"Заклинание"

      Мой взгляд блуждал по цветущей поляне. Голубое небо резко контрастировало с зеленой травой. Теплый ветер трепал мои волосы. Красиво. Спокойно.        Но я ещё помню, что вместо буйной растительности здесь был замок. Величественный магический замок. Хогвартс. Школа, в которой я когда-то училась. А там, чуть дальше, где сейчас красуется реденький лесок, раньше был пугающий до дрожи Запретный лес. Сейчас на его месте деревья только начинают расти. А вместо Черного озера — безжизненная пустошь.        За эти годы неизменным осталось только вот это место. Я лично накладывала сюда щиты и обновляю их каждые десять лет. Могила Северуса Тобиаса Снейпа. Могила моего соулмейта.       Сколько уже минуло с того дня? Со дня, когда я потеряла смысл жизни? Кажется, пять сотен и ещё сорок лет. Да, именно столько.  Я единственная, кто смог столько прожить с разорванной партнерской лентой. Я искала свою смерть, всегда. Но каждый раз ЕГО «заклинание» заставляет меня бороться.        «Выживи».        Зачем? Зачем он это сделал? Зачем было мучить меня столько лет? Каждые десять лет я прихожу сюда, чтобы обновить чары, чтобы рассказать, чем живу. Чтобы поплакать. Приходя сюда, я отпускаю себя.        Мне уже 557 лет. Все эти годы без него я сражалась.       Через пять лет после победы над Волан-де-Мортом началась война с маглами. Это было ужасно. Люди, словно звери, рвали друг друга на части. Ядерный удар на Хогвартс мы удержали ценой гибели Запретного леса и Черного озера. Они лишь недавно начали восстанавливаться. Хогвартс выстоял. Пока что…        Мы воевали пятнадцать лет, пока не поняли, что это бесполезно. Магию не уничтожить, а магглы будут появляться всегда.        Мы получили передышку в семь лет, а после случился прорыв Хаоса. Монстры, которых не брала ни магия, ни маггловское оружие, бесчинствовали в нашем мире год. Разрыв удалось закрыть, и монстры исчезли, но заплатили мы дорого. Пять тысяч человек были принесены в жертву ДОБРОВОЛЬНО, чтоб закрыть портал. А сколько погибло до этого?        Люди объединились. Два века мы приходили в себя. Разруха и голод только способствовали налаживанию отношений. Мы смогли восстановить наш мир до уровня средневековья.        А потом случилась новая война. Война, что стерла с лица земли Хогвартс…       В наш мир пришли демоны. Инкубы, Суккубы, Ифриты, Вампиры, Фурии, а с ними Высшие Драконы и Наги. Это был геноцид. Они неимоверно сильны. Противопоставить им нам было нечего.       Магов осталось мало. Те, кто выжил, стали рабами или наемниками. Я — наемник. Теперь у меня другое имя — Хистория Певерелл. Мне предлагали замок и земли. Все-таки дитя Смерти имеет некоторые привилегии. Но я отказалась. Я ищу свою гибель - как только умер Северус, это стало моим смыслом существования.        Наш мир изменился, стал более диким и опасным. И, как ни странно, но магии стало больше, чем когда-либо. От нее даже воздух искрит.

***

      Я сидела, откинувшись спиной на надгробие, погрузившись в свои мысли. Поэтому пропустила атаку.       Черный плащ с глубоким капюшоном из дорогого бархата укрывал своего владельца полностью. Даже носки сапог видно не было. По огромной скорости и характерному жасминовому аромату определить расу нападающего не составило труда. Вампир. А вот уклониться от атаки было трудно. Только столетия практики таких сражений дали мне несколько минут борьбы.        Но куда уж мне против вампира. Это единственная раса, которой я уступаю в силе. Однако они тоже порождения Бледной Госпожи, поэтому ни разу не нападали на меня. Но, видимо, мое везение закончилось.       Он схватил меня за горло и прижал к надгробию… Я ждала смерти с нетерпением. Это был враг, который с легкостью переломит мне хребет, и наконец освободит от боли.       С минуту мы так и стояли. Я, оторванная от земли, висела на его руке, спиной упираясь в надгробие. А он вглядывался в мое лицо. И это было нечестно — его-то плащ скрывает полностью!        И тут я поняла, что не чувствую боли. От слова АБСОЛЮТНО. Все эти пять сотен лет мою руку жгло пламенем от разорванной ленты. А сейчас НИЧЕГО.        Я приблизила свою левую руку к лицу. Вампир внимательно проследил за моим жестом… И тут лента снова ожила, как когда-то давно, и связала наши руки. Боль ушла полностью, как и желание пойти повеситься.        Вампир аккуратно поставил меня на землю, пока я в полнейшем шоке разбиралась в своих ощущениях.  Пощупав, подергав и покрутив ленту, я с немым вопросом уставилась в темень капюшона. Хоть лица кровососа было и не видно, но я была уверена, что он усмехнулся!       Он медленно, держа руки на виду, расстегнул плащ и снял капюшон. Белоснежная рубашка и черные брюки выгодно обтягивали великолепное тело вампира. Сапоги из кожи василиска были хорошо начищены. (Как будто мы не в чистом поле, а, на приеме каком-то, честное слово!)        Черные волосы, заплетенные в косу, спускались до бедра, а несколько прядок, выбившись из прически, спадали на лицо. Такое знакомое лицо. Лицо, на котором тонкие губы растянуты в ухмылке, а пронзительный взгляд черных глаз внимательно следит за сменой моих эмоций. Это лицо, что снилось мне в кошмарах, лицо, что хотелось целовать, лицо, что было так дорого, могло принадлежать только одному человеку! -«Северус?»