Магия жертвы

Однако массивная дверь не поддалась и на их совместные усилия. Более того, им не удалось повернуть ручку — ни поодиночке, ни вместе. Остальные двери отреагировали точно так же. Северус старательно прислушивался к происходившему в запертых комнатах, но там везде было очень тихо. Только за одной из дверей ему послышался негромкий разговор. — Поттер! Несмотря на то что он выдохнул его фамилию одними губами, мальчишка услышал и приложил ухо к двери. — Вы тоже это слышите, Снейп? — Да! Северус ничего не успел сказать, как Поттер довольно громко постучал по двери. Три раза. Прислушался и постучал ещё. Северус сжал в руке гвоздь, готовый к нападению, но из комнаты донеслось приглушённое: — Убирайся! Когда они вернулись, Бонни всё так же спала, но Северус отметил, что её щёки утратили бледность, и теперь она больше не напоминала труп. Поттер подкинул в камин несколько поленьев и вдруг метнулся в огонь, словно за снитчем. Он выхватил из огня кусочек пергамента, который развалился в его ладони серым пеплом. — Что? — едва слышно выдохнул Северус. Поттер не стал изображать непонимание: — Одно слово: «Пожалеешь!» Это уже становилось интересным. Выходит, Бонни общалась с другими обитателями дома? Расспросить бы её... с пристрастием! Но она спала, и ей, похоже, снилось что-то хорошее, отчего красиво очерченные губы трогала тень улыбки, а длинные ресницы слегка подрагивали. — Мне кажется, она знает... — выдохнул Поттер. — Что? — Как открывать двери. Северус и сам думал об этом, и эти мысли ему чрезвычайно не нравились, потому что Бонни чётко обозначила своё отношение к открыванию дверей, и помогать в этом точно не станет. О том, как её вынудить к этому, думать не хотелось. Поттер был прав, назвав его слабости: женщина, беспомощная и рыжая. Не говоря уже о том, что она ранена и так доверчиво льнула... Северус стиснул зубы и попытался абстрагироваться от ситуации, которая, к слову, была чрезвычайной, а стало быть, доверять можно только себе. И Поттеру... в меньшей мере. На кровать садиться не хотелось, поэтому Северус опустился на ковёр перед камином и занял себя тем, что начал ворошить кочергой поленья, подкинутые Поттером. Мальчишка уселся рядом и тяжело вздохнул: — Не нравится мне всё это. — Неужели? А мне казалось, вы любите попадать как раз в такие непонятные ситуации. — Вот ещё. Я был уверен, что наприключался на всю оставшуюся жизнь. Ну что страшного могло произойти в библиотеке? Северус невесело усмехнулся: — Если ваша фамилия Поттер, то всё что угодно. Хорошо ещё демона не вызвали, с вашими-то талантами. Поттер снова вздохнул: — Не поверите, я как раз для этого вас и позвал... чтобы не было ничего такого... Он обвёл рукой комнату и приуныл. Потом легко поднялся и принёс с прикроватной тумбочки бутылку виски. — Будете? — Буду. Они сидели на полу, по очереди прикладываясь к бутылке, и думали каждый о своём. Северус не знал, что там себе выдумывает Поттер, а про себя он был абсолютно уверен, что всё дело в его дурацкой невезучести, которая с годами становилась только крепче, как выдержанный виски, и не было никакой надежды на перемены. А вот позвал бы Поттер какого-нибудь везунчика типа Малфоя, и можно было поручиться, что эту проклятую книгу они бы точно не нашли. Завалилась бы она куда-нибудь за шкаф, и всё... не было бы ничего! — Снейп, а чем вы вообще занимаетесь? — Сейчас? — Нет. В жизни. — Стараюсь не привлекать к себе внимания. Поттер зажмурился и обхватил руками колени, устраивая на них подбородок. — Какое совпадение. Я тоже. — Но мне это удаётся не в пример лучше, — не удержался Северус. — Это потому что вы очень хорошо умеете запугивать. — К сожалению, не всех. Вообще-то Северус намекал на Поттера, но тот с пониманием покосился на спящую Бонни и, вздохнув, отобрал у Северуса кочергу и поднял целый сноп искр. — Осторожнее... пожар не устройте. — Пожар? — взгляд Поттера на мгновение стал ярче, словно его посетила какая-то идея. — Ну да, дом старый. Полыхнёт — мало не покажется. Оживление Поттера как-то сразу поутихло. — Ну да... и не спасёмся. Бонни вдруг очнулась и слабым голосом начала звать: — Сев... Сев... рус. Поттер взглянул на него с пониманием: — Идите... — и шёпотом добавил: — Утешайте. Бонни открыла глаза, и при взгляде на Северуса её губы растянулись в улыбке: — Вы меня не бросили... — Конечно, нет. Вы можете говорить? Она склонила голову к плечу, будто прислушиваясь к чему-то, а потом неуверенно кивнула: — Да... — Вы знаете, кто на вас напал? — Нет. Было темно. Я хотела навестить вас. — Как это было? Её губы задрожали, а в глазах появились слёзы: — Меня... за горло... сзади... я не видела... — Успокойтесь... не надо плакать... Северус всегда терялся при виде чьих-то слёз. Особенно женских. Он беспомощно взглянул на Поттера, прося помощи. Тот мгновенно оказался рядом. Он уселся на узкую кровать с другой стороны и взял Бонни за руку. — Вы только скажите, кто это, и мы тогда! — Благодарю вас... вы такой... такой... Поттер явно привык к изъявлению благодарностей, потому что у него на лице не дрогнул ни один мускул, а улыбка стала такой же, как на передовице «Ежедневного Пророка». Как ни странно, на Бонни это подействовало, она перестала плакать и заулыбалась в ответ. Северус уже хотел было тихонько улизнуть к камину, как она взяла его за руку и вцепилась в ладонь изо всех сил. — Северус, не уходите... прошу. Перед Поттером было даже как-то неловко, как если бы тот застал его за чем-то интимным, а Бонни усугубила ситуацию, коснувшись кончиками пальцев его щеки: — Колючий... Теперь сбежать захотел Поттер. Проклятье! Он что — не понимает, что его деликатность только всё испортит? Совсем всё? Что Северус просто не знает, как сказать грубость, глядя в наивные ярко-голубые глаза Бонни, а по-другому прояснить ситуацию просто не умеет? Что разметавшиеся по подушке рыжие волосы делают его уязвимым, вновь и вновь напоминая о вине. Даже здесь, в этом дурацком месте, он не смог предотвратить... защитить. Как Поттер не понимает, что всё это чересчур для одного Снейпа? Наверное, его взгляд получился слишком выразительным, потому что Поттер понятливо улыбнулся и принял удар на себя: — Бонни, а вы не хотите пить? — Пить? — она выглядела растерянной. — Ну да, пить... после такой потери крови все хотят пить. Бонни медленно покачала головой и улыбнулась: — Спасибо, Гарри! Вы так любезны... дайте мне пить. Пока Поттер ходил за стаканом и наполнял его водой из кувшина, Бонни с мольбой смотрела на Северуса: — Вы же меня не бросите? Правда? И что тут можно ещё ответить? — Не бросим. Правда. Она жадно напилась и прикрыла глаза, когда Поттер попытался с ней заговорить. Он заметил, что она продолжает держать руку Северуса, и выразительно кивнул, явно интересуясь, нравится тому такое положение или нет. Северус отрицательно покачал головой, в тайне надеясь, что Поттер-то должен сообразить, как его можно вызволить. Тот понимающе прикрыл глаза и обратился к Бонни: — Вы хотите отдохнуть? Она лишь вздохнула. — Тогда вам надо лечь поудобнее. Неугомонный Поттер без всяких сомнений перевернул Бонни так, что ей пришлось выпустить ладонь Северуса, и принялся взбивать подушку, устраивая её голову повыше. Когда она задышала ровно и расслабленно, Поттер отчаянно замотал головой, выманивая Северуса в коридор. Не успела дверь за ними закрыться, как он зашептал: — Вам тоже показалось это странным? — Что «это»? — Она не хочет говорить! — Мне показалось, что она себя неважно чувствует... — Северус тоже постарался говорить как можно тише. — И пытается вас соблазнить? Северус почувствовал, как стало горячо щекам. Неужели это так заметно? А Поттер возбуждённо продолжил: — Она или болеет, или устраивает личную жизнь. Делать и то и другое вместе невозможно... Пришлось согласиться: — Не могу отрицать, что её рана не так серьёзна, как казалась. К тому же сильно подозреваю, что здесь раны затягиваются гораздо быстрее. — Вот видите! Она ведёт себя очень подозрительно! Вы не могли бы осмотреть её рану? — Нет! — Северус ответил быстрее, чем подумал, и поспешил объяснить: — Я не врач, чтобы вы себе там не воображали... — Но её же надо как-то вывести на чистую воду?! Всё слишком подозрительно, чтобы пустить на самотёк. Я не знаю, кто скрывается за дверью, но она явно с ними общается! И эта записка... — Поттер, я с вами совершенно согласен, всё это выглядит подозрительно, но, может, не будем торопиться и дождёмся объяснений? Ждать объяснений оказалось непросто. Бонни спала, или мастерски притворялась спящей, а они с Поттером вновь сидели на полу у камина и пили виски, желая успокоиться. Всё-таки магия этого места была очень странной — избирательно удовлетворяя их нужды, она абсолютно не ощущалась в предметах и окружающем пространстве и не отзывалась на заклинания. Говорить о чём-то важном или обсуждать планы не получилось, поэтому они молчали. Наконец Бонни подала признаки жизни: — Добрый вечер. — Добрейший, — Поттер жизнерадостно разулыбался и подобрался поближе к кровати, начиная допрос: — Бонни, а вы видели нападающего? — Нет. Было темно, и кто-то просто схватил меня сзади, приставив нож к горлу. — А потом? — Я боялась пошевельнуться, но тут стало слышно, как открывается ваша дверь, и я почувствовала, как хватка ослабла... — А что потом? — Потом я вырвалась и побежала... к себе... дальше не помню. — А почему вы не побежали нам навстречу? — Не знаю... наверное, сильно испугалась. — Скажите, а раньше что-то подобное здесь бывало? — Нет... — губы Бонни задрожали, и она расплакалась, беспомощно кутаясь в мантию Северуса. Поттер понял, что перегнул палку, и решил зайти с другой стороны: — Бонни, а хотите, я вам расскажу о ваших родственниках? Она робко улыбнулась и взглянула на Северуса, словно видела в нём поддержку: — Конечно, хочу. Вы наверняка знаете... хоть кого-то. У нас была большая семья, и я — единственная дочь. Мои братья наверняка счастливо женились и оставили многочисленное потомство. Я бы так этого хотела... — по её щекам вновь покатились прозрачные слёзы. — Тогда назовите свою фамилию. Бонни шмыгнула носом и перевела доверчивый взгляд на Северуса: — Дамблдор.