То, что мы хотим

Глава 5: Вечерний ветер кружил по тренировочной площадке запах гари. Белый дымок клубился над ломкой, припорошенной пеплом травой, развороченными на части валунами. Тут и там – горы острых, щербатых щепок – все, что осталось от нескольких гигантских деревьев. Оборванная полуистлевшая листва устилает землю. Какаши сидел на стволе поваленного тополя, глядя в небо: облака вьются, как пар от горячего рамена. Болела и покалывала левая рука – несколько райкири подряд просто так не пройдут. Шаринган жгло – глаз тяжело ворочался под сомкнутым веком. Тренировка утомила, сожрала чакру. Но усталость была приятная, умиротворяющая. С хлопком возник Паккун, повёл носом, поковырял лапкой пепел. Заявил, глядя на Какаши: - Хозяин я всё передал Хокаге. Она бесилась. Сказала: «У-у-у, Хатаке Какаши!!! Кое-кто совсем обнаглел. Он, вообще, понимает, что такое приказ? Сбежал из госпиталя? Он что у нас главный медик Конохи? Да он…» - Короче – приказал Хатаке, с усилием сжимая и разжимая левую ладонь. Суставы хрустели. Песик фыркнул, подвёл итог: - Завтра утром: зайдешь к Хокаге. Сочтет, что ты здоров: возьмешь миссию. Паккун немного покружился на месте, ожидая реакции Хозяина, но тот молчал. Тогда пёсик забрался на ствол тополя, примостился рядом с Какаши. Изобразил суровую мужскую поддержку, подобно Хозяину уставившись на небо. Небо было не съедобное и пахло льдом, влагой. Не понятно – чего туда смотреть? Какаши не смотрел. Он думал. Пункт за пунктом анализировал: что сделал не так в отношении Ируки – сэнсэя. Почему вместо того, чтобы подвывать от счастья после секса с понравившимся человеком, хочется спрятать нос, прикрыв лапами? Забраться в кусты черники и шиповника, улечься полудохлой псиной, тихонько поскулить. Было ощущение, словно захлебнулся в страсти Умино, задохнулся. Поторопился – вошёл в море, не научившись плавать – утонул. Стоны сенсэя, его хриплые просьбы не останавливаться зажигали, но… «Если Ирука еще кому-то так отдавался, то я найду этого человека и убью», - вертелась в голове злая, собственническая мысль. Какаши прикрыл глаз, сосредоточился, загоняя эту мыслишку как можно глубже. Рано ревновать – не твоё. С самого начала в миссии «Ирука» - промах. Неверно поставил цели и задачи. Отсюда – ошибочный план действий и сомнительный результат. При этом Хатаке совершенно ясно видел, что нравится сэнсэю: столько тепла дарил взгляд карих глаз. - Паккун, да он влюблен в меня. – Какаши самодовольно глянул на пёсика, улыбнулся. Паккун показно закатил глаза: - И что теперь? Хочешь, чтобы он чесал тебе брюхо и ласково называл по имени? Кормил тебя и водил гулять на коротком поводке? Хатаке кивнул: - Почти. *** Ясный вечер навис над Конохой глубоким синим небом, растворил последние облака. У лавочек уже зажглись алые бумажные фонарики: качались на ветру. По улицам, не торопясь, шагали люди – гражданские и шиноби вперемешку, кто возвращался после работы, а кто отправлялся на дежурство. Ирука сидел на крыше Академии, в глубокой тени склонившегося ясеня. Не хотелось быть замеченным, поэтому Умино сжался, обняв колени. Инстинктивно чуть погасил чакру. Смотрел на двор: площадка, присыпанная песком, скамейка и одинокие качели. Вспомнился Наруто, да так ярко, словно здесь был. Рядом – только подожди, и он выйдет из дверей Академии. Жди – не жди, а он не выйдет. … По двору, принюхиваясь, пробежала важная темно-коричневая собака: хитай Конохи на шее, синяя жилетка. Нин-дог. Ирука проводил псину взглядом. Судя по опознавательным знакам на ее жилете – собака из стаи Хатаке Какаши. Невольно подумав о Копирующем, Умино начал злиться: потихоньку, а потом всё сильнее и сильнее. Чувство разрасталось, больно давило на легкие. Зол на себя. Зол, что позволил Какаши уйти. - Догнать надо было... сказать... - Ирука сел ближе к краю: сухая черепица тихонько зашуршала. Теперь он понимал, что хотелось: быть с Хатаке - простое и естественное желание. Попытался представить, как ловит Какаши за локоть и признаётся: «Так и так, Хатаке-сан, Вы уж не удивляйтесь – хочу всегда быть с Вами рядом». А Копирующий отвечает: «Вот здорово, сэнсэй! Только этих слов и ждал всю жизнь». Иронично. Нелепица какая-то. Не бывает всё так просто. - Зачем ему мои чувства? Они и мне-то без надобности, - Умино встал, спрыгнул с приютившей его крыши. - Сделаю вид, что ничего не было. Это правильно. *** Ирука сидел, уткнувшись в отчеты, не замечая ничего вокруг... На пороге комнаты распределения миссий появился Хатаке. Этим утром здесь малолюдно, если не сказать пустынно - только Идзумо принимает отчет у Аобы. Тихо подойдя к столу Ируки, Какаши наклонился и провел кончиками пальцев по щеке чунина. Резко отпрянул, сделав вид, что ничего не было, и заявил официально: - Доброе утро, Ирука-сэнсэй. Умино очень медленно отложил стопку отчётов. Глянул на Копирующего немного растерянно. Карие глаза Ируки темнее обычного. - Доброе, Хатаке-сан, - протянул, как можно приветливее. Замолчал, стиснул челюсти так, что кажется, зубы скрипнули. Какаши посмотрел пристально, цепко. Произнёс с наигранной серьезностью: - Ма-а, сэнсэй, выдайте мне миссию, пожалуйста. - Конечно, - Ирука вспомнил утреннее распоряжение Хокаге, насчет миссий Копирующего. «Этому наглому, самоуверенному придурку, считающему себя Гением Самолечения – выдать что попроще». Взял список, начал тихо перебирать вслух задания: - Сбор дайкона; посадка риса; помощь по доставке рамена; повар в общественной столовой…Разбор архива, секция G-6… – посмотрел на Хатаке. - М... это для особо провинившихся: там такой бардак. Не пойдет. - Вот, - улыбнулся. - Выгул собак клана Инудзука. Да, думаю, в самый раз. У них в этом году столько щенков, что с ними не справляются, просят помощников. Абсолютно спокойно, чуть изогнув светлую бровь, Какаши слушал перечисляемые миссии. При упоминании щенков слегка улыбнулся. - Выгул собак, ранг "D"? Спасибо, Ирука-сэнсэй, – проговорил без тени иронии. - Надеюсь, что справлюсь с этим заданием. Принимая свиток с миссией, мягко перехватил запястье Умино. Погладил смуглые пальцы мимолетно и мгновенно отпустил. - Ммм... сэнсэй, у Вас есть для меня минутка? Мне нужно обсудить с Вами одну важную тему. Это касается безопасности жителей Конохи. Ирука быстро осмотрелся, не наблюдает ли кто, но Идзумо был занят и не обращал на них внимания. Встав, Умино вышел в холл: - Я вас слушаю, Какаши-сан. Хатаке в свою очередь огляделся: - Здесь нас могут увидеть, а информация очень секретная. Сцапал Иурку за локоть и насильно утащил по коридору, чуть дальше, к подсобкам. - Черт, да пустите уже, - Умино остановился, выдернув руку из захвата. - И так зашли - дальше некуда, здесь только крысы и обитают. Они остановились в помещении, исполняющем роль временного архива. На дощатом полу грудились кособокие стеллажи со свитками и коробки, набитые всякой всячиной. - Теперь-то скажите, что за срочное дело такое? - спросил Ирука, почему-то стараясь держаться ближе к двери. Какаши почесал в затылке, взлохмачивая свои белые пряди: - В общем, так... Взгляд в потолок. Заминка. - …я вот вчера подумал и всё понял. Просто не знаю, как Вам лучше об этом сказать. Чуть нахмурился, глядя на Ируку, заявил прямо: - Вы мне честно ответьте: Вы со мной трахались, потому что влюбились в меня? Или потому, что секса давно не было и приспичило? - Вам честно? – Умино посмотрел в упор на Хатаке, стараясь поймать эмоцию в скрытом маской лице. - Не знаю, влюбился или нет, просто... Замолчал, чувствуя: всё потеряет, если сейчас не сможет сказать то, что нужно. В свою очередь глянул на потолок, словно там – на серых досках написаны все ответы. Решился: - Это сложно объяснить... просто хочется быть рядом с Вами – отвернулся, взгляд темных глаз печально и немного растерянно чиркнул по пыльным стенам. В один скользящий шаг Какаши приблизился. Одной рукой обнял Ируку, другой грубо взял за подбородок, заставляя смотреть в лицо: - Рядом со мной? А кто Вам мешает, сэн-сэй. Я Вас что, прогоняю? Помедлил. Спросил с усмешкой в голосе: - А Вы будете мне за ухом чесать и брюхо гладить? Позволите приходить с миссии в крови и земле и к Вам в кровать заваливаться? Будете слушать, как я ночью скулю, когда снится погоня? - Да, – последовал спокойный ответ. Молчание и тишина. Только где-то в коридоре раздаются далекие мерные шаги, да на улице мягко мяукает кошка. Какаши посмотрел на Умино удивленно и капельку растерянно. Медленно снял маску и невесомо коснулся губами уголка губ Ируки. - Да? Ма-а... а что взамен потребуете? - шепотом. - Самую малость, – негромко сказал Умино. - Всегда возвращайтесь ко мне... и живым. - Я не могу этого пообещать: будет обман, – произнес Хатаке сухо. - Меня могут убить на любой миссии класса "А" или "S", и это нормально. Обещаю: не рисковать попусту и возвращаться именно к тебе, Ирука. Уткнулся носом в теплую шею Умино, думая о том, что этим днём море спокойное и тихое. И если Хатаке суждено утонуть в этом море – то бороться с судьбой он не станет. Какаши замер, обнимая Ируку, прижимая ближе. Спросил: - Не будешь изменять? - Не буду, – Ирука невольно улыбнулся. - Это я Вам могу с уверенностью обещать. - Хорошо, – сказал Какаши еле слышно. - Если с женщиной изменишь - я переживу. С мужчиной - никогда. Поцеловал Ируку в губы властно и немного отчаянно, заставляя приоткрыть рот и впустить язык. Руки гладят спину чунина. И Умино отвечает, выбросив из головы сомнения, да и еще много чего ненужного. Не остается в долгу, изучая руками тело Хатаке, расстёгивая жилет, забираясь горячими ладонями под одежду. - Кaкaши-сaн, если мы продолжим... - пальцы Ируки нaщупaли его сосок, слегка ущипнув - ... то боюсь все перепачкаемся, здесь столько пыли – прошептал, сам понимая, что говорит несвоевременную чушь. Потянул вверх водолазку Копирующего: - Ваша миссия, да и моя работа, все придется тогда бросить и идти мыться. Как будто это имеет значение. Как будто что-то в этом мире еще имеет значение, кроме желания быть как можно ближе. Справившись с одеждой, Ирука накрыл губами сосок, слегка прикусывая, рукой находя второй, лаская. От прикосновений по телу Хатаке прошла дрожь. С трудом сдержал стон, тяжело сглотнул, сам удивился тому, как активно реагирует. Почувствовал, как встает член, упрямо упираясь в брюки. Но, еще раньше, ощутил, как глубоко-глубоко в груди становится тяжело до боли, почти невыносимо. - К... к черту миссию. Да я и грязный с собаками погуляю. А работа ваша... – с губ дзенина все-таки срывается тихий сдавленный всхлип. - Идзумо пусть работает. Да мы с тобой аккуратно. Перехватил запястья Ируки, слегка заламывая в сторону. Подтолкнул его к стене, разворачивая так, что Умино упёрся в нее грудью. Прикусил нежную кожу на его шее. Когда Какаши оказался сзади, Ируке почудилось, что собственное тело превратилось в один сплошной нерв. Чувствует легкий укус - хочется кричать и стонать. Помня где они, Умино до боли впился зубами в согнутую в локте руку, которой упирался в стену. Какаши обвёл языком раковину уха Ируки: - Да-а, стонать нельзя. Вдруг кто-то зайдет и увидит, какой вы развратный? Какие непристойности вам нравятся... Сказал и улыбнулся, понимая, что выдаёт фразочки из самых порнографических моментов «Ича-ича», и хотел замолчать – но словами скрывал волнение, успокаивал себя. «Волнение. Как морские воды», - промелькнула в голове Хатаке бессвязная мысль, когда он расстегнул молнию на жилете Ируки, погладил плоский живот любовника. Затем решительно приспустил с бедер Умино брюки вместе с бельем. Накрыл ладонью горячий член чунина: заключая в кольцо пальцев, лаская влажную головку. Ирука судорожно вдохнул, накрыл руку Какаши своей, задавая темп. Прижался спиной, слегка повернув к Хатаке голову, и пробормотал сквозь стон: - М...н... не тяните. - С чем не тянуть? Поконкретней, что-то я Вас не понимаю, – отрывисто заявил Какаши, пальцы его дрожали. Он осторожно надавил на плечи Ируки, заставляя наклониться к стенке и прогнуться в пояснице. С неохотой отпустил его член и, встав на одно колено, легко поцеловал смуглое бедро. Приказал: - Ноги шире расставьте. Когда Ирука подчинился, Какаши сначала коснулся пальцем, а затем совершенно беззастенчиво облизнул тугое колечко мышц, слегка надавливая языком. Ирука еле слышно застонал, теряя контроль, тогда Хатаке чуть отстранился, освободил из брюк свой член. Взял Ируку за бедра и медленно проник головкой, растягивая. - Это то, что Вам нравится, сэн-сэй? – прошептал глупость. - А...да. - Ирука замер, расслабляя мышцы, подождал, пока Какаши войдет на всю длину.– Мне нравитесь Вы, а во мне я Вас просто обожаю... - Пошляк ты, а еще сэнсэй... черт... Ирука, у тебя там так горячо. – Какаши помедлил, гладя дрожащую спину чунина, затем начал двигаться, с некоторым трудом скользя внутри него. - Какой есть... - выдохнул Ирука сквозь зубы. - Кха... Какаши-сан... быстрее... жестче... - С-сам просил... - Хатаке перехватил член Ируки, чтобы не кончил раньше времени. И теперь всаживался в обжигающее, податливое тело рывками, выходя и – снова до основания. Врывался в чужое тело так, словно хотел сделать своим, слиться с ним. Словно можно как два клинка расплавиться в горне и стать единым целым – шипящим железом, остывающим в воде. Видя, что партнёр уже на грани, Какаши отпустил его член, позволяя испытать оргазм. Дрожь Умино передаётся Хатаке, ощущается как своя собственная, и так тяжело совладать с собой – успеть выскользнуть из покорившегося тела. Успел: просто не посмел кончить внутрь. Молчание и успокаивающееся дыхание двоих, чуть сбитое: больше эмоциями, чем действиями. Из пыльного, заставленного стеллажами окна ползёт улиткой лучик солнца, гладит скулы Ируки, облокотившегося на стену. Хатаке пристально следит за рыжим бликом на смуглой коже чунина. Умино заметил, поглядел на Какаши: - Это чувство... словно я принадлежу вам Какаши-сан. Мне нравится. - Как такое может не нравиться? - с довольной улыбкой заявил Хатаке, хотелось хвостом завилять и запрыгать на задних лапках. Теперь добыча попалась! Если это, конечно, была добыча…. Ирука снисходительно ухмыльнулся, но все же слегка покраснел. Начал вяловато приводить свою одежду в порядок: - Идти пора, а то меня искать начнут. - Да. Меня собаки заждались. – Какаши кивнул, быстро оправив форму. Притянул Ируку спиной к себе. Сам застёгнул молнию на его брюках и спросил: - Если узнают, что ты со мной трахаешься - это плохо? - Нет. – Ирука покачал головой, подался немного назад: хотелось, чтобы Хатаке сжал сильнее и не отпускал. - Если честно, плевать глубоко, что другие подумают. Какаши прижался щекой к щеке Умино, глядя куда-то в сторону, задумчиво поглаживая его по животу: - Просто любопытно было мнение развратного сэнсэя по поводу таких вещей. Добавил резко: - Я всё решил: полная конспирация. И не собираюсь лапать тебя на людях со словами: "Моё, не троньте". - Хм... - Ирука развернулся к нему лицом. - Я и не говорил о публичных лапаньях. Но, если кто узнает - отнекиваться не буду. - Ладно. Хороший сэнсэй. - Какаши потрепал его по волосам, как псину. - Главное, чтобы сам ты об этом не болтал, распутник. Умино уже хотел огрызнуться, но тут в коридоре отчётливо послышались шаги. Издалека раздался приглушенный голос Котетсу: "Идзумо, ты Ируку-сэнсэя не видел? Его Хокаге-сама зовёт". Какаши и Ирука быстро переглянулись. Хатаке подтолкнул чунина к двери: - Сэнсэй, выходи первым. Я выжду. И уже в спину: - Ирука, я буду у тебя вечером.