Мое отражение.

Смех, слезы, грех, что же, Ты снимаешь туфли в темноте в прихожей. Да, может, нет, может, я тебя люблю, Пауза, словно ток по коже. Затем сознание стерто, этикет к черту! Будто бы отверткой раскрутили во мне те чувства, Что я считал давно уж мертвыми. (Мот-Ваниль)

***

      Время шло, Ваня смог объясниться с Юлей, но отношения у них не складывались. Однако и ко мне относились с крайней недоверчивостью. Но наконец-то подвернулся момент, который помог расставить все на свои места. Софа сказала, что не придет ночевать в номер, но где именно она проведет ночь, упомянуть забыла. Сосед Вани тоже неожиданно заявил, что ему надо съездить по делам и вернется он только утром. Возможно, это поспособствовало решению Николаевой пойти и наведать Ивана. Попытка не увенчалась успехом. В номере оказался Можайкин и, о, Боже, Софа. Слушать их оправдания она не хотела, поэтому куда она побежала? Правильно, ко мне. Выслушав в чем же все-таки соль проблемы, точнее узнав, что именно привело ее ко мне, я решил действовать. Извини, Ванек, но это твоя ошибка. А исправлять придется мне. За третьим бокалом, я произношу речь: -А он, вообще, нужен тебе такой? То говорит о любви, то спит с Софой. Это мода такая пошла? Может, я не знаю, что такое отношения и любовь? Согласен, может, я и не рублю фишку в подобных делах, но точно могу сказать, что так быть не должно. Ты сама так не считаешь? -Считаю, но ничего поделать с этим не могу. Я никому не нужна на этом проекте. -А вот сейчас обидно. Подумай, почему я впустил тебя в номер еще в первый раз. Для чего делал эти тупые селфи и уж тем более зачем целовал тебя тогда…       Твою мать, Клевакин, ты превзошел самого себя! И на кой-черт ты это спизданул? Вот идиотина!       Мелкая посмотрела в мои глаза, я хотел отвернуться, но ее взгляд, словно стеклом под кожу. Что со мной происходит? Почему именно она вызывает эти чувства, даже не так. Почему именно она заставляет меня чувствовать? Я находился в полном отчаянии, и, кажется, она видела это, она чувствовала. Пришла ее очередь спасть меня, эта маленькая девчонка берет мое лицо в свои руки и целует. Я подхватил этот порыв, но удивило меня другое. Я что-то ощущал, сердце забилось быстрее, кровь забурлила, дыхание начинало сбиваться. Мелкая буквально стягивает с меня футболку. -Николаева, ты понимаешь, что сейчас произойдет? -Да, кажется, понимаю. -Ты ведь будешь потом всю жизнь жалеть. Подумай еще раз, надо ли тебе это. Она ничего не ответила, лишь продолжила поцелуй. — Ну, как хотите, мое дело предупредить.       И нахрена ты это сказал, придурок?! Сейчас еще обидится и уйдет, оно тебе надо вообще? Стоп, а я реально хочу этого? Что за идиотский вопрос, конечно, да. Пока я копался в себе, это «невинное» создание, как и подобает маленьким детям, потащило в рот «всякую гадость». И знаете, что хотелось бы отметить? Это было невероятно! Не знаю, делала ли она это прежде с Можайкиным, но мое тело дрожало от ее прикосновений. Меня возбуждает несовершеннолетняя девица? Докатились… Голова постепенно отключалась, ее заполняли ужасные пошлые мысли. Я отталкиваю Николаеву, во избежание непредвиденных ситуаций. Да, кажется, все ожидаемо! Спустя несколько минут обнаженная школьница лежит подо мной. Желание переполняет меня, вот-вот я просто-напросто сорвусь, но нельзя. Скорее всего, она еще девочка, но лучше уточнить этот момент. -Николаева, у тебя было что-то с Можайкиным? -Нет, ты у меня первый, — задыхаясь, произносит девчонка.       Вот зачем ты это добавила?! Как это заводит, черт! Но это, прежде всего ответственность, Олег! Что я обычно отвечаю ответственности? Правильно, не сегодня. Ага, только это еще и статья. Ну, не решусь я, значит решится Ваня! В любом случае стоит вознаградить ее за такое доверие. Оставляя мокрую дорожку из поцелуев, спускаюсь вниз, дойдя до самого сокровенного, нежно целую ее и аккуратно вожу языком. Чувствую, как моя девочка дрожит и издает, ласкающие уши звуки. Почему моя? Потому что сейчас она со мной, она отдается мне. Добавляю к языку пальцы, ввожу по одному, затем пытаюсь протолкнуть два. Ее стоны нарастают, а тело извивается, словно атласная лента на ветру. Еще пару минут, и я сорвусь, никогда не было такого уничтожающего желания. Но могу ли я так поступить с ней? В ее возрасте многие девочки теряют девственность, но происходит это иначе. Обычно они встречаются со своим ровесником или мальчиком чуть старше, любовь-морковь, романтика и все из этой оперы. А сейчас она не особо трезвая и пришла к человеку, который не слывет своими моральными и нравственными качествами среди танцоров. Если об этом узнает кто-то из участников проекта, то будет хреново. А если информация дойдет до Миги или Егора, то до свидания, мой милый друг. -Николаева, не так ты себе это представляла. -Что ты имеешь ввиду? -Ты поймешь меня, даже спасибо потом скажешь. Просто тебе парня найти надо нормального и будет тебе счастье. -Так ты же предлагал свою кандидатуру. Или уже отказываешься от своих слов? -А с этого места и поподробнее, пожалуйста. -Когда я пришла к тебе в тот раз, помнишь? Ты сказал, что Можайкин нам не нужен. -Ну, я сказал, что-либо он возвращается, либо нет.… Там немного другой контекст был, — я начал оправдываться как школьник. -Значит, я была права, когда сказала, что никому не нужна на этом проекте, — голос танцовщицы начал дрожать. Мне захотелось успокоить свою девочку, не дать горячим слезам скатиться с ее щек. -Я же сказал, что ты не права. Научись слушать и слышать, Николаева, — я целую ее заплаканное лицо. -Олег, это значит, что я нравлюсь тебе? Мы будем вместе? Твою мать, не усложняй, не начинай все это! Я еще сто, нет, тысячу раз пожалею о своих словах, но сейчас мне хотелось произнести их. -Да, значит, будем… — я прижал девчонку к себе и зарылся носом в ее волосы.       Продолжать что-либо я не стал, посчитал, что проще уложить ее спать и выйти на балкон, подумать обо всем. Но хуй там плавал. Самым сложным пунктом из моего списка, оказалось, уложить маленького ребенка спать. Николаева ни в какую не хотела ложиться. Сперва она уговорила меня поваляться с ней, после этого начались непонятные разговоры на тему отношений, которых я старался избегать. Потом попросила, чтобы я погладил ее, она так быстрее засыпает, видите ли. Но, как ни странно, это сработало. Ура, безоговорочная победа.       Я схватил с прикроватной тумбы пачку красного «Marlboro», зажигалку и двинулся на балкон. Прохладный ветер освежил голову и мысли в целом. Горьковатый дым привел в чувства, помог отпустить ситуацию и посмотреть со стороны на все происходящее. Правильно ли я поступил, что не подлил масла в огонь? Да, конечно, да. Или нет? Так, успокойся уже, ты сейчас один, начни думать головой. А она привлекает меня? Слишком слабое слово. Нравится? Уже ближе. Влюблен? Ты больной? Вычеркни это слово из своей головы, забудь! А помнишь, как она смотрела на тебя, когда ты доставлял ей удовольствие, как дрожало ее юное тело? Она была абсолютно беззащитна перед тобой. Нет, не хочу помнить! Слышишь, не хочу! А как ты отзывался на ее ласки, то чувство, когда сердце бьется быстрее, а дыхание сбивается? Заткнись, пусть все это сотрется. Ненавижу! Кого? Николаеву, за то, что она заставляет меня это чувствовать. О, ты должен ненавидеть только себя… Я сползаю вниз на холодный кафель и опускаю голову на ладони. Это твое фиаско, Клевакин. Ты погряз в этом болоте по уши, только ты сам виноват в том, какой ты сейчас, этот образ создан тобой, а не другими людьми. Ты не сможешь проснуться завтра и стать другим человеком. Нет, теоретически ты можешь, но никто в это не поверит. Если ты принесешь ей завтрак в постель, а потом еще и всем на тренировке удачного дня пожелаешь, то тебя в психушку сдадут. От чего так больно? Разве я заслужил все это? Ты еще спрашиваешь? Конечно, заслужил. Ты лицемер и эгоист, циник и лжец. Разве такие люди имеют право на счастье? Но я смогу это исправить…я должен это сделать ради… Ради себя, эгоист? Нет.