точно не знаете? — уставился на них ДжиСок. ХёСоб лишь вздохнул, покачав головой. ЧиХо повторил за хёном, сунув руки в карманы. — Давайте зайдем. Слушание вот-вот начнется, — сказал он, направляясь к двери. ДжиСок и ХёСоб сделали по последней затяжке, затушив окурки и последовав за ним. Назначенное для слушания помещение было самым маленьким во всем здании суда, так как никаких громких дел не рассматривалось. На сегодня было назначено слушание о праве опеки над ДэДжуном. Прокурор сидел за столом по центру, а по левую и правую стороны от него — адвокаты ЧаХё и службы опеки. Мать ЧиХо сидела рядом с ЧаХё, держа девушку за руку. Свидетели по делу об опеке сидели за столом напротив них. ЧаХё не хватало смелости посмотреть на них. Хотя они и были родственниками, сестра её отца всем видом давала понять, что не желает иметь с ней ничего общего. ДжиСок сел по другую сторону от ЧаХё, а ЧиХо с ХёСобом — возле двери. Старший видел, как неловко чувствовал себя ЧиХо с того самого момента, как они с братом приехали в суд. — Ты знаешь, кто он? — спросил ХёСоб. — Что? — не понял ЧиХо. — Ты знаешь, кто парень ЧаХё? Это Дин? Зико посмотрел на него, тяжело вздохнув. — Я знаю, что они не вместе, но… — Но были вместе прошлой ночью, — подытожил ХёСоб, сжав руки в кулаки. — Не проболтайся хёну. Если он узнает, что это Дин, или кто-то из наших, нам всем кронты, — прошептал ЧиХо, а в это время прокурор встал, привлекая внимание собравшихся.