Рвем души читателей. О писателях и писательстве

Пишу об этом персонаже потому, что именно ее пример вдохновил меня на более или менее регулярную работу. До того, как познакомилась со «Скорбью Сатаны», писала эпизодически, не чаще раза в месяц, но после знакомства с Мэвис Клер и ее взглядами на писательство и труд смогла взглянуть на писательство не как на редкие приливы вдохновения, а как на ежедневный интенсивный труд. Литературоведы утверждают, что Мэвис Клер — романное alter ego Марии Корелли (наст. имя Мэри Маккей, 1855-1924), автора «Скорби сатаны». В книге Мэвис Клэр — знаменитая писательница, противопоставленная главному герою (тоже писателю). В отличие от главного героя, Мэвис получила славу и деньги с помощью упорного труда и своего таланта, а не через хвалебные отзывы купленных критиков. Красивая (в противовес представлениям и о писательницах Англии Нового Времени), веселая и мудрая, а главное — самостоятельная, Мэвис Клэр живет только плодами собственного труда, не висит на шее у мужа или богатых родственников. Кроме того, героиня набожна и в романе скорее представлена не как живой человек, а как идеал красоты и непорочности, но это не помешало мне найти в ее образе идеи, которые очень поддерживали меня, когда я заканчивала первую книгу. Первая — окружение себя достойными источниками вдохновения и информации. Не уверена, что Мария Корелли закладывала в свой текст такую идею, но в только взгляните на описание рабочего кабинета Мэвис: «Она подошла к открытой стеклянной двери, выходящей на газон, усеянный цветами, и, войдя вслед за ней, мы очутились в большой комнате восьмиугольной формы, где первым бросившимся в глаза предметом был мраморный бюст Афины‑Паллады, спокойное и бесстрастное лицо которой освещалось солнцем. Левую сторону от окна занимал письменный стол, заваленный бумагами; в углу, задрапированный оливковым бархатом, стоял Аполлон Бельведерский, своей неисповедимой и лучезарной улыбкой давая урок любви и торжества славы; и множества книг, не размещенных в строгом порядке по полкам, как если б их никогда не читали, были разбросаны по низким столам и этажеркам, так, чтобы легко можно было взять и заглянуть в них. Отделка стен, главным образом, возбудила мое любопытство и восторг: они были разделены на панели, и на каждой были написаны золотыми буквами некоторые изречения философов или стихи поэтов. Слова Шелли, которые нам цитировала Мэвис, занимали, как она сказала, одну панель, и над ними висел великолепный барельеф поэта, скопированный с памятника в Виареджио. Тут были и Шекспир, и Байрон, и Кет. Не хватило бы и целого дня, чтобы подробно осмотреть оригинальности и прелести этой «мастерской», как ее владелица называла ее. Однако ж должен был прийти час, когда я знал наизусть каждый ее уголок». Конечно, для написания своих книг я вдохновляюсь не только классикой. Скорее тематической и более узконаправленной литературой. Например, сейчас, при написании «Пленницы Летучего Голландца», перепрочла книги о мифологии майя и истории пиратства (не столько для информации, сколько для создания атмосферы). Вторая идея, которая меня сильно зацепила — отношение к любому труду вообще. Сегодня оно выглядит немного устаревшим, но почему-то ощущается как что-то теплое, родное, но забытое. И именно такое отношение, которое демонстрирует Мария Корелли в лице Мэвис Клер, дает «мотивацию», если можно так выразиться: отношение к работе как к чему-то, что приносит радость. Подобные же мысли я встречала в некоторых книгах по бизнесу или в романах Айн Рэнд, но в целом это не самое популярное отношение к работе. Однако очень действенное. Третья важная мысль, которую я потом подтвердила собственными ощущениями от хороших прочитанных книг, касается того, какие чувства я хочу вызвать у читателя с помощью своего произведения. Раньше это казалось очевидным, я даже особо не задумывалась: заинтересовать, развлечь, вызвать небольшое повышение адреналина с помощью хорошей экшен-сцены и умиление — с помощью романтической. В последнее время все стало не так просто. На размышления натолкнула эта цитата: «Мой фанатизм к Мэвис Клер: это только потому, что ее книги на время возвращают мне мое самоуважение и заставляют меня смотреть на человечество в лучшем свете…» — так же, как мне самоуважение и веру в человечество возвращают книги Айн Рэнд и биографии путешественников (о которой я уже писала раньше). Позже я обнаружила, что и сама больше люблю те книги, которые буквально «возвращают самоуважение и веру в себя». И нет, это не мотивирующие тренинги типа «Магии Утра» или опусов Карнеги. Это художественные книги, например, «Скорбь Сатаны» (несмотря на сильный религиозный уклон). Всем, кого интересует образ писателя в литературе, очень рекомендую прочесть «Скорбь Сатаны». В книге есть и не самые актуальные на сегодняшний день идеи (например, мысль о том, что за моральные качества мужчины несет ответственность женщина), но и полезные мысли из нее почерпнуть можно. А главное — понаблюдать за развитием двух персонажей, за разными путями достижения одной и той же цели — славы среди читателей.