Яблочный пирог

Треск и грохот. – Игры в кошки-мышки кончились, Санчез! Выходи! Ты проиграл, и ты это знаешь! Что ж, раз уж за год без пары месяцев его охотничья лихорадка нисколько не улеглась – видано ли, сам по душу жертвы явился, да и с каким пафосом – есть основания полагать, что он настроен серьёзно. Боже упаси, какие тут игры. – Обыщите дом! Носом проройте, но достаньте мне сучьего выблядка! Пик-пик – аккумулятор готов. Рик нервно усмехнулся, постукивая кулаком по приборной панели. Поехали. Щелчок-щелчок-щелчок – пальцы побежали по кнопкам. Старые стены застонали от нарастающей вибрации, и где-то в ней потонул крик: – Это из подвала! – Не делай глупостей, Рик! Твой дружок всё ещё в тюрьме, и поверь, я найду способ сделать его загнивание там особенно мучительным! Вибрация передавалась от пола и волнами проходила по всему телу. Казалось, вот-вот от неё разорвётся сердце. Удар-удар – это несколько плеч пытались выбить амбарную створку. А вибрация тем временем сливалась в один уже монотонный гул. Ха-ха-ха! Каким же бездарем был этот изобретателишка! Создавать машину колоссальных размеров, которая скорее просто разорвёт наше пространство, как хрен целку? Да что там о портале говорить, ведь если хоть что-то пойдёт не так, то эта штука превратится в оружие Судного дня! И зачем ему, дремучему неудачнику из начала века, вообще нужен двухсторонний портал, кого он собирался звать в гости? Его ведь нереально сбалансировать даже в гораздо меньших размерах. Нет, можно, конечно, но всё равно умирать. А умирать – так хоть с шиком. Грохот. С надсадным треском дверь вылетела из пазов. Щелчок. Щелчок. Щелчок! Топот. Вспышка ослепила, а нагнавшая её волна оглушила до писка в ушах. Поток воздуха от открывшегося портала сначала сбил с ног раскатистым штормовым порывом, а потом – будто это вода, которая, ударившись о стены, отхлынула обратно, – всё потянуло назад, в складывающиеся ровным эллипсом изумрудные вихри. Сердце заколотилось, почти вырываясь изо рта туда же, следом за не закреплёнными и летящими, позабыв о гравитации, ящиками и инструментами. К счастью, портал от них был предусмотрительно защищён плотными сваренными щитами, иначе бы рванул раньше, чем Рик успел до него добраться. Да, добраться... Добраться нужно. На глаза сами собой навернулись слёзы. Может, всё-таки не умирать? А может, есть шанс и здесь? Может, ещё не поздно…? Бабах! Нет, теперь поздно. Бандиты орали от непонимания и ужаса, хватались за трубы, за ноги друг друга. Стреляли, даже не понимая, в кого и зачем. Пули меняли траекторию, рикошетили, сталкивались с летящими предметами. – Какого хера ты творишь, псих?! – Влетая в подвал последним, Страйф сообразил схватиться за перила лестницы. Рик так долго предвкушал этот момент, так долго копил зло и обиду, так долго готовил речь, которую в последний момент толкнёт перед ним... И что, это для того, чтобы она сейчас со свистом вылетела, оставив в голове воспалённое ужасом, зияющее ничего?! – Ты здесь сдохнешь, мудак! – срывая горло, чтобы заглушить гул, только лишь проорал в ответ он и тряхнул вполоборота головой. – Ты мне всю жизнь сломал! Страйф проследил взглядом его жест и заметил наконец примотанные по стенам и трубам небольшие коробочки. Он вдруг всё очень хорошо понял. – Какую жизнь, больной ты наркоман?! Что ты несёшь?! За что тебе мне мстить? Я дал тебе всё! Это ты сломал мой бизнес, из-за твоего доноса копы устроили мне травлю, я лишился лучших людей и сам теперь в бегах! Это у меня все основания хотеть твоей смерти, а не наоборот! Включи мозги, Санчез! Останови это! Рик уже не слышал ничего: его оглушило от страха и гула. Он с трудом разжал окаменевшие пальцы, которыми впивался в пульт, и на тросе его подняло в воздух. Если что-то пошло не так и портал не пропустит его вот сейчас, то несбалансированный механизм окончательно перегреется и рванёт, а они все: и люди, и этот сраный амбар, набитый взрывчаткой, – сплавившимся комом металла, дерева и мяса полетят на воздух. Больше всего на свете хочется жить, когда ты на волосок от смерти. Рик пролез в единственное небольшое отверстие между щитами и отцепил трос. В иссиня-белых волосах забегали искры. Его, как кусок дерьма, увлекло в слив изумрудно-зелёного унитаза. Рик Санчез не знал, что может ждать его по ту сторону. Наверное, именно в этом была самая лучшая часть всей его истории.