***
— Как же голова болит… — Тьелко жалобно посмотрел на мрачных братьев, которые молча били тяжёлыми молотами по наковальне, с яростью сжимая в побелевших от напряжения пальцах дубовые рукояти. — И у нас, — буркнул Нельо, не прекращая работу. — Угу… — кивнул Кано. Когда они под утро вернулись к дому Сармо, их уже поджидали у калитки. Едва внуки расседлали и хорошо, до зеркального блеска вычистили своих коней, дед повёл их с собой в кузницу. Братья быстро переглянулись между собой, но ни один из троих не посмел перечить хмурому Махтану. И теперь все трое мучились с похмелья и непрерывного грохота молотов. Но дед не отходил от них, с улыбкой наблюдая за работой. Ближе к полудню, когда братья уже стали промахиваться по заготовке, дед сжалился над ними и разрешил отдохнуть. Все трое с облегчением выскочили из жаркой душной кузни, вдыхая полной грудью свежий прохладный воздух, и медленно сползли по стене вниз, прислоняясь к ней спинами и глядя перед собой осоловелыми глазами. В ушах всё ещё раздавался грохот молотов и звон наковальни. — Молодцы! — похвалил их дед, он уже не хмурился, но в глазах плясали хитрые искорки. — Идите в купальню, потом пообедайте. После обеда возвращайтесь, продолжим! — Что?! — невольно вырвалось у всех троих. — Вы дома отцу не помогаете в кузне? — удивился Сармо, грозно сдвинув брови. — Эм… Помогаем, конечно! — переглянулись братья и поспешили ретироваться в купальню.***
Эльфёнок бежал босиком по тропке, петлявшей по зарослями крушины и бересклета. Несколько раз он останавливался, взбирался на деревья, чтобы оглядеть окрестности. Тэльперион заливал лес прозрачным серо-голубым светом, но в глубине чащи, под сенью густой тёмной листвы царил таинственный сумрак…***
Во дворце короля нолдор царили покой и тишина. Но в ночном сумраке хихикающие Амбаруссар тащили по полу, собирая гармошкой роскошные ковры, замотанного в покрывало и связанного брата. Морьо пытался громко орать, но из-за кляпа во рту у него получалось только сдавленное мычание. Притащив его к дверям спальни дочерей Индис и Финвэ, рыжики задумались, хитро переглядываясь между собой. Тельво согласно кивнул брату, и Питьо выпрыгнул в окно, стремглав бросившись в сад. Вскоре мычащий Морьо осознал тщетность своих попыток вырваться и затих, обдумывая план мести мелким.***
Под серебристым светом Тэльпериона Курво выбежал из тёмного леса на окраину большого фруктового сада. Но когда обрадованный эльфёнок ступил на светлую дорожку, ведущую к дому, к нему в душу закрались смутные сомнения. Дорожка была выложена из одинаковых плоских белых камешков, а в саду между яблонь не видно маминых статуй. Курво приуныл, неужели он перепутал тропинки? Пробравшись между цветущих клумб алых и бордовых роз к большому красному каменному дому, густо увитому лозой виноградника, эльфёнок устало уселся на одну из скамеек с резной спинкой. Это не их дом. Но как попроситься ночью в дом к незнакомым эльфам?.. Курво всхлипнул и побежал обратно в лес.***
Довольный Питьо прыгал под окнами дворца, посвистывая щеглом. Тельво перевесился через широкий подоконник и подал брату руку, помогая влезть обратно. Амбаруссар переглянулись, и Питьо вытащил из кармана штанов горсть ягод малины, показывая брату. Тельво довольно кивнул в ответ, фыркая себе в кулак. Близнецы осторожно открыли дверь и проскользнули в спальню дочерей короля. Раздавили ягоды и от души намазали соком лица и ладони спящих. Замученные дневными шалостями гостей и ночными поисками пропавшего Куруфинвэ Атаринкэ, эльфийки даже не проснулись. Рыжики на цыпочках выбрались из спальни и чуть на споткнулись об связанного Морьо. Амбаруссар опять хитро переглянулись и, схватив связанного брата, поволокли его дальше…