Тридцать ответных роз

— Никогда не думал, что ты способен устроить такое шоу, да ещё и на глазах у половины сотрудников.       Этот голос, наполненный весёлой непосредственностью, Дереку хотелось бы услышать примерно... никогда. Но судьба, настолько же любила шутить над ним, как и появившийся в директорском кабинете секундой ранее Питер Хейл.       Обернувшегося альфу выдали глаза. Питер тут же поднял руки в примирительном жесте, заторопившись вымолить у племянника прощение. — Шучу, шучу. Уже можешь прятать свои клыки обратно.       Дерек шутку не оценил. Подхватив со стола ключи, он холодно бросил, вставая: — Раз твой отпуск подошёл к концу, то я пошёл.       Питер даже не думал препираться. Тактично пропустив племянника к двери, старший альфа бросил как бы невзначай: — А милого мальчика, с которым ты любезничал у дверей, случайно зовут не Стайлз?       Желание уходить у Дерека моментально испарилось. Заданный как бы между прочим вопрос вызвал в альфе реакцию похлеще, чем попавший в воду натрий. Схватив дядю за грудки, Дерек прорычал, забываясь от нахлынувшей на него злобы: — Он и с тобой?..       Вопрос, слетевший с языка, весьма красноречиво обличил перед ухмыльнувшимся Питером всю полноту всколыхнувшегося в груди негодования. Другого признания и не требовалось.       Загоревшись огнём маниакального рвения, желая узнать всё, пусть даже это знание порвёт его на малюсенькие кусочки, младший из Хейлов по-звериному одичало зарычал.       На Питера сольный концерт не произвёл ровным счётом никакого эффекта. Словно не услышав предыдущий вопрос, альфа протянул слегка помятый цветок племяннику. — Ты, кажется, забыл забрать своё сокровище.       Как бы Дерек не противился этому, но краска всё же умудрилась украсить собой его колючие из-за двухдневной щетины щёки. Цветок был бережно выхвачен из чужих лап. — Откуда... — начал было вновь закипать альфа, но был наглым образом перебит. Чужим смехом. — У нас с ним есть, — хищная улыбка, — общие знакомые. И это не альфы, — добавил Питер, видя, как глаза племянника вновь наливаются красным. — Не знал, что ты так близко общаешься со шлюхами, — зло выплюнул Дерек, вздёргивая подбородок и поджимая губы.       Питера подобный жест племянника даже умилил. И не сосчитать сколько раз он уже видел этот взгляд испуганного ребёнка, прячущего свою слабость за громкими словами и нахмуренной миной грозного альфы. — Если бы все шлюхи были столь невинны, как этот омежка, то я бы уже давно забыл, что между моих ног находится что-то ценное.       Лицо Дерека не изменилось на ни йоту. Режим «ты-не-проведёшь-мои-брови» использовался сейчас альфой на двести процентов. Питер только хмыкнул, ничего другого от своего племянника и не ожидая. Пришло время пощеголять козырями. Благо верные люди, что исправно приносили на своих хвостах каждодневные отчёты, держали Питера в курсе всех дел компании. Отчёты эти были весьма обширны: начиная от проделанной работы и количества выпитых Дереком чашек кофе в перерывах между совещаниями, заканчивая, конечно же, утренними видеофайлами о маленьком настырном омеге, что каждый день топчется у дверей компании. — Сегодня утром на твою почту я прислал весьма интересный файл. Посмотри его напоследок, а я пока пойду, порадую своих рабов вестью о возвращении их господина.

***

      С открытой на мониторе компьютера фотографии на него смотрели смеющиеся глаза медового оттенка, а Дерек не знал куда ему деться от раздирающей его на части вины. Что он там говорил про «нельзя чувствовать себя ещё большим уродом»? Как оказалось вполне можно.       Перед ним, разглашая в данный момент все секреты хозяина, было открыто настоящее досье. Листая документы и иногда силой загоняя в лёгкие кислород, застревающий в горле из-за волнения, альфа буквально путешествовал взглядом по линии чужой жизни.       Ответ на вопрос «когда Питер прознал о Стайлзе?» оставался для Дерека такой же загадкой, как и то, как его въедливый дядюшка умудрился накопать столько информации об омеге. Наличие достоверных сведений о том, какого цвета горшок был у Стайлза в детстве, — фотографии оного, конечно же, были прикреплены рядышком, — заставило Дерека перевести настороженный взгляд на дверь. Титул «просто жуткий тип» в миг переименовался в «по-настоящему пугающий засранец» и был по праву присуждён отсутствующему в кабинете Питеру Хейлу.       Кликая на следующий документ, альфа даже прикрыл глаза от волнения. Дерек ожидал увидеть что угодно, даже то, что подтвердило бы его правоту по поводу ветрености Стайлза, но открывшийся файл смог его не на шутку удивить и даже привести в настоящее замешательство. Пункт «личная жизнь» в досье был девственно чист, и только на полях не тронутой фактами страницы сиротливо ютилась специфическая приписка, сделанная почерком Питера: «И кого это, интересно, Стайлз ждал всю свою омежью жизнь?».       Дерек, замерев перед монитором, перестал дышать. Вопрос так и застрял в голове, отказываясь покидать те немногие извилины мозга, что всё ещё пытались нормально функционировать. Взгляд невольно метнулся к пострадавшей от неласкового обращения розе. Цветок, укоряюще повернув в его сторону розовый бутон, молчал, но и этого альфе было достаточно, чтобы перед глазами в миг появились двадцать девять его предшественников...       Схватившись рукой за голову и приведя в ещё больший беспорядок уже взлохмаченные волосы, Дерек стиснул зубы. Не нужно было иметь и трети мозга, чтобы понять насколько же сильно он облажался. Но хуже всего было то, что именно Питер — чтоб у него не встал больше никогда, — Хейл открыл ему глаза на совершённую ошибку.       Уже на третий день настойчивость парня должна была бы навести Дерека на определённые мысли. Обязана была, но, увы, не навела. Альфий мозг, ещё в подростковый период повреждённый очешуенностью своего хозяина и тем, что каждый встречный-поперечный стремился оказаться в центре его внимания, попросту сплоховал. Постоянно отдирая от себя пару десятков людей, свихнувшихся на сексе, деньгах и его внешности, Дерек потихоньку стал терять «зрение». А через пару лет и вовсе перестал верить, что кто-то в этом мире способен по отношению к нему на что-то большее, чем заискивания и приторный флирт. — Это моя любимая, — услышал Дерек голос за своей спиной.       Открывшаяся минутами ранее информация настолько поразила альфу, что неожиданное появление вездесущего Питера не заставило его даже дёрнуться.       Не потрудившись закрыть на мониторе окно с фотографией, Дерек поднялся со своего места. Обернувшись только у самого выхода, альфа отстранёно бросил: — Раз уже ты вновь здесь, с радостью передаю тебе твои же собственные обязанности.       Торжествующая на чужих губах улыбка показалась вдруг весомым аргументов в дилемме: убить нельзя помиловать. Задушив в себе желание немедленно оскопить взбалмошного родственничка, Дерек торопливо покинул кабинет.

***

      Домашний адрес Стайлза мигающей неоновой вывеской освещал сознание и этим светом окончательно лишал альфу здравомыслия. Видимо, поэтому Дереку и не было стыдно за то, что он решил беспардонно воспользоваться предоставленной Питером информацией.       В ближайшем же цветочном магазине, расположение которого альфе пришлось искать в навигаторе, были куплены тридцать разноцветных роз. Подъезжая к улице, указанной в документах омеги, Дерек всё чаще с замиранием сердца стал поглядывать на вальяжно развалившийся на соседнем сиденье букет. Как-то некстати вспомнилась собственная косноязычность. От пляски мыслей, начинающихся со слов «а что будет, если», закружилась голова. Спящая ещё минуту назад, неуверенность бодро расправила в груди Дерека свои крылья. Вцепившись в руль, альфа впервые в жизни поддался бы собственной панике, если бы не появившаяся на горизонте знакомая фигура.       Не заметить омегу было просто невозможно. Тот, поглядывая куда-то за своё плечо, вяло переставлял ноги, а в следующую секунду чуть было не свалился на ровном месте, запутавшись в собственных конечностях. Впервые, смотря на это скопище недоразумений и неловкости, Дерек понял, что не может подавить наползающую на губы улыбку. Более того, не хочет делать это.       Восстановив равновесие, Стайлз уже собирался сделать следующий шаг, когда взгляд его столкнулся со взглядом альфы, следящим за ним сквозь лобовое стекло. Второй раз за сегодня Дереку «посчастливилось» наблюдать, как омега за секунду покрылся ледяной коркой недружелюбия. Желание перегрызть горло самому себе вновь подало голос.       Открывшаяся водительская дверь оказала на Стайлза эффект спускового механизма. Не успел Дерек и ногу на асфальт поставить, как омега, чуть не уронив соскользнувший с плеча рюкзак, ломанулся к входной двери своего дома. Замки щёлкнули ровно в том момент, когда альфа оказался за пределами салона.       Проводив взглядом пронёсшийся мимо затылок со вздыбившимися от испуга волосами, Дерек тяжело вздохнул и даже тряхнул головой в попытке вернуть себе хоть толику былой уверенности. Никто не говорил, что извиняться будет просто. Сильней прижав к вздрагивающей от волнения груди шикарный и одновременно с тем аляповатый букет, альфа, нарочно медля, поднялся на крыльцо.       Уже было вознамерившегося постучать Дерека опередил неестественно громкий выкрик из-за двери: — Никого нет дома!       Фраза, повисшая в воздухе, оказалась полной неожиданностью, как для задержавшего дыхание альфы, так и для вскрикнувшего Стайлза. Ухватившись за дрожь в голосе омеги, Дерек вновь почувствовал себя счастливым. Страх услышать безразличие, направленное в его сторону, отступил, и альфа позволил себе тихий смешок. Который, к сожалению, не остался не замеченным...       Неожиданно распахнувшаяся перед носом дверь, заставила Дерека отступить на шаг. Взвинченный Стайлз же наоборот кинулся в атаку, укоряюще выставив перед собой указательный палец. — Не помню, чтобы я водил знакомства с вечно хмурыми альфами. Так же не помню, чтобы давал кому-то свой адрес. И уж тем более — чтобы приглашал сегодня кого-то на чай. Так что попрошу всех незнакомцев свалить и не топтать газон, который я, между прочим, стригу!       К концу пламенная речь парня превратилась в гневный бубнёж, а сам он сжался в неприветливый комок из нервов и явного переизбытка адреналина в крови. — Меня зовут Дерек, — не оставшись в долгу, заговорил альфа и, не дав себя перебить уже открывшему рот омеге, продолжил быстро, — и теперь я для тебя не незнакомец.       Поражённый такой наглостью, Стайлз даже растерялся, но, заметив в чужой руке пёстрый букет, вновь шумно воспылал негодованием. — Думаешь, умник, купил цветочки и всё, Стайлз уже ползать перед тобой будет? Нет уж. Ты адресом ошибся. И ты уж точно не тот парень, которому стоит спускать с рук каждый его дерьмовый поступок... Ладно, может быть как раз и тот, но я уж точно не... — омега испуганно замер, поняв что именно он только что сболтнул.       Не дав ни себе, ни Дереку времени на осмысление последней фразы, Стайлз затараторил с удвоенной скоростью. — Я не шучу, чувак. У моего отца есть пистолет, и, есть ты сейчас же не отвалишь, клянусь, я отстрелю тебе яйца, а потом ещё что-нибудь невероятно важное и большое, задействованное в процессе размножения. Так что беги обратно к своим подстилкам и оставь старину Стайлза в покое! — охрипшим голосом закончил омега, захлопывая перед чужим носом дверь.       Послышались торопливые шаги, а в глубине дома — звук закрывшейся с грохотом двери. Дерек же замер, как последний дурак продолжая молчать и хлопать глазами.

***

      В любой другой день ему никогда бы не пришло в голову прорываться в дядин кабинет силой. Но отчаянные времена на то и именовались «отчаянными», чтобы можно было с лёгкостью оправдать этим даже самые бредовые затеи человечества.       Буквально снеся собой дверь под крики всполошившегося секретаря, Дерек прибыл в пункт назначения. На столь фееричное появление оба находящихся в кабинете альфы даже обернулись. — Я говорил, что к вам нельзя, но мистер Хейл...       Питер взмахом руки прервал лепет своего сотрудника и одобрительно кивнул. — Всё нормально, Мэтт. Ты можешь идти.       За поспешившим удалиться секретарём ещё не успел захлопнуться дверь, как Дерек уже шёл на выход. — Я хотел бы, пока ты тут, познакомить тебя с Джоном.       Питер попытался притормозить племянника, но младший Хейл, рыкнув, немедленно выдрал из хватки дяди свой локоть. Всё же на секунду повернув голову, Дерек быстро кивнул привставшему на своём месте мужчине.       Когда за спиной умчавшегося альфы захлопнулась дверь, Джон недовольно сдвинул брови. — Я надеюсь, ты не собирался ничего рассказать ему именно сейчас?       Спрятав в карман брюк правую руку со скрещенными на ней пальцами, Питер отрицательно качнул головой. — Конечно же, я не стал бы рассказывать ему о нас без твоего позволения. — Питер... — взволнованно протянул Джон, позволяя подошедшему альфе погладить свою шею кончиками пальцев. Хейл нагло проигнорировал спрятанный в собственном имени вопрос. — Думаю, у нас ещё появится неплохой шанс всё им рассказать, — уклончиво хмыкнул Питер и, предвосхищая вопросы вновь нахмурившегося Стилински, поспешил занять чужие губы более приятным занятием, чем простая болтовня.

***

— Я знаю, что ты стоишь за дверью. Так что просто открой её, Стайлз!       Дерек уже десять минут разговаривал сам с собой и это, если честно, начинало ему надоедать. В том, что к каждому его слову прислушиваются, альфа ни на минуту не сомневался. Нужно было просто спровоцировать упрямого омегу и заставить его, наконец, отпереть эту проклятую деревяшку. — Ну что ж, — вздохнул как можно более печально, — я видимо, зря надеялся, что ты серьёзно настроен. Как всегда эта была всего лишь омежья фальшь. Всё, что ты делал, Стайлз, было фаль...       Дверь чуть было не слетела с петель. Первой на Дерека нацелилась бита, от удара которой тому едва удалось увернуться, а за ней уже и взбешённый парень. — Ты не понял что ли? Вали уже в свой Ореол на своей крутой тачке и там ищи себе давалок. Нечего...       Стайлз осёкся, натыкаясь взглядом на коллекцию роз, что альфа бережно держал в руке. Омега тут же признал каждую из увядших красавиц. А иначе и быть не могло. Ведь по утрам именно он скрупулёзно выискивал самые свежие и крупные цветки в ближайших цветочных лавках.       Бита выскользнула из пальцев, чуть не проломив собой скрипучую древесину. Пока замерший омега не мог отвести взгляда от ссохшихся лепестков, Дерек осторожно вытянул из букета им же самим сломанную розу. Стайлз заторможено перевёл на неё взгляд и, его губы тронула нерешительная улыбка. Цветастый лейкопластырь с узором из крылатых слоников бережно связывал между собой разломанный напополам стебель.       Почувствовав на себе чужой взгляд и ненамеренно покраснев, Дерек поторопился объясниться: — Там был обычный скотч. Просто у моего дяди специфические вкусы. Особенно в юморе и...       Но слушать дальше Стайлз не стал. Вцепившись в рукав наверняка дорогой рубашки, омега настойчиво и красноречиво потянул Дерека на себя. Цветы немедленно рассыпались вокруг, а альфа впервые в жизни понял, что никогда раньше так сильно не нуждался в чужих поцелуях, как сейчас. Именно в этих поцелуях, которые ему будет дарить именно этот омега.       Сейчас и навсегда.