Кровь и песок

— Это многое объясняет, — Индра достала из-под кровати кувшин с вином и прямо из него сделала большой глоток. — Это очень многое объясняет, Кларк… Но, знаешь, я одного не могу понять, — наставница протянула кувшин блондинке и продолжила, — как маленькая девочка смогла выжить в этом убогом мире? Одна… Руки Кларк тряслись, но она обхватила ими кувшин и сделала несколько глотков хорошего вина. Она рада, что смогла рассказать это наставнице, ведь та сможет помочь ей сокрушить этот лудус и освободить всех гладиаторов. Девушка судорожно выдохнула и сделала еще один глоток. — А что Лекса? Я видела, что у вас были чувства, но в один момент вы просто перестали общаться. Что случилось? — Индра встала с кровати и начала расхаживать по своей комнате. — Я не хотела, чтобы… чтобы она пострадала из-за моего прошлого, — выговорила блондинка, вновь делая глоток из кувшина. — Какие же они… сучьи дети! — рыкнула наставница. — Никогда их не любила, а сейчас и подавно. Святой Юпитер, какие же они мрази… Кларк удивленно вскинула брови. Ее очень удивила реакция Индры. Почему она так злится на этих людей, они вроде относились к ней нормально, вон… даже наставницей назначили. — Что они сделали с тобой? — тихо спросила блондинка. — Что? — Индра остановилась и вперила свой строгий взгляд в блондинку. — У тебя на руках синяки, скорее всего, от веревок, что они сделали? — Наказали, Кларк, — спокойно ответила наставница. — Наказали из-за того, что мы стали тренироваться с тобой один на один. Девушка понурила голову. А о чем она говорила… Только вот Кларк не думала, что они и к Индре начнут приставать. Какой же Антоний гад! Сам не может разобраться со своими проблемами, поэтому и приплел папашу, который должен все решить. — Тебе надо рассказать все Лексе! — выдала Индра, отбирая кувшин с вином и делая большой глоток. — Нам надо… восстать! Да! Я хочу отомстить! Кларк вздрогнула. Она никогда не видела наставницу… такой злой, взбешенной, но полной надежды. Что-то она недоговаривает, и почему-то Кларк уверена, что она просто стала последней каплей. Чем бы не славился лудус «Город Света», но внутри него было столько накопившегося дерьма. Причем это дерьмо прятали везде где только можно, в самые укромные уголки, убивали тех, кто мог рассказать, что творится внутри этого лудуса, дабы оно не всплыло на поверхность. — За что ты хочешь отомстить? — серьезно спросила блондинка. — За тебя, Кларк! Они кидали тебя в такие испытания, что… — Ты врешь, Индра, скажи честно, — без тени страха прервала девушка. — Ты хочешь получить по морде за такое обращение с наставницей?! — угрожающе прорычала женщина. — Индра, если ты хочешь восстание, я тебе его организую, но ты должна сказать, почему ты его хочешь, а не просто тихо сбежать. Наставница зажмурилась и сжала в руках кувшин. Она явно боролась с чем-то внутри себя… — Они заставили меня убить свою дочь, — прохрипела женщина, оседая на пол. — Главный девиз этого лудуса: «Убивай свою слабость всегда». Господин Джаха привез в телеге мою дочь… избитую, умирающую, — Индра сделала глоток. — Не знаю, где он ее нашел…, но он нашел. И тогда он мне сказал, что я должна убить ее, убить свою слабость…, а еще он добавил, что сделал мне одолжение. Мол дал ей умереть от руки той, кто родила… Я тогда его так… так ненавидела, но она бы в любом случае умерла, и мне предоставили возможность подарить ей быструю смерть, — наставница закрыла глаза. — Кларк, я ее родила… она была такой малюткой, и меня заставили ее убить… Кларк закрыла глаза и только сейчас поняла, что не дышала все это время. Судорожный вдох… и такой же выдох. С Лексой могли проделать то же самое… какой же это сущий ад! Девушка даже представить себе не может, каково это… убить собственного ребенка. Да и представлять она, собственно, не хочет. — Только посмей кому-нибудь об этом рассказать! — злобно прошипела наставница, вставая с места. — Я и не собиралась. — Вот и отлично! А сейчас ты должна рассказать все Лексе, а я пока буду искать других гладиаторш, которые хотят восстания. Семья Джаха должна поплатиться за все, что они сделали, — холодно сказала женщина, а потом открыла дверь, в знак того, что Кларк пора.

***

«Что я скажу Лексе?! Что? Все выложить, как на духу? А если она еще без сознания?» Кларк тряхнула головой и осторожно приоткрыла дверь в комнату Ли. — Можно? — Кларк? Этот хрипловатый красивый голос принадлежал только одному человеку… Она пришла в себя. А Ли, значит, не было в ее комнате, может она отошла за водой или…, а вообще, без разницы как-то. Девушка осторожно вошла, прикрыв за собой дверь. — Лекса… я… прости… — Ты стала отлично драться, — больная усмехнулась, — тебе не за что извиняться… Кларк улыбнулась и села на край кровати, смотря на бледноватую брюнетку с перемотанной головой. — Ты наверняка мне поддавалась, — Кларк смущённо улыбнулась и заправила выбившуюся прядь золотистых волос за ухо. Лекса усмехнулась, слабо прикрыла глаза и с трудом сглотнула. В горле пересохло, ее тошнило, но не хотелось просить Кларк подать ей воды… это их первый нормальный разговор за долгое время. — Я… Лекса, слушай, ты… — но блондинка не успела договорить, так как в комнату Ли ворвался Господин Джаха со змеиной улыбкой на лице. В голове Кларк промелькнула мысль о том, что Антоний мог рассказать о том, что она ему угрожала, но почему-то этот вариант сразу же отсеялся. В руках у Телониуса был какой-то свёрток, в котором было что-то написано. — Здравствуйте, гладиаторши! — эта официальность не понравилось ни одной из девушек. Лекса нахмурилась и чуть приподнялась на локтях, Кларк сразу же встала с кровати и, сжав кулаки за спиной, внимательно посмотрела на Господина. — Вам выпал невероятный шанс восстановить честь нашего лудуса, — Джаха усмехнулся и посмотрел на ещё не до конца выздоровевшую Лексу… — Вы вдвоём завтра участвуете в боях на арене Колизея! Голубые глаза округлились настолько, что радужка стала похожа на тоненькую полоску. Колизей? Какого черта? Медленно сглотнув, блондинка повернулась к кровати и посмотрела на ничего не понимающую брюнетку. — Это будет шоу! — воскликнул Телониус. — Там будет невероятное количество людей, но самое главное — придёт Цезарь! Если вы подведёте лудус, то вас ждёт казнь на арене, — глаза Господина заблестели, и он также резко вышел из комнаты, как и вошёл. Повисла тишина… Напрягающая и угнетающая. Кларк все также стояла на месте и не могла собрать мысли в одну кучу. Они хаотично менялись каждые несколько секунд, не задерживаясь на какой-либо одной. Вопросов было много… очень много… Но ответов не было, ни на один вопрос не было ответа. Брюнетка медленно встала с кровати, переборов ужасную тошноту и лёгкое головокружение. Горло слегка саднило, но больше всего Лекса волновалась за Кларк… После объявления Джахи ее будто бы обухом по голове ударили. Нет, ну это понятно, что неожиданно, но… такое часто бывает, к этому Лекса привыкла, а вот блондинка, видимо, нет. Брюнетка медленно опустила руки на плечи девушки и начала вглядываться в родные глаза. Но Кларк будто бы смотрела сквозь неё, будто бы она была не с ней, не в этой комнате. Говорить не было сил, они все ушли на подъем с кровати. Слабость давала о себе знать… поэтому Лекса просто осторожно обняла блондинку, поглаживая по волосам и размеренно, спокойно дыша ей в шею. Реакция тела была незамедлительной. На коже появились мурашки, и дыхание Кларк слегка сбилось, но она все ещё не двигалась. А через пару-тройку секунд она в ответ обняла Лексу и медленно выдохнула куда-то в волосы. — Прости меня… — За что? — удивлённо пробормотала брюнетка. — За то, что отстранилась от тебя, за то, что бросила тебя… Я… это трудно… — Кларк сглотнула и отстранилась от девушки, прикрыв глаза. — Помнишь, я рассказывала тебе о насильнике? — Лекса кивнула. — Этот насильник… Антоний Джаха, — пролепетала блондинка, оседая на кровать и обхватывая голову руками. — Когда он появился, все изменилось… я осознала многие действия Господина и поняла, что он… может и тебе боль причинить, убить тебя… — блондинка тяжело вздохнула, так и не подняв глаза. — Я не могла этого допустить, и был только один единственный выход… Отстраниться от тебя, а сейчас, такое… Лекса стояла, обняв себя руками за плечи, и просто смотрела на сломанную Кларк, на уставшую Кларк… Такой она ее ещё не видела. Последнее время девушка была холодной, отстранённой, безэмоциональной, и Лекса знала, что это маска, потому что сама надевала ее… И сейчас, вот так она увидела, как Кларк сняла эту маску и предстала перед ней собой… Разбитой и сломленной… Девушка села рядом, осторожно взяла руки блондинки в свои, повернула ее в свою сторону и нежно улыбнулась. Гладиаторы не умеют быть нежными… им это несвойственно, и Лекса старалась изо всех сил, дабы не дать своей грубости и жесткости выползти из себя. Она прекрасно понимала, что ей сейчас здесь не место. — Кларк, посмотри на меня, — прохрипела брюнетка, поглаживая большими пальцами кисти девушки. Блондинка медленно подняла голову и посмотрела в глаза цвета леса, в которых не было места для обвинений… В них была любовь, которую Лекса и не пыталась скрыть. А Лекса в очередной раз поразилась красоте голубых льдинок и просто смотрела в них, видя усталость, боль и печаль… даже доля страха там была, но ничего. Они прорвутся, они смогут это все пережить… Звезды и вселенная на их стороне, всегда так было и будет. — Чего ты так смотришь? — лёгкий румянец появился на щеках блондинки. — Твои глаза, Кларк… они невероятные, такие же как небо. Можно вопрос? — Задавай, — любопытство заиграло у кого-то в попе. — Ты дитя Богов? Невозможно быть такой красивой… Кларк окончательно смутилась, но улыбнулась так светло, что у брюнетки появилось ощущение, будто бы солнце погасло, а весь путь освещает только улыбка девушки, сидящей напротив. Но вдруг эта улыбка померкла, и голубые глаза засветились решимостью. Такие перемены в настроении Кларк Лекса не любила больше всего. — Что будем делать с боем? Ты завтра не сможешь драться, ты не в состоянии, — блондинка встала с кровати и нервно начала мерить комнату шагами. Брюнетка грустно выдохнула и посмотрела на Кларк, которая наматывала локон на свой палец, прикусив губу и шагая по комнате. Это было слишком мило, и улыбка опять появилась на лице девушки, вызывая недоумевающий взгляд Кларк. — Что? — Ничего-ничего, — Лекса медленно встала. — Просто… ты можешь меня поцеловать и прекратить думать? — девушка ухмыльнулась. — Поцеловать? Тебя? — начала ерничать блондинка. — А что? Тебе не нравится мой бинт или может попа не такая как раньше? Вы только скажите, Госпожа, я сразу же все исправлю! А может вам мой нос не нравится? Могу отрубить! — засмеялась Лекса, а за ней и Кларк. Брюнетка поморщилась из-за тупой головной боли и перестала смеяться, все-таки она ещё не до конца здорова. — Нет, твой нос мне всем нравится… — Кларк медленно подошла и чмокнула в кончик носика Лексу. Девушки выдохнули и замолчали… Напряжения больше не было… было умиротворение. Кларк медленно примкнула к губам брюнетки, поглаживая по щеке и немного посасывая каждую губу поочередно. Но и тут их умудрились прервать. На сей раз Индра влетела в комнату, запыхавшаяся и злая как черт, но, поняв, что здесь происходит, ещё больше разозлилась. — Вы тут черти чем занимаетесь, зная, что у вас важный бой?! Кларк лениво прервала поцелуй и перевела взгляд на Индру, которая сейчас была похожа на разъярённого быка. — Индра, мы сможем победить любого, — блондинка крепко обняла Лексу и чмокнула ту в бинт. — Мы сильнее всех. Брюнетка осторожно развернулась в объятиях Кларк и тоже улыбнулась. — Да, Индра, мы действительно сильнее всех. — Я бы вам, возможно, поверила, но вы точно не сильнее пятидесяти человек. — хмуро сказала наставница, сложив руки на груди. — Вы вдвоём против пятидесяти легионеров. Это верная смерть, и Джаха туда специально посылает именно вас, потому что вы стали огромной проблемой для этого лудуса, особенно ты, Кларк. Блондинка долго смотрела куда-то в стенку, а потом медленно осела на пол и перевела взгляд сначала на бледнющую Лексу, а потом и на серьёзную наставницу: — И что нам делать? — Jus drein, jus daun! — Коротко и ясно, — с усмешкой сказала Лекса. — Что это значит? — Кларк потёрла лоб. — Кровь за кровь, Кларк. Это будет переворот, — тихо сказала брюнетка.