Магия жертвы

Пока Поттер потрясённо хлопал глазами, Северус перехватил инициативу: — Персиваль Дамблдор — ваш брат? — Да... младший. Он такой хорошенький... был. А вы что-то про него знаете? — Про него не так много, но вот с его сыновьями мы хорошо знакомы. — Правда? И как они? Наверное, ого-го? Они высокие? Умные? — Альбус Дамблдор был долгие годы директором Хогвартса, а Аберфорт — владелец питейного заведения в Хогсмиде. Северус осёкся. Дальше следовало упомянуть о героической гибели директора Хогвартса и своём посильном участии в этом событии. Проклятье! Он зажмурился, собираясь с мыслями, и вздрогнул от неожиданно звонкого голоса Поттера: — Альбус Дамблдор погиб, как герой, сражаясь против самого известного Темного мага нашего времени, а Аберфорт жив-здоров. — Надо же... а вы тоже участвовали в войне? — Да, — Поттер вздохнул и взъерошил волосы, — только нам повезло больше. Повезло... лучше не скажешь. Бонни выдержала приличествующую случаю скорбную фразу и тихо сказала: — Светлая память. Перси, наверное, не дожил... Северус вспомнил, где и как умер отец Дамблдора, и смог только кивнуть, надеясь на деликатность Поттера, которую тот демонстрировал всё это время. Поттер не подвёл, начав рассказывать про Аберфорта, его коз и зачем-то приплёл ещё и мадам Розмерту. — Он одинок? — прямо спросила Бонни. — Да... совсем, — Поттер смутился так, будто он был в этом виноват. — Как вы думаете, он мне обрадуется? — Северус с интересом посмотрел на Бонни, а она воодушевлённо продолжила: — Вы же не просто так сюда попали. Мне кажется, вместе мы сможем выбраться. Поттер стал походить на гончую, взявшую след. — Бонни, а вы не расскажете нам поподробнее, как вы здесь оказались? Она вздохнула и поудобнее уселась на кровати, кутаясь в мантию Северуса: — Я открыла тонкую книгу, кажется, чей-то дневник. — Кажется? — Я точно не знала. Дело в том что меня собирались выдать замуж за человека, которого я совершенно не знала... вы понимаете? — она жалобно взглянула на Северуса и принялась накручивать на палец длинную прядь. — И что? — деликатность Поттера была очень избирательна. — Уже огласили помолвку, и в доме жениха давали бал... а я не очень люблю быть в центре внимания, поэтому обрадовалась возможности немного передохнуть в библиотеке. — В доме жениха? — Да... я потеряла счёт времени, и когда поняла, что меня ищут, решила спрятаться. — Почему? — Мне было очень неловко оттого, где меня застанут. — Но это же библиотека! — Поттер выглядел возмущённым. — Ну да... моё увлечение науками не приветствовалось даже в моей семье, что уж говорить о новых родственниках? Этот момент был понятен, но как она нашла эту книгу? Поттер думал явно о том же: — А дневник? Он был в библиотеке? — Да. Именно там, где я спряталась... мне показалось, что это дневник моего жениха, ну, я и... не смогла устоять. Поттер почесал подбородок и задал вопрос, который сейчас больше всего интересовал Северуса: — А как звали вашего жениха? — Орион Бетельгейзе Ригель. — Впервые слышу такую фамилию, — признался Поттер. — Какую? — округлила глаза Бонни. — Ригель... — Это всё имя. В этой семье было принято давать детям звёздные имена... — Бонни фыркнула, — они верили, что это приносит удачу. — Ваш жених был из Блэков? — осторожно спросил Северус. Он даже не сомневался, каким будет ответ, но все равно внутренне похолодел, когда услышал тихое: — Да. Рассказ утомил Бонни, и она, жалобно взглянув на них, попросила оставить её одну. Поттер, словно только этого и ждал, начал прощаться. Но перед тем как уйти, проверил, насколько крепко заперта дверь, и договорился об условном сигнале, после которого её следует открывать. До своей комнаты они дошли в полном молчании, и Поттер заговорил только после того, как убедился, что полог его кровати хорошо гасит звук, а значит, и подслушать их из коридора будет непросто. Он поманил к себе заинтересованного Северуса и, дождавшись, когда он устроится на противоположном конце кровати, задернул полог. Такая предусмотрительность в его исполнении выглядела странно, но была более чем уместна. — Как вы думаете, сколько правды в её словах? — Странно, что именно вы усомнились, — не сдержался Северус. — Вам положено быть более доверчивым. — Учителя хорошие были, — улыбка у Поттера вышла злой. — Так сколько? — Мне кажется, что про замужество она бы врать не стала... такие вещи могли сохраниться в семейных преданиях. — Согласен. И жениха она назвала правильно, иначе не объяснить, почему мы нашли этот дневник. Да... вот только на обложке я не видел ничего, что говорило бы о принадлежности... — Молодец, Поттер! — не сдержал восхищения Северус. — А что ты успел разглядеть, когда печать слетела? Поттер расцвёл от похвалы и привычным жестом взлохматил волосы, задумываясь: — Знаете, «Б» там точно была... в золотой монограмме... вроде бы как в круге. Думаете, Орион Бетельгейзе? — Не исключено. — Но всё равно! Я не могу понять, с чем это связано... но я ей не доверяю. — Не торопитесь с выводами. Может, это банальная ревность? Северусу показалось, что глаза у Поттера стали больше стёкол очков. — Вы думаете, что я ревную вас? — Ну почему же сразу меня? Бонни... — заметив, как встрепенулся Поттер, пытаясь опровергнуть это предположение, Северус попытался разъяснить свои мысли: — Сначала она уделяла вам повышенное внимание, а потом почему-то переключилась на меня. По меньшей мере, это должно быть обидно. — Вам так кажется? — Я в этом уверен. — Нет! — Поттер замотал головой и горячо зашептал: — Она слишком похожа на Джинни, а мы расстались... и я бы не хотел... — А почему вы расстались? — Просто не сложилось. Она меня слишком идеализировала, ну и... — Вы сами не понимали своего счастья. — Может быть... понимаете, трудно всю жизнь оправдывать чьи-то ожидания. Однажды хочется просто сделать всё вопреки... вот как-то так... Северус понял, что виноватый взгляд Поттера совсем не красит, и решил немного подбодрить мальчишку: — Какие ваши годы. Успеете ещё на ней жениться. Тот только рукой махнул: — Вы, конечно, хорошо в этом разбираетесь. Поганец! — На что вы намекаете? — Да ладно вам, Снейп! Как будто вы не понимаете, что не в этом дело. Северус действительно не понимал: — А в чём? — В том, что просто не сложилось! Иногда я представляю себе, как бы я работал в аврорате. Может быть, мне бы даже это нравилось. Женился бы, к примеру, дети родились... — И в чём проблема-то? — Да в том, что я бы жил чью-то чужую жизнь. Такую, как мне придумали. И я бы всё время сомневался — а могу я себе это позволить, или это... — Зато сейчас вы можете позволить себе всё. — Ага! Вы тоже себе свободу так представляете? — Как? — Ну, когда больше никому и ничего не должен. Северус задумался. Не так примитивно, конечно, но в целом... — Да. Поттер облегчённо вздохнул и достал откуда-то вечную бутылку виски. — За свободу? — А давайте! Напиться предсказуемо не получилось, но и просто разговаривать с Поттером почти о деле было неплохо. Во всяком случае, это помогало глушить тревогу, которая исподволь овладевала всеми мыслями. Перед Бонни было немного неловко за то, что её оставили одну, но с другой стороны, жила же она здесь как-то без них? Сто семьдесят лет... цифра пугала, заставляя сомневаться в возможности возвращения обратно, и Северус малодушно начал прикидывать, чем можно заняться в ближайшие годы. — Нам обязательно нужно понять, как открыть эти чёртовы двери! Поттер оживился: — Вам тоже кажется, что дело в них? И если наша догадка про то, что Бонни умеет это делать, верна, то... — Поттер, вы меня пугаете. — Что сразу пугаю? Я предлагаю за ней просто проследить. — И как вы себе это представляете? — Я думал, вам лучше знать. — Почему это? — опешил Северус. — Вы всё-таки шпион. — Вы мне льстите. — Ни капли. Жалко, нет моей мантии-невидимки... ух, я бы здесь! — И хорошо, что нет этой вашей мантии. — Скажете тоже! Я бы затаился в ней в коридоре... — И вляпались бы в очередную историю. — Да мы и так уже вляпались дальше некуда. Хуже уже не будет. — Не искушайте судьбу! Кто-кто, а Северус в этой ситуации мог поспорить. Каждый раз, когда он решал, что в его жизни всё плохо и бояться уже нечего, непременно случалось что-то такое, отчего хотелось завыть и вернуть, как было. Судьба умела шутить зло и преподносить сюрпризы. — Да нет! Вы только представьте себе. Я бы подкараулил, когда она станет открывать, и вынудил отдать ключ... — А вы не думали, что открывает не она? — А кто? — Может быть, открывают ей. — Точно! — воодушевить Поттера оказалось проще простого. — Но тогда она должна стучать как-то по-особому или... — он вдруг потрясённо замолчал. — Что? — Она может просовывать под дверь записки! А вот это уже вполне себе рабочая идея, только... — А вы видели здесь пергамент? Или, может быть, перья? Карандаши? — Вы правы. Но это не означает, что она их не прячет... может, обыскать её комнату? Незаметно. — И как вы это себе представляете? — Вы согласны? — Нет, я интересуюсь чисто теоретически, — поморщился Северус, — проверяю, как далеко вы можете зайти в погоне за истиной. Поттер довольно хмыкнул: — Вы всё еще во мне сомневаетесь, сэр-р-р? — Ни в коем разе, но я вижу, что вы ещё суётесь в авантюры, не имея чёткого плана. — О, Снейп! Таким вы мне нравитесь больше! Планирование — это ваша сильная сторона, поэтому предлагайте. — А что если выманить её из комнаты? Скажем, заинтересовать чем-то в кладовке... Так вот как это работает! Северус поймал себя на том, что уже с интересом обдумывает криминальную идею Поттера и даже готов ему в этом помогать. — Точно! Снейп, а что если вы ей назначите свидание? — Что? — от возмущения Северус даже забыл о возможных слушателях. — Как вам такое в голову пришло?! — Нет так нет! — Поттер поднял вверх ладони, сдаваясь. — Я просто думал, вдруг вам это интересно. — Мне. Это. Не. Интересно. — Я понял. Больше не буду. Но Северус уже разозлился: — А почему бы вам не пригласить девушку на романтическое свидание в кладовку? А я в это время проверю её комнату? Поттер выглядел смущённым: — Мне казалось, вам это... проще. — Что именно? — Соблазнять.