От ненависти до любви

      Шел последний урок. Учитель по философии куда-то отлучился, сказав, чтобы мы сидели тихо, мирно, не шумели и делали вид, что учимся. Всем это только было в радость, ведь можно было лишние минуты поболтать со своими друзьями. Мне нравились уроки профессора. Скорее даже это были лекции, где мы слушали учителя и записывали к себе в тетрадь его рассуждения и комментарии. Решив, что лучше занять себя на какое-то время разговором с Аней, чем выжидающе пялиться в окно, рассматривая школьный двор, я встала со своего места и направилась к подруге. Я поняла, почему Юдина не подошла ко мне первой, как это обычно случается, — она что-то старательно переписывала в тетрадь. Неудивительно, ведь философия тоже была ее любимым уроком.       — Слушай, Ань, ты же тут уже полтора года учишься? — спросила я, пытаясь обратить на себя внимание подруги.       Аня, дописав предложение до точки, отложила ручку и тетрадь в сторону и подняла голову.       — Это да, — протянула она, кивнув головой. — А что?       — Ты можешь мне что-нибудь рассказать об этом Эрике? — уточнила я, опираясь одной рукой о ее парту.       — А что, он заинтересовал тебя? — Юдина лукаво улыбнулась, блеснув глазами.       — Может быть, — весело усмехнулась я, наклонившись чуть ближе. — Ты же мой информатор. Ты тут всю школу знаешь, как мне кажется.       — Ну, впрочем, я знаю о нем столько же, сколько знают и остальные ученики школы, — задумалась Аня, хрустнув костяшками пальцев. — Он учится в параллельном классе, примерный ученик. Ему хорошо даются иностранные языки. Еще он состоит в театральном кружке. Вдобавок играет на гитаре, если мне не изменяет память. Проще говоря, человек творческий.       — С виду он показался хорошим парнем, — сделала вывод я.       — "Хорошим" – это еще цветочки, — ухмыльнулась Аня. — Я не знаю, что произошло на балконе, пока вы там мило беседовали, но когда я увидела разгневанную Алису, которой побыстрее хотелось убраться оттуда, то я поняла, что наш новый знакомый не так уж и плох. Хотя, буду честна, в прошлом году о нем ходили неприятные слухи...       — Например? — задумчиво протянула я, заглянув Ане в глаза, будто старалась отыскать в них ответ на свой вопрос.       — Ерунда всякая, — поспешно ответила мне подруга, пожав плечами. — Обычные сплетни.       Ее ответ не удовлетворил мое любопытство, ведь Юдина заинтриговала меня еще больше. Но Эрик казался мне воспитанным парнем, которых редко можно было встретить не только в этой школе, но и вообще во всем мире, поэтому я решила, что слухи о прошлом моего нового знакомого не должны меня волновать. Я вернулась на свое место, заново погрузившись в конспекты от ничегонеделания.       Когда прозвенел звонок с урока, мы с Аней тут же направились на первый этаж. Мы остановились у школьного стенда, где учителя вывешивали расписание уроков, объявления и какую-то рекламу. Юдина не особо торопилась домой. Остановив меня, она внимательно оглядела какую-то афишу.       — Эй, Диана, погляди, — обратилась ко мне Аня, хлопнув ладошкой по моему плечу. Вздохнув, я повернулась и вопросительно уставилась на девушку. — Ты когда-нибудь участвовала в школьных поездках?       Сначала я не поняла, с чего вдруг Аня решила поднять эту тему. Заметив мое недоумение, она ткнула пальцем на одно из объявлений, в котором говорилось о том, что через две недели состоится поход в горы, а точнее, катание на лыжах. Мероприятие организовывал наш учитель по физической культуре, что было неудивительно. Кажется, он хотел совместить полезное с приятным.       — А не слишком ли рано для катания на лыжах? — спросила я, выгнув одну бровь. — Снег-то еще не выпал.       — Нет, — мотнула головой Аня. — Через две недели уже наступит декабрь, а снег, по-моему, выпадет еще раньше. А мы живем в такой стране, которая может похвастаться обилием снежных осадков. — Она усмехнулась. — Сначала ученики едут около двух часов за город на автобусе, затем останавливаются и, кстати говоря, ночуют на вилле, которая, как ни удивительно, принадлежит Руцманам. Точнее, принадлежала. А затем они официально объявили виллу собственностью школы.       — И как часто такое происходит? — поинтересовалась я, всё еще разглядывая объявление.       — Раз в год, — раздался довольный мужской голос позади нас с Юдиной. — А длится это на протяжение семи лет, как мне говорили.       Мы с Аней резко развернулись, и перед нами предстал Эрик, который дружелюбно нам улыбался. У него была теплая и приятная улыбка, от который хотелось улыбаться в ответ. Я радушно поприветствовала его, и парень присоединился к нашей небольшой компании.       — Я каждый год езжу кататься на лыжах, — продолжил Эрик. — Родители не против, поэтому пользуюсь возможностью отдохнуть с друзьями где-то вдали от городской суеты. — Задумавшись, Эрик добавил: — Мы всегда выезжали в субботу утром, а возвращались в воскресенье вечером. Думаю, в этом году будет также.       — Звучит заманчиво, — весело усмехнулась я, поворачиваясь к Ане. — В прошлой школе наши учителя никогда не устраивали ничего подобного. Я бы хотела поучаствовать в этом.       — Я с тобой, — подхватила меня подруга, улыбаясь всеми зубами. — Я тоже никогда не принимала участие в таких вылазках. Алиса побывала там один раз, будучи в десятом классе, а затем заявила, что больше никогда туда не сунется. И мне, естественно, самой там делать было нечего. Думаю, на этот раз я сумею отпроситься на два дня.       С этими словами она состроила недовольную гримасу, пользуясь возможностью, когда Лебедева её не видит.       — Я тоже поеду, — улыбнулся Эрик, посмотрев на меня. — Хотел завтра записаться у Анастасии Павловны.       Когда он улыбался, то делал это искренне. Не знаю, почему я была так в этом уверена, просто чувствовала это и все. Он улыбался не только губами, но и глазами, из-за чего создавалось впечатление, будто они блестели сверкающими и добрыми огоньками, которые вселяли оптимизм.       — Тогда давайте завтра запишемся вместе, — радостно предложила Аня, заслужив одобрительный кивок Эрика.       Я не умела кататься на лыжах, но ведь, как говорится, никогда не поздно учиться. Мои родители никогда не возили меня в горы, так как моя мама не переносит холода. Впрочем, два дня — это не так много времени, они должны меня отпустить. К тому же, со мной поедет моя подруга и... друг? Странно, я знала Эрика всего ничего, но я к нему привязалась и чувствовала себя вполне уютно в его компании.       — Слушайте, я, наверное, пойду домой. Увидимся завтра, хорошо?       Парень вновь одарил нас своей лучезарной улыбкой и, пожелав удачи, направился к выходу.       Как только я вернулась домой, то сразу же побежала к маме рассказывать о поездке. Она отпустила меня на все четыре стороны (к тому же, сама поездка была практически бесплатной, нужно было лишь заплатить за дорогу туда и обратно). Моей маме было очень важно, чтобы я проводила больше времени с одноклассниками. Кажется, она переживала даже больше меня о том, смогу ли я найти себе друзей в школе или нет. Обговорив все вечером с отцом, они дали полноценное согласие.       На следующий день после уроков мы с Эриком и Аней пошли записываться к Анастасии Павловне, которая была очень рада моей личной инициативе поучаствовать во внеклассных мероприятиях, чему я, честно говоря, слегка смутилась. Хотя, в то же время, я была рада, что директриса хорошо ко мне относится. Она была очень открытой и приятной женщиной. Ну, если опустить те разговоры Алекса о том, что его мама — настоящее зло во плоти. В конце концов, я просто решила, что парень преувеличивает. Не хотелось впутываться в их семейные тайны и интриги. Уже было хорошо то, что хотя бы Анастасия Павловна и Елена были рады видеть меня в своем доме.       Две недели пролетели незаметно. Иногда, во время перемен, мне на глаза попадался Руцман в компании своих друзей. Наши взгляды пересекались, но никто из нас не считал нужным поздороваться или хотя бы кивнуть в знак приветствия. В конце концов, я уже давно к этому привыкла.       Аня была замечательной девочкой, веселой и позитивной. Она всегда могла поднять мне настроение и вызвать улыбку на моем лице. С ней я никогда не скучала и всегда знала, о чем можно было бы с ней поговорить. Иногда к нам на переменах присоединялся Эрик, который тоже делился с нами различными смешными историями из жизни. В итоге Аня сказала, что ей кажется, словно я нравлюсь Соколову, так как раньше она никогда не видела его общающимся с девушками. По ее словам, он, если и попадался ей на глаза, то всегда проводил время в окружении парней из своего класса. Я никак не отреагировала на заявление подруги. Сама же я начинала чувствовать сильную симпатию к парню, но я решила пока не оглашать это Ане, потому что полностью во всем не разобралась.       Как и ожидалось, вскоре выпал снег, и, казалось, шел он беспрерывно. На дворе стояло начало декабря, когда несколько учеников, ранним утром собравшись у входа в школу, ожидали прибытие автобуса. К школе меня привезли родители на машине. Они постояли немного времени со мной на улице в ожидании транспорта, а я как раз успела их познакомить с Аней. Но мама, не выдержав более десяти минут на морозе, отправилась с отцом домой, пожелав нам с подругой приятно провести время.       — Кажется, мы прибыли слишком рано, — досадно пробубнила Юдина, переступая с ноги на ногу. — Я думала, что если мы придем раньше, то займем хорошие места в автобусе. Но я, кажется, ошибалась.       Я тяжело переносила холод, впрочем, как и моя мама. Я бы с радостью зашла в школу, чтобы переждать некое время в коридоре, но здание было закрыто, и я пожалела, что учителя, как и ученики школы Руцмана, отдыхают в выходные дни. Чтобы хоть чем-нибудь себя занять, я принялась оглядывать парней и девушек, которые тоже решили принять участие в поездке. Эрика нигде не было видно, зато на глаза мне попался никто иной, как Алекс. Он стоял, как всегда, в окружении своих друзей и нескольких девушек.       — Руцман тоже на лыжах катается? — спросила я подругу, кивнув головой в сторону брюнета.       Аня посмотрела в ту сторону, в которую я указала, и удивилась. Вскинув брови, она несколько раз хлопнула глазами, словно не желая верить увиденному.       — Я, конечно, в этой поездке впервые, — медленно начала она, — но никогда бы не подумала, что Алекс — любитель лыжного спорта. По крайне мере, ни разу не слышала, чтобы он принимал участие в школьных мероприятиях.       Я продолжала смотреть на парня, будто пытаясь понять, обманывает ли меня мое зрение или нет. Вдруг он повернулся в нашу сторону, словив мой взгляд на себе. Я поспешно отвернулась, делая вид, что разглядываю стены школьного здания.       — О, Анечка, не ожидала тебя здесь увидеть, — раздался знакомый женский голос за спиной. А у Алисы есть странная особенность — появляться в самые неожиданные моменты.       Мы с Аней повернулись к Лебедевой, оглядывая ее с ног до головы. Она была одета как-то слишком легко для зимы, по крайне мере, рядом с нами Алиса смотрелась слишком раздетой. Ее светлые волосы были завиты в кудри, а косметикой девушка не стала пренебрегать, в общем, как обычно. Она была одета в короткую куртку, обтягивающие джинсы и белые меховые сапожки. Только взглянув на нее, мне становилось холодно.       — Я тебе говорила о том, что собираюсь поехать кататься на лыжах, — сказала Аня. — Кажется, тогда ты меня не слушала. А вот что ты здесь делаешь? Я думала, что ты не любишь такие мероприятия.       — Я просто поддерживаю здоровый образ жизни, — фыркнула Алиса и, оттолкнув нас с дороги, направилась к компании Руцмана.       Ну, и на этом моменте все стало понятно. Лебедева решила не упускать возможности побыть со "своим" Алексом.       Мы простояли на улице еще около пяти минут, пока автобус не подъехал. Ученики стали толпами вваливаться в транспорт, чтобы побыстрее согреться. Нам с Аней достались места почти в самом конце автобуса. Юдина уселась у окна, высказав свою любовь к любованию пейзажами, поэтому отказать ей я не смогла. Спустя еще несколько минут двери автобуса закрылись, и транспорт начал движение.       В автобусе было отопление, поэтому куртки и пальто пришлось снять. Как только мы с Аней сняли свою верхнюю одежду, к нам подошел Эрик, взявшийся из ниоткуда. Одной рукой он держался за мое сидение, а другой — за верхние полки, куда складывались сумки. Он, как обычно, поприветствовал нас своей обворожительной улыбкой, а затем ушел в конец автобуса в сопровождении одноклассников.       Мы еще немного поговорили с Аней о всякой мелочи, а потом она предложила мне послушать музыку. Вдев наушники в уши, мы замолчали и погрузились в свои мысли под звуки мелодий. Дорога местами шла ухабами, автобус иногда покачивало из стороны в сторону, и я вдруг подумала, как мне повезло с тем, что меня никогда не укачивает. Аня уже хотела было переключить на очередную песню, когда наш транспорт резко встал. Выставив руки перед собой, мне посчастливилось не впечататься носом в сидение напротив. Ребята повскакивали с мест и прилипли щеками к окнам, стремясь узнать, почему же мы остановились.       — Спокойно, спокойно, — громко сказал учитель физкультуры, привлекая к себе внимание. Он стоял в изголовье автобуса, размахивая руками. — Садитесь на места. Скоро мы продолжим наш путь.       — Да что случилось? — уточнил кто-то с передних рядов.       — Колесо застряло в яме. Без помощи эвакуатора нам не выбраться. Водитель уже вызывает подмогу, так что скоро мы вновь продолжим наш путь, — закончил учитель и уселся на свое место.       Я посмотрела в окно. Около автобуса действительно расхаживал взад и вперед водитель. Он набирал чей-то номер, при этом нервно стуча ногами по снежной земле.       — Класс! — выдохнула Аня, плюхаясь обратно на свое сидение. — Кажется, мы доедем до места не раньше следующего утра.       Я ничего не ответила, но мысленно с ней согласилась. Как бы то ни было, я надеялась на то, что мои домыслы окажутся ложны, и все действительно вскоре разрешится.       Время шло, и каждый занимал себя всем, чем только можно: кто-то играл в карты, кто-то просто что-то обсуждал. Всеобщее внимание привлек Эрик — он достал откуда-то гитару и стал ее настраивать, и все поняли, что сейчас им устроят бесплатный концерт. Я поднялась на колени и, повернувшись назад, уперлась локтями в спинку сиденья для большего комфорта. Пока Эрик настраивал гитару, большинство ребят уже собрались в конце автобуса.       Зазвучала приятная мелодия, и я завороженно наблюдала, как пальцы Эрика ловко перебирают струны. Он казался настолько расслабленным и уверенным, словно родился с гитарой в руках, настолько хорошо он с ней управлялся.       Я вслушивалась в чарующие звуки, когда недалеко от меня раздался негромкий презрительный смешок. Я украдкой взглянула на противника живой музыки и увидела Алекса. Он стоял в проходе вместе со своими одноклассниками, недовольно скрестив руки на груди. Его темные волосы были слегка взлохмачены, а голубые кристальные глаза отражали злобный огонек.       — "Что? Волнуешься, что теперь не только ты будешь находиться в центре внимания?" — пронеслось у меня в мыслях, и я непроизвольно ухмыльнулась.       Но Алекс заметил это и пристально уставился на меня. Очутившись под его взглядом, мне стало не по себе, поэтому я сделала вид, что с головою погружена в игру Эрика. Парень, сидящий рядом с ним, запел, а затем к нему присоединилась еще одна девушка, а затем и половина автобуса.       Музыкальное представление длилось недолго, так как все уже стали расходиться на улицу, чтобы не сидеть на одном месте. Я тоже вышла с Аней вслед за ребятами наружу, чтобы подышать свежим воздухом. Снег перестал идти, а впереди дороги виднелись горы, к которым мы держали путь.       Мы с Юдиной стояли у самой дороги, беседуя о том, какой окажется вилла, сможем ли мы оказаться в одной комнате и о прочих неважных вещах, когда позади нас раздался глухой удар, за которым последовал чей-то девчачий крик. Оказалось, что какой-то парень решил начать бой снежками, залепив один прямо между глаз своей подруге. Девушка сначала отряхнулась и скептически уставилась на юношу, но затем, не сдержавшись, рассмеялась. Спустя некоторое время снежки начали летать из стороны в сторону, превращая пространство около автобуса в настоящее поле боевых действий.       Аня увлекла меня следом в самую гущу сражения, тем самым заполучив снежком в грудь. Подруга отпустила меня и, погрузившись с головою в игру, пропала у меня из виду в толпе и снежных сугробах.       Краем глаза я заметила, как кто-то случайно забросил снежком Алексу в лоб, который до этого стоял в стороне и курил сигарету. Это вызвало у меня веселый смех, но я тут же поняла свою оплошность, так как Руцман заметил мое приподнятое настроение и решил, что нападавшим на него оказалась я. Не на шутку насторожившись, я автоматически слепила снежок, приготовившись контратаковать. Парень сделал то же самое и, совершив несколько шагов ко мне, с размаху бросил в меня "снаряд". Я скрючилась пополам, но атаки избежать мне не удалось — "пострадало" мое плечо. После чего ход шел за мной, и я, прицелившись, бросила снежком в Алекса. Удалось попасть лишь в колено.       В меня полетел еще снежок, но парень, метнувший его, явно целился не в меня, а в своего приятеля. Отвлекшись на это, я и не заметила, как близко подобрался ко мне Алекс. Когда я подняла на него голову, то что-либо предпринимать было уже слишком поздно. Парень слегка толкнул меня, но этого оказалось достаточно, чтобы повалить меня на заснеженную землю.       Пришлось применить все свои актерские способности в действие, чтобы изобразить боль. Брюнет нахмурился и, почувствовав укол совести, протянул мне в руку в помощь, чтобы я смогла подняться. Я обвила его руку своими пальцами и, накопив как можно больше силы, дернула парня вниз.       В следующий момент произошло нечто странное. Я ожидала того, что Алекс повалится рядом со мной и уткнется носом в снежный сугроб, но он навалился сверху. Если бы он не выставил руки вперед, то точно бы раздавил меня. Стоя на четвереньках, он нависал надо мной, его глаза рассеянно смотрели в мои. Я переводила дух от такого активного поединка, из-за чего мое дыхание паром исходило из моего рта, смешиваясь в одно с учащенным дыханием Алекса. Парни и девушки продолжали бегать туда-сюда, в воздухе мелькали снежки, до меня доносились радостные крики и женский визг. Мне показалось, что мы могли бы еще вечность лежать так с Руцманом, полностью не осознавая происходящего, если бы не огромный снежок, врезавшийся в бок брюнета. Тот сразу же отпрянул, словно кот, которого застукали за поеданием сметаны, а затем, отряхивая свои темные волосы от снега, невозмутимой походной прошелся к автобусу и поднялся в его салон.       После этого ко мне подбежала Аня и помогла мне подняться на ноги. Пока она очищала мою спину от прилипшего снега, подруга расхваливала себя в меткости, ведь именно ей удалось, как она выразилась, "отогнать" от меня Руцмана.       Эвакуатор подоспел только ко второй половине дня, когда до захода солнца оставался лишь час. После того как автобусное колесо оказалось вызволено из ямы, мы продолжили наш путь. После этого мы с Алексом больше не пересекались.