Чревоугодие

      У Чихо — наверно, единственная личность, о которой я перерыла весь интернет и пересмотрела все, что только смогла найти с его непосредственным участием. Но даже в такой бездонной яме, как интернет, его было чертовски мало: парочка статей и пара кулинарных шоу, в которых он был всего лишь гостем. Кто знает, может, он такой же, как я, не хочет лишний раз контактировать с миром, да и в таких передачах попутно любят рыться в личной жизни, а у него грешно не порыться. Высокий, хорошо сложенный, если судить по идеально облегающим рубашкам, мужчина. А если он закатывал рукава, то все, тут даже моя пассивность вовсе давала сбой! Ну, какая бы женщина смогла устоять перед шикарным мужчиной, умело обращающимся с кухонным ножом и прочей кухонной утварью, да и еще с такими руками? Ответ прост — никакая. Этот человек меня гипнотизировал, он завладел моим мозгом уже очень давно, и было во всем этом что-то необъяснимое, я его так любила не только за талант, но за что–то еще, а что это было, я сама не знала, меня просто к нему тянуло.       «Небезызвестный всем кондитер У Чихо запускает шоу, концепция которого пока храниться в тайне, но сразу можно заявить, что нас ждет что-то очень вкусное и сладкое…» В голове, словно звон, отдалось это «вкусно», да как у него что-то может быть невкусным, меня еще ни одно из съеденых творений не смогло огорчить, наоборот, только сплошное удовольствие и неописуемый восторг. Каждый вкусовой рецептор просто кричал от непередаваемых ощущений, от полной эйфории на языке. У его изделий был настолько богатый вкус, что можно было подумать об их нереальности, хотя рецепты были на удивление просты, но что-то мне подсказывало, от нас могли и утаить какой-то ингредиент. Дальше журналистка строила догадки о теме и концепции шоу, но все они были достаточно избитыми на мой взгляд. Она словно делала обзор на уже существующие, видимо с фантазией у этой журналистки, совсем туго. — Сора! Я кричу, кричу, а от тебя никаких звуков, ты о чем так сильно задумалась, что даже не слышишь приглашения к столу? — Только после сказанных мне чуть ли не в ухо слов, я поняла, что сидела, словно в вакууме. — Да не надо так кричать, я слышу, просто… — я собиралась было объяснить свою отстраненность, но мама подошла ближе, наклонилась и уставилась в экран. — …конкурс направлен на поиск талантливых людей, имеющих базовые знания в кондитерском искусстве… — она слегка отстранилась и положила руку мне на плечо. — Ты собралась участвовать в конкурсе кондитеров? — Участвовать? Нет, ты что! Банальное любопытство, тут вообще-то о новом шоу говорится, вот, выше почитай, — я указала на начало статьи курсором. — Да и кто захочет смотреть на «колобка» по телевизору? Эти передачи созданы для тех, кто хочет научиться готовить, а это, как правило, домохозяйки, ну либо те, кто хочет получить эстетическое удовольствие. А любителей эстетики намного больше, уж поверь. — Мама не стала спорить со мной, это всегда было бессмысленным, поэтому, вздохнув, просто пошла на кухню, а следом и я.       Родители как обычно о чем-то увлеченно спорили, как правило, это было связано с экономикой или политикой. Взрослые порой слишком много говорят о серьезных вещах, может создаться ощущение, что они политические деятели. Часто они пытались привлечь и меня к теме своей дискуссии, аргументируя это тем, что надо в этом разбираться хоть немного, ведь это касается и не только экономистов и политиков, но и простых смертны, чья жизнь зависит от этого тоже. Но я предпочитала абстрагироваться от этого и не потому, что я ничего в этом не понимала, а просто я знаю, что сто процентов вызову в свою сторону кучу возражений, ведь как не старайся, я все равно останусь глупым ребенком в их глазах. Смысла нет. Я просто уходила в поток своих мыслей и, как правило, ужин на этом и заканчивался. Но сегодня день изначально пошел не так. Стоило мне, как обычно, после ужина пойти рыться на полках со сладким, родители решили выполнить свой «родительский долг» и устроить мне допрос. — Как дела в школе? — Банальный вопрос, очень банальный, наверно, вопрос, который я больше всего ненавижу. Может, это потому, что ответить мне на него нечего. Ну, а что можно сказать, если ты только спишь, пишешь или иногда тупо пялишься в окно? Но ответить придется, да и отец ждать не любит, он у меня строгий, но справедливый. — Норм. — Банальный вопрос — банальный ответ. Но родители не привыкли сдаваться и, как правило, сами находят, о чем поговорить. — Да наша дочь в кондитеры решила податься. — Ничего я не решала. — Вот что за дурная привычка придумывать то, чего нет? А мама словно решила, что мне стыдно признаться. — Кондитер — это не профессия. Содержать семью должным образом человек такой специальности не сможет, — отец повернулся в мою сторону, видимо ожидая того, что я с ним соглашусь. Лучше с ним не спорить, а то я никогда не дойду до своей комнаты. — Я и не собиралась, просто мама как обычно все не так поняла. — Не дожидаясь какой-либо реакция, я поспешила скрыться за дверью. Уж лучше сбежать, чем выслушивать то, что я и без того знаю, но это же родители — они убеждены в обратном.       Закрыв дверь в свою комнату, я упала на кровать, уткнувшись носом в подушку. От столь неожиданного падения кровать заскрипела, прогнувшись под тяжестью тела. И вот я наконец-то предоставлена сама себе — одиночество, тишина, покой. И все бы было хорошо, но мысли делали столь долгожданный момент уединения мучительным. Вот вроде, эта новость никаким боком не касается меня, но то, что она засела у меня в голове, — это факт. Ну, конкурс и конкурс, я же не буду в нем участвовать. Про передачу можно понять, ведь позалипать на мужчину во время готовки — дело святое, пусть даже в достижении эстетического удовольствия мне будет мешать стоящая рядом ряженая девица с улыбкой от уха до уха. Мне больше всего хочется узнать, почему вдруг шеф У, никогда особо не светившийся на публике, не имеющих чуть ли никаких фоток, организовывает свою передачу. Неужели ему захотелось славы и внимания к своей персоне? По мне, так слишком резко у него появилось такое желание. Уже восемь часов вечера, а школьные задания я даже еще не начинала делать, и нет, чтобы сделать хоть что-то, я продавливаю диван и гружусь тем, что меня и боком не касается.

***

      Утро далось еще тяжелее вчерашнего, намного тяжелее, просидев до двух часов ночи загнанной в угол своими мыслями один на один с уроками, я так ничего толкового и не сделала. Пресвятые булочки, пусть меня не спросят, а то выговор мне обеспечен! И ладно бы просто выговор, но учителя без публичной экзекуции не умеют. Ты словно идешь по эшафоту прямо в руки к своему палачу, а вокруг толпа людей, жаждущая зрелища, но это лишь мое сравнение. В реальности это толпа глазеющих одноклассников, проход между партами и учитель, нервно теребящий мел в руке.       Без опоздания не обошлось. Мало того, что я проспала, так и завтрак пришлось делать самой, а на это нужно время. Ну почему именно сегодня мама ушла раньше? Да уж, день обещает быть очень тяжелым. Я могла бы и без завтрака пойти в школу, но только урчать желудком я не собираюсь, предпочту опоздать, чем мучиться и гадать, слышал ли кто этот стремный звук. В итоге я опоздала на минут двадцать, но на мое удивление извинения с клятвой о том, что это не повторится, хватило. Видимо, учитель не привык, что я опаздываю, а вот застукать за поеданием чего-нибудь сладкого во время урока — это норма. Меня часто за это ругают, но на фоне своих одноклассников я божий одуванчик. Я могу дождаться перемены и поесть, но это так сложно, да и зачем мучиться, лучше попытаться развернуть бесшумно конфету. Меня, наверно, можно назвать мастером в таких «махинациях»! Ну, в процентах восьмидесяти из ста…       За окном покрапывал дождь, оно и понятно — осень. Мокро, сыро, холодно. Такую погоду я не очень люблю, но есть в ней и плюс: после дождя воздух такой чистый, не загрязненный посторонними запахами, что, проходя мимо кафе, ресторанов и прочих забегаловок, можно различить запах каждого. Иногда я просто стою посреди улицы и вдыхаю запах, летающий вокруг меня, а потом привлекший запах пытаюсь отыскать. Мирэ часто шутить на эту тему, сравнивает с героем фильма «Парфюмер», ищущим своих жертв по манящему аромату, чувствовать который может лишь он. Она даже на день рождения подарила мне духи с запахом шоколада. — Сора, ты чего в окно так уставилась? Уроки уже кончились, можно идти домой. Или перспективы остаться в этом клоповнике тебя радуют? — звонкий голос подруги вывел меня из раздумий. — Разве? Мне казалось, что день будет очень длинным, муторным. Думала вылезти в окно, раз меня не особо замечают. — На удивление меня ни разу не спросили, видно, судьба на этот раз сжалилась надо мной. Ну, хоть сегодня. — Я тебя не первый день знаю, можешь мне не выдумывать байки. Ты сто процентов думала о еде, — сев напротив меня, с некой издевкой в голосе, сказала подруга. — Еще скажи, что видишь меня насквозь. — Ну, для этого тебе килограммов двадцать придется скинуть, не меньше. — Смешная шутка. — Единственный человек, которому я готова спустить такие шутки, но стоит кому-то левому так пошутить, то пиши, пропало. Один одноклассник пошутил на тему скрипящего подо мной стула, ну ответ он получил, вот только он его не обрадовал. «- Нашу обжорушку уже стулья не выдерживают! Ахаах… — Ну, подо мной хоть что-то скрипит.»       Меня не особо любят и поиздеваться над такой пышкой, как говориться, «не грешно», но только, видно, надо мной шутить не особо весело. Я реагирую не так, как они ожидают, вот им и не интересно шутить надо мной. — Так ты будешь в конкурсе участвовать? — Ну, вот сейчас и она начнет пилить меня. — Меня с моей внешностью уже у дверей забракуют. Да я и ничего не смыслю в кондитерском деле. — Я, может, и ем кучу сладостей, но это не значит, что я маэстро и в их приготовлении. Но все почему-то убеждены в обратном. — Я все статьи вчера прочитала, мастером быть и не обязательно. Владения миксером и мастерского разбивания яиц вполне хватит. Да и говорят, что там не по практическим знаниям отбор, а что-то иное. Вот хватит сиднем сидеть, так и будешь на задворках общества! — Мирэ явно была не в духе. На переносице уже было две складочки, а в голосе появились нотки раздражения. — Да я как-то про конкурс не читала, и участвовать в нем не собиралась. Нет ни желания, ни стимула, — пыталась хоть как-то оправдаться я. — Стимул говоришь… Хорошо, будет тебе стимул! Если ты просто сходишь на этот отбор, но с условием, что будешь стараться, я куплю тебе все виды пирожных в кондитерской У Чихо. Каждого вида по одной, и ты сможешь попробовать их все! — Вот и заводи друзей. Знают тебя, как облупленную, и манипулируют потом. Я понимаю, что она хочет как лучше, но блин… И что мне теперь делать? Если я схожу, то ничего не потеряю, кроме времени, ну и того, что там будет куча людей, которых я не знаю, но с ними придется пообщаться. А об этих чертовых пирожных я давненько мечтаю. Мало того, что его творения стоят бешеных денег, так еще и кондитерская находится у черта на куличиках. Мирэ может себе позволить такую «покупку» в отличие от меня. А-а-а-а-а… Что делать то? — Ты точно их купишь? — Меня, как ребенка, купили за сладости. Позор. — Куплю, но только вздумай мне не пойти в самый последний момент! Я все, что куплю, съем прямо у тебя на глазах, а тебя к стулу привяжу, чтоб не сбежала от наказания. — Вот была бы она так же серьезна и со своими затеями. А то за что не возьмется — все бросает! Пошла в школьную газету и месяца не продержалась, аргументируя тем, что коллектив ее не понимает и ограничивает ее полет фантазии. Ну, писать о моде, когда дают тему статьи про грядущие экзамены, всяко важнее. — Вот чего ты так печешься обо мне? Ну зачем это тебе? — Ты моя подруга — раз! А во-вторых, я чую у тебя талант, хоть и не смыслю в этом. Да и ты скоро мхом зарастешь! Ты согласна? — нависнув надо мной и неотрывно глядя прямо в глаза, сказала подруга. Ну, вот теперь мне не сбежать от ответа. — Хорошо, хорошо, только отодвинься, а то я задохнусь от твоих духов. И пошли домой, а то мы сидим в этом богом забытом месте час. — Я наконец-то смогла собрать свои вещи. — Мы идем ко мне домой, — взяв меня под руку, тем самым намекая, что сбежать, не выйдет. — Я без понятия, зачем, но ладно. — Мирэ резко пошла, потащив меня за собой, со стороны, похоже, было на картину «Бурлаки на Волге», но только она тащила меня одна. Все всегда начинается с чего-то безобидного и что-то мне подсказывает, что и мой случай — не исключение.