Равные

Наташа предельно ясно объяснила поставленную задачу, но Баки все равно раздумывал над тем, стоит ли Капитану Америка вмешиваться в дела Щ.И.Т.а. Не слишком ли это официально? Ведь всё это время он просто появлялся там, где был нужен, чем неимоверно раздражал Питера, но вселял надежду в товарищей по команде. Хотя Баки не был до конца уверен в том, что никто из них ничего не знал. В конце концов он согласился. Щит оказался тяжелее, чем думал Баки. Ему доводилось и раньше пользоваться им, но это не то, что таскать его за спиной и постоянно использовать в драках. Бионическая рука была очень кстати, потому что без неё он бы точно не справился. Наташа прислала информацию о базах Гидры, на которых держали в качестве заложников агентов Щ.И.Т.а или штатных учёных. Сегодня была их первая совместная вылазка, когда Барнс должен быть Капитаном. Ему не нравилось, Наташу это забавляло. Он сидел на переднем сидении и морщился, щит ощутимо мешал. — Там есть наши люди, — проговорила она, поворачивая руль вправо. — Поэтому мне нужен ты. — Если я там сдохну, снимешь с меня костюм, чтобы никто не видел? — Всё по стандартной схеме. Убивать разрешается, но только не всех. Ты смотрел то, что я тебе присылала? — Да, — кивнул Баки. — Два ваших инженера у них в руках. Насчёт верности третьего Коулсон сомневается. Ты давно с ним дружбу водишь, а? — С Коулсоном? — Ага. — Ну, с тех пор, как он воскрес. Слушай, у нас есть работа, разве это не здорово? Спасём пару невинных жизней, тебя снова напечатают в газетах… — Если всё будет именно так, то утром Пит снова будет тыкать газетой мне в лицо. — А это не совсем то, чем хочется, чтобы тыкали в лицо. — Да боже мой, — закатил глаза Барнс. — Просто рассказывай, что там дальше, пока я кого-нибудь не убил. — Ты пойдёшь туда один. — Что? Мы так не договаривались! — У меня не лучшая репутация, знаешь ли. Но я на связи, подхвачу, поймаю. — Нахрена я вообще согласился. До места назначения они доехали быстро. Наташа высадила его, а сама скрылась. Барнс не имел понятия, что его ждало, но шёл напролом. Вырубил охрану и ещё несколько агентов. Одного так хотелось убить, но он же Капитан Америка, которому убивать запрещено. Он шёл точно по пути, который ему указывала Наташа, вышедшая на связь. В подвале держали пленных, и все они были рады увидеть его. И кто-то даже крикнул «Да здравствует Капитан Америка». Взяв под своё крыло пять человек, он пообещал вернуться за остальными. Когда в проходе появился Человек-Паук, Баки не удивился, но искренне надеялся, что творить глупости он не собирался. — Кто ты? — спросил он. — Говори. Пленники, стоявшие сзади, замешкались, не понимая, что случилось, но никто не решался спросить. Баки не отвечал, и Человек-Паук повторил свой вопрос ещё раз. Капитан развернулся к пленникам, выбрал среди них паренька и протянул ему пушку, что таскал с собой на всякий случай. Он надеялся, что они додумаются вернуться за остальными, а уж Щ.И.Т. их где-нибудь подхватит. Стоя напротив Пита, он тихо передал команду Романовой, но не был уверен, что она была услышана. Код: липкий. Он не мог использовать слова в свою защиту, ведь его голос Питер знал лучше, чем свой собственный, и это было большой проблемой. Драться Баки не хотел, но Человек-Паук настаивал и первым пошёл в бой. Барнс лишь защищался и берёг щит, предполагая, что он одна из его целей. Один раз пришлось ответить, ударив по лицу. И Паучок от этого нереально взбесился. Баки ждал сигнал от Наташи. От паутины получалось уворачиваться, Барнс знал почти весь набор приёмов Человека-Паука, потому что тренировал его сам и, благодаря этому преимуществу, он давал ему фору. Долгожданный сигнал заставил помучиться, но в итоге Баки сиганул в окно, где Наташа его и подхватила. — Какого чёрта он вообще здесь делает? — выругался Барнс, откинув голову на сидение. — Не знаю, — пожала плечами Наташа. — Наверное, залез в базы Щ.И.Т.а. Папочкин характер. — Мы должны добраться до дома раньше, чем он. — Безусловно. Кстати, всех наших спасли. Спасибо.

***

— И я такой бью его, он отлетает. И ведь даже не нападает, — говорил Питер, когда Баки зашёл на кухню. Его слушали аж три человека. Ванда, Клинт и какой-то парень, которого Баки не знал. Не обращая внимания, Барнс пролез к холодильнику, налил себе молока и уже собирался уходить, как Бартон окликнул его. — Ты бы послушал тоже, полезная информация, — сказал Хоукай. — Мы ведь должны что-то сделать с этим парнем. — Да, — согласился Баки, — мы должны оставить его в покое. Точнее не мы, а вы. Мне до него нет никакого дела. — Бак, ты там не был, — завопил Питер, подбегая к нему, и встал так близко, что Барнс смог разглядеть кровоподтёк на лице. Да, не хило так он его приложил, а во время потасовки всё казалось таким невинным. — Он безумный. И не идёт на контакт. — Судя по тому, что ты рассказываешь, кто из вас безумный, так это ты, Пити, — наморщился Барнс. — То есть ты будешь его защищать? — после минутной паузы спросил Питер. — Я просто оставлю его в покое. — Мы так не договаривались! — Мы вообще не договаривались! — Папа бы этого тебе не простил! — Стив сам хотел, чтобы символ Америки в его лице жил дальше. Так что если хочешь предъявлять претензии, то ты не по тому адресу. И знаешь, если ты надел костюм только ради Капитана Америка, какого чёрта я вообще возился с тобой столько времени? Питер был готов его ударить. Баки видел, как он сжимал кулаки, еле сдерживаясь. Выпустить пар сейчас было бы правильным вариантом, но он понимал, что ничем хорошим это не закончится. Барнс вскоре ушёл, поспешил даже, чтобы не слышать, что у них там за планы по поимке самозванца.

***

Три недели Питер не разговаривал с ним. Не приходил на назначенные тренировки, не заглядывал в спальню, чтобы узнать как дела, да и честно говоря Барнс его почти не видел. Остальные не волновались, значит, всё было нормально. Так было даже спокойнее. Баки умудрялся сбегать на задания Фьюри, и при этом Человек-Паук не следовал за ним по пятам, хотя однажды они всё-таки встретились, но в суматохе потеряли друг друга. Несмотря на это заголовок газеты следующим утром выглядел очень эпично: "Человек-Паук против Капитана Америка: за что?" Услышать голос Питера было неожиданно, Баки чуть со стула не упал, когда мысли рассеялись. — ...Если хочешь, я уйду. Я не настаиваю. — Заниматься пришёл? — Да. — Вперёд. Энтузиазм в его голосе отсутствовал напрочь, но Питер всё же переступил порог. Надев наушники, Баки сложил руки на груди и наблюдал. Пит уверенно сжимал в руках пистолет, но было видно, как его потряхивало. — Разучился? — Нет. — Тогда в чём проблема? — Я извиниться хотел. — Отлично. А теперь стреляй. Только не забудь про отдачу. — Я серьёзно. — Я тоже. Баки встал рядом с ним и стал командовать, раздавая обычные инструкции. Что и куда положить; куда и с какой силой нажать. Он несколько раз поправил пальцы, расправил плечи, готовый в любой момент выстрелить. Но Барнс видел, что он не готов. — Хочешь поменять программу? — Что? — Ты знаешь, о чём я. — Я всё ещё хочу убить Капитана Америка. Чёрт, это звучит как богохульство. И мне нравится, когда ты направляешь. Господи, как эти три недели без Баки сказались на нём. Питер словно понял, чего ему не хватало, позволял себе представлять всё больше и больше. И, наверное, всё-таки следовало рассказать Барнсу, как он скучал, как тяжело было без всего этого; но с другой стороны ему всё ещё нужно научиться стрелять, попадая по мишеням. Баки помог ему выровнять трясущиеся руки, что-то говорил, и голос его был прямо над ухом, дыхание пробегалось по шее, Пит не понимал, как он до сих пор стоял на ногах. — Ну? — спросил Барнс, и Питер отмер. — Стрелять будем или ты передумал убивать нового Капитана Америка? — Прости, задумался. — Выпрямись, — Баки положил ладони на плечи, и, почувствовав на левом холодный металл, Питер чуть не застонал, еле сдержавшись. — Так лучше. — Кажется, чтобы выстрелить в него, потребуется твоё присутствие, — буркнул он, пытаясь абстрагироваться. Прицеливаясь, Питер старался не думать. Джеймс всё ещё стоял сзади, слишком близко для того, чтобы просто наблюдать. Пришлось снова закрыть глаза и глубоко вдохнуть. — Да стреляй уже, — взбесился Баки, уставший от ожидания. — Ты либо учишься, либо нет. У меня, знаешь ли, есть пара десятков непроведанных баз Гидры. — Я думал, Капитан Америка справляется без тебя. — Капитан Америка не убивает. Так что нет, не справляется. — Он поступает по совести. Справедливо. — И ты можешь так же. Или засунешь эту справедливость себе в задницу и прихлопнешь мерзавца. Питер приготовился стрелять. Внимательно присмотрелся к цели, настроил прицел ещё раз и наконец выпустил пулю. — Чёрт, — разочарованно вздохнул он. — Нормально, — кивнул Баки, и Питер боковым зрением сумел его разглядеть. Это «нормально» без труда читалось на лице. — Ты врешь, — он опустил руки, положил пистолет на стол и отошёл в сторону, потому что ощущать Барнса рядом было уже невозможно. — Жалеешь меня, да? — Прекращай истерику, вставай. Будем продолжать. — Да ты и остался со мной из жалости, боже мой. — Пит, прекрати, — он совсем не хотел выслушивать все обвинения. Какая разница, почему он остался. Баки провел по волосам, похлопал по плечу, обнимая его как можно сильнее, словно пытался сказать ему, что он не один. Реакция оказалась слишком острой. Ещё пару часов назад всё казалось куда проще. Питер был беззаботным, хоть и расстроенным фактом существования нового Капитана Америка, и не разговаривал с Баки Барнсом, лучшим другом своего отца. Идя на рожон под маской Капитана, Барнс не сомневался в правильности своего выбора; обнимая Питера в тренировочной комнате, он сомневался. Сомневался в том, что возрождение Капитана Америка стоит всего этого. — Не стоит так из-за этого переживать, — начал Баки, попытавшись заглянуть Питу в глаза. — Это всего лишь Капитан Америка. — Капитан Америка был моим отцом. Был, — подчеркнул Питер, ослабляя объятия, — но погиб. И весь этот цирк… Господи, я не могу так на это смотреть. Почему ты так равнодушен? Если бы папа Тони был жив, он непременно бы надрал задницу этому самозванцу. Понимаешь, они - Стив и Тони - это все, кто был в моей жизни. Для кого я имел значение. Они любили друг друга. Они любили меня в отличие от всего этого мира. С ними я был не один. А сейчас… — Сейчас с тобой я, — тихо ответил Баки, поймав взгляд Питера. Питер будто не слышал его, продолжил распинаться об отсутствии совести у людей, о Тони и Стиве, которые его оставили. Каждое слово - новая эмоция, груз на сердце, и в итоге всё свелось к неожиданным для Баки выводам. — Ты здесь, потому что Стив просил тебя, — буркнул он, пытаясь вырваться из объятий. — Ты остался со мной, только потому что Стив просил? — Не Стив, а папа. — Да какая нахрен разница? — вспылил Питер. — Боже, всё это время ты был со мной из жалости? Или из чувства долга? — Я был с тобой, а остальное не имеет абсолютно никакого значения. Стив действительно просил быть рядом с его сыном, присматривать, оберегать, но Баки понятия не имел, во что это всё выльется, и если бы знал, то бежал бы, куда глаза глядят. Но сейчас уже не мог, он намертво замер в одной точке, смотря на Питера, чуть улыбаясь. Питер глубоко вздохнул, пытаясь себя успокоить. Сосуды в глазах полопались от напряжения, и Баки винил себя в этом. Кажется, мальчик - уже давно не мальчик, на самом деле - готовился к гигантскому прыжку, чтобы прогрызть острыми зубами глотку. Прямо как в фильме, где доберманы нападали на людей. — Чертовски ужасно понять, насколько ты никому не нужен. Было все, ничего не осталось. Я даже не разменная монета, я грёбанный мусор, что выкидывают и забывают. — Ты где этого понабрался-то? — Просто заткнись, Бак. Ты и так сказал слишком много. — Забудь уже об этом и посмотри на меня! Просто перестань, — спокойно сказал Джеймс, пытаясь привести Пита в чувство. — Я здесь, потому что хочу быть здесь, а не потому, что кто-то попросил меня. — Всё ещё жалеешь меня? Думаешь, что я ни на что не способен? — Питер… — Мне не нужна нянечка, Барнс! — Я остался, потому что захотел сам и думал, что ты хочешь того же. — Да откуда тебе знать! — Никто не хочет оставаться в одиночестве. Но если ты всё же хочешь, я уберусь отсюда прямо сейчас. Питер говорил что-то ещё, с каждым разом всё громче и громче. Ярость в его глазах, казалось, уже ничем не потушить. Руки дрожали, но Баки не собирался сдаваться. Не выдержав, Джеймс зацепил пальцами очки и, стянув их, другой рукой притянул Пита к себе, сжимая отросшие волосы на затылке, провёл языком по губам, прежде чем поцеловать. Питер замер на секунду, но решив, что это не очень вежливо, зависать, когда тебя целуют, положил руки на плечи Барнса и втянулся в поцелуй. Всё было точно так, как Питер представлял. И на самом деле это больше пугало, чем доставляло удовольствие, ведь что делать дальше он не знал. — И сколько ты ждал? В ушах гудело, сердце стучало и ужасно хотелось спрятаться и скрыться. — Достаточно.