Nazi Alert

Гаага, Нидерланды, 17 августа 1946 года. - Эти немцы совсем уже обнаглели, - жаловался уорент-офицер Джереми Филипс, доедая последнюю порцию тушёнки. - Западная Европа-то ладно - слабаков на континенте взяли малой кровью, что вполне логично. Казалось бы, пора на этом успокоиться и перестать терзать другие страны. Куда там! Фрицы ещё и на Россию напали! - Джерри, за русских не беспокойся, - говорил его сослуживец Генри Райли. - Я всегда хотел, чтобы Россия однажды перестала существовать как независимое государство. Хоть бы кто её окультурил и однажды сказал ей - дескать, Россия, хватит отгораживаться от всего мира, так ты совсем одичаешь! Недаром наш президент заявил, что Союзники встанут на стороне Германии, если она станет громить русских. Или наоборот - мы присоединимся к России, когда преимущество будет на её стороне. Сейчас Германия отбирает у России огромные куски территории, но мы её не добиваем. Где логика? - Завязывай с русофобией, Гарри! Я тоже не горю симпатией к Советскому Союзу, но он - единственная надежда мира. Европейцы нам ближе по духу, и при этом слишком легко сдались фрицам. И сейчас многие не помнящие родства бараны поступают к оккупантам на службу. Где патриотизм? Где верность родной стране? Одни предатели ходят по Европе! В то же время пока не слышно ничего подобного о русских. - Ладно, всю жизнь дебатировать о России не получится, - успокоился Гарри. - Что там насчёт эвакуации? - Подробностей не знаю. Мне известно лишь то, что известно всему гарнизону Гааги - к нам едет какой-то высокий офицер. Интересно, что он из себя представляет... - Да, интересно, почему Лондон отказывается раскрывать его личность. - А чёрт с ней! Главное, чтобы не подвёл. Мир затрясся и закружился. Штукатурка посыпалась на головы солдат, прятавшихся в полуразрушенном ресторане "Окенбург". - Чёрт бы вас побрал! - Разъярённый Филипс схватился за автомат. - Нас обстреливают! - Держись тут, а я займу позицию через стенку, - сказал Райли и исчез в соседней комнате. Немцы ударили из самоходок по прибрежному кварталу. 19-я армия, обеспечивавшая порядок в Южной Голландии после капитуляции нидерландских войск, попала в окружение. 8000 человек были прижаты фрицами к береговой линии. Хуже всего англосаксы чувствовали себя в Гааге, разрушенной на 40%. Верховное командование в Лондоне отдало приказ об эвакуации 19-й армии из Нидерландов. Оно удивило терпящих бедствие солдат тем, что возложило эвакуацию на какого-то малоизвестного офицера. Никаких точных данных о нём не было предоставлено. Отдельные солдаты роптали по этому поводу, но куда деваться! На полях Второй мировой уже проваливались многие опытные военачальники Союзников. А тут какому-то инкогнито поручают такое важное дело! "Очередная катастрофа неизбежна" - таков был прогноз военных. Раз предыдущий комендант Гааги не справился с заданием, то и у следующего ничего не выйдет. В полдень вышеупомянутый инкогнито прибыл в Гаагу. Перед ним были поставлены задачи. Первая, самая главная - отражать все атаки немцев. Вторая - уничтожить тяжёлую артиллерию, обстреливающую гавань и ведущие в Гаагу дороги. Третья - обеспечить проход войск из других попавших в окружение регионов.

***

"Да уж, хреновенько дела у вас обстоят! - размышлял командующий, принимая под своё управление гаагскую базу. - Кто так готовится к эвакуации? Гавань полностью разрушена, но нет даже следов ремонта! Воронки от снарядов торчат в 50 метрах от территории базы. Главную дорогу обработали так, что без моста тяжёлой технике не проехать. Господин бывший комендант, вы виноваты в случившемся! Вы руководили мощным гарнизоном, в составе которого есть отборный инженерный отряд. И что? Лучшие бойцы гниют в братских могилах. Инженеры обескровлены, потому как вы погнали их рыть бункеры за городом вместо того, чтоб починить гавань и дороги. Такая безбашенность простительна русским, у которых "бабы ещё нарожают". Но мы привыкли ценить человеческую жизнь и постараемся исправить ваши ошибки...". Первым делом инкогнито перегруппировал солдат на юго-западе Гааги, где происходили наиболее кровавые столкновения. Раненые отошли ближе к тылу, их заменили вновь прибывшие. Затем командир пополнил отряд инженеров двумя тремя новичками, после чего распорядился начать ремонт гавани и навести временный мост через дыру в дороге. Пока инженеры занимались делом, вновь забухали "Карлы". Сверхтяжёлые мортиры обстреляли бункеры англосаксов. Одновременно с этим атаковала немецкая пехота. Штабная радиостанция загудела и задрожала от просьб о помощи: - Командир, нас сейчас размажут! Угомоните немцев! - По нам бьют! Хватит дремать! - Высылайте штурмовую группу! Солдаты нервничали и путали, кто здесь командует, а кто подчиняется. Командир заверил их, что процесс подготовки ударной группы идёт, а инженеры начали восстановительные работы. Генри Райли и Джереми Филипс переместились в бункер на второй линии обороны. Немецкие стрелки то и дело залегали под их огнём и вплотную подбирались к укрытию. Одному фрицу удалось достичь цели и засунуть ствол автомата в амбразуру, но Райли оказался быстрее. - Фу, убери свои грязные лапы! - сказал Филипс, убирая дулом "Томпсона" торчащую руку фрица. Мстить за солдат приехали БТРы. Их огнемётов панически боялись солдаты Союзников. Боялся их даже стреляный воробей Филипс. Неделей ранее он сам чуть не сгорел в огне в одной из стычек. Сейчас бронебойщиков было слишком мало - по одному в каждом бункере. Лондон пока не разрешил командующему строить танки, так что прорыв обороны малой кровью вполне реален. - Они отступают! Что это может значить? - вдруг задался вопросом Райли. Сколоченная командиром штурмовая группа приблизилась к позициям немецких пушкарей. Попутно четверо бронебойщиков отвлекли внимание экипажей БТРов, нанеся удар сбоку. Но командир сказал - не надо тратить лишнее время на отвлечение неприятеля! Уничтожив БТР, группа подошла на выстрел к "Карлам". Никто не стоял на их защите. Когда базучники открыли огонь по уязвимым местам, солдаты в бункерах вздохнули с облегчением - немцы повернули назад и кинулись защищать "Карлы". Но налётчики успели вывести из строя одну мортиру и принялись за вторую. Им удавалось успешно отбиваться от немецких контратак. Но командир группы сержант Уолтер Крамер сказал: - Смотрите! "Карлы" сворачиваются и собираются трогать! Возвращаемся назад! Группа проскочила мимо мортир и пошла в направлении бункеров.

***

Инженеры закончили восстанавливать гавань и дороги для будущей эвакуации. С юга подъехала пятёрка "Виллисов" с людьми на борту. Командующий принял сообщение от лидера группы. - Мы из Налдвейка, сэр. Эти наци перебили весь гарнизон и нас чуть не уничтожили. - За вами есть ещё беженцы? - спросил командир. - Никак нет. Мы - это все, кто выжил. - Будь они прокляты! Через два-три года вернёмся сюда и отомстим за погибших. По северной дороге прокатила рота "Шерманов" и один "Першинг". Все машины ужасно дымили после тяжёлых обстрелов. Единственное, что мог сделать инкогнито - заранее перевести беженцев ближе к морю. - Чёртовы немцы гонялись за нами через всю трассу! - жаловался командир роты. - В Новом Вассенаре орудовали три "Тигра". Перебив половину батальона, они погнались за нами. Топливо у немцев закончилось как раз перед въездом в Гаагу. - Ну да и хрен с немцами! - сказал командир. - Подъезжайте к пристани и ждите паромы. Вскоре Лондон известил о скором прибытии транспортных судов. Разведка доложила о наступлении с северного и южного направлений и посоветовала укрепить фланги базы. Желательно, сказали в Лондоне, чтобы как можно меньше войск было потеряно при отступлении. Потом уточнили необходимое для финала время - тридцать минут. Всего полчаса нужно ребятам, чтобы продержаться перед спасением. Командир торопился исполнить приказание в точности. Он снял с передовых рубежей всех бойцов и переправил их в город. В конечном итоге все защитники Гааги плотным кольцом опоясали военный лагерь, плотно примыкавший к пристани. Оборона казалась со стороны неприступной. Каждое здание было занято солдатами. Между укреплёнными точками командир поставил воинские заслоны. Не имея разрешения на стационарную оборону, он довольствовался тем, что есть. "Но мы привыкли ценить человеческую жизнь...". Итак, немцы начали финальный штурм Гааги. С трёх направлений наступали сто семнадцать человек при поддержке шестнадцати единиц техники. На севере танкисты, гонявшиеся за янки по трассе, заправились бензином и вернулись к попытке реванша. Им помогали в этом две ЗСУ "Вирбельвинд". В одном из эпизодов "Вирбельвинд" обстреливал бывшую швейную мастерскую на перекрёстке. Немцы применили "железный ветер", одномоментно выстрелив из всех стволов. Зелёный новичок Джим Невилл перепугался до полусмерти. Он выронил базуку и рухнул задом на бетонный пол. Но вместо слов поддержки он услышал непечатную брань и грубые призывы подняться. - Ты чё это, б...ть, обосрался? - Ишь ты, грома небесного испугался! - А ну вставай, скотина! Добивай гада, пока он в отключке! Невилл послушно поднялся и нацелил гранатомёт на немецкие танки. Злополучная ЗСУ была подбита. С вражеской колонной быстро справились. В то же время на горизонте уже маячили долгожданные силуэты. Шесть паромов вот-вот пристанут к берегу и выпустят трапы. По указке из Лондона командир скоро демонтирует базу, переведёт сборочный двор в мобильный режим и погрузит его на корабль. Ничего, что принадлежит Союзникам, не должно попасть в руки нацистов. Караван сблизился с пристанью. Пехота получила приказ сниматься с позиций и отступать. Все немногочисленные постройки базы были разобраны и погружены на борт Командующий последним покинул территорию Гааги. Он в точности исполнил приказ Верховного командования и не оставил фрицам ни одной копейки средств, ни одной пачки патронов, ни одного автоматного ствола. Врагу оставалось только проклинать англосаксов за отсутствие трофеев, празднуя окончательный захват европейского континента. (продолжение следует...)