Растворяясь во времени.

Зереф остался в деревне недели на две, дожидаясь того момента, когда рана хоть немного заживет. Конечно же, парень понимал, насколько опасно оставаться у гостеприимных братьев, но другого выбора не было. К тому же, надо было разобраться с Люси. С каждым днем златокудрая красавица удивляла Зерефа все больше и больше. Такой искренности, открытости в чувствах, доброты и отзывчивости юноша уже давно нигде не видел. А она, такая странная для здешних мест, но одновременно безумно родная, улыбалась и собирала букет цветов, чтобы украсить стол. Зереф полусидел, прислонившись к стволу раскидистого дуба, и вертел в руках травинку, наблюдая за хрупкой девичьей фигуркой, будто порхающей над нагретым солнцем, чудно пахнущим лугом. И Люси, казалось, была неотъемлемой частью этой яркой и, увы, последней картины лета. Последние августовские деньки проходили тихо и прекрасно. И единственный, кого это волновало, был Зереф. Он мог часами стоять на вершине холма, напряженно наблюдая за небом. Люси всегда приходила к нему с корзинкой, стелила покрывало, и они сидели и завтракали, слушая, как где-то там, в вышине, перекликаются птицы. Порой, между ними завязывалась беседа, но чаще Зереф просто смотрел на кареглазую девушку, которая, что-то тихонько напевая, доливала морс в стакан. Как-то Люси пришла под вечер, уставшая, но как всегда с улыбкой. Тогда они вместе смотрели на закат. Самый странный закат, который только мог быть. Алые всполохи полосами разлились по небу, растягиваясь от огненного шара, казавшегося необъятным. Зереф бросил взгляд на Люси, которая сидела, тревожно нахмурив лоб. Видимо, этот закат ее взолновал. - Такие закаты часто бывают на окончании лета и прихода осени, - как бы невзначай сказал юноша, продолжая следить за кареглазкой. - Да нет, - выдохнула Люси, отвлекшись от своих дум, - просто, это...Так напоминает о чем-то. Но о чем...Не могу понять. - Может, и не надо? - Что? - девушка удивленно поглядела на Зерефа. Тот скинул с себя куртку и накинул на плечи Люси, неловко склонившись над ней. Алые глаза спокойно разглядывали удивительно красивое в сумерках лицо девушки. Золотистые волосы, локонами спадающие на хрупкие девичьи плечи девушки, казалось, сверкали на фоне быстро темнеющего, лилового неба. Вся Люси сейчас была слишком волшебна для этого мира. - Возможно, и не надо сейчас понимать, - мягко прошептал юноша. Щеки Люси почему-то вспыхнули. Лицо Зерефа было слишком близко. Девушка чувствовала тепло, исходящее от парня. Невольно она поддалась вперед, прочь от холода выступающей на изумрудных травинках росы. - Но почему? - такой робкий вопрос, тонущий в вечерней прохладе. - Потому что еще не время. Не время уходить, - последняя фраза сорвалась совсем случайно, и Зереф сам не знал, куда, кому и когда уходить. Слишком прекрасно, очаровательно все было этим вечером. - Я и не собиралась. И ты. Не уходи, - практически выдохнула в губы парня девушка. Неловко продвинувшись еще вперед, Люси едва не упала на Зерефа. Но тот ее легко подхватил, и оба скатились вниз, к заходящему алому солнцу и еще чему-то большему. И не преградой был остывающий вечер, слишком горячо было чувство, будто пламя свечи, мягко освещающее душу. Поцелуй полыхал на губах, смешивались искрящиеся взгляды, дыхание, будто на двоих. Смешивалось лишком разное, две противоположности, и слишком похожее, настолько, что можно запутаться. Казалось, этот поцелуй продлится вечность, но лишь казалось. Когда все небесное полотно оказалось усыпано звездами, Зереф неожиданно замер, вновь склоняясь над Люси. В ее затуманенных карих глазах отражались звездные искорки. Девушка хотела что-то спросить, но темноволосый приложил палец к ее губам, поправил слегка сползшее с плеч Люси платье и осторожно лег рядом, приобняв девушку. Он и сам не знал, что заставило его остановиться. Просто, она была совсем другой. Будто бы из другого мира. Вновь наступила тишина. Лишь ветер скользил в траве, легко танцуя на уснувших бутонах цветов. - Знаешь, а небо стало другим. - Навряд ли. Небо меняется слишком медленно, чтобы мы могли это заметить. - Значит, я слишком долго не видела небо, - Люси слабо улыбнулась, узнав, почему-то, лишь двенадцать созвездий, - Телец, Рак, Скорпион, Близнецы, Овен, Дева, Стрелец, Козерог, Водолей и Лев. Зереф с удивлением взглянул на девушку, вдохновенно перечисляющую звездные созвездия. Вдруг, что-то вспыхнуло. Совсем рядом, слепя глаза. Зереф прикрыл лицо рукой, морщась. А Люси, протянув руку, легко достала из кармана куртки будто бы сияющую звезду. Золотые ключи по-родному легли в руку. В этот же миг кто-то протянул руки и резко поднял девушку. Та завизжала. Зереф рванулся было вперед, но его оттолкнуло с невероятной силой. Боль вновь обожгла бок. Что-то со скрипом затворилось, и на поле вновь воцарился покой. Лишь кое-где была примята трава, да звезды беспокойно мерцали с небес. Когда Зереф очнулся, было ясное утро. Легкие облачка порой проглядывали сквозь небесную лазурь, солнце радостно рассыпало снопы золотистых лучей. Все было тихо и прекрасно. Настолько, что юноша не сразу осознал, где находится. Привстав, морщась от боли, Зереф взглянул на окровавленную повязку и, щурясь, на поле, над которым с жужжанием сновали насекомые. Но какой-то частички явно не хватало. Встав, юноша осмотрелся вокруг, замечая лишь на холме оставленное еще вчера цветное одеяло. Нет, это был совсем не сон. - Люси! Еще несколько раз юноша звал девушку, кляня себя за неосторожность, а затем, с трудом поднявшись на холм, подхватил оставленные вещи и направился к дому Джа и Джея, еще слабо надеясь, что девушка с золотистыми волосами встретит его на пороге. Увы, надежда не оправдалось. Несколько дней юноши искали Люси по всей округе. Но ни следов похитителей, ни самой девушки было не найти. Люси пропала бесследно. Конечно, можно было бы забыть о девушке с лучистыми карими глазами, искренней улыбкой и золотистыми локонами, но ни Зереф, ни Джа с Джеем не могли забыть Люси. Спустя две удивительно дождливых сентябрьских недели, когда раны Зерефа зажили, и Лу так и не вернулась, дом братьев опустел. Пора было переходить к активным действиям. Заканчивать войну, а, значит, можно было забыть о Люси в делах. Рассветом следующего дня мир королевства пошатнулся взрывом. Началась война.