"Заклинание"

      Я привык к косым взглядам, обращённым на меня. Привык к тому, что мои родители презирают меня, а сверстники избегают. Для них я ненормален. Ведь у вампиров нет партнеров, они не хранят верность супругу. Мы на редкость эгоистичны и похотливы. Для нас значение имеет только сила. И качество крови жертвы.       А я другой. У меня есть соулмейт.       Мое левое запястье обвивает тату партнерства. Говорят, такими наделены маги из мира «Мидгард». И, когда они встречают партнера, тату «оживает» и соединяет их красной лентой. Почему такая появилась у меня — чистокровного вампира и будущего главы клана? Без понятия. Но как только стану Лордом мне откроется книга Рода — там есть ответ.       Ах, да. Забыл представиться - Северус Гидеон Принц. Наследник самого большого клана вампиров в Хельхейме.       Кстати, о Мидгарде. Туда собирают армию демонов. Люди слишком много воевали, и теперь ткань мироздания разорвана. Через разрывы утекает магия, благодаря которой мы живем. Однако это лишь одна из проблем, другая в том, что из Хаоса приходят ТВАРИ. Их крайне трудно убить. Один из разрывов как раз в Мидгарде. Если люди выживут — станут нашими рабами.       Я тоже пойду воевать с людьми. Ведь где-то там мой партнер. Если мне посчастливится, то к моему сотому дню рождения (совершеннолетие у вампиров) я его найду.

***

      Мы пошли в атаку на Мидгард неделю назад. Как же тут трудно дышать! Магии почти не осталось, придушил бы этих идиотов! Как можно было довести свои мир до такого?!       Люди слабы. Даже противно сражаться с ними. Война больше похожа на геноцид. Но старейшины приказали уничтожить 80% населения. А мы что? Мы ничего. Просто выполняем приказ.       Мать Магия, сохрани жизнь моему партнеру!

***

      Я знаю, кто это. Я знаю, кем является мой партнер! Сегодня, в свое совершеннолетие, я получил ответы на свои вопросы. Гарри Поттер… Я вспомнил её. И свою прошлую жизнь тоже…       Черт! Первые пару минут хотелось удавиться! Я третировал своего партнера шесть лет! А потом, будто этого было мало, воспользовался магией смерти и заставил её ЖИТЬ с дырой в душе! Последняя воля умирающего должна была заставлять Гарри бороться с желанием последовать за мной в загробный мир. Кошмар!       Хотелось броситься на её поиски, и только боевые действия остудили мой пыл. Найду, но после принятия титула Лорда. Иначе я не смогу защитить свою девочку.

***

      Получив титул Лорда Принца, я смог открыть книгу Рода. Там и нашел ответ, почему я переродился в вампира.       Оказывается, в далекие времена один из наследников Принцев решил порезвиться в Мидгарде. Долго гулял и веселился, но в один прекрасный день умудрился влюбиться. Женился и основал свой Род здесь. Но… Как и все вампиры, он быстро охладел к супруге и вернулся в Хельхейм, оставив жену и сына в Митгарде. Но кровь — не вода. Поэтому, умирая, я, как последний представитель Принцев, был притянут в Хельхейм. И прошел перерождение. Весело, ничего не скажешь. А Гарри все эти годы с ума сходила от тоски и желания убиться!       Её я так и не нашёл. С битвы с Волан-де-Мортом прошло уже пятьсот сорок лет. Хогвартс уничтожен демонами. Но все равно хочу проверить те места — может, найду зацепку.

***

      Нда… Странные ощущения… Раньше тут был Хогвартс, а теперь — цветущее поле. Там, где был величественный и опасный Запретный лес, только начинают расти деревья. А в место Черного озера пустошь… Как-то горько на душе стало. В прошлой жизни это место было мне ДОМОМ.       Яркое голубое небо и насыщенного зеленого цвета трава выглядят красиво. Потоки магии очищают воздух. Так… А вон там какой-то магический щит. Интересно. Подобравшись поближе понял, что щит (скорее купол) укрывает чью-то могилу.       Прислонившись спиной к надгробию, сидит молодая девушка. Трудно определить возраст из-за седых волос, длинной доходящих девушке по пояс. Одета в форму из кожи василиска. Длинный красный плащ, обтягивающие красные брюки с кучей креплений для оружия, черные сапоги по колено и черная хлопковая рубашка. Рядом с ней лежит меч и пистолет. Значит, наемник. Выжившие в войне с демонами маги стали рабами или наемниками. От неё несет магией смерти. Бред… Она не может нести в себе кровь Бледной Госпожи. Надо её проверить.       Девушка ушла глубоко в себя, поэтому пропустила мою атаку. Без оружия её хватило на пару минут! Похвально! Никто не может сопротивляться вампиру: мы — вершина «пищевой пирамиды».       Хватаю её за горло и прижимаю к надгробию. Девушка перестает сопротивляться, будто хочет, чтоб её убили. Её волосы развеваются на ветру, отливая серебром, и открывают её лицо. На меня смотрят без единой эмоции, будто их выключили, холодные, мертвые глаза. Вглядываюсь в лицо и застываю. У девушки глаза цвета авады и шрам на лбу в виде молнии. Гарри… Мерлин, что с тобой произошло? Девочка моя, прости…       Опускаю взгляд на могилу и читаю:

«Северус Тобиас Снейп 09. 01. 1960 — 02. 05. 1998 гг.»

      Тут Гарри дергается и поднимает свою левую руку, на которой плетью висит оборванная лента НАШЕГО партнерства. Секунда, и моя тату оживает и соединяется с лентой на руке моей малышки.       Я аккуратно ставлю её на землю. Она сползает на землю и приваливается к могиле. Теперь я смотрю на неё сверху вниз.       Подумать только, я все это время держал её над землей за горло! Идиот!       Гарри изумленно смотрит на руку, а потом начинает дергать и тянуть ленту, будто боится, что она снова исчезнет. Хмурит свои брови, надувает губы и смотрит на меня. Как маленький ребенок, ей Мерлин. Я усмехаюсь от такого контраста: холодные, ничего не выражающие глаза и такая живая мимика лица!       Медленно, чтоб не напугать, расстегиваю плащ и снимаю капюшон. Она пристально осматривает меня. И почему-то начинает с ног.       Когда смотрит на мои сапоги — поднимает бровь (да, я специальными чарами поддерживаю их в идеальной чистоте: что поделать, статус обязывает). Её восхищает мое телосложение — это понятно по улыбке, тронувшей её губы. А когда начинает разглядывать мое лицо, её глаза, наконец, обретают жизнь. Они перестают быть такими холодными, а во взгляде читается изумление и надежда. Она шепотом, будто боясь спугнуть видение, спрашивает: — Северус?