Nazi Alert

20 августа 1946 г. Черновцы, рейхскомиссариат Украина.

***

- Мой фюрер, эта земля действительно ужасна! Получив Буковину от румын, русские совершенно испортили и извратили её. Вы же видели, например, покосившуюся избушку на окраине села? Это дело рук большевиков. Я лично беседовал с хозяином, который с горечью вспоминал румынскую власть. А вчера, проезжая через деревню М., я видел похоронную процессию. Двадцать человек хоронили умершего от голода старика. Мне рассказали, что это большевики довели человека постоянными реквизициями продовольствия. Он долго держался, но дистрофия была сильнее... - Это происходит везде, куда ступила нога красного комиссара. Но я вам скажу по секрету - мы не собираемся улучшать положение крестьян Украины. В наши ряды уже просятся некоторые из них, и часть людей мы приняли. Но эти люди... Сами знаете, кто они. Такие отбросы будут выполнять самую грязную работу. Мы их не любим даже больше, чем украинцев, воюющих за Москву. Но они - ценные союзники в борьбе с большевизмом. На этом их польза и заканчивается. Они к вам ещё постучатся, будьте уверены! - Но ведь их положение не должно улучшаться! Вы сами только что об этом сказали. - Это временное дело. Один из моих советников сказал, что бандеровцы хороши в борьбе с советскими оккупантами, но после окончания войны подлежат санации. Украинец настолько фанатичен, что за идею свою фрау зарежет. Мой вам совет на будущее: никогда не заваливайте оружием этот сброд! Нам не нужна сильная и независимая Украина, а бандеровцы, имея в распоряжении много оружия, способны на всякое, даже на бунт против Германии... В простой крестьянской избе происходил исторический разговор. Адольф Гитлер, приехавший инспектировать передовую базу вермахта под Черновцами, остановился в деревне Д. Там же получил первое назначение один военачальник средней руки. Никто бы не подумал, что этот человек что-то из себя представляет в военном плане - простой офицер без обилия золота на погонах и ярких нашивок, со средним военным образованием... Да, не всякому офицеру среднего звена выпадает такая честь - попасть на серьёзный разговор к Адольфу! Для этого нужно очень хорошо постараться. Но война только началась, и наш аноним ещё не сделал ничего выдающегося. Видимо, Гитлер знал про офицера что-то, что знали единицы... - Я принял ваш совет, мой фюрер. Только зачем я здесь нахожусь? - Знаю, вам не терпится получить первое задание. Оно у вас прямо под боком. В этой деревне мы устроили склад боеприпасов. Внешне только кажется, что склад не имеет большого значения для немецкой армии. Однако в наших планах значатся его укрупнение и превращение в ключевое звено цепи снабжения. Русские, естественно, попытаются захватить его и сделать то же, что планируем мы. Беда вот в чём - защиту придётся осуществлять без базы малыми силами. Единственное, что может облегчить задание - это оставшиеся здесь от русских траншеи. В ближайшее время здесь вырастет новый военный городок, но вы вряд ли застанете это чудо. Я переброшу вас в другую точку, если справитесь здесь. Берите два взвода солдат и действуйте! - Так точно, мой фюрер. - Вольно.

***

...Рядовой Макс Штольц нервно прикуривал у бруствера. Его только на прошлой неделе призвали в ряды вермахта, и Макс только сегодня нюхнёт пороху. Но он уже предвкушал будущее сражение. Официальная пропаганда много насочиняла про слабую советскую армию. Жестокие комиссары, обескровленный большим террором командный состав, одна винтовка на троих, кавалерийские шашки против танков - всё это отчасти имело место быть, но Гёббельс и его команда, как и положено, гипертрофировали эти ужасы. Штольц курил и размышлял вслух: - У русских всё очень плохо со снабжением. Я не удивлюсь, если они пойдут на нас с вилами и дрекольем. А если они голыми руками захотят нас взять? Это будет фантастично! - Посмотрел бы ты на эту землю, Макс! - сказал гренадёр Рудольф Шмидт. - Она не имеет никакого стратегического значения для Германии. Разведка не нашла здесь ни одного сколько-нибудь значимого военного объекта. - Русских вообще не понять, - добавил стрелок Клаус Блюменфельд. - Уцепились за какой-то бесполезный клочок земли и не отпускают. Зачем им Буковина, а? А Галицию на хрена забирали? Там население встречает нашу армию хлебом-солью, а местные гарнизоны целыми полками переходят на сторону Германии! В Москве Сталин уже все руки изломал, читая донесения о предательстве. - Думаю, здесь всё будет проще пареной репы, - сказал Шмидт. - Врагов будет совсем немного, да и часть из них, наверное, не похвалится верностью России. Мне не терпится увидеть хотя бы парочку добровольцев... - Всё, хватит болтать! - крикнул командир. - Русские наступают! Рядовые разошлись по позициям. На расположение склада боеприпасов наступали три взвода русских солдат. Картина боя типична для Восточного фронта: толпа русских бежит сломя голову с криками "за Родину!", "за Сталина!", подгоняемая кровожадными комиссарами. Пушечное мясо в упаковке - таков вывод немецких полководцев. И, хотя "пушечное мясо" уже наделало на местах немало хлопот немцам, черновицкий командующий не видел никаких оснований для проигрыша. Первую массированную атаку немцы отбили без потерь, отделавшись тремя ранеными. - Честно говоря, я ожидал более лёгкой прогулки, - с нотками грусти сказал рядовой Штольц. - Дитё ты малое ещё! - раздражённо бросил стрелок Флейшман. - Ты действительно думал застать их с вилами и граблями? Рано тебя что-то от горшка отучили... - Не рано, - сказал Рудольф Шмидт, перевязывая себе рану. - Если мы дойдём до Москвы - а агентура сообщает много про народное ополчение - то тогда ты, Макс, и увидишь крестьян с дрекольем. А это мы обязаны сделать до наступления холодов. - Если провалимся, то нам крышка! - настороженно произнёс Флейшман. - Ведь никому из тех, кто воюет в России, не выдали зимнего обмундирования... - Это ты нам накаркать хочешь? - спросил Блюменфельд. - Сгинь отсюда, ворона! Солдаты рассмеялись.

***

Их и без того короткое веселье оборвал новый тревожный сигнал из штаба. Радиолокаторы зафиксировали присутствие в районе двух русских броневиков. Они поддерживали в будущем столкновении два пехотных взвода. Командир угадал направление движения бронемашин и сосредоточил гренадёров соответствующим образом. Старые "Скороходы" быстро пали под ударами ракет. А уже получившие немного опыта рядовые легче справились с наступающими русскими. Рядовой Штольц уже не расстраивался из-за отсутствия вил и кос - зачем они вообще, когда и с огнестрельным оружием дела идут из рук вон плохо? Вдруг с северо-западной стороны появилась некая фигура в одежде защитного цвета. За ней следом бежали ещё четыре таких же фигуры. Впереди бегущий солдат размахивал белым платком в знак сдачи. "Западенцы?" - мелькнуло в голове у Шмидта. Гренадёр ликовал - скоро его мечта о коллаборационистах исполнится! Лидер группы предателей, приблизившись к окопу, бросил на землю трёхлинейку и опустился на колени. Немцы попросили его подняться и пройти к командному пункту. - Я - старшина Дмитро Мельник, - назвал своё имя изменник. - Проклятые красные уморили голодом мою семью ещё до войны, а меня забрали в армию и заставляли любить вождя, повинного в смерти моих родных... - А те, что с вами, тоже обижены советской властью? - перебил его командующий. - Так точно, господин командующий. Не примете нас в свои ряды? За нами уже послали погоню. - Да, будьте сегодня с нами, - сказал командующий. - Быстрее прыгайте в окопы! Третья волна красных приближается! Третья волна удвоилась по сравнению с каждой предыдущей. Вместо двадцати пехотинцев с той стороны в штурме участвовало сорок четыре. Бронетехника не участвовала в атаке, но и без неё чувствовалось колоссальное напряжение. По версии бойцов вермахта, русских разозлила именно измена некоторых солдат. - Смотри-ка, какие злые! - сердился Штольц, отстреливаясь из автомата. - Кто вас таких родил на свет, русские? - Лучше гляньте, как они падают! - сказал Дмитро Мельник. - Так легко! Когда перестрелка закончилась, Штольц заключил: - Половину солдат потеряли и с позором покинули поле битвы... - Вот и вся их сила! - сказал Мельник. - Истину глаголет пан Геббельс, что русских слишком легко победить! - При таком раскладе мы до Москвы дойдём за два месяца, - подбодрил украинца Блюменфельд. - А там и вашу Украину освободим окончательно, и Московию до Урала возьмём себе... Все замолчали. Командир объявил по радио: - Внимание!!! Подкрепление вермахта на подходе. Следующая атака - последняя. Держимся! Русская группировка на последнем издыхании пошла ва-банк. Сорок один солдат двинулся на склад снабжения при поддержке трёх танков Т-34 "Молот". - Так, ребята, давайте тише будем, - залопотал невпопад один из перебежчиков. - Ты сам сиди помалкивай, мразь трусливая! - шикнул на него Флейшман. Завязалась перестрелка. Первые снаряды разворотили брустверы окопов и засыпали глаза немцам. Мельник с запорошенными глазами получил пулю в горло. Автоматные очереди дополнили снарядный бой; даже бывалые немцы растерялись и суетливо меняли позиции. Пули настигли Флейшмана и предателя Стецюка. - Они стреляют по складу! Бейте по танкам! - орал во всю глотку командующий. Рудольф Шмидт творил чудеса. Бегая из одной траншеи в другую и стреляя на ходу, он подбил два "Молота". Он оттянул на себя последний танк и дал возможность бойцам ударить с тыла. С пехотой дело обстояло сложнее. Разъярённые русские не давали немецким автоматчикам поднять головы. Те бегали туда-сюда и яростно травили воздух проклятиями и матами. Вооружённые трехлинейками русские ринулись в штыковую атаку; трое немцев были заколоты насмерть. Командующий срочно подтянул солдат со второй линии обороны. С усилением передового рубежа возросли потери со стороны врага, но часть уцелевших зашла во фланг. - Нас обошли с фланга! - рвал динамики командующий. - Не дайте им уничтожить склад! Немцы опомнились и предпринял попытку окружения. Молниеносный прыжок сделал своё дело: девятнадцать солдат подняли руки вверх. - Молодцы ребята! - похвалил бойцов командир. - Подкрепление прибыло. Хайль Гитлер! Восемь грузовиков "Опель Блиц" остановились на главной улице деревни. Командир пехотного отряда направился к штабу, попутно оглядев людей возле склада. - Это ваши герои? - спросил приезжий. - Так точно, - сказал командующий. - А что по... с позволения сказать... людям в ватниках? - В центре кольца - сдавшиеся в плен. А те четверо, что вместе с бойцами вермахта - это западенцы. Фюрер предупреждал о том, что кто-то из них может прибиться ко мне. - А-а-а-а, вот как! Только сильно не обольщайтесь. Ведь фюрер говорил вам о том, какая роль уготована украинским коллаборационистам? - Да, говорил. К тому же и я не планирую делать украинцев полноценными хозяевами своей земли. Сегодняшних перебежчиков я, пожалуй, приму в своё подразделение. Но... - и командир на миг призадумался. - Воля ваша, - дополнил превранную мысль командир подкрепления. - Но рейхсфюрер СС вчера анонсировал создание добровольческого батальона в рейхскомиссариате Украина. Я вам советую попридержать ваших приблудных, а когда объявят набор - отправляйте их в батальон! В вермахте от них больше проблем, чем пользы. Для примера процитирую вам отчёт из Станиславского района. В **-ю роту прибежали четверо уроженцев Волыни. Капитан М. принял их в свои ряды, а на следующий день заметил пропажу двух ящиков с "Панцершреками" и семи пачек патронов для МР-40! Началась проверка. Когда очередь дошла до этой великолепной четвёрки, все они затряслись и онемели от страха. Воров быстро вычислили и без суда расстреляли. Поэтому, пока батальона СС ещё не существует, держите ваших новых друзей на поводке, чтоб чего не натворили. - Будет сделано, - отрезал командующий. - Что-нибудь ещё говорил Гитлер? - Ничего особенного. Пока что одни победные реляции и слышишь от него по радио. Взяли Брест, взяли Белосток, захватили Львов, освободили Вильнюс... Думаю, грандиозные планы по "жизненному пространству" ещё разрабатываются. - Наши учёные мужи целыми сутками поди сидят, не вылезают из кабинетов. А там, глядишь, и выдадут они на-гора грандиозный план, который найдёт отклик миллионов немцев. - Да, - согласился приезжий. - Однако, вам ещё новое назначение не пришло? - Ещё нет, но обязательно будет. Сегодня же я обязан выехать на приём к фюреру, пока он инспектирует Буковину. Прямо сейчас я собираю вещи и сдаю вам все дела. - Отлично! Пусть ваш талант не подведёт вас на новом месте...

***

Уже вечером этого дня инкогнито был на приёме у фюрера в Черновцах. Никто не знает, что именно они говорили друг другу. Известно лишь то, что доблестный командир во славу Рейха отправился в другую точку Европы... (продолжение следует)