ТИМность в эпизодах

Дон проводит эксперимент: говорит одну и ту же фразу разным ТИМам из числа коллег и отслеживает реакцию. Однажды фраза была такова: — Привет, наглец загадочный! Реакция пленяет. Бальзак (с обидой): — Почему наглец? Наполеон (игриво): — Почему загадочный? Драйзер (серьёзно): — Почему привет? Здравствуй! Гексли (в прострации): — Почему сейчас… Дон продолжил социоэксперимент, налетая на разные психотипы с одной и той же репликой. На сей раз неугомонный предлагал такой вопрос: — Как добиться, чтоб ты захотел того, чего прежде никогда не хотел? Ответы. Джек: — А чего конкретно хотеть-то надо? Может, я уже давно этого хочу на полную катушку! Гексли: — Начни это делать прямо на моих глазах и с увлечением. Посмотрю и захочу! Дюма: — Дай мне понять, что хотеть этого очень полезно и замечательно. Габен: — Подожди. Через какое-то время я поумнею и захочу. Или, напротив, поглупею и захочу. Драйзер: — Сделай мне трепанацию черепа и пересадку чужого мозга. Бальзак: — Никак. Драй и Есь смотрят телепередачу, из соседней комнаты их окликают: — Про что рассказывают? Ответы звучат почти синхронно. Драй: — Как спасать утопающего! Есь: — Как правильно тонуть! Еся: — Вчера с таким удовольствием ходила на отпевание моего знакомого! До чего же мне это нравится! Драйка: — Не понимаю восторга. Неужели удовольствие вызвано тем, что Ваш знакомый мёртв, а Вы живы? Еся: — Ну, почему сразу так... Там поют хорошо! Драйка: — Для наслаждения вокалом предназначены концерты, а не похороны. Женская откровенная беседа. Еся: — Я много раз убеждалась, что он мерзавец, но не мыслю себя без него. Любить сволочь — это высшая форма любви. Драйка: — Любить сволочь — это вообще не любовь, а разновидность вредной привычки. Есенин: — Что нужно делать, если со стиральной машиной нелады? Драйзер: — Какие конкретно? Есенин: — Она сперва пыхтит и напрягается, а потом расслабляется и сопит. Драйзер: — Надо позвать Гамлета, сесть рядом и вместе ей сочувствовать. Только от Бальзаков мне доводилось слышать поразительное словосочетание «безнадёжно умный». Остальные обычно говорят «безнадёжно тупой». Джек: — И что нам Дон велел передать? Гек: — Сказал «Я лечу». Джек: — Куда? Драй: — Кого? Джек: — А ну-ка закончите фразу «Мне очень плохо, потому что я…» Нап (с вызовом): — … плохой! Баль (с грустью): — … хороший! Драй (с горечью): — … нормальный. Гамлетесса: — Что ж ты мною недоволен? Разве я тебе пользы не приношу? Джек: — Ты её уносишь. Гюгоша встречает на концерте Гамлетессу, с которой у неё взаимная ненависть, подходит на расстояние вытянутой руки и, задорно улыбаясь, начинает причёсываться. Гамлетесса: — Шевелюру демонстрируешь? Лохматость свою повышенную? Гюгоша: — Демонстрирую хорошее настроение. И если бы у меня вместо шевелюры была лысина, я бы сейчас у тебя на глазах бодро полировала её тряпочкой! Миниатюрный и вёрткий Гюго, ощутив на плече увесистую руку, оглянулся и увидел амбала в чёрном чулке, натянутом на лицо, и с битой. — Сколько времени? — зловеще спросил громила. — Шесть-пятьдесят до нашей эры! — ответил Гюго, вырвал биту у обалдевшего от таких слов противника, шмякнул его по голове и убежал. Вывод: говорите то, чего от вас никто не ждёт. Сообщение от Напа: «Она пришла ко мне раздетая до ушей». Драйзер: — То есть укутанная, но без шапки? Джек: — Наоборот, обнажённая, но с прикрытой макушкой! Бальзак: — Не ломайте голову, ведёт ли Нап отсчёт раздетости с верхней или же с нижней точки. Я уверен, что к нему вообще никто не приходил. Наполеон: — Есь, ты опять кран не закрутил нормально, из него вода течёт! Есенин: — А если закручиваешь ты, то шею ему сворачиваешь, вода уже не течёт тогда, а хлещет! Драй, научи его правильному обращению! Драйзер: — Тут нечему учить. Просто надо действовать так, чтоб было комфортно не вам, а крану. Гексли и Драйзер краем уха слушают выпуск новостей; репортёр произносит: «Из роддома она вышла на руках с чужим ребёнком». Драй: — Расставить слова в правильном порядке («вышла с чужим ребёнком на руках») телевизионщикам, конечно, не под силу. Гек: — Может, она циркачка была? На руках вышла, а раньше таким же способом явилась! Драй: — Зачем тебе новости слушать? Ты их и сам десятками генерировать можешь... Гексли — Драю: — Просить, чтоб ты помог, — это опасно! Запомогаешь насмерть! Драйка: — Дикую рекламу я только что услышала. «Окна с характером!» Гексля: — А в чём тут дикость? Драйка: — Представь себе, что желаешь закрыть окно, а оно, будучи с характером, заявляет тебе: «А вот и не закроюсь! И кто ты такая, чтобы мне свою прихоть навязывать?!» Гексля: — Но ведь в рекламе не сказано, что окно окажется именно с твоим характером… Семья умиляется ребёнком лет четырёх, задавая ему простейшие вопросы. — Кто наша мама? (Дитя тычет пальцем в мать). — Кто наш папа? (Аналогично в отца). — А кто у нас братик? (Тыкающий палец неожиданно попадает в грудь идущего мимо Драя). Драй: — Боже упаси... Джек: — Сделай ей комплимент! Драй: — За какие заслуги?! Она никчёмная кретинка. Джек: — Скажи, что любуешься ею, что слегка ей завидуешь. Драй: — Ладно, вот так прямо и скажу: «Любуюсь я Вашей никчёмностью и слегка завидую Вашему кретинизму». После очередной выходки своего коллеги Драй обращается к нему с просьбой: — Поясните, пожалуйста, это у Вас уже маразм или всё ещё детство? Драй: — Когда я в школьные годы у доски алгебру отвечал, класс от смеха валялся! Говорить минуты две в сугубо математическом ключе я ещё мог, а потом меня в сторону сносило. Притом решал-то я правильно, а произносил нечто в духе «Итак, воспользуемся этой загогулиной, надо же нам как-то выпутаться из возникшей труднопостижимой лабуды». Драй, нагруженный книгами, нотами и дисками, мчится по улице, но дорогу ему преграждает девушка, раздающая рекламные листовки. Драй: — Леди, не надо тыкать в меня Вашей печатной продукцией, у меня обе руки заняты. Девушка: — Ну возьми-и-ите!!! Драй: — Хорошо, я возьму листок зубами, а в качестве штрафа за неудобство прокушу Вам руку. Устраивает? Больше никто к нему с рекламой не лезет. Гамлетесса: — Слава богу, бог миновал! Драйзер: — Не улавливаю хода Вашей мысли. Гамлетесса: — Беда мимо прошла, говорю! Что тут неясно? Драйзер: — Ох... Так правильно же говорить «бог миловал» или «беда миновала», понимаете? Бальзак: — Не понимает она. На месте Всевышнего я с ума бы от такой паствы сошёл. Гам: — Нам нужно изображение, на котором ты душераздирающе красив! Драй (устало): — Подобного изображения нет в природе. Гам: — Не скромничай! Поищи, ведь есть же кадры, где ты просто… ух!!! Драй (с досадой отворачиваясь): — Не галди, умоляю. Не разбираюсь я, где ух, а где не ух… Гам: — Должно же быть такое фото, чтоб ты на нём был даже обалденнее меня! Драй (без энтузиазма): — Если честно, я на любом фото обалденнее тебя… За 10 минут до начала концерта вдруг куда-то подевался Гамлет. Безрезультатно обшарив сцену и закулисье, Джек вышел на улицу и увидел искомого Гама, который, грациозно взмахивая руками, ввинчивался в пышно цветущие кусты. Джек (волоча Гамлета выступать): — Что ты там потерял? Гам: — Вдохновение. Джек: — Ага, оно там прямо в кустах и сидело! Гам: — Отчего же сидело? Летало! Драю дали новый паспорт взамен исчерпавшего срок годности. Джек (смеясь): — Жизнь с чистого листа, да? Драй: — Знаешь, у меня и прежние листы грязными не назовёшь. Есь принёс в коллектив ретро-игрушку слинки, хорошенькую цветную пружинку, умеющую спускаться по лестницам. Гамлет, Дюма, Дон, Гек и Драй схватились за неё с неподдельным восторгом, однако ЭСИ внезапно оторвался от забавы, подошёл к зеркалу, мрачно зыркнул на своё отражение и рявкнул: — Взрослый дядя с бородой — а занялся ерундой! После этого он с чистой совестью продолжил развлекаться. Драйзер (чихнувшему Гамлету): — Будь здоров! Гамлет (раздражённо): — Да был уже много раз! Драйзер: — И пока ни разу это состояние тебе не понравилось… Гамлет: — Она меня игнорирует, и я от этого мучаюсь, как медведь папы Карло. Драйзер: — Извини, но у папы Карло не было медведя… Гамлет: — Вот и он так думал! А медведь был — и страдал! Драйзер: — Русский язык сегодня обогатился новым метафорическим оборотом. «Медведь папы Карло» — потрясающе! Возьму на вооружение. Драйка пишет рецензии на книги, выдвигаемые на литературную премию, и доходит до сказки, на одной из страниц которой у избушки на курьих ножках появляются... избушата. Потомки, крохотные избушки. По воле автора они шустро бегают, трутся крышами о колени людей и тихонечко скрипят. Драйке от длительного громового смеха чуть дурно не стало. Не удержавшись, она рассказала про избушат Гамлетессе, а та даже не улыбнулась и спросила: — Смешно — и только? Неужели тебе неинтересно, кто их отец? Гамлет и Драйзер в магазине. Гам долго вглядывается в четыре сотенных бумажки, вертя их в руках, затем признаётся: — Ищу среди них наименее красивую, чтоб от неё избавиться. Но они все прекрасны! Драй молниеносно выхватывает у принца Датского одну из купюр, безжалостно мнёт её, говорит «Теперь она некрасивая!» и оплачивает покупку. Дост: — Давай поговорим о жизни. Драй: — Давай. А о чьей именно? Дост, звоня людям, с которыми пару недель не общался, всякий раз произносит: «Я Виталий, если вы такого ещё помните». Драй, услышав это, возмутился: — Что за самоунижение! Говори «Я Виталий. А если вы умудрились меня забыть, то это ваши проблемы!» Драйзер во время болезни. Рассказчик — Габен, начальник — Джек. 1. Драю совсем плохо. «Ушиб правого лёгкого. Боль, кровоподтёк, затруднение дыхания. Подозрение на травматический пульмонит. Два раза терял сознание: пытался вскочить, и боль усиливалась. Косой перелом ладьевидной кости правого запястья. Страшно смотреть на него — иссохший, тяжело дышащий, не находящий в себе сил полностью открыть прищуренные глаза, он мечется как безумный». 2. Как только стало чуть-чуть получше… «Лежит смирно, но с плохо скрываемой яростью. Болезненно полуприкрытые глаза распахнулись и теперь глядят осмысленно и гневно. Скверное самочувствие всегда вызывало у него не депрессию, а злость; вот и сейчас он бесится, поскольку не может бодро встать и пойти работать. Мы выслушиваем от него приблизительно такие тирады: «Я впустую трачу время. Трое суток валяюсь здесь, как колода, и ничего не делаю. Мне не разрешают читать, не позволяют слушать музыку. Но я так не могу, займите, в конце концов, меня делом! Дайте хоть какое-нибудь задание!» Наш руководитель, покосившись на его сломанную руку, пробормотал: «Задание-то я тебе дам, но чем ты его возьмёшь?» Драю велели сыграть в одной из песен соло на трубе. Он незабываемо это выполнил, но группе ничуть не менее запомнилась реплика Баля: «Когда архангел трубит, известно, что начинается». (Данную историю рассказал мне Чуд Пернатый). ТИМы выдают афоризмы. Гюго: — Как здорово, что я всё перепутал! Бальзак: — Слишком просто, чтоб быть правдой. Габен: — Обидеть мужчину может только женщина. Другие мужчины способны его разве что раздосадовать. Габен вновь: — Её облик бросается в глаза! И режет их. Наполеон в адрес Гюго: — А что это ты такой порядочный? Тебе от нас чего-то надо? Джек: — Не пытайтесь искренне отвечать на неискренне заданные вопросы. Джек вновь: — Задание понял? Значит, ступай и делай то, что велено, ну, и то, что хочешь. Драйзер: — Я не чудо, я аномалия. — Желаю счастья, а также сил для того, чтобы его выдержать. — Это вам жарко, а я только-только отогрелся. — Жить мне предстоит чрезвычайно долго, так что терпения окружающим, терпения… — Если у мужчины, перешедшего рубеж сорока лет, наивный взгляд, это показатель не простодушия, а выдающегося актёрского мастерства. — Не нравлюсь я вам. Что, морда не той породы? Достоевский: — Никто не виноват. А что делать — всё равно неясно.