Сотри это из Memorу

Минус — плюс, Конец — начало, Черный — белый, Много — мало, Все — ничто, Мгновенье — вечность, Пустота и бесконечность, Человек и прах ничтожный, Жизнь и смерть — Процесс не сложный. Выход — вход, Всего две двери, Между ними ждем и верим, Ненавидим, любим, плачем, Это — ЖИЗНЬ, Нельзя иначе… Мексика, Дуранго. 22:17 POV Лекса — Мы не можем их здесь ждать, вам нужна срочная помощь! — почти крича, говорил Стив. Я чувствовала злость, боль, все мои чувства как будто смешались. Разделить их было невозможно, ведь эти минуты промедления меня убьют. Первым делом нужно было достать пулю, но сама я этого сделать не могла.

***

Мы стояли около запасного выхода с базы, где нас должны были встретить, но мы просто увидели открытые ворота и всё. Видимо сейчас все борются за спасение своих жизней и отвоёвывают нашу территорию. Сама база была очень большой и ограждена большими воротами с железными прутьями на верху, по которым мог проходить электрический разряд. На территории находилось очень много разной техники: танков, военных машин, грузовиков, вездеходов, вертолетов, просто обычных самолетов, разных ракетных комплексов и миномётов которые находились по всей территории. Всего было два больших склада с всевозможным оружием, например такое как: пистолеты, автоматы, пулемёты, снайперки, гранатомёты и еще очень много всего остального. Посередине было очень много пустого места, которое занимали разные здания, иногда они были маленькими размерами, а иногда очень большими и длинными, так же была очень большая взлетная полоса, где находились самолеты. У главного входа были большие вышки, где стояли миномёты, с которых сейчас стреляли в нападавших, удерживая их на определённом расстоянии. С левой стороны от чёрного выхода была расположена вертолётная площадка, а с правой — медицинский блок. Все это время на базе бушевал кипишь: все что-то кричали и бегали, взрывали что-то и стреляли, все воевали, некоторые были ранены, а некоторые погибали на поле боя защищая своих друзей, так же как и Кастия. Все то время, которое мы находилась в машине, возле меня был Стив, и рядом лежал труп Кастии. Я пыталась не смотреть на её уже безжизненное тело, но у меня это плохо получалась, но собравшись с силами, я начала говорить: — Нам нужно заехать на базу и ждать Линкольна с другими бойцами там. — Мы заедем в мед. блок, он хорошо охраняется, и даже то, что сейчас происходит, туда никак не достанет, — сказал Стив и ему поддакивал парень сидящей спереди. Как только мы заехали на базу через чёрный вход, наша машина оказалась в мед. блоке и к нам подбегала медсестра. Увидев её Стив начал быстро что-то говорить, видимо за моё состояние потому, что я видела как он ведет её ко мне, видела как показывает на меня рукой, но я его уже не слышала, мои глаза хотели закрыться и больше никогда не открываться, мне хотелось прилечь и отдохнуть, хотелось перестать чувствовать постоянную боль во всем теле. — Нужно что бы вы срочно достали пулю, у неё сильное кровотечение! — Сейчас я все сделаю! — впопыхах она побежала за какими-то предметами и вернулась через несколько секунд. Залезая в машину, она увидела тело Кастии и посмотрела на меня, я поняла, что она хотела спросить, и просто отрицательно помахала головой. Она подсела ближе ко мне и разорвала штанину на правой ноге, мне было уже неприятно даже от того, что она просто разрезала ткань, чтобы освободить место для удаления пули, но я знала, что дальше будет хуже, знала, что сейчас будет больно и была готова к этому. — Сейчас будет больно, так что можете не сдерживаться! — взяв пинцет, она его засунула в рану и я закричала от адской боли, которая удвоилась во всем организме. Я не понимала, почему мой мозг просто не отключиться, чтобы не чувствовать этого. Все это время у меня безостановочно шла кровь, которая омывала пол машины и руки медсестры. Я всхлипывала от боли, которая продолжалась каждую секунду, и тут женщина схватилась за пулю и начала её медленно вытягивать из моего тела. Через несколько секунд я начала чувствовать как из моей кости что-то достали и кинули на пол, до меня дошел звон железа, я видела уже своими помутневшими глазами как она перевязывает рану, видела, как она мне что-то говорит, но я её не слышала, мое сознание начало покидать меня. — Лейтенант, ЭЙ, слышите!? Не отключитесь, сейчас вас отвезут в больницу и вам помогут! — говорила эта женщина, перематывая мне ногу. Я знала, что выгляжу ужасно, хотя если бы на меня посмотрели изнутри, то наверное, ужаснулись бы. Мои руки были изрезаны и застрявшими кусочками стекла внутри, на лице тоже были порезы, я чувствовала, как мои ребра горят, моё бедро ещё до сих пор болело, и моя правая нога была в ужасном состоянии, но я ещё была в сознании. — Лекса, не отключайся, будь здесь! — сказал Стив, садясь рядом со мной. Я не заметила как женщина меня оставила, не знала который сейчас час и как долго нахожусь в таком состоянии. До меня доносился голос парня, но он меня только усыплял, я не могла контролировать своё тело, уже даже не могла пошевелить руками. Я просто закрыла глаза, и мой разум освободился от разных мыслей, но я все еще слышала то, что происходило вокруг меня. — Эй, Лейтенант, поговорите со мной, — начал дергать меня за плечи Стив. — Мммм…. Что…— еле слышно проговорила я. — Держитесь, еще немного и скоро вам помогут. Главное не отключаться! — через несколько мгновений я почувствовала как меня кто-то начал поднимать и вытаскивать из машины. Я хотела помочь парню, но уже не могла нечего сделать, у меня не было сил. Меня положили на носилки, сложили руки по бокам, еле моргая я увидела подбегающего Линкольна, он сразу начал что-то мне говорить и орать на остальных, но я не разбирала слов, у меня все было как в тумане. Оттолкнув одного солдата, Линк взял носилки, с другой стороны взял Стив, я почувствовала, как меня подняли, но мои глаза уже были закрыты. — Лекса! Нет! Не закрывай глаза! — кричал брюнет. У меня было ощущение, что они издеваются, что они не понимают как мне больно, что они не видят, что мне тяжело даже дышать, но я понимала, что они хотят как лучше. Через секунду моя кожа почувствовала холодный ночной воздух, который немного отрезвил меня, и тут мои ноги падают вместе с носилкой, и я кричу от пронизывающей боли. Открыв глаза, я увидела, что Стив упал, что он не двигается, в этот момент меня взяли на руки и начали бежать. Линк нес меня к вертолету, но я уже нечего не видела и не слышала...

***

В моих ушах был жуткий звон, громкий звук чего-то. Приоткрыв глаза, я увидела размытые пятна, через которые виднелся потолок вертолета, я почувствовала себя в невесомости, хотя лежала на кушетке. В моей голове крутились слова про то, что смерть — это не конец, что часть моей души все еще будет на земле вместе с моими близкими, что я всегда буду жива в их памяти. Но все мы знаем, что дух силен, а плоть слаба. Еле повернув голову, я увидела Стива, который лежал на полу, а дальше сидящего Линка, который что-то говорил другим парням, я видела, что он был в крови, видела, как он смотрит на меня и говорит: — Держись, мы уже …. — но дальше я его не слышала, я снова закрыла глаза и оказалась далеко отсюда. Оказалась в бессознательном состоянии, где нет ни боли, ни страданий, а только спокойствие. Сан-Антонио. Больница Brooke Army Medical Center. 03:09 POV Кларк Спокойно лёжа на кушетке я слышала, как в моей голове гудит, как во рту пересохло, как у меня затекла правая рука, ведь я лежала на ней около четырех часов, как все мое тело ломит. Кое-как встав, я направилась в туалет, после умылась и посмотрела в зеркало. В нем отражалась девушку, которая хочет исправить свои ошибки, которая в следующий раз не допустит такого. Она будет сильной в любой ситуации, что она все сможет и всех спасет. Слова того парня, вроде Мёрфи его звали, немного подняли мой дух, и я настроилась только на плодотворную работу. Выйдя из ванной я пошла к аптечке, выпила Аспирин. И как только сделала первый глоток божественно вкусной минеральной воды, в комнату вбежала Октавия и, отдышавшись, начала мне быстро что-то говорить. — ... Кларк, быстро иди переодевайся, к нам везут раненых из Мексики! Они прибудут через час!» — В смысле? Что? Каких раненых? — моя еще гудящая голова отказывалась верить в слова подруги. Я каждый день натыкалась в телевизоре и в интернете на новости, в которых говорилось о том, что все это время идут военные действия в Мексике, что террористы хотят забрать территорию, что много людей гибнет, и мало кто выживает. — Кларк, не тупи, быстро иди готовься, будет много травм! Ведь на войне без этого никак, нам нужна будет твоя помощь! — уже прикрикивала на меня Октавия. — Хорошо, встретимся на вертолетной площадке! — сказала я и побежала к шкафу, где была больничная форма, чтобы переодеться. Все это время я думала о том, что и кого я сейчас увижу. В моей голове уже всплывали картинки раненых мужчин с разными травмами и пулевыми ранениями, много оглушённых от взрывов, много внутренних кровотечений, много людей, которые потеряли конечности, много крови и боли, много крика, много шума. Переодевшись, я пошла в приемное отделение, чтобы посмотреть, сколько пустых кроватей у нас есть. Насчитав 10 пустых, я поняла, что этого будет мало. Найдя дежурную медсестру, я попросила её подготовить экстренный набор первой помощи, найти всех интернов и освободить ещё свободного места. После этого я нашла свой пейджер и, как только взяла его в руки, он запищал. Я быстро сообразила, и вот уже мои ноги понесли меня к лифту. Доехав на крышу, я выбежала и увидела свою маму в полной экипировке, в халате, с двумя койками и Беллами. Подбежав к ним, я поздоровалась и начала спрашивать: — Мам, скольких к нам везут? — В первом вертолете двое тяжелораненых, в следующем — трое, а после к нам еще привезут 10 человек. — Хорошо, я готова спасти жизни! — сказав это, к нам подбежала Октавия. Мы уже слышали, как к нам приближается маленький вертолет в военной раскраске. Внутри я немного переживала из-за всего происходящего, но пыталась не подавать виду. Я хотела помочь и в то же время мне было страшно, что мне вновь не удастся кого-то спасти. На улице было темно, немного прохладно как для лета, из-за этого у меня прошлись мурашки по коже, но сейчас меня это не волновало, сейчас я переживала совсем по иной причине. Как только вертолет приземлился на площадку, мы подбежали к нему с койками. Открыв дверь, оттуда вылез парень в крови, и из-за того, что вертушка разрезала слишком быстро воздух, нам приходилось кричать. — Парень, 27 лет, пулевое ранение в ногу и грудь, — говоря это, он достал парня с помощь другого солдата и положил его на койку, пациент был без сознания и его забрала моя мама с Беллами, я же ждала следующего. Следом за ним, достали еще одного. — Девушка, 25 лет, слабый пульс, пулевое ранение в ногу, вывих бедра, без сознания, — положив её на койку, мое тело и дыхание замерло на несколько секунд. Я была в шоке. Увидев её я поняла, что война — это не только сильные и безэмоциональные мужчины, а и мужественные девушки. Нет, я, конечно, знала, что в армии могут быть девушки, но что бы такие — нет. Она была как нежный цветок, который изрядно потрепали по дороге. Её лицо и руки были в порезах, вся одежда, и наша койка уже были в крови. Я заметила перемотанную правую ногу выше колена, бинт на которой уже был весь красный, увидела, что она еле дышит. И тут я опомнилась из-за того, что Октавия дернула койку и начала ехать. — Ты что застыла? — Да, не знаю, просто ... не знаю ... Давай, поехали быстрей! — Хорошо, у нас вторая травма, — сказала Октавия, и мы заехали в лифт, тот парень, что помогал доставать раненых, зашёл с нами. — Вы обязаны спасти её, я дал ей слово, — тихим и грубым голосом сказал он. — Мы сделаем всё, что в наших силах, мы постараемся её спасти, — сказала шаблонную фразу Октавия, в этот момент я посмотрела на бессознательную девушку и перевела взгляд на высокого парня, глядя ему в глаза сказала: — Я обещаю, что спасу её, даю слово, — после моих слов, Окти зыркнула на меня злым взглядом, она понимала, что я могу давать ложную надежду парню, что вдруг мы не сможем спасти её, что вдруг она умрет. Но я не собиралась так просто сдаваться, ведь в моих планах было бороться до последнего. — Надеюсь ... — ответил парень. Мне нужно было посчитать пульс, прикоснувшись к её запястью, я почувствовала холодную и липкую от крови кожу, и, попытавшись сосредоточиться, начала слушать. Но я только слышала, как бьётся моё сердце. В это время наш лифт уже приехал, я как ошпаренная дернула каталку, и мы с Октавией побежали в операционную.