Брат-2

Долгожданный концерт для поклонников. Взгляды из зала выглядели слишком маниакально, но Васильев чересчур был расслаблен, чтобы думать об этом. Обычно, Саша ведет себя энергично на выступлениях, но сейчас он лишь искренне улыбался, изредка одаривал людей беглым взглядом голубых глаз и вновь возвращался в свой мир. Некоторые были недовольны тем, что Александр не заводил толпу, как обычно умел, но лишь некоторые. Кто действительно был проникнут его творчеством, смотрели на него взаимным счастливым взглядом, задумываясь о том, из-за чего их кумир так сладко и загадочно улыбается. Песня за песней, строчка за строчкой, все казалось на автомате, и он старался не вдумываться в собственные слова, из-за чего боялся, что душа его наградит параллелью из прошлого. В голове, как бы стыдно ему ни было от этого, неизменно звучало имя лишь одного человека. Лева… Всё это странно. У них был шанс и раньше помириться, но, видимо, было ещё недостаточно времени для того, чтобы всё забыть и кинуться в омут старых, более приятных, чем их ссора, воспоминаний. Эта легкость казалась настолько прелестной, что Васильев даже и не верил, что все произошло так просто и спокойно. *** Лева, по своей традиции, вел себя на сцене так, будто желает всем своим видом показать, настолько он вкладывается в эти песни и что они значат. Фанатки верещали, а он, не смотря даже в зал, закрыв глаза, продолжал бархатно петь своим манящим голосом. В груди Бортника была дрожь, сильнейшая. Он шел по жизни с девизом: лучше сделать и жалеть, чем не делать и мучиться от того, что был шанс. Но сейчас это правильно не распространялось на ситуацию. Он хотел сбежать, как мальчишка. Вся эта затея ему казалось, весьма, глупой и спонтанной. Несмотря на то, что была минута блаженства от содеянного, то сейчас он понимал, что со скрытым и невозмутимым Васильевым общаться уже бесполезно. Вернуть его к прошлому или же обсудить настоящее с человеком, что давно уже не в твоей жизни – казалось какой-то несусветной глупостью. Мужчина поставил себя перед фактом, что если у них не зайдет разговор – то больше никогда в жизни даже не вспоминать это проклятое имя, что очень часто всплывало в самые неподходящие моменты. *** Лева, придя в зал, понял, что у них с Сашей есть ещё 3 часа до конца концерта, когда все станут собираться, из-за чего, тяжело вздохнув, направился к холодильнику за пивом и обдумывал подходящую смс. Шура, скрыто злясь на него, кое-как сдерживался, чтобы не высказать свое мнение на необдуманный поступок друга. - Ну же, я же вижу, - устало проговорил Бортник, не отрываясь от экрана телефона. - А что мне надо сказать? Что ты как влюбленная курочка бегаешь за ним? Вы давно уже не общались, зачем тебе? Ты был лишь забавой на одно время, ты никогда не был другом ему, пойми. Он просто хотел потусить с крутыми парнями. - А ты, я вижу, очень сильно разбираешься в людях? – прошептал Лева. - Если ты действительно хочешь узнать мое мнение – то я не буду ни секунду с тобой рядом, когда ты будешь спиваться из-за этого напыщенного придурка. Он уже старик, понимаешь? Он не тот веселый паренек. Забудь это. - Хорошо, хорошо, - чуть прикрикнув, Лева вышел с двумя бутылками пива. *** К счастью, никто не смел что-то сказать Васильеву, когда он поставил перед фактом, что на час или больше уйдет от них. - Ладно, всем хорошего вечера, парни, - слегка улыбнулся Саша и закрыл за собой дверь. Леша многозначительно посмотрел вслед, пожал плечами и продолжил пересматривать фотографии с концерта. *** Двое мужчин сидели недалеко от здания и пили пиво. Разговора не было, из-за чего Васильев только был рад. Было непонятное спокойствие в груди, он оглядывался порой по сторонам, чтобы насладиться огнями города, прислушивался к проезжавшим мимо машинам и слегка улыбался. Лева же изредка делал глоток пива и выстраивал план общения в голове, пытаясь собраться, наконец, с мыслями. Все это глупая затея, а для чего? Создается впечатление, что он сделали друг другу услугу, не получая никакого удовольствия от нее сами. - Я думаю, мне лучше пойти. Васильев, нахмурившись, агрессивно посмотрел на Бортника, не понимая, как тот посмел не прочувствовать эту гармонию после долгого концерта наедине со старым другом. Но негативные эмоции отошли на задний план сразу, как только он увидел растерянный вид приятеля, что, видимо, так потерялся от этой забытой атмосфере, что единственное, что ему оставалось – это сбежать. Саша слегка улыбнулся. - Почему? Лева опешил от поставленного вопроса и наглой улыбки Васильева. Он давно такую видел, не наигранную для поклонников, не от наслаждения, а от момента, когда поставил человека в неловкую ситуацию. - Ты думаешь, есть смысл что-то обсуждать? – постарался ровно узнать Лева, который, порядком, уже устал. - Конечно, - с озорным тоном подметил Васильев и положил руку на спинку скамейки так, что она оказалась позади спины Левы. Бортник почувствовал, как дрожь покрывает его тело, а кости начинает выламывать из-за психологической встряски. Стараясь незаметно отдышаться, он делает ещё один глоток пива и смотрит вперед себя. - У нас пропали общие темы, у нас осталось лишь одно воспоминание о той ссоре, что затмило все наше общение. - Между ними секунду назад было жарко. - Вдруг Васильев осознал, что сказал и поморщился от омерзения. - Мы с тобой как парочка какая-то, слушай, а не мужики взрослые. Не хочешь общения – не надо, я не собирался здесь сидеть и уламывать тебя на то, чтобы вспомнить прошлое и вдохновиться огнями этого города, - Васильев показал рукой вперед, сделал глоток пива и, хотел было уже встать, как Лева его остановил. - Мне просто было… не по себе долгое время, - виновато объяснял Лева. Его взгляд был насколько ласковым, что Васильев, будь бы не собой, кинулся бы уже на него с объятиями. Но мужчина сдержано улыбнулся и положил руку обратно возле плеч друга. - Мне тоже было больно, - монотонно и строго проговорил Александр. - Мы ведь можем как-то это исправить? - испуганно заглядывая в глаза, прошептал Лева. - А ты сомневался? – прошептал на ухо Васильев, из-за чего Леву передернуло. Казалось, что тело Левы сходит с ума от этого голоса, который когда-то соединялся с его собственным. Но сейчас все было по-другому: он перестал быть таким игривым, к нему добавился бархат и настоящая мужественность, чему Лева всегда завидовал. Дрожь не переставала покрывать волнами тело мужчины от единого воспоминания, когда губы его друга были так близко к его лицу. - Всё, - прикрикнул Лева и встал со скамейки, начиная закуривать сигарету. Васильев, приподнял бровь, внимательно наблюдал за действиями друга. - Что за хренотень происходит? – прикрикнул Лева. – Чего ты добиваешься? - Тебя, - ровным голосом проговорил Саша, не вкладывая в это слово той потаенный смысл, что мог понять Лева. Бортник прикрыл глаза, взявшись за голову. Он чувствовал, как возбуждение накрывает из-за человека, который только недавно был для него причиной всех плохих воспоминаний. Все это происходило из-за резкой встряски, из-за резкого наплыва давних эмоций, которые, казалось бы, уже никогда не вернуться. Становилось тошно и неловко с каждым разом, как только Васильев что-то делал. Лева был уверен, что Александр будто провоцирует его, издевается, но для чего и зачем? Васильев встал со скамейки, искренне не понимая, что происходит с Левой. - Нет, лучше сядь, - закричал Бортник, что было ещё более неожиданно от этого тихого, скромного, несмотря на его действия на сцене, мужчины. - Да, твою ж мать, ты можешь мне хоть что-то объяснить? – ближе подошел Саша и взял того за плечи, из-за чего сигарета Левы упала на асфальт. Он был сжат в сильных руках, а напротив глаза человека, в которых играл огонь агрессии и непонимания. Все это сводило с ума: сильное тело, несмотря на невысокий рост, тихий, спокойный и уверенный голос, сильный взгляд. - Извини, - Лева сморщился со стыда и прильнул к губам Александра. Васильев, все также держа за плечи друга, лишь немного приблизился и пытался отвечать на поцелуй полноценно, не проявляя своего шока и невыносимого громкого вопроса о происходящем. Ему ничего не оставалось, как продолжить неожиданный поступок. К сожалению, он редко мог расслабиться и даже сейчас все было так неожиданно и не к месту, что он лишь ждал, когда все это закончится. Как только Лева положил одну руку на талию Васильева, тот, будто очнувшись, стал усиливать поцелуй, наконец, не применяя рациональность к самым интимным моментам в отношениях. Леву начинало трясти меньше, будто лишь этого требовало его тело. Он не знал, для чего все это происходит: ради собственного успокоения или, чтобы больше не слышать навязчивые вопросы друга. Но одно Лева точно смог подметить: ничего позорного нет в том, чтобы насладиться поцелуем с человеком, который был так важен ему. Бортник открыл глаза, прервав первым поцелуй. - Мне пора, - проговорил Лева и направился к черному входу. - Ты будешь на общем корпоративе? – тихо спросил Саша, думая, что тот его уже не услышит. Лева повернулся боком, не смотря в сторону Васильева, и положительно кивнул. Александр закурил сигарету, пытаясь все обдумать.