Семь на два не делится!

— Фэанаро… — Нэрданэль почувствовала на плече горячую руку мужа. Его ладонь уже давно не обжигала, но дарила приятное тепло. Такое родное, как огонь в очаге. Они продолжали сидеть на крыльце, любуясь светом далеких звёзд. В тёмном сонном саду негромко пересвистывались ночные пташки, стрекотали цикады. — Что? — очнулся Мастер, как всегда, погружённый в раздумья. — Мельдо, ты голоден? — Нет, — сначала резко мотнул головой Фэанаро, но потом вдруг заскользил заинтересованным взглядом по фигуре жены, прижимая её к себе всё сильнее. — Точно не голоден? — заботливый взгляд зелёных глаз Нэрданэль встретился со взглядом мужа, в котором начинали плясать хитрые искорки. — Я думаю… — его горячая рука медленно спускалась по плечу жены вниз, вызывая у эльфийки невольную дрожь. Его пальцы соприкоснулись с её пальцами.        Мастер рывком поднёс ладонь нолдиэ к своим губам. — Голоден... очень... — тронул нежными поцелуями кончики пальцев Нэрданэль, взяв и вторую руку жены в свою. Соединив вместе, согрел её ладони горячим дыханием. По одному слегка прикусил её пальцы. — Нэрданэль, я такой... голодный. — Фэанаро! — Нэрданэль шумно выдохнула, прикусив губу и пряча своё желание под опущенными ресницами. — Я тебя сейчас съем! — эльф подхватил жену на руки и под её весёлый хохот унёс в дом.

***

      Накупавшись в фонтанах, Нельо, Кано и Тьелко возвращались домой по дороге, освещённой серебристым светом Тэльпериона.       В этот раз Тьелкормо прихватил из подвала бабушкину наливку особенной крепости, поэтому старшие всю дорогу туда и обратно громко хохотали и горланили похабные песни, распугивая редких прохожих. Когда они проезжали по центральной площади мимо дворца деда Финвэ, Нельо придержал коня, удивлённо показывая братьям на окна, в которых, несмотря на глубокую ночь, горел свет. — Что это они не спят? — Тебе надо, иди и спроси! — фыркнул в ответ Тьелко. — Нельо, не вздумай! — удержал старшего Кано. — Сейчас мы туда сунемся, и нам торжественно вручат мелких! — Вдруг что-то случилось? — нахмурился Майтимо. — Ик. Да! Амбаруссар прибили Инголдо! Ик!.. — захохотал в полный голос Тьелко. — Нельо! Утром узнаем, — умоляюще посмотрел на старшего Кано. — Поехали к деду Сармо? — Да, сейчас мы заявимся такие красивые к деду Финвэ, он нам очень обрадуется! — закивал Тьелко. — Хм, — Нельо с сомнением посмотрел на едва держащихся в седлах братьев. В таком виде глупо появляться во дворце Финвэ. — Поехали к деду Сармо! — Майтимо кивнул младшим, но всю дорогу оглядывался, испытывая сильное желание вернуться и узнать, что произошло.

***

      Атаринкэ, скрестив ноги, сидел на мягком пушистом ковре, спрятавшись от всех за креслом деда в библиотеке, и увлечённо читал. Вокруг него на зелёном узорном поле ковра были раскиданы свёрнутые свитки, перевязанные тонкими золотыми плетёнными шнурами, и раскрытые, прочитанные рукописи.       Когда отец привёз их во дворец, Курво первым делом наведался в конюшни. Там должен был родиться жеребёнок у самой красивой из всех лошадей дедушки Финвэ — игреневой Пилин. Атаринкэ, сверкая пятками, промчался по ухоженным аллеям к левадам и заворожённо застыл на месте, разглядывая золотисто-буланого жеребёнка. Пролез сквозь кусты зелёной изгороди и подбежал ближе, пытаясь получше разглядеть малыша.       Вдруг что-то тяжёлое ударило сзади по плечам, и эльфёнок полетел носом вперёд в высокую траву. Жеребёнок заливисто заржал и отпрянул в сторону. Над поверженным «врагом» гордо стояла Пилин. Ноздри кобылы гневно раздувались.       Но склонившись к телу нападавшего, лошадь учуяла знакомый запах и тихонько всхрапнула.       Очнулся Атаринкэ от того, что Пилин с жеребёнком тормошили его мягкими губами, прихватывая за ткань рубашки. Эльфёнок сел на траве и растерянно помотал головой. Как долго он спал? Лошади толкали его мордами, побуждая встать.       Курво поднялся на ноги и протянул руку к маленькому красавчику. Пилин тряхнула длинной светлой гривой, но больше не стала бить эльфенка, признав в нападавшем друга. Вдоволь наигравшись с лошадьми, Атаринкэ вылез из левады и поковылял к фонтану. Почему-то побаливали спина и правое плечо. Курво окунул голову в фонтан, раскрыл глаза под водой, разглядывая изящную мозаику на дне и солнечных зайчиков, метавшихся по разноцветным камешкам.       Подняв голову, подставил ладони под прозрачные струи и напился воды. Неторопливо побрёл к дворцу, по пути разглядывая новые скульптуры, появившиеся в парке за время отсутствия внуков.       Возмущённые крики старшей дочки Финвэ и её матери заставили Атаринкэ шмыгнуть в густые цветущие заросли ярко-красной азалии и бело-розовой спиреи. Выждав, когда эльфийки пробегут мимо, Курво потихоньку вылез из укрытия, чутко прислушиваясь к стихавшим вдали крикам, и направился дальше, к дворцу Нолдарана.       Пройдясь никем не замеченным по просторному фойе, свернул в угловой коридор в сторону кухни, где поварихи деда накормили внука короля печёными сладостями. После вкусного угощения довольный Атаринкэ направился в библиотеку деда.       Но эльфёнку пришлось спрятаться за длинную портьеру у высокого стрельчатого окна, потому что он вовремя заметил громко верещащую Фаниэль, бегущую из сада в кабинет Финвэ. Курво не спешил выходить из своего укрытия, логично рассудив, что эллет не задержится в библиотеке. Действительно, спустя какое-то время дедушка вышел из кабинета вместе с Фаниэль. Проводив их долгим взглядом, эльфёнок забежал в библиотеку и стал разглядывать полки, до верха заполненные свёрнутыми трубочками свитков.       Встав на цыпочки и стянув с полок несколько заинтересовавших его рукописей, Атаринкэ уселся на ковер за большим широким креслом деда. Довольно улыбаясь, эльфёнок вытащил из кармана печенье, которое он прихватил на кухне. Развернул первый из свитков, погружаясь с головой в увлекательное чтение…       Зачитавшись, внук не заметил, как в кабинет тихо вернулся Финвэ и сел в своё кресло. Атаринкэ вздрогнул, услышав, как к деду в кабинет вошёл кто-то из приближенных, и эльфы стали горячо обсуждать государственные дела. Эльфёнок растерянно посмотрел на жирные пятна отпечатков своих пальцев, оставшиеся на краях свитков. Потом на крошки, густо усеявшие ковер вокруг. Острые ушки Курво покраснели, когда он представил, что будет, когда его найдут…