Of Truth and Love

— Мы не знали, что он слышал нас, ЧаХё, — сказала КиЁн под конец репетиции, когда все уже расходились по домам. — Все нормально, онни. Не переживай, — улыбнулась ЧаХё. — Он кричал? Ругал вас? — спросила ЮнЧжи. — Не знаю даже… Он, скорее, выглядел так, будто его всё достало, а теперь ему придется еще тщательнее присматривать за Дином. — Тогда, разве это не значит, что он на вашей стороне? Что он не хочет, чтобы Дин обидел тебя? — сказала КиЁн. — Да, сколько себя помню, Дин постоянно со всеми флиртовал, — сказала ЮнЧжи. — Да, так и было. Но это было до меня, — улыбнулась ЧаХё. КиЁн и ЮнЧжи заворковали, — Но если Джеффри в самом деле думает в таком ключе, то я вдвойне довольна, — сказала ЧаХё, складывая вещи в сумку. — Тогда о чем ты так беспокоишься? — спросила ЮнЧжи. — Да ни о чем… Просто… Переживаю, как бы его отношения с Дином не испортились. — Я уверена, Джеффри может позлиться и перестанет, — сказала КиЁн, — Ладно, мне пора. Увидимся завтра, — добавила она, закинув сумку на плечо. — И мне. Дин отвезет тебя домой? — спросила ЮнЧжи. — Нет, он не в студии. Пошел встретиться с друзьями. — Окей. Будь осторожна. До завтра, — сказала ЮнЧжи, послав ей воздушный поцелуй. На самом деле, ЧаХё совсем не беспокоили отношения Джеффри и Дина. Она знала, что с ними будет все в порядке, ведь они были близки, словно братья. То, что её удивило и заставило волноваться, это фраза, брошенная менеджером. Прозвучало так, будто он знает её. Но как такое возможно? Они никогда не общались и не были близки, поэтому ЧаХё не могла рассказать ему о себе. Дина этот факт также взволновал. Менеджменту уже сообщили об их отношениях, но они всё равно старались не высовываться — переживали о том, как отреагирует Джеффри. А ещё число фанатов Дина удвоилось за последнюю неделю. ЧаХё вышла из здания и встретилась с Эндапом, Young Jay и Консолем возле магазинчика на углу. Они давно были знакомы, но в последнее время встречались редко. Парни предложили проводить её до дома. ~ Дин поехал прямо к ЧаХё после встречи с друзьями. Он напевал мотивчик новой песни. Припарковавшись у её дома, он вышел из машины и пошел ко входу в дом. В подъезде у одной из стен стояли почтовые ячейки с номерами квартир, и Дин заметил стопку конвертов в ячейке 23 — номер квартиры ЧаХё. Он решил, что ДэДжуна еще нет дома, раз он их не забрал, и вытащил конверты. Постучав в дверь, он стал ждать, пока ему откроют. Взгляд задержался на конвертах, и Дин вдруг понял, что на письмах нет имени отправителя и обратного адреса. Может, у ЧаХё появился дружок? Вполне возможно, она ведь красавица. Возможно, кто-то из её университета. «Да нет, невозможно. Она моя» подумал Дин. Подождав ещё пару минут, Дин достал ключ — ЧаХё дала ему запасной. Но как только он собрался провернуть его, дверь открылась, за ней стоял ДэДжун. — ДэДжун-а, — удивился Дин. — М? Ты чего здесь? — потирая глаза, сонно спросил парнишка. — Я думал, ты еще не дома. Просто решил заглянуть. — Мы не пошли на репетицию. Завтра в школе экзамен. — А Hyukoh разве не заняты? — Да, репетируют, готовятся к шоу. Дописывают песни. Они собираются скоро выпускать альбом, — сказал парнишка, пропуская Дина в квартиру, — Хочешь чего-нибудь? — Нет, просто подожду ЧаХё, — сказал Дин, усевшись на диван. — Окей. Я пойду еще учебник почитаю. Оставлю дверь открытой, — сказал ДэДжун. — Ты уже сварил рис? — спросил Дин, зная, что ЧаХё всегда готовит ужин по приходу домой. — Да. — Хочешь, перекусим чего-нибудь? Я могу заказать доставку. — Нет уж, благодарочка. Ещё один день за поеданием суши и я не смогу смотреть на них до конца жизни. Мы уже три дня их едим, хён. Сколько можно? — Что?! Суши — самая крутая вещь в мире! — улыбнулся Дин, — Кстати, ДэДжун-а… Я тут заметил письма в вашей ячейке. Они для ЧаХё? — Письма? От кого, — ДэДжун выглянул из комнаты. — Я поэтому тебя и спросил, потому что на них ничего не написано — ни имени, ни адреса, — сказал Дин, протянув ему конверты. ДэДжун замер, увидев белые листки, и обнял себя за плечи. — Ты не должен был их увидеть, тем более брать в руки. Нуна разозлится. — Я не читал их. Куда мне их положить? — Она хранит их в коробке под телевизором. Положи их туда, — сказал ДэДжун, вернувшись в комнату. Дин присел перед шкафчиком и открыл дверцу. Его взгляд тут же упал на коробку, ту же, которую он видел, когда Хани Джей приходила к ЧаХё. Он собирался положить письма туда, но коробка и так уже была полна такими же, нераспечатанными, письмами. «Почему она их не читает?» вытащив из стопки еще два конверта, подумал Дин. На них, как и на тех, которые он принес, не было адреса. Он положил их на место и заметил еще один, другой конверт голубого цвета. Он был толстый, сантиметров 5 в ширину. Дин достал его и, рассмотрев, повернул к свету. Сквозь тонкую бумагу проступило изображение купюры в 50 000 вон. «Деньги?!» чуть не вырвалось вслух у Дина «Откуда у неё…» — Какого гребаного хрена ты творишь, Квон Хёк?! Дин замер, поднялся на ноги и увидел ЧаХё, она гневно смотрела на него. Он прогнал свои сомнения и посмотрел так же на неё. — Что ты делаешь?! — взвилась ЧаХё, увидев у него в руках голубой конверт. — Что это?! — спросил Дин. — Тут я задаю вопросы, а не ты. Зачем ты полез в мои вещи?! — спросила она, повысив голос. — Говори, что это, ЧаХё. Откуда у тебя столько денег?! — также повысив голос, спросил Дин. — Не твоё дело! Отдай! — подойдя, крикнула она. — Это такое же моё дело, как и твоё. Где ты их взяла? Ты столько не зарабатываешь, ЧаХё. Отвечай! — прокричал он. — Эмм… Хён… Нуна… — войдя в комнату, ДэДжун попытался взять ЧаХё за руку. — Не лезь, ДэДжун, иди в свою комнату, — сказала ЧаХё. Мальчишка лишь отошел в сторону и наблюдал за тем, как Дин с ЧаХё продолжают испепелять друг друга взглядом. Дин бросил конверт на стол. — Откуда ты их берешь? — Отвали, уходи! — Твою мать, Чжин ЧаХё! Я просто хочу знать. — Я ничем незаконным не занимаюсь, если ты об этом. — Тогда откуда они? Ты нашла себе папика, который за тобой присматривает? — Что за… КАК У ТЕБЯ ЯЗЫК ПОВОРАЧИВАЕТСЯ ГОВОРИТЬ ТАКОЕ? — ПОТОМУ ЧТО ТЫ НЕ РАССКАЗЫВАЕШЬ МНЕ ВСЕГО! — ТЕБЕ НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО ЭТО ЗНАТЬ! — Вот значит за какие деньги ты купила ДэДжуну гитару? За эти деньги ты забиваешь холодильник? За квартиру тоже из них платишь?! — Закрой рот, Дин!!! — Скажи мне! — Тебе не нужно знать! — Ты обещала, что между нами больше не будет секретов! Говори, откуда у тебя эти деньги! — Не скажу! Какая тебе разница! Уходи! Но Дин подошел ещё ближе и схватил ЧаХё за руки. — Скажи мне, Чжин ЧаХё! — прокричал он, но она тоже закричала. ДэДжун увидел, как его сестра начала отпихивать от себя Дина. Он подбежал к ней и взял её за руки. Он услышал, как надломился её голос и посмотрел на Дина выразительным взглядом. Тот отпустил её, ЧаХё начала плакать. — Хватит, хён, — сказал ДэДжун, обнял сестру и попытался успокоить её. Дин посмотрел на неё и увидел, что она трясется и дышит с трудом. Он снова напартачил, пытаясь контролировать её, тем самым вызвав истерику. ДэДжун пытался удержать ЧаХё в объятиях, пока она рыдала и извивалась в его руках. Дин был зол. Он глубоко вздохнул, отошел в сторону и пошел в сторону выхода. ~ Он завел машину и поехал в Velvet Studio, где собирались Fanxychild. К счастью, сегодня там были лишь Зико и Краш. Они слушали что-то на компьютере, поэтому лишь подняли руку в знак приветствия, когда вошел Дин. — В этой части лучше звучит с синтезатором, — сказал Краш, указав на монитор. — Нужно поговорить, — сказал Дин, встав возле дивана. — Валяй, — ответил Краш, все еще не отрываясь от компьютера. — Я хочу использовать его в середине. Так бит будет более подвижный, — сказал Зико, встав, все еще указывая в монитор. — Это срочно! — сказал Дин, но парни всё равно не обратили на него внимание. — Ну так говори, — сказал Краш, — Нет, мне всё же так нравится больше, — добавил он, стуча по драм-машине. Дин закатил глаза. — С кем общается ЧаХё кроме меня?! У неё есть поклонники, о которых я не знаю? Блять, послушайте же меня! — заорал он, раздражаясь. Двое тут же подняли головы, уставившись на него. — Ты что, недалекий? Конечно у неё есть поклонники, кроме тебя, — сказал Зико. — Хёк. Одноклассники ЧжиЁ. Гирибой, — добавил Краш. — Она немного нравится ПиО. ЧунУ-хёну, Симсу, Тэйкуану, — пересчитал Зико. — Кто ей пишет?! — спросил Дин. Зико с Крашем переглянулись, и снова уставились на Дина. — Пишет? Типа… письма? Люди все еще их пишут? — спросил Краш. — О чем ты? — спросил Зико. — Я не шучу, — упрямо сказал Дин. — Да мы, как бы, тоже. Я тебя не понимаю. Я не знаю ни о каких письмах, — сказал Зико. — Я тоже, — Краш встал, скрестив руки на груди. — Зато я знаю. Я их видел. И их у неё много! — сказал Дин. — От кого они? — просил Зико. — Это я и пытаюсь выяснить. Они не подписаны. — У неё появился сталкер? — спросил Краш, глянув на Зико, но тот лишь пожал плечами. — То есть… Вы тоже об этом ничего не знаете? — спросил Дин. — Нет, я даже до конца не врубаю, о чем ты говоришь. Но я уверен, что у неё никого кроме тебя нет, — сказал Зико. — Тогда скажи мне, откуда у неё пачка бабла в конверте? — спросил Дин. — Пачка… чего?! — удивился Краш. — У неё в шкафчике под телевизором коробка, в ней письма. Хани Джей-нуна тоже их видела. Я заехал к ЧаХё и увидел письма в их ячейке, забрал их, а в коробке уже тонна таких же. Ещё там есть другой конверт, набитый деньгами, — объяснил Дин. — Эээ… Так, стоп, стоп. Такого не может быть. У ЧаХё не может быть так много денег, — сказал Краш. — Я знаю. Она столько не зарабатывает. И накопить тоже не могла, они ведь теперь живут вместе с ДэДжуном, — сказал Дин. — И она совсем недавно просила маму одолжить немного денег, потому что фонд еще не перевел деньги ДэДжуна, — сказал Зико. — Думаете она… занимается чем-то нелегальным? — спросил Дин. — Чего?! Квон Хён, ты что, башкой двинулся? Ты вообще-то говоришь о моей сестре! — рявкнул Зико. — Тогда скажи мне, откуда она их берёт?! У неё есть папик? — заорал Дин. — Какого хера, Дин?! ЧаХё никогда на это не пойдет! Последнее, что она сделает — позволит какому-то старому хрычу до себя дотронуться, — сказал Краш. — Тогда как вы это объясните? — прокричал Дин. — А ты сам у неё спрашивал? — посмотрел на него Зико. — Спрашивал. Она не хочет об этом говорить. Сказала, что это не моё дело. Краш и Зико снова переглянулись, в этот раз дольше. Краш, наконец, вздохнул, поднял руки, отмахиваясь, и плюхнулся на диван. Зико скрестил руки на груди и прислонился к столу. — Ну и?! — спросил Дин. — Не принуждай её, Дин. Она не расскажет, — сказал Зико. — Но вы же знаете! Скажите мне, — попросил младший. — Не могу. Я и сам не в курсе, — вздохнул Зико.