Лишенный Фантазии

Сначала прошло ещё одно свидание, но Серёжа заупрямился и сказал, что ещё не убеждён. Нет, на самом деле, он не солгал, и вообще, не был уверен, что когда-нибудь передумает. Но… Об ещё одной попытке снова же заговорил сам. Как-то уж очень ему нравилось смотреть на старания Эла, теперь, когда он знал, что они безопасны. К тому же, получалось все лучше и лучше, Эл запоминал все: и что понравилось, и что не понравилось, и каждое новое свидание было лучшей версией предыдущего. А к такому легко привыкнуть. И потом, теперь, когда не было сомнений, что Эл уже вовсе не такой хрупкий, что он даже не так уж и обижается, можно было расслабиться и говорить с ним совсем обо всем, что думалось, а думалось, конечно же, многое! Правда, после слишком резких или злых высказываний, свидания кончались быстрее, и не возобновлялись, пока Серёжа не успокоится или не помирится с тем, о ком говорил. А ещё чаще свиданиям мешала учёба. То есть, как сказать, учёба? Скорее, полностью разное к ней отношение. Всё же, желание стараться у Серёжи закончилось ровно тогда, когда Эл вернулся… А теперь Эл не то чтобы стал обижаться, расстраиваться или просто выражать свое полное непонимание нежеланию учиться, а просто «начинал беспокоиться». Беспокоиться, что их встречи оказывают негативное влияние на Сережину успеваемость. Поэтому, стоило только получить тройку или ниже, не сделать уроков, как любые свидания отменялись — в том, что Эл издевается, рассказывая, что было запланировано, Сыроежкин не сомневался. Не делал так Эл только когда слышал просьбу помочь, но свидание все равно пропадало — потому что он «не мог быть достаточно ласков, пока объясняет в миллионный раз решение примера». Иными словами, за удовольствие пришлось платить старанием. Благо, Эл не требовал носить пятёрки решительно по всем предметам, и дневника лишний раз не проверял. Но… За пятёрки обязательно устраивал что-то особенно приятное! За всеми этими заботами и мыслями, Серёжа, откровенно, стал забывать, с чего все начиналось. К тому же, Эл перестал спрашивать о своих успехах, будто бы уже был всем доволен. А впрочем, чего ему быть недовольным? Серёжа всегда, кроме первых раз, очень благодарил его… Правда, теперь сам Серёжа думал, что благодарности недостаточно. Ему хотелось самому позвать Эла, показать, что может придумать свидание не хуже! Он долго над этим размышлял, долго пытал смеющуюся Майку, и, наконец, выдумал. Пригласил в библиотеку, где долго, раздражая библиотекаршу, они шёпотом читали те книги, которые были по душе Элу. Потом повёл в парк с аттракционами, и на самой вершине, в кабинке колеса обозрения, наконец признался, какие же истории читал, что так испугался на первом свидании. И даже терпеливо выслушал тираду о том, каким идиотом является, если уж думал, что Элек с ним так поступит хотя бы отчасти. Сережа даже стоически молчал о желании поесть, чтобы не смущать Эла и не заставлять его ждать. Правда, в конце концов не выдержал и попросил зайти в кафе. Там разговора у них совсем никакого не выходило, и Серёжа даже начал беспокоиться. Эл не спешил его утешить и думал о чем-то своём даже когда они вышли на улицу снова. Изведясь от волнения и сомнений, Серёжа все-таки спросил: — Да что случилось, Эл? Тебе не понравилось? Эл удивлённо на него обернулся и улыбнулся почти беспомощно. — Нет, Сергей, свидание было замечательное. Просто у меня… Возник к тебе вопрос. И я боюсь, не испортит ли он всего. — Да ладно тебе… Все хорошо будет. Спрашивай! — Серёжа даже заволновался. — А если теперь тебя поцеловать, то… Ты снова станешь злиться и кричать? Сережа замер на месте. Поцеловать. Поцеловать!.. Но… Правда ведь, их свидание давно уже не понарошку. Самое настоящее… Он повернулся к Элу и решительно обхватил его лицо руками. — Да я сам тебя поцелую! — воскликнул он, и тут же резко чмокнул двойника в губы. Электроник умиротворенно улыбнулся. Он добился своего.