Часть 2
3 января 2017 г., 00:24
Дерек был не в духе. Если точнее, то альфа был в ярости. Новость о том, что ему придётся временно занять должность директора в семейной компании прилетела к нему в виде смс с шестью смеющимися смайликами. Оставшаяся часть вечера оказалась для альфы безнадёжно испорченной.
Сидя утром на кухне с чашкой только что сваренного кофе, мужчина всё ещё не переставал надеяться, что Питер прошлым вечером просто неудачно пошутил, ведь все знали, что плеваться сарказмом и старческим юмором было любимым развлечением его дяди. Но телефон абонента продолжал оставаться недоступным, и Дерек, хватая ключи от машины, окончательно приуныл. Планы провести оставшуюся часть своего отпуска в тишине и покое откровенно слились в канализацию, а за такое не благодарят. Мысль о расчленение единственного родственника уже не казалась такой уж тошнотворной.
Работа мечты любого среднестатистического человека в «Хейл Хаус» для Дерека была настоящей каторгой. Ещё бы! Рекламное агентство, разросшееся всего за каких-то пару лет, сейчас имело в разработке больше заказов, чем могли взвалить на себя все их конкуренты вместе взятые. Понятное дело, что уследить за подобной махиной было не просто сложно, а практически невозможно. Это было под силу разве что Питеру Хейлу, директору агентства, любимцу всех вокруг и просто богу, по скромному мнению вышеупомянутого.
Дерек бы с радостью свалил неожиданно приплывшее к нему кресло — зная Питера, можно было смело говорить «трон», — руководителя кому-нибудь. Но, чёрт возьми, на примете не было никого толкового, кто смог бы, если не повысить доход компании, то хотя бы просто поддержать дела на прежнем высочайшем уровне. И, как предполагал мужчина, попытки поиска нужного человека закончатся полнейшим фиаско. А значит, прощай отпуск и спокойствие.
Стоя в пробке, альфа уже не мог не хмурить брови. Проклиная взбалмошность Питера, про которую тот всегда забывал упоминать, оглашая список своих достоинств, Дерек остервенело вгрызался белыми зубами в прихваченные из дома ржаные хлебцы. Ещё вчера утром по просьбе дяди он приезжал в насквозь пропитанный яркими красками офис за какими-то бумажками, а сегодня ему уже выдалась честь — сомнительная, конечно, — зайти в то же здание на правах местного царя и бога.
Дерек скривился, в очередной раз вспоминая плотоядные взгляды всех работников агентства. Ничего против приятного времяпрепровождения наедине с кем-то он, конечно же, не имел, просто терпеть не мог, когда перед ним уже при первой встречи стремились раздвинуть ноги. Душа чёртового романтика протестующе рычала в груди, требовала свиданий, серьёзности и трепетных поцелуев в полутьме открытого кинотеатра... Одним словом, всего того, что никто из бывших «пассий» дать ему не захотел. Секса же напротив у Дерека было в избытке. Он был частым, но, как повелось, одноразовым. В барах всегда хватало желающих добровольно нарваться на его член. Альфа просто позволял им это, а уже через пару часов — удовлетворённый и расстроенный одновременно, — стремился побыстрей уехать в свою пустую квартиру. Моральная усталость после таких встреч буквально убивала. Хотелось, приезжая домой, видеть рядом исключительно своего омегу, получать только его поцелуи, и, как бы это глупо не звучало, знать, что ему будет спокойно и тепло рядом с этим человеком. Но, смотря на окружающих его людей, Дерек понимал, что навряд ли в его жизни что-то изменится. Распущенность, алчность и банальная похоть окружающих в зародыше душили любую симпатию, которая всё реже и реже вспыхивала в уже почти окаменевшем сердце.
Вспоминать, что ты одинок и завален чужой работой по самые яйца — не лучшее начало для трудового дня. Дерек понял это слишком поздно. Он уже хмурился, паркуясь, всё ещё хмурился, ставя свою машину на сигнализацию, а увидев у дверей небоскреба незнакомого парнишку с одинокой розой в руках и вовсе растерял крохи сохранявшейся ещё секунду назад приветливости. Украдкой разглядывая неказистого подростка в клетчатой рубашке, с ежиком волос на голове, и искусанной нижней губой, Дерек даже позавидовал ему. Парнишка наверняка ждал любовь всей своей жизни, с которой ему бы хотелось провести как минимум вечность в объятиях. Вечность, как же. Из горла вырвался тихий усталый смешок. Дереку такое даже в самых лучших снах не светило. Пойди и попробуй найти кого-то искреннего и настоящего в эпоху глобализации и всеобщего нравственного упадка...
Тихо вздохнув, альфа направился в главный филиал Ада на Земле, намереваясь разобраться со всеми делами компании как можно скорей. Дома его всё ещё ждала недочитанная книга и глупый сериал на местном канале, который — в этом было стыдно признаваться даже самому себе, — увлёк его пару бессонных ночей назад.
Не желая мешать свиданию нервно поглядывающего на него паренька с белой розой в столь же побелевших пальцах, Дерек решил обойти того по дуге. Через пару шагов альфа отстранёно заметил, что по какой-то странной причине мышонок с огроменными глазами запуганно зверька оказался к нему куда ближе, чем был до этого. Дерек даже замедлился, обернувшись на дёрнувшегося от такого хода событий мальчишку. Ещё один его шаг в сторону оказался банально отзеркален.
Замешательство переросло в откровенное залипание на чужие ключицы, виднеющиеся из-под слишком большой для такого худого тела майки. К удивлению альфы при ближайшем рассмотрении мальчишка оказался куда более привлекательным и жилистым. Казалось, что тому хватит и тройки месяцев, чтобы окончательно превратиться из костлявого подростка в молодого и привлекательного... «Омегу» — услужливо закончил фразу мозг.
Улучив момент, пока Дерек откровенно пялился на его фигуру, парень оказался совсем близко. Роза с помятыми под нервными объятиями подрагивающих пальцев листьями взметнулась вверх... Почти расцарапав своими шипами альфе лицо.
— П-прости... те, — пугливо заикнулся мальчишка, опуская цветок ниже и мазнув при этом светлыми лепестками по чужим губам.
Округлившиеся глаза карими индикаторами оповестили Дерека о том, что парнишка тоже заметил свою оплошность. И хотя называть оплошностью юношескую неуклюжесть альфа бы не взялся, омега, видимо, думал совершенно иначе.
Сунутая в руки роза больно впилась шипами в ладонь. Хейл успел только болезненно охнуть, а паренька уже и след простыл. Дерек ещё целую секунду стоял в замешательстве, ощущая неприятное покалывание на оцарапанной ладони. При взгляде на цветок душе странным образом стало теплей и уютней, но в голове тут же появились негативные мысли:
«Это был просто чей-то глупый спор», — услужливо подсказывали они. Альфа был с ними полностью солидарен, стараясь не замечать грусть, противно точащую когти об его рёбра...
испортил помог Дереку вновь восстановить над собой контроль.
— Чувак, это всего-навсего ещё одна попытка, но Стайлз готов продолжать! Вот честное слово готов.
Это обезличенное «чувак» в исполнении омеги отчего-то неимоверно взбесило и так взвинченного от недосыпа альфу, а милое — Дерек чуть было не откусил себе язык за подобный эпитет, — упоминание о себе в третьем лице внесло окончательную сумятицу, едва не заставив альфу улыбнуться. Чёртов Стайлз и его противоречивые привычки!
Удерживать омежку в воздухе вдруг показалось Хейлу настоящим преступлением. Руки торопливо разжались, выпуская клетчатую ткань, но в определённый момент что-то пошло не так. Этим определённым моментом можно по праву считать врезавшееся в грудь Дерека кареглазое существо.
Руки сами собой приобняли чужую спину, что обязательно бы протёрла собой землю, не подоспей они вовремя. «Придержал только ради его же блага», — быстро уверил себя Хейл, прикусывая кончик вдруг зачесавшегося от желания целоваться языка...
Куда делась вся его хвалёная внимательность Дерек бы точно не смог пояснить. Просто в один момент он понял, что его заправленную в брюки рубашку уже успели вытянуть на свет, а по подрагивающему от ласк животу теперь гуляют худые пальцы. Расслышав собственный полустон-полувздох, Дерек окончательно пришёл в себя.
Многострадальная рубашка Стайлза вновь подверглась нападению. Оттащив от себя омегу, Дерек ощутимо приложил того спиной к ближайшей стене. Окончательно потеряв терпение, альфа прорычал:
— Намереваешься лечь под меня — милости прошу, только хватит уже этого фарса. Выбирай время. Раздвинешь ноги, и я смогу, наконец, вздохнуть спокойно.
Дерек, правда, не был уверен, что теперь когда-либо сможет дышать спокойно. В миг улыбающееся лицо Стайлза окрасилось гримасой боли, которую тот тут же попытался спрятать. Безуспешно, как считал Хейл, и от этого в носу защипало, как когда-то давно, в далёком детстве, когда впервые свалился с подаренного двухколёсного велосипеда и ощутил тот же зуд, предшествующий появлению слёз.
Чувствовать себя ещё большим уродом, казалось бы, уже нельзя, но после слов, произнесённых охрипшим от сдерживаемой обиды голосом, альфа понял настолько ошибался.
— Простите. Кажется, я вас с кем-то перепутал, — выдавил холодно Стайлз и упёрся глазами в пол.
Видеть, как плечи омеги подрагивают было невыносимо. Никогда прежде чужие слёзы не выбивали его из колеи, не пробивали в груди зияющие чернотой дыры. Не спасали даже мысли о том, что Стайлз уж точно найдёт на чьём плече пережить свою малюсенькую неудачу с несговорчивым альфой. От подобных рассуждений наоборот становилось только тяжелей отпустить и оставить омегу в одиночестве.
«Влюбиться в шлюху. Что может быть прекрасней?» — не постеснявшийся подать голос мозг оказался плохим помощником.
Задохнувшись от роя застрявших в горле слов, что не получалось сложить ни в одну известную ему фразу, Дерек сделал позорный шаг назад, прекращая прижиматься к идеально подходящему ему телу омеги. Отвернувшись, альфа наградил себя почётной статуэткой «Мудак года».
— То то же, — рыкнул сам себе альфа, а мысленно добавил:
«Так тебе, Дерек, и надо».
***
Всё стало значительно интересней уже на следующее утро. Захлопывая дверцу камаро, не выспавшийся из-за навалившейся на него горы информации и разрывающегося от постоянных звонков телефона, Дерек никак не ожидал зацепить боковым зрением знакомый, пусть и обёрнутый сегодня в другие шмотки, силуэт. Не будь он Хейлом, он бы обязательно споткнулся, едва только заметив, как знакомый-незнакомец вновь двинулся ему наперерез. Увидев в чужих руках розу чайного цвета, Дерек вовсе не задержал дыхание, и уж тем более не почувствовал, как охотно отозвалось в его груди сердце. Нет, нет, однозначно... да. Мальчишка вновь оказался рядом слишком неожиданно, а альфа, словно загипнотизированный, не заметил этого. Чёртовы мысли вновь отвлекли его. — Это вам. Новая роза атаковала хмурое — Дерек ничего не мог поделать с тем, что оно с рождения было именно таким, — лицо. Одной тренировки оказалось вполне достаточно, чтобы на этот раз альфа ретиво уклонился от нацелившихся на него шипов. И хоть смущение парнишки однозначно стоило того, чтобы подвергнуть опасности целостность своего носа, мозг Дерека по-прежнему требовал хоть крупицу точных сведений. Альфа не преминул возможностью их получить. — Что происходит? — в сознание фраза казалось нейтральной, скорей даже мягкой, но стоило звукам вылететь из его рта, как Дерек готов был надавать себе по роже. Грубый рык подействовал на замершего парнишку, как видение кобры на и так испуганную мышь. Но, к огромному удивлению альфы, омега перед ним не зарыдал в истерике, а лишь упрямо вздёрнул подбородок и выдавил из себя: — Я видел вас и... вот, — многострадальная роза во второй раз попыталась лишить Хейла зрения, но осталась ни с чем, когда он ловко перехватил её за зелёную ножку. Невнятная фраза подростка создала ещё больше вопросов, чем было до этого. Но не в правилах Хейлов было отступать. — Где? В Ореоле? Единственным местом, где он бывал в последнее время кроме собственной квартиры и где новоиспечённый воздыхатель мог видеть его был этот клуб. От этой мысли Дерек напрягся. Не мог же этот парень быть очередной шлю... очередным омегой, гоняющимся за его толстым кошельком? Трепетную дрожь в груди в миг сменило тягостное предчувствие. Омега замер на месте. На лице парня отразился, как показалось Дереку, процесс медленного осмысления сказанного. Рот его зашевелился так активно, словно мальчишка был немым и силился издать на свет хоть какое-то подобие звука. Но, бросив эти попытки, просто кивнул головой, смущённо улыбаясь. От вида этой улыбки Дерека вдруг затошнило. Значит очередной... Собственные губы сложились в жёсткую линию, а глаза сузились, пряча зелень радужки за полумраком негодования. Стебель розы, трепетно удерживаемый в ладони ещё секунду назад, вдруг хрустнул, переламываясь пополам. Повреждённая вчера ладонь взорвалась новым приступом болезненной агонии. Хватит с него этого фарса. Дерек, оттеснив плечом застывшего на месте омегу, молча направился ко входу в офис. Запах альфы резко окрасился острой примесью негодования. Но Хейлу было уже глубоко плевать, что омежка за его спиной закашлялся от неожиданности и яркости чужих отрицательных эмоций. Дереку было плевать, вот только рука зачем-то по-прежнему продолжала сжимать пальцы вокруг повреждённого цветка, даже не думая выбрасывать его в ближайшую урну.***
Когда Дерек понял, что конец его терпению близок, шёл тридцатый день их одностороннего знакомства с жутко болтливым Стайлзом. Нет, серьёзно, как за те сорок секунд в день, что они виделись, мальчишка умудрялся рассказывать о себе больше, чем могло вместить в себя любое уголовное дело? Хейл каждое утро к концу этого крохотного по меркам бесконечности и гигантского по мнению самого альфы отрезку времени готов был убить не только говорливого подростка, но и себя заодно. И как только лучший друг Стайлза Скотт — и на кой чёрт Дерек запоминал всю информацию, что болтливый ребёнок с оленьими глазами вываливал на него? — переносил почти круглосуточную близость к, возможно, будущей причине самоубийства исполняющего обязанности директора «Хейл Хаус»? Этой ночью, крутясь в своей постели без сна, альфа понял, что так продолжаться больше не может. Желание прекратить всё — единственное, о чём в последнее время получалось думать. Альфе было жизненно необходимо избавиться от постоянно вертящегося в груди ожидания незамысловатых утренних встреч, головной боли, что они приносили с собой, и Стайлза, которого уже хотелось до звона в яй... ушах. В один момент Дерек поймал себя на мысли, что почти готов сдаться, что ему уже надоело строить рожу ещё большим кирпичом, чем обычно и молчать, пока его уши наглым образом насиловали. Не так уж страшно позволить наглому мальчишке думать, что он победил. Ну не убудет же от него, если они переспят? Но, только представив, как Стайлз, поняв, что его подкаты дали свои плоды, начнёт жеманничать и всячески подставляться под ласки, альфа понял — ему точно захочется порвать чужое горло, желательно собственными зубами. Некстати в голову пришла мысль что он, весь такой брутальный и распрекрасный, вполне может быть не единственным, кого этот великий соблазнитель, манящий манипулятор и по-особенному обаятельный и в то же время жутко раздражающий омега может окучивать. Скрипя зубами, Дерек откинул от себя подальше подобные рассуждения, с неудовольствием осознавая насколько же тяжелей становится дышать, когда перед глазами проносятся картины чужих рук, ласкающих виднеющиеся из-под цветастой футболки ключицы омеги... Решение было принято только под утро. Помятый и уставший Дерек, стоя перед зеркалом в ванной, решил, что пора применить меры пожёстче, чем полное игнорирование, и, наконец, отодрать от себя мальчишку, так искусно мучающего его во снах и наяву вот уже месяц. О том сможет ли он разыграть из себя настоящую сволочь, альфа предпочитал пока не думать.***
Машина ещё не успела заглушить двигатель, когда Дерек уже был за пределами её салона. При виде розы в руках Стайлза неприятно кольнуло где-то под рёбрами. И определить, что именно это было, щемящая нежность или злость на неугомонного паренька, Дерек был не в силах. Напустив на себя вид настоящего рецидивиста, отсидевшего за причинение тяжкого телесного вреда, Хейл помчался к омеге. Тот, словно и вовсе не заметил полыхающего в альфьих глазах пламени, сделал неуверенный шаг навстречу. Засветившиеся медовые глаза почти заставили Дерека передумать, но язык заработал быстрее, чем мозг, выдавая злобное рычание: — Я же предупреждал. Рык получился громогласным. Тут любой бы альфа позавидовал. Только от осознания, что орал он сейчас на маленького, пусть и шлюховатого омегу становилось противно. Не придумав ничего более действенного, Дерек просто встряхнул мальчишку, ухватившись за затрещавшую под пальцами рубашку. Взгляд на долгие пару секунд завис на улыбающихся губах, что откровенно лишали альфу не только сил к продолжению долбанного спектакля, но и парочки нервных клеток. Ни страха, ни уж тем более паники на чужом лице Хейлу разглядеть не удалось. — При... вет, — выдохнули всё те же губы. Альфа в шоке понял, что чёртовы эротичные придыхания Стайлза — особый вид пыток. Сладко-мучительных пыток, созданных специально для его ушей. — Прекрати этот цирк! Разговоры с самим собой — повод чтобы записаться к психотерапевту? Дерек, как только отделается от мелкого засранца, обязательно проконсультируется со специалистом по этому вопросу. Омега, кажется, воспринял фразу на свой счёт, вот только отреагировал на неё донельзя странно — протянул новый знак внимания. Дерек чуть было не закатил глаза. Давно пора было уяснить, что «Стайлз» и «странно» — однокоренные слова. Роза прочертила в воздухе дугу и прижалась полупрозрачным бутоном к лацкану тёмного пиджака Дерека. Дрожь почти заставила пальцы альфы разжаться и с трепетом потянуться к розовеющим на тёмной ткани лепесткам, а затем к не менее розовым губам самого омеги. Но болтливый рот Стайлза
