Метрополис-3: Война

— М-м-м-м! Запах. Отвратительный запах, ударивший в нос лису, забившемуся в самый дальний угол клетки-карцера, лишь бы только не вдыхать это зловоние. Всё помещение, размером в несколько квадратных метров, было пропитано запахом крови, вперемешку с мочой. «Только бы не стошнило…» — умолял сам себя захлебывающийся слезами лис. Если это произойдёт, будет плохо. Очень плохо. Но он не мог этого предугадать. Только сдавленно мычать. Случилось то, чего Ник боялся с восьми лет — намордник, туго сидевший на морде рыжика…

***

— Ну вот ты и попал, дружище… — раздалось неподалеку. — М-м-м? — Ник поднял голову вверх и посмотрел туда, откуда исходил голос. Его голос. У противоположной стены тюрьмы, так же прислонившись к ней спиной, сидел он же. Но только не связанный, без намордника и без одежды. — Ну ты что? — «Ник», показав пожелтевшие зубки, отслонился от стенки и, встав в полный рост, начал медленно подходить к Нику. — Никки, Никки, Никки… Ну! Ну что же, мистер Джекил? Неужели ты меня не помнишь? Не помнишь своего доктора Хайда? Хайд-Уайлд, Уайлд-Хайд. Знаешь… — он вплотную приблизился к лису и положил свои лапы ему на плечи. — А мне даже так больше нравится! Э-эх… Плохо, что ты книжку эту не до конца прочёл, дружище… Но для тебя она, видимо, оказалась слишком сложной. М-да. Может быть понял… Он сел рядом с Ником и снова прислонился к стенке. — Да-а-а… Ну и зачем тебе всё это было? — он начал цыкать языком и мотать головой, словно ему было жалко. Жалко самого себя! — А всё из-за кого? Пра-а-авильно! Из-за этой глупой крольчихи. Вдалеке послышалась возня. «Ник» навострил свои уши, в отличии от другого, который продолжал клевать носом, и улыбнулся во всю свою пасть. — Слушай, братец, — вдруг совершенно спокойно начал говорить хищник. — Они ведь сейчас сюда придут. И ты без меня прекрасно знаешь, что с тобой сделают. Он вновь приблизился к Нику. Теперь вплотную. — Решетка почти сгнила… — сладко прошептал он Нику в ухо. — Ты справишься… Это шанс… Твой. Мой. Наш… Ты сможешь освободится из пут и выломать эти гнилые прутья. И стать свободным… Нужно лишь только… Доверится инстинктам…

***

Где-то невдалеке застучало. Послышался лязг открывания железной двери, ведущую в помещение-тюрьму. — Он здесь, — совершенно чётко смог расслышать Ник. Вслед первому голосу сразу последовал второй. Тот, от которого Ник что есть силы сжал кулаки и стиснул зубы. Меньше всего он надеялся быть пойманным именно тем, по чью душу он и отправился в Большое Метро. Теперь лисёнок был в его полной власти. Как назло, «братец» не выходил. Да и, похоже, не собирался. У Ника был шанс получить свободу. Всего один! Пусть и таким способом, но всё же… он его упустил. — Фу… Боже… — от такого запаха Басту тоже захотелось блевануть. — Геноссе, вы её хотя бы раз мыли?! Пахнет так, словно… Я даже не знаю с чем сравнить! Бандит с неохотой пересёк порог комнаты и подошёл к лису. — Ох… о-хре-неть. Всё же очухался? Тоже неприятно это нюхать, да? Ну, у тебя нос более чувствительный, тебе… реально хреново, — Баст сел на корточки. — Ну… это что же получается? Ты для меня теперь опасен, да?   Он сделал маленькую паузу, затем цыкнул языком и ухмыльнулся: — Хотя… что это я говорю? Ты для меня всё тот же лисёнок, что был в том комплексе! Думаешь, что если теперь не в Спарте, можешь спокойно и безнаказанно меня убить? А потом вернуть свою подружку и жить припеваючи? — и, сложив ладони в замок, он прислонил их к щеке. — О-о-о, как мило… Прости, но я обломаю тебе первый и второй пункты. Спустя несколько секунд, Баст приподнялся. — Эх… когда на тебя ЭТО нацепили и связали, ты какой-то скучный стал… На плечо бандита сзади легла рука. — Ну всё, господа! — поклонился он стоявшим позади него паре фашистов. — Не буду вам мешать. Мне нужно ещё забрать у вас одного моего старого друга, а потом… Он подмигнул сидевшему на мокром и пропитанном мочой полу Нику. — Буду дальше играть с этой миленькой зайкой. Посмотрим, сколько она ещё продержится, хи-хи-хи! — Н-н-н-не-е-т!!! — пытался разжать рот шокированный и заливающийся собственными слезами и слюной лис. — Н-н-не с-м-м-ме-е-ей! Н-н-не н-н-на-а-адо! Увидев, как к нему в карцер заходят два солдата, Ник, отталкиваясь ногами, начал ползти в угол. — Так-так-та-а-ак, куда ползём? — один из фашистов, вооруженный пистолет-пулемётом «Ублюдок» обошёл Ника со спины и стянул с него намордник.  — Обед, уродец. Второй, держа в одной руке пистолет, а в другой — миску, поставил её на пол и толкнул ногой в сторону лиса. — Bon appetit! — ехидно произнёс первый. То, что было в миске, заставило всё сжаться внутри Ника, а его самого — сморщится. Червяки. Десятки червяков. Жёлтые, склизкие, противные… ещё и живые! — Тебе должно понравиться. Не зря мы задницами рисковали ради них на поверхности. Второй издал короткий смешок. Ник, ещё немного посмотрев на этот «обед», в итоге просто плюнул в него. — Как некультурно! — Нику прилетела сильная пощечина. — Что ж… придется, как маленького — с ложечки кормить. Держи его, Франц! Второй, убрав оружие за спину, обхватил Ника с обеих сторон. Хватка была настолько сильной, что лис не мог пошевелить ногами. Не говоря уже о связанных лапах. — Пасть ему открой! — А не укусит? — шутливо спросил Франц, переводя взгляд на Ника. — М-м-м! М-м-жалуйста! М-м-не м-мадо! Ник попытался как можно сильнее сжать зубы, но это ему не помогло. Солдат, тем временем, подходил всё ближе, держа тарелку перед собой. — Открой ротик! — чтобы не «пачкать руки», солдат насадил одного червяка на вилку и преподнёс ко рту рыжего. — За Фюрера… Нику повезло. Второй солдат, державший его, позволил немного ослабить хватку. Ударом ноги, Ник смог выбить тарелку из рук нациста и вывалить часть её содержимого прямо на него. — А-А-А-А!!! — нацист завопил, как резаный. — Они на мне! На мне! Второй солдат, который пребывал в это время в ступоре, подбежал к своему товарищу и помог ему снять с себя червяков, облепивших тело. — ТЫ СДОХНЕШЬ! СЕГОДНЯ! — орал он на Ника, уже после того, как засадил его ногой по лицу. Убедившись, что лис не встанет, он бросил тарелку с червями на пол и, закрыв клетку, вышел с напарником из тюрьмы.

***

— Эй! Э-э-эй! Ты живой или как? Ник почувствовал, что что-то снова бьёт его по лицу. Что-то костлявое. Лис открыл глаза… и оцепенел. Перед ним сидел скелет. Скелет. С широкой улыбкой до у… до краев черепа, мрачной пустотой в глазницах, в синей потрепанной толстовке и чёрных спортивных шортах. На ногах были синие кроссовки. Шнурки были не завязаны, а просто заправлены в саму обувь. Сам скелет был копией того, кого Ник видел в подсобке туннеля у Ботанического сада. — О, очнулся. А я уже думал тебе между пальцев спички вставлять, — скелет приподнял свои нижние «веки». Скелет посмотрел на лицо рыжего. — Послушай, я не такой уж и страшный. Брось… ты хочешь сказать, что я твоя галлюцинация? Хе, вот умора! — скелет встал в полный рост. — Слушай, может быть я сниму эту штуку с тебя, а? И тогда мы нормально продолжим разговор. Что скажешь? Ой, да, прости… Лис медленно кивнул. Спустя несколько секунд, Ник уже сидел в «позе лотоса» без намордника и с освободившимися лапами. Сильно садила губа. Нацисту удалось разбить её. — Что же, вот и всё, — улыбчивый посмотрел в лицо Нику. — Может, ты тоже что-нибудь скажешь? «Спасибо», например? — С-спасибо… — Хи, я не думаю, что ты настолько немногословный. Но… — Кто… ты… — смогли произнести дрожащие губы. — Так… Давай начнём с того, что я не твоя галлюцинация. Окей? А теперь, думаю, можно и представиться по-нормальному. Я — Санс. Скелет Санс, как видишь. — он подмигнул и протянул Нику правую руку. Лис насторожился. Как только он её пожал костяную ладонь, раздался… звук. — Хе-хе, старые трюки всегда срабатывают! — Санс снял со своей руки подушку. Ник только фыркнул. Увидев, что его очередной глупый подкол поднял настроение лису хоть на чуточку, несмотря на обстановку и окружение, Санс улыбнулся ещё шире. — Ла-а-адно, Ник? Тебя ведь так зовут, да? — Откуда… — Не спрашивай, — скелет перевёл взгляд на тело Ника. — Слушай, ты какой-то КОСТЛЯВЫЙ. Давно ел? Ник точно не знал, сколько времени он пролежал в отключке, да и те червяки аппетит чуть-чуть отбили. Сейчас он был сильно голоден. Санс достал из кармана что-то похожее на еду. По крайней мере, он назвал её «едой». — Это Хот-Дог. Довольно вкусный, — Санс снова подмигнул. Откусив малую часть хот-дога, Ник не заметил, как в следующую секунду съел его полностью. — М-м… Дефствительно… вкуфно… — через силу, он смог проглотить остатки, и говорил уже не с набитым ртом. — А…, а у тебя есть ещё? — Извини, я принёс только один. — Санс ещё порылся в карманах, но нашёл только две монетки. — И, если честно, я тебе пока не советовал бы… А то заворот кишок будет. Хотя… я бы посидел в кафешке. Я знаю туда один короткий путь, но дальше поведешь ты, окей? — Какая… «кафешка»? Ник недоумевал. Он до сих пор думал, что странный говорящий скелетон — на самом деле очередная его галлюцинация. — Давай пока без лишних вопросов. Хорошо? — скелет снова протянул руку. — Просто пошли. Ник, со страхом продолжая глядеть на скелета, протянул ему лапу. — Ну вот и молодец! Резко наступила темнота. Но резко она и ушла. Теперь в глаза брызнул яркий солнечный свет. Вместе со скелетом, Ник оказался в каком-то жутко знакомом переулке. К удивлению лиса, воздух был не отравлен и не рвал лёгкие. — С дороги, лисья морда! — А? По реакции, Ник отпрыгнул в сторону и тут же обернулся на звук. Никого. Показалось. Когда двое вышли из переулка, лис просто не мог поверить своим глазам. Они были… в Зверополисе. Было обычное солнечное утро — типичное для этого города. Ник посмотрел на себя: на нём самом была его любимая рубашка. Совсем как новая. Шрамы с тела пропали, будто их и не было. Лис наконец смог вдохнуть полной грудью. — К-к-как? Как т-т-такое возможно?! В ответ, Санс только пожал плечами. — Я не знаю, друг. Может, мы просто переместились в самый ранний этап этого временного отрезка… — увидев непонимание на морде лиса, Санс не стал продолжать. — В общем… показывай дорогу!

***

Спустя несколько минут блужданий по улицам, они всё же смогли найти какое-то кафе. — «Кафе Джамбокса», — Ник вслух прочитал название на стекле перед огромной дверью. — Помоги-ка! Ник подошёл ко входу и налёг на дверь вместе с Сансом. — …за собой право отказывать в обслуживании! — вякнул продавец. — Присядем? — Санс указал на свободный столик. — Эй? Обернувшись к лису, скелет увидел, что тот у стойки с мороженым, направив свой взгляд на троих покупателей, стоявших посреди таких же покупателей, но побольше. — Морковка… — СТО-О-ОП! — скелет подбежал к лису, который оказался уже у самой спины крольчихи. — НЕ ПРИКАСАЙСЯ! В самый последний момент, Сансу удалось одернуть лапу лиса и усадить его за стол. — Не надо, — теперь уже как можно тише сказал Санс, будто бы боясь чего-то. — Не спрашивай, почему, просто… не надо. Они нас не видят. Не нужно… выдавать себя. По выражению морды Ника было всё понятно. — Что-нибудь будешь? — спросил его Санс. — Нет? А я, пожалуй, поел бы этого… Костлявый взял со стола бесплатный кетчуп и, открыв крышку, выдавил немного прямо себе в рот. Когда соус уже оказался у него в желудке, скелет облизнулся. — Ник, я же… могу задать тебе пару вопросов? — голос скелета стал более серьёзным. — Скажи мне пожалуйста… Зачем ты на всё это решился? Зачем тебе… нужно было идти в этот мир?

***

— Интересно… — выслушав историю рыжего, Санс снова сделал глоток кетчупа. — Я тебе сейчас кое-что ещё скажу. Я вижу… Звон колокольчиков прервал его. Ник обернулся по направлению к выходу из кафе: те трое вышли из магазина с большим розовым пломбиром. Вздохнув, Ник снова уставился на Санса. — Я слушаю… — устало пробормотал он. — На чём это я… — скелет почесал свою черепушку. — Ах, да! Я вижу «урэ» у каждого живого существа. Посмотрев на выражение лица лиса, скелет понял, что придется расшифровывать. — Уровень Резни, в смысле. Понимаю, звучит странно, но всё же… с тех пор, как ты попал в мир людей, твой УР — непостоянный. Он колеблется от одного до девятнадцати. Из-за этого, я не могу понять какой ты: сущий ангелок… или бессердечная тварь, — на двух последних словах у Санса голос стал более мрачным. Ник заметил, что в глазницах у того пропали зрачки. От этого лису стало не по себе. Санс, сделав небольшую паузу, продолжил: — Но тебе пока не о чем волноваться. Я просто шуткую, — лицо у скелета снова стало «весёлым». — Ты хороший лис. И твой УР нормальный. Но мы о нём ещё побеседуем… в другой раз. Хе-хе, видел бы ты своё лицо! Он задернул рукав толстовки и, посмотрев на свои часы, которых Ник не видел, объявил: — У нас мало времени. Нужно возвращаться, — Санс снова протянул свою руку. — И желательно, — побыстрей. Ничего толком до конца не сообразив, Ник сам не заметил, как вновь очутился в той самой камере. Связанный. Рядом валялась тарелка с теми же мерзкими червями, часть из которых уже вылезла за её пределы и теперь ползало по полу. «Сон…» — подумал Ник. — «Ну конечно». Скелета, разумеется, нигде не было. Но тут взгляд Ника упал на обрывок бумаги, лежащей на бетонном полу и которой, как мог поклясться Ник, здесь не было. По крайней мере, он её не видел. Видимо, она, почти промокнув, слилась с мрачным фоном камеры-клетки. — Что… — непонимающе прошептал Ник, рассмотрев корявый почерк. «Увидимся, малой», — гласило на уже полностью пропитанной воде записке. Дополняло всё это, улыбающаяся во весь рот, знакомая черепушка.