The Fearless and The Beloved / Бесстрашный и Возлюбленная

Чунмён сидел в своём инвалидном кресле напротив большого окна, заливающего комнату светом, и пристально всматривался в прохожих на улице. Пока он тщетно пытался докричаться до Суок, её уже и след простыл. Зато парень увидел в прихожей пятна крови на полу и на стене и почувствовал, как по спине пробегает холодок. Вся злость и агрессия, охватившие его каких-то пятнадцать минут назад, исчезли без следа, сменившись растерянностью и страхом потерять Су. На лбу Мёна выступили капельки холодного пота, когда он осознал, что мог нанести своей любимой девушке серьёзные увечья, он и так зашёл слишком далеко… Как он мог ударить свою единственную любовь, унижая её такими гадкими словами? Почему-то только после того, как Чунмён наделает проблем, его мозг начинал мыслить адекватно. Но только до следующей вспышки ревности… Раздался громкий стук в дверь. Мён дёрнулся на звук, понадеявшись, что Суок вернулась. В ту секунду он даже не задумался, что дверь открыта, а даже если бы была закрыта, у Су есть свой ключ. Парень быстро развернулся и подъехал к двери на своём кресле, хватаясь за ручку дрожащими пальцами и судорожно поворачивая её. Но его надежды рухнули в тот же миг. Вместо Суок на пороге стоял Бён Бэкхён. Не дожидаясь особого приглашения, парень вошёл внутрь, захлопнув за собой дверь. — Ты что здесь забыл? — поинтересовался Мён, смерив бывшего одноклассника презрительным взглядом. — Не помню, чтобы приглашал тебя. — Зашёл поздороваться с одноклассником, — отрывисто сказал Бэк. В следующую секунду его кулак поздоровался со скулой Чунмёна, на которой тут же расплылось быстро багровеющее пятно. Мён охнул и схватился за щёку, морщась от боли. Бэкхён нагнулся и схватил его за грудки, ощутимо встряхнув для лучшей концентрации внимания. — Больно?.. — участливо поинтересовался Бён. — Суок, знаешь ли, тоже больно, когда парень, который в прошлом был бойцом без правил, лупит её, как боксёрскую грушу. И ты после этого ещё мужчиной себя называть будешь?.. — Не лезь не в своё дело, Бён Бэкхён, тебя никто не спрашивал, — отмахнулся Чунмён, как от надоедливой мухи. — Это наши отношения с Суок, мы сами будем решать возникающие в них проблемы. А ты лучше исчезни с горизонта, «просто друг», который только и думает о том, как бы уложить Су на лопатки. — В отличие от тебя, у меня есть уважение к Мин Суок, которое она, между прочим, заслуживает. Если ты подозреваешь её во всех грехах, это не значит, что она в чём-то виновата, это значит, что проблема в тебе. Я знаю Суок столько же, сколько ты. И за пять последних лет, которые она провела с тобой, она даже не глянула в сторону других мужчин, уж можешь мне поверить. И ещё, если бы у меня была цель уложить, как ты выразился, Суок на лопатки, я бы попытался сделать это ещё в школе. Но я не считаю её девушкой, с которой можно обращаться, как с игрушкой. А вот ты явно решил, что она — твоя собственность. Но хочу тебе сказать, что если ты ещё хоть раз тронешь её, я от тебя мокрого места не оставлю. И мне наплевать, что наши силы не равны. Всего доброго. Бён Бэкхён отпустил из рук тонкую ткань рубашки Чунмёна и развернулся к выходу. Всё внутри него клокотало от злости, он понимал, что если останется здесь ещё хотя бы на пять минут, то попортит хорошенькое личико Мёна ещё сильнее. А Суок может не понравиться такой произвол, поэтому он решил, что лучше уйти, пока не стало поздно. — Где Суок?.. — окликнул его Чунмён, заставив парня обернуться. — Ты видел её?.. — Хотел бы я знать, где она, — невесело усмехнулся Бэк. — Но раз она не с тобой, я хотя бы буду уверен, что она в безопасности. — Су любит меня, — твёрдо сказал Мён, его тон не терпел никаких возражений. — Она всё равно вернётся. — Очень жаль, что она любит такого придурка. Ты этого не заслуживаешь, — изящные пальцы Бэкхёна уже легли на дверную ручку, но он решил, что ещё не всё сказал, поэтому остановился на пороге, глядя Чунмёну прямо в глаза. — На досуге вспомни, когда в последний раз думал не только о себе, но и о ней, о девушке, которая позабыла о себе и своих мечтах ради тебя. Когда в последний раз вызывал улыбку у неё на лице каким-нибудь приятным сюрпризом. Суок и так несладко живётся, а ты делаешь её жизнь ещё невыносимее. Если раньше мне было жаль тебя, когда ты попал в инвалидное кресло, и не хотел жить, а Суок коротала дни и ночи у твоей кровати в больнице, волнуясь, как бы ты не сотворил с собой что-нибудь, то теперь я просто ненавижу даже сам факт твоего существования. — Ни жалость, ни симпатия мне от тебя не нужны. Меня волнует только то, что думает обо мне Су. — Уверен, что её мысли тоже отнюдь не радужные, — с этими словами Бэк открыл дверь, — Искренне надеюсь, что она к тебе не вернётся. Когда за парнем захлопнулась дверь, Чунмён вновь остался наедине со своими мыслями. Судя по всему, он ошибся, когда решил, что Суок спала с Бэкхёном этой ночью. По поведению одноклассника было ясно, что между ними ничего нет. Неужели дружба между мужчиной и женщиной действительно существует?.. Чунмён ломал голову над этим вопросом, но не мог найти ответ. Парень вернулся в спальню и переместился на кровать, где лежала одежда Суок, приготовленная для того, чтобы переодеться. Только сделать это она так и не успела, ведь сразу после ухода Чанёля с Сольхи завязался скандал. И теперь Чунмён закрыл глаза, сжимая в руках её домашнюю одежду и вдыхая еле уловимый аромат духов. Хотя бы ненадолго он мог представить, что Су находится в его объятиях, что она никуда не ушла, что не оставила его одного. Парень сам не замечал, как по лицу скатывались одинокие слезинки, он ощущал себя чудовищем, способным ранить такого ангела, как Су. И он сам не верил, что превратился в такого монстра, которым раньше и представить себя бы не смог. И всё же, в глубине души теплилась надежда, что Суок вернётся, и всё наладится. Мён не заметил, как уснул, всё ещё сжимая в руках тонкую ткань, вспоминая о тех минутах, которые они с Су провели здесь наедине.

***

Бэкхён шёл по улице и пинал ногой камушек, который так некстати попался на его пути. Он был жутко зол и взбешён. Чунмён одним своим видом вызывал желание начистить ему физиономию. Суок исчезла, и возможности связаться с ней у него не было. Если бы он своими глазами не видел, как Чанёль усаживает её в машину, то точно места бы себе не находил. Если бы только Бэк пришёл на несколько минут раньше, он сам увёл бы Су подальше от этого места. Но чёртов Пак его опередил. Бэк достал из кармана айфон и начал листать контакты в телефонной книжке. Как назло, номера Чанёля там не было. Зато он знал, у кого номер наверняка есть. Парень быстро кому-то позвонил, нервно прикусив нижнюю губу. Когда на другом конце провода раздался звонкий девичий голосок, Бён облегчённо выдохнул. — Персик, выручай. Мне срочно нужен номер Пака. Да, который Шанель, — усмехнулся Бэкхён, услышав это забавное прозвище. — Отправь мне его смской. Всё, буду ждать. За мной должок, персик, всё, что пожелаешь. С этими словами Бён сбросил звонок и стал ждать смс. Пусть только Чанёль попробует не ответить. Тогда он не поленится и исколесит весь Сеул в поисках подруги.

***

— Мисс Мин, мы только что получили результаты МРТ, — доктор обратился к девушке, лежащей на кушетке и смотревшей в одну точку перед собой. Она только пришла в себя и до сих пор не могла поверить в тот кошмар, который произошёл немногим ранее. — Никаких серьёзных травм нет, только сотрясение мозга, которое Вам быстро вправят. В зависимости от вашего самочувствия, Вы сможете либо отправиться домой сразу после процедуры, либо придётся ненадолго остаться в больнице. Девушка кивнула и осмотрелась по сторонам. Она была уверена, что Чанёль перехватил её около дома… Но тогда, где же он сейчас? Или это всё-таки были галлюцинации? Суок не решалась спросить об этом врача, но он словно догадался, что не даёт ей покоя, и заговорил сам. — Ваш молодой человек ждёт вас в холле. Он очень волновался за Вас, но я уже заверил его, что всё в порядке. — Молодой человек?.. — по спине Су пробежали мурашки от одной мысли, что это может быть Чунмён. Разбитый затылок тут же заныл, напоминая о свежей ране. — Да, по крайней мере, он так представился, — улыбнулся доктор, не понимая, в чём причина такого внезапного волнения девушки. — Надеюсь, Вы поймёте, что я не могу не спросить об этом. Как вы получили травмы? Если это было нападение, то мы обязаны передать информацию в полицию для дальнейшего разбирательства. Суок нервно сглотнула. Перед глазами одна за другой проплывали воспоминания о недавней жестокости. Если бы кто-то сказал ей шесть лет назад, что Чунмён может превратиться в такого человека, она бы ни за что не поверила. — Я занималась уборкой и поскользнулась на мокром полу, ударившись об него затылком, — соврала Су, не желая выносить проблемы на суд общественности. Доктор внимательно посмотрел девушке в глаза и кивнул. Он видел тысячи подобных случаев, и все женщины врали, что поскользнулись и упали, ударившись обо что-нибудь. И только 5% открыто признавались, что в их семье есть место домашнему насилию, желая положить этому конец.

***

После малоприятной процедуры Суок ещё немного полежала и решила, что больше оставаться в больнице ей не хочется. Поговорив с доктором и взяв на заметку все его наставления, она, наконец, вышла из палаты и столкнулась в холле с Чанёлем, который места себе не находил от волнения. Он тут же подскочил к девушке и обхватил её за руки, чуть ниже плеч, вглядываясь в бледное личико, измождённое событиями этого утра. — Суок, как ты себя чувствуешь?.. Всё в порядке? Доктор разрешил тебе уйти? — Бывало и лучше, но доктор сказал, что до свадьбы заживёт, — Су попыталась улыбнуться, она легонько повела плечами, чуть отстраняясь назад, и как бы случайно сбрасывая с себя его руки. Ситуация становилась слишком неловкой, учитывая, что они оба были несвободны. — Теперь можно возвращаться домой. — Домой?! — Чанёль повысил голос и только по неодобрительному цоканью прошедшей мимо медсестры понял, что так шуметь в больнице не стоит. — Ты на полном серьёзе хочешь вернуться в этот ад?! Добровольно?! Знаешь, Мин Суок, мне кажется, что когда тебе вправляли сотрясение, повредили что-то ещё. Даже слушать ничего не хочу про дом. Можешь кусаться, толкаться, пинаться, но я не дам тебе вернуться к этому психопату. Пойдём. Несмотря на слабые возражения Мин, Пак схватил её за руку и потащил за собой. На улице дул холодный ветер, срывая лепесточки с цветущих вишнёвых деревьев, что делало окружающий их пейзаж романтичным и завораживающим. Но любоваться красотами было некогда, потому что на девушке была только лёгкая рубашка и строгие тёмные брюки. Чанёль быстро усадил её в машину и настроил кондиционер так, чтобы девушка поскорее согрелась. — Чанёль, огромное тебе спасибо, что так выручил меня сегодня, но дальше я могу позаботиться о себе самостоятельно, — Суок говорила мягким и спокойным голосом, она действительно не хотела быть обузой. — Если ты думаешь, что я сейчас же вернусь к Чунмёну, ты ошибаешься. Я в состоянии снять комнату и жить самостоятельно. Мне уже не 19 лет, не нужно так за меня волноваться. — Мин Суок, можешь не утруждаться и не объяснять прописные истины. Пусть ты уже стала взрослой, но это не значит, что я больше не могу о тебе заботиться или волноваться, — Чанёль улыбнулся, и на его щеке появилась игривая ямочка. — У нас ещё куча важных дел, так что расслабься и получай удовольствие. — Но… — Никаких «но». Пак ударил по педали газа, и машина тут же начала набирать скорость. Он дал себе обещание, что эти выходные будут совершенно особенными. И парень сделает всё для того, чтобы Суок поняла, какими яркими красками может заиграть её жизнь, если она хоть немного задумается о себе. Телефон, лежащий в кармане брюк, завибрировал уже в седьмой раз. Ёль скривился, будучи уверенным, что это Сольхи хочет устроить ему головомойку за то, что он сбежал из дома, ничего толком не сказав. Он быстро достал мобильный и увидел на дисплее совершенно не знакомый номер. Решив, что этот человек так просто не угомонится, парню пришлось ответить. — Я Вас слушаю. — Пак Чанёль, чёртов ублюдок! — на том конце провода кто-то клокотал от злости, а голос был на несколько тонов выше, чем положено этикетом. — Если бы ты и на этот раз не взял трубку, я бы надрал тебе задницу при следующей встрече! Что с Суок?! И где вы, чёрт побери, находитесь?! — Бён Бэкхён?.. — неуверенно переспросил Пак, ещё никогда не слышавший, чтобы Бэк так повышал голос. Обычно он разговаривал деловитым расслабленным тоном, не терпящим возражений. А теперь в его голосе было столько эмоций, что трубка в руках Ёля уже буквально полыхала праведным огнём. — Да, мать твою! Собственной персоной! — кажется, парень даже ахнул от такой наглости, он никак не мог перестать возмущаться, потому что уже порядком себя накрутил, пока не мог дозвониться до бывшего одноклассника. — Сначала убежали, как оглашенные, а потом ещё и трубку не берут! Включи громкую связь или передай трубку Суок! Ёль прикрыл рукой динамик и шепнул девушке, что звонит психованный Бён Бэкхён. Суок добродушно усмехнулась и покачала головой. Бэк так легко заводился, когда волновался за своих близких, что это должно было даже льстить. Значит, Су действительно дорога ему. Пак быстро нажал на кнопку громкой связи и передал трубку девушке. — Бэкхён, со мной всё в порядке! Как ты узнал, что что-то случилось? Ты видел нас с Чанёлем? — Я знал, что придурок Чунмён не спустит тебе с рук произошедшее так просто, поэтому немного поволновался за тебя, сложив ручки на коленках, а потом решил действовать. Но этот Пак Шанель опередил меня и забрал принцессу из замка злого колдуна, раньше, чем я до него добрался, — Бэк смягчился, услышав голос подруги, и уже был способен на свои шуточки. — Как ты, куколка? — Куколка?.. — удивлённо переспросил Чанёль полушёпотом, чтобы его услышала только Суок. Но девушка только махнула головой, давая понять, что объяснит всё потом. — Со мной всё в порядке. Небольшое сотрясение мозга, которое мне уже благополучно вправили. Сейчас мы с Чанёлем едем… Кстати, куда мы едем? — последний вопрос был адресован уже Ёлю. Он быстро выхватил телефон из рук девушки и весело крикнул: — Мы едем в Пусан! Любоваться морем! До связи, Бён, встретимся на работе в понедельник! Не дожидаясь возмущённых воплей Бэка, Пак сбросил вызов и кинул телефон на заднее сиденье. Девушка всё ещё удивлённо хлопала глазами, переваривая информацию. Она не ослышалась?.. — Ты же пошутил насчёт Пусана?.. — Нисколько. Я давно решил отвезти тебя к морю, как ты и мечтала. Сейчас мы заедем ещё в одно место, а потом направимся прямиком в Пусан, — мельком бросив на девушку взгляд, Пак широко улыбнулся, обнажив белоснежный ряд зубов. — И не смотри на меня, как на какого-то бандита, укравшего благовоспитанную девушку и задумавшего какие-то гнусные делишки. Я просто хочу, чтобы ты забыла обо всём плохом, что происходило в твоей жизни, и снова начала улыбаться. — Значит, моё согласие тебе не нужно? — засмеялась Суок. — В точку. Я уже всё решил за тебя. Поэтому просто доверься мне. Парень подмигнул ей и переключился на пятую скорость, намереваясь домчать девушку с ветерком. Суок вжалась в кресло, понимая, что это только начало их насыщенного событиями уикенда. То ли ещё будет…

***

Когда парень, наконец, ударил по тормозам, взору девушки предстал огромный торговый центр, мимо которого она нередко проходила, когда встречалась с Сучжон, обожавшей бутики и кафе в этом районе. Цены в нём были настолько заоблачными, что Суок даже представить боялась, сколько зарабатывают люди, которые пополняют свой гардероб брендовыми вещичками из здешних магазинчиков. — Мы же собирались в Пусан, разве нет?.. — растерянно поинтересовалась Су, отказываясь понимать происходящее. — Конечно, — уверенно кивнул Чанёль. — Туда мы и направимся после небольшого шопинга. Слышал, что для девушек нет лучшего отдыха, чем купить себе новые туфельки или сумочку. А лучше и то, и другое. Разве не так? — Ты ограбил банк?! — у Суок округлились глаза после новостей о шопинге в таком месте. — Чанёль, это место не для меня. Я не из тех, кто носит туфли за миллион вон. И у меня совершенно нет на это денег. Даже если бы были, я бы не тратила их так бездумно. Ничего не ответив, Ёль открыл дверцу машины и быстро вышел оттуда. Ох уж это упрямство, свойственное девушке ещё со школы… Ну как ей вбить в голову, что она достойна самого лучшего? Если она этого не понимает, это не значит, что все вокруг такие же слепые. Парень быстро обогнул свою иномарку и выпустил из неё Суок, уверенно обхватывая её ладонь уже в который раз за день. Несмотря на то, что прошло уже шесть лет, движение было по-прежнему привычным, хоть по коже и бежали приятные мурашки от этих прикосновений. — Мин Суок, знаешь, в чём твоя главная проблема? — важно вещал Чанёль, ведя девушку за собой и втолковывая ей простые истины как малому ребёнку. — У тебя слишком низкая самооценка. Ты так сильно себя недооцениваешь, что я иногда тебе удивляюсь. Умная, красивая и воспитанная девушка, всегда отлично учившаяся в школе, прекрасно рисовавшая, на которую заглядывались многие парни. Откуда в тебе столько неуверенности? Не иначе как Ким Чунмён постарался, втолковывая тебе, что ты ноль без палочки, и должна быть благодарна за то, что он, весь такой добрый и бескорыстный, приютил тебя. Я ведь прав?.. Суок быстро сникла, вспоминая слова Мёна этим утром. Неужели всем, кроме неё, так очевидно, что он из себя представляет? Но почему же она так слепа?.. — Значит, прав, — уверенно кивнул Чанёль, правильно истолковав её взгляд. — Так вот, Суок, как человек, когда-то безумно влюблённый в тебя, которому ты, между прочим, неоднократно разбивала сердце, могу сказать, что если кто-то и достоин всех этих дорогих вещичек, висящих здесь на каждом углу, то это ты. Да и не только этого. Ты в принципе достойна только лучшего в этой жизни. Я пытаюсь тебе втолковать уже в который раз. Смотри на мир шире, Су, это твоя жизнь, ты можешь строить её так, как тебе хочется. Тебе всего 24 года, ещё не поздно всё изменить. А меня можешь считать кем-то вроде феи-крёстной, которая помогла Золушке сделать первые шаги навстречу светлому будущему. С этими словами Пак уверенно распахнул двери в первый попавшийся бутик с классической элегантной одеждой. Со словами «то, что нужно!» парень быстро перебирал висящие на вешалках наряды, ловко прикладывая их к Суок и оценивая, как они будут смотреться на своей хорошенькой обладательнице. На ценники Чанёль не обращал никакого внимания, прекрасно зная, что его баланса на кредитке с лихвой хватит, чтобы обновить девушке весь гардероб. — Чанёль, мне не нужно столько вещей!.. — прошептала Суок, не отрывая глаз от суммы на кассе, увеличивающейся с каждой секундой. — Кто знает, может мне вообще не подойдут эти вещи! — Прости, Суок, но твои параметры я прекрасно знаю, так что всё подобрано по размеру, — пожал плечами Чанёль, до сих пор прекрасно помнивший изгибы её тела, которые с течением времени стали только соблазнительнее. Одарив Су очаровательнейшей улыбкой, он кивнул девушке на кассе. — Упакуйте всё это. Подхватив множество картонных пакетов с известным лейблом, Чанёль решил, что гулять так гулять. Он таскал за собой Суок из отдела в отдел, примеряя на неё всё, от спортивных вещей до коктейльных платьев. Похоже, он всерьёз был намерен обновить её гардероб от и до. Су, сначала с ужасом взиравшая на его азарт, сама вошла во вкус, перебирая красивую одежду. Она сама не заметила, как улыбка озарила её лицо, а Пак про себя поставил одну галочку в списке вещей, которые нужно обязательно сделать за эти выходные. И всё-таки, иногда глянцевые журналы не врут. Шопинг — отличный способ поднять настроение прекрасному полу. Когда с одеждой было покончено, Пак с уверенностью направился по обувным бутикам. Он усадил девушку на мягкий пуф и начал советоваться с консультантом, который тут же подал ему несколько коробок с туфельками на небольшом каблуке. Парень присел перед девушкой на одно колено и закатал её брючину. — Чанёль, я сама!.. — По крайней мере, ты уже не отказываешься от покупок, — рассмеялся парень, подмигнув ей. — Но, извини, самой я тебе это делать не позволю. Будешь много нагибаться, разболится многострадальная голова. Так что представь себя в роли Золушки, которой Прекрасный Принц будет мерить одну туфельку за другой. Разве я не подхожу на эту ответственную роль? — Подходишь больше, чем кто-либо другой, — не могла не согласиться Су, для которой Ёль когда-то было именно тем самым недостижимым и прекрасным принцем. — Спасибо, Чанёль. Ты даже не представляешь, насколько я тебе благодарна… Но Чанёль ничего не отвечал, тихонько улыбаясь и думая о чём-то своём. Он снял обувь с её ноги и аккуратно взялся за тонкую изящную лодыжку. От такого интимного прикосновения по телу девушки словно разряд тока прошёлся. Суок вздрогнула и покраснела, тут же отвернувшись от Ёля, чтобы он не увидел её алеющие щёки. Но это не укрылось от внимательного взгляда парня, который и сам почувствовал что-то подобное, разве что не раскраснелся, как барышня. Спустя полчаса, Пак поднялся на ноги и потёр затёкшие коленки, глубоко вздохнув. Не зря все мужчины мира ненавидят ходить по магазинам, но он умело скрывал свою нелюбовь к подобным мероприятиям, чтобы хоть немного отвлечь Суок от проблем. Дав консультанту знак упаковать всё, что он отложил, Чанёль помог девушке подняться, галантно подав ей руку и придерживая за локоть. — Хрустальные туфельки мы тебе тоже подобрали. И даже не одни, — видя, как у девушки поднимается настроение, как горят её глаза, на душе Ёля, в которой последние шесть лет царила суровая зима, наконец, наступила светлая и прекрасная весна. — Вижу, что ты уже еле стоишь на ногах. Так что, сейчас сделаем так. Я отведу тебя в машину, а сам закончу ещё одно дельце. Только пообещай мне не делать глупостей и не сбегать от меня, оставив покупки в багажнике. Потому что мне вся эта красота точно будет не к лицу. Хоть Ёль и шутил, у него на душе и правда были смутные сомнения. Он знал, что если Суок что-то задумала, то точно это совершит. Но на этот раз его прогноз не сбылся. Девушка была настолько воодушевлена шопингом, что даже не думала о том, чтобы сбегать от своего спасителя. Она послушно последовала за парнем и села на переднее сиденье его машины, где и уснула, спустя каких-то пять минут, под убаюкивающие мелодии какой-то инструментальной музыки, звучащей по радио. Пак, утрамбовывающий покупки в багажник, заглянул в машину и укрыл девушку пледом, лежащим на заднем сиденье. Она заёрзала, но не проснулась, всё глубже проваливаясь в мир грёз. А Чанёля, тем временем, терзали мысли о том, почему пять лет назад он был таким принципиальным идиотом, улетевшим в Японию от единственной девушки, которая была ему по-настоящему дорога…

***

Когда Суок проснулась, порядком выспавшаяся и отдохнувшая, она увидела перед собой только бесконечную прямую дорогу, расстилавшуюся перед глазами. Похоже, что они ехали уже довольно долго, на сумеречном небе появились первые звёздочки. Девушка скосилась на Пака, сидевшего на водительском сиденье и расслабленно держащего руль одной рукой. Его лицо было настолько умиротворённым и спокойным, что Су невольно засмотрелась. Почувствовав боковым зрением пристальный взгляд, парень повернулся к ней. — Ну как, не сильно изменился за прошедшие пять лет? — он игриво усмехнулся, вспомнив давние слова Суок о том, что прекраснее всего он, когда сосредоточен на каком-то деле. — Говорят, что мужчина привлекательнее всего, когда он ведёт машину. Ты согласна с этим утверждением? — Думаю, да, — улыбнулась Суок. — Тебе удивительно идёт серьёзный и сосредоточенный образ. — Если тебе не трудно, возьми с заднего сиденья небольшой пакет. Да, вон тот, белый, — руководил Ёль, не отрывая взгляд от дороги. — Я подумал, что эта вещица тебе просто необходима. Не знаю, куда делся твой телефон на самом деле, но без нового ни я, ни вечно волнующийся за тебя Бён, не сможем с тобой связаться. Суок достала из пакета небольшую коробку с последней моделью мобильного. Девушка и так чувствовала себя обязанной Чанёлю после всего, что он сделал для неё сегодня, а это было уже последней каплей. — Чанёль, это очень дорого. — Суок, это не обсуждается. Кстати, я подключил к нему новый номер. Он такой же, как у меня, отличается только одна цифра в середине. Повезло, что номер оказался свободен, так я всегда буду его помнить. Су еле сдерживала подступающие к глазам слёзы. Если бы Чанёль знал, как она ругала себя за то, что была такой упрямой пять лет назад… Если бы не её принципы и юношеский максимализм, возможно, сейчас они были бы счастливой супружеской парой, ехавшей на уикэнд в небольшое путешествие. Ей не нужны были ни дорогие подарки, ни брендовая одежда… Хотелось только обычного женского счастья — заботливого любящего мужчину рядом и ощущение абсолютного спокойствия.

***

Когда Чанёль и Суок прибыли в Пусан, на улице уже было темно, а в воздухе пахло дождём, который вот-вот должен был пролиться на землю. Ёль решил, что нужно добраться до домика, который он снял, как можно скорее, пока не грянул ливень, и дорога не стала плохой. Суок откинулась на сиденье и думала о чём-то своём, улыбка слетела с её лица, осталось только задумчивое и озадаченное выражение. Она думала о том, что делать дальше, когда этот уикенд закончится, и придётся вернуться к обычным серым будням. Сможет ли она отпустить Чанёля так легко?.. Больше всего девушка боялась, что эти два дня могут всколыхнуть чувство, которое с таким трудом было запечатано в её сердце семью замками. Хозяйка домика на берегу моря вышла к ним навстречу, чтобы провести гостей в их комнату. Женщина средних лет не выделялась ничем особенным, не считая тяжёлого сканирующего взгляда. Казалось, что она видит людей насквозь, и может читать их как открытую книгу. Суок стало немного жутко ощущать этот взгляд на себе, но Чанёль сжал её руку покрепче, и вся тревога постепенно ушла. Тепло его мягкой большой ладони вселяло в девушку ощущение защищённости и уюта. — Ваша комната на восточной стороне дома, она довольно маленькая и холодная, но вид открывается отличный. С утра сможете понаблюдать за восходом солнца, — деловито, но доброжелательно сообщила женщина. — А пока пройдите в гостиную, вы наверняка устали с дороги, я приготовила небольшой ужин. К тому же, девушке, наверное, стоит обработать её рану, чтобы не занести никакую инфекцию. — Мы будем очень благодарны за ужин, — широко улыбнулся Чанёль. — С самого утра ни крошки во рту не было. Суок только кивнула, а потом вздрогнула. Откуда женщина могла знать о её разбитом затылке?.. Она даже ни разу не повернулась к ней спиной, да и рана была закрыта волосами… Это уже не обычная проницательность, а что-то другое. Ужин, который хозяйка домика предложила гостям, оказался не таким уж маленьким и скромным. Может корейской говядины на столе и не было, зато даров моря — великое множество. Чанёль тут же набросился на еду, он был большим любителем морепродуктов, но Суок практически ни к чему не притронулась. Поела всего чуть-чуть, для вида, чтобы не обидеть хозяйку. Почему-то аппетит отшибло напрочь. От взгляда женщины это не укрылось. — Девушка, я вижу, что Вас что-то угнетает, — она старалась говорить как можно мягче. — Думаю, я знаю, как Вам помочь. Вы ведь непросто так наткнулись на объявление об аренде комнат в моём доме. Это местечко довольно известно. Разве Вы ни разу не слышали о пусанской гадалке на картах Таро? — Вы действительно можете видеть будущее? — удивлённо спросила девушка и тут же прикусила язычок. Разве она лично не убедилась в способностях женщины, когда та спросила о её ране? — И будущее, и настоящее, и прошлое. Я погадаю Вам бесплатно, пройдёмте со мной, — женщина поднялась на ноги и кивнула в сторону другой комнаты. — Молодой человек тоже может пойти с нами, если так Вам будет спокойнее. Суок кивнула и посмотрела на Пака, в её взгляде была растерянность и мольба. На самом деле, она жутко боялась ясновидящих и всяких гаданий, хотя, скорее уж она боялась того, что может от них услышать. И поддержка близкого человека оказалась бы очень кстати. Чанёль понял девушку без слов и тут же отложил палочки, мгновенно забыв о еде. Он приобнял девушку за плечо и легонько сжал его, шепнув ей на ухо, что это всё просто детские забавы, и не нужно относиться к ним серьёзно. Женщина, краем уха услышавшая его скептические слова, только покачала головой. Су ожидала увидеть какую-то мрачную комнату, увешанную амулетами и прочей магической ерундой, создававшей особый антураж, но ничего этого там не было. Обычная спальня в традиционном стиле с большим столом, за которым тут же разместилась хозяйка, указывая гостям сесть напротив неё. Женщина протянула Суок колоду и попросила её вытащить три карты, выбрав одну, которая понравится ей больше всего. Дрожащей рукой, девушка выполнила её указание. Перед Су лежали три карты, но одна из них сразу привлекла её внимание, даже без особой на то причины. Гадалка только кивнула. — Эта карта символизирует тебя. «Шут» означает, что сейчас ты стоишь на распутье. Перед тобой раскинулись новые возможности, которые могут круто изменить всю твою жизнь. Но ты не рискуешь последовать за ними, потому что боишься, что не справишься. Что-то тревожит тебя, не отпускает, не даёт позволить твоей жизни течь в новом русле. По спине Суок пробежал холодок. Каждое слово, сказанное гадалкой, действительно было о ней. И теперь девушке стало по-настоящему страшно. Чанёль не придавал словам женщины особого значения, только усмехался, считая людей, верящих во всю эту ерунду, недалёкими и старомодными. Но, видя, как волнуется Су, он положил свою ладонь на её хрупкие пальчики, сжавшиеся в кулак, и нежно погладил большим пальцем. Даже такой маленький жест с его стороны вселил в девушку хотя бы немного уверенности. Тем временем, женщина тщательно перетасовывала карты. — Разложи карты на три кучки левой рукой по направлению к себе. А теперь выбери три карты, которые будут символизировать прошлое, настоящее и будущее. И тогда мы приоткроем завесу над тем, что тебя ждёт. Возможно, мои слова помогут тебе перестать терзать себя по каким-то волнующим вопросам, и ты поймёшь, в каком направлении стоит двигаться. Набрав в лёгкие побольше воздуха и нервно выдохнув, девушка последовала её указаниям. Когда женщина перевернула выбранные ею карты, на руках появились мурашки. Всё это казалось девушке жутковатым и не сулящим ничего хорошего. Но судя по спокойному лицу гадалки, всё было не так уж плохо. — Начнём с настоящего? Я вижу, что тебя напугала эта карта. Но карта «Повешенный» не символизирует ничего такого уж ужасного в твоём случае. Она означает самопожертвование. Ты отказалась от своей жизни, стремлений и амбиций ради другого человека. Но, решаясь на такой поступок, нужно помнить, что далеко не каждый способен оценить твоё благородство. Тебе нужно задуматься о том, ценит ли этот человек то, что ты для него сделала и продолжаешь делать. И осознаёт ли он, через что тебе пришлось перешагнуть ради него. — Ох… — с губ девушки слетел судорожный вздох. Теперь она действительно ощущала себя раскрытой книгой, которую так легко читать. Каждое слово гадалки разило в цель. Суок действительно никогда не задумывалась, ценит ли Мён всё, что она для него сделала. Сразу же вспомнились его слова о том, что он встанет на ноги «благодаря стараниям Ёну». Возможно ли, что он принимал все её поступки как данность, не придавая им особого значения?.. — Твоё прошлое — карта «Влюблённые». Она указывает на встречу родственных душ. Когда-то ты уже познакомилась с человеком, предназначенным самой судьбой. Но в твоей юности было слишком много соблазнов, опасностей и предательств. Следовало быть как можно более осторожной, чтобы они не оказали существенное влияние на ход событий. Но, видимо, ты была не столь осторожна, раз сейчас твоя жизнь стала по-настоящему тяжёлой. Но это в любом случае не плохая карта. Большинство людей всю жизнь бродят по свету в поисках своей истинной любви, но не могут её найти. В твоём же случае она совсем рядом, только руку протяни… Суок даже шевельнуться боялась, всё сказанное, было настолько правдивым, что захватывало дух. Она покосилась на совершенно спокойного Чанёля, который только подмигнул девушке и улыбнулся одними уголками губ. Его рука всё ещё покоилась на её ладони, согревая своим теплом. Что, если гадалка говорила именно о Чанёле?.. Ведь стоит только руку протянуть… Поняв ход её мыслей и увидев постепенно краснеющие щёки, Пак еле сдерживал смех. В отличие от девушки, он не считал происходящее достойным доверия, поэтому относился крайне скептически. Но раз уже девчонке так хочется верить в гадание на картах, то пусть гадает дальше. Чем бы дитя не тешилось, рассуждал Ёль. — Этот человек… Моя родственная душа… В будущем мы будем счастливы? Или мне придётся отпустить его? — Что ж, сейчас посмотрим, — женщина перевела взгляд на карту «Туз Мечей» и улыбнулась. — Это очень хорошая карта. Она означает, что в будущем тебя ждёт триумф и какое-то сильное чувство — любовь или ненависть. Но думаю, что это всё же именно любовь. Карта говорит о том, что ты сможешь преодолеть множество препятствий, возникающих на твоём пути, обрести смысл жизни. Тебя ждёт светлое будущее, если ты выберешь правильный путь. Женщина лёгким движением руки сгребла карты со стола и вновь перетасовала колоду, переводя взгляд на парня и предлагая ему выбрать карты. Чанёль ради забавы последовал её указаниям и проделал то же самое, что до этого делала Суок. Увидев три выпавшие карты, парень только усмехнулся. — Какая же это всё-таки чушь… — тихо сказал Пак, еле сдерживая смех. Ситуация казалась ему жутко нелепой, а Суок растерянно смотрела на гадалку, которая почему-то резко замолчала и стала серьёзной. Женщина перевела взгляд на Пака и улыбнулась. — Думаю, что не стоит продолжать гадание, раз уж Вы, молодой человек, всё равно в это не верите, — не дожидаясь реакции с его стороны, гадалка поспешила убрать карты и встать из-за стола. Кажется, её пальцы слегка подрагивали, когда она убирала колоду в специальный футляр. Суок внимательно следила за её действиями и никак не могла понять, в чём причина такой спешки. Неужели женщину так задела реакция Чанёля?.. — Спасибо Вам, — серьёзно сказала Суок, кланяясь и пожимая ладонь женщины обеими руками со всем уважением. Хозяйка домика на несколько секунд прикрыла глаза, а потом внимательно взглянула на напряжённую девушку. — Я вижу цветы. Море цветов в твоём будущем. Не уверена, хорошо это или плохо. Это просто было секундным видением, когда ты коснулась моей руки. Но я не могла не сказать тебе о нём, — женщина повернулась и собралась уйти в свою комнату, уставшая после сеанса гадания. — Уже поздно, лучше ложитесь спать, если не хотите завтра клевать носом. И ещё… Я бы хотела, чтобы вы запомнили одну важную вещь, которую я часто говорю своим клиентам. Никогда не пытайтесь перехитрить судьбу. Она очень не любит, когда кто-то считает, что способен на это. В таких случаях, судьба может оказаться очень жестокой к смельчаку, бросившему ей вызов и попытавшемуся перевернуть предначертанный ход событий. С этими загадочными словами женщина скрылась за дверью своей комнаты. Суок перевела взгляд на Чанёля и шумно выдохнула. Несмотря на то, что женщина отнеслась к ним очень доброжелательно, в её присутствии всё равно чувствовалась какая-то тяжёлая атмосфера. Теперь дышалось в разы легче, хотя какой-то осадок в душе после гадания всё же остался.

***

Комнатка, которую снял Чанёль, была действительно маленькой и в таком же традиционном стиле, как и остальные комнаты в доме. Единственное, что отличало её — кровать, чтобы гостям не пришлось спать на холодном неотапливаемом полу. Увидев растерянность Суок из-за того, что их двое, а кровать одна, Чанёль без лишних слов достал из шкафа одеяло и расстелил его на полу, рядом с кроватью. — Суок, ложись спать, — улыбнулся Ёль, из-за чего на его щеке показалась милая ямочка, от которой у девушки когда-то захватывало дух. — Уже поздно, у тебя сегодня и так был тяжёлый день. А я, пожалуй, лягу на полу. — Чанёль, тут холодно, ты простынешь, если будешь спать там, — попыталась переубедить его девушка, но парень оставался непреклонен. Он — мужчина, и это его святой долг — оберегать любимую женщину, пусть и не принадлежащую ему. — Не волнуйся, меня не так-то просто свалить с ног какой-то банальной простуде. Я закалённый, так что отлично высплюсь здесь. Спокойной ночи, Суок, — с этими словами Ёль залез под одеяло, укутавшись им с головой, только что не стуча зубами. Откровенно говоря, ему было действительно холодно, но показывать это перед девушкой Чанёль не собирался. Уснуть на жёстком холодном полу оказалось действительно непросто. Ёль крутился как волчок, пытаясь хоть как-то согреться и устроиться поудобнее. Суок, так и не сомкнувшая глаз, наблюдала за его безуспешными попытками и не понимала, почему он такой упрямый. Прошло уже полчаса, а они так и не уснули, каждый по своей причине. Су надоело наблюдать, как парень мучает себя вместо того, чтобы спать, и окликнула его. — Чанёль… — он тут же обернулся на её голос. — Хватит крутиться, перебирайся сюда. На полу ведь действительно холодно и неудобно, ты там не уснёшь. — Всё в порядке, просто не получается уснуть. — Не ври. Ты просто пытаешься избежать неловкости из-за того, что мы будем спать на одной кровати. Залезай сюда. Ничего страшного не произойдёт, мы ведь не подростки, у которых бушуют гормоны, а взрослые люди с головой на плечах. Чанёль знал, что если Суок чего-то хочет, она может быть ужасно упрямой. Вот и теперь она стояла на своём, не идя ни на какие компромиссы. Ёль был бы рад перебраться на кровать, всё-таки там действительно комфортнее и теплее, но всё это так неловко… — Если ты сейчас же не ляжешь на кровать, я тоже уйду спать на пол. И только попробуй мне помешать, — это был последний аргумент Суок, на который Чанёлю нечего было ответить. Он вздохнул, взял своё одеяло и примостился на самом краешке кровати, не решаясь взглянуть в глаза своей бывшей девушке, лежавшей напротив и также отводившей взгляд. — Спокойной ночи, Чанёль. Спасибо тебе за сегодняшний день. Я давно так не отдыхала. Много-много лет… — А когда был последний раз?.. — Когда мне было 14 лет. Мы с мамой и папой тогда ещё жили в другом районе, на самой окраине Сеула. Приближался мой День Рождения, и папа захотел поехать за подарком вместе со мной, — девушка погрузилась в воспоминания, она не смотрела на Чанёля, её взгляд расфокусировался, казалось, что сейчас она заново переживает те минуты своей жизни. — Мы весь день ходили по магазинчикам в Хондэ, ели разные вкусные закуски в уличных лавочках, где хозяйки — добродушные тётушки, которые стараются налить тебе суп до краёв и принести побольше всяких гарниров к основному блюду. Папа говорил, что я могу выбрать что угодно себе в подарок, и я попросила у него домашнюю розу в горшочке. Он знал, что я люблю цветы, и всегда поощрял мои мечты о собственном цветочном магазине, говорил, что у меня всё получится, и он будет моим первым покупателем… Тот день был таким светлым, тёплым и полным смеха… Через месяц папы не стало. Он погиб на стройке. А следующей зимой, когда мы с мамой из-за нехватки денег перебрались в другой дом, толком не отапливаемый и холодный, эта роза — единственное, что у меня осталось от отца, не пережила морозы. Суок чувствовала как по щекам одна за другой скатываются слезинки. Обычно она не позволяла себе вспоминать об этом, решив, что она уже взрослая, и нужно отпустить от себя детские воспоминания, не травить ими душу и сердце. Но почему-то захотелось выговориться перед Чанёлем. Он молча выслушал её до конца и положил свою ладонь поверх её маленькой ручки, холодной как лёд. — Суок, ты совсем продрогла, вся дрожишь, — Ёль тут же заволновался. Он хотел было кинуться за еще одним одеялом, но вспомнил, что других в шкафу не осталось. Поэтому оставалось только одно средство, зато оно наверняка поможет. Он перебрался поближе к девушке и крепко обнял её, поглаживая ладонью по волосам, позволяя выплакаться, уткнувшись в его джемпер. Девушка подняла на него полные слёз глаза, в которых читался немой вопрос. Парень тихо ответил. — Ты не должна чувствовать себя неловко из-за того, что я тебя обнял. Я просто не хочу, чтобы ты простудилась и заболела. Ты сама как домашний цветок, о котором нужно заботиться и оберегать, иначе он зачахнет от нехватки любви… Знаешь, в последнее время я всё чаще думаю о том, что произошло шесть лет назад, и ужасно себя ругаю. Мне нельзя было сдаваться, я должен был до последнего пытаться вернуть тебя. А не улетать в Японию на пять долгих лет… Я повёл себя, как принципиальный идиот, и отпустил тебя. В итоге, я мучаю себя, продолжая тебя любить. Мучаю Сольхи, которая любит меня, но я не могу ответить ей взаимностью. Мучаю тебя, потому что хоть и хочу этого больше всего на свете, не могу к тебе вернуться, связанный обязательствами и чувством долга. Я хотел сделать хоть что-нибудь, чтобы ты снова начала улыбаться… И эти дни, проведённые в Пусане, наверняка станут самыми счастливыми в моей жизни. Думаю, я буду помнить о них вечно… Чанёль почувствовал, как Суок крепче обхватила его за талию. Дыхание стало глубоким и ровным. Она явно уснула, убаюканная его монотонным голосом. Ёль улыбнулся и укрыл её одеялом получше, стараясь не разбудить, а потом и сам провалился в мир грёз.

***

На следующее утро, проспав допоздна, сразу после лёгкого завтрака, плавно перетекающего в обед, Чанёль и Суок засобирались к морю. Девушка перебирала содержимое бесчисленного количества пакетов, которые Чанёль перетаскал из машины в дом, и выбрала чёрные обтягивающие брюки с прорезями на коленках и белоснежную свободную рубашку с каким-то замысловатым узором на одном из рукавов. Она не любила одеваться вычурно, как выражалась Момо, её стиль — «просто и со вкусом». Быстро расчесав волосы, Суок вспомнила, что никакой косметики у неё с собой нет, а значит придётся показывать Ёлю только свою естественную красоту. Парень уже ждал её снаружи, облокотившись на бампер своей дорогущей иномарки, и поглядывая на часы, приговаривая, что девчонок вечно не дождёшься. Закинув сумку на плечо, Суок выскочила из дома и подбежала к нему. Её лицо светилось улыбкой не хуже выглянувшего на небе солнца, озаряющего всё вокруг тёплыми весенними лучиками. В ответ на её улыбку ему тоже захотелось улыбнуться. — Хозяйка дала нам с собой кимбап и термос с зелёным чаем, — засмеялась Су, протягивая еду Чанёлю. — Положи в багажник, нам наверняка они пригодятся. Всё-таки она очень хорошая женщина, хоть и производит пугающее первое впечатление. — Меня она усиленно избегает, — пожал плечами Ёль. — После вчерашнего гадания она смотрит на меня, как на прокажённого. Неужели я так обидел её своим скептическим отношением ко всем этим карточным забавам? — Мне тоже так показалось, — кивнула девушка. — Ты должен был быть терпимее. В конце концов, она говорила разумные вещи. Я поверила каждому её слову. — И это неудивительно, моя наивная Суок, — Чанёль потрепал девушку по волосам, но быстро отдёрнул руку. — То есть, не моя… В общем, неважно, не обращай внимание на мои слова. Я не всегда думаю прежде, чем что-то сказать. Лучше поехали к морю, оно уже нас заждалось.

***

♫♪ Red Velvet — One Of These Nights ♫♪

На пляже дул холодный морской ветер, пробирающий до костей всех желающих полюбоваться водной гладью. Суок уже пожалела, что оделась так легко, поэтому Ёль накинул на неё сверху свой яркий бомбер, который хоть и был ей велик, зато хорошо согревал. Какое-то время они молча прогуливались вдоль кромки воды, не решаясь нарушить словами такой прекрасный момент. — Так красиво… — прошептала Суок, смотря вдаль, на беснующиеся волны. — Никогда не была на море, но всегда мечтала об этом. Жаль, что сейчас не лето, не получится поплавать. — Ты бы хотела зайти в воду? — рассмеялся Ёль, в его глазах уже запрыгали озорные огоньки. Кажется, он что-то задумал. — Что ж, мы вполне можем это устроить. Парень быстро подхватил девушку на руки, покрепче прижав к себе и убедившись, что не уронит её, а потом зашёл в воду. Суок завизжала, решив, что вот-вот упадёт, но крепкие объятия Чанёля быстро вернули ей уверенность в том, что за ним она может чувствовать себя, как за каменной стеной. Она крутила головой по сторонам, любуясь на бушующую водную гладь в такой ветреный день, и вдыхала свежий морской воздух. От счастья начинала кружиться голова. Они смеялись и шутили, наслаждаясь своим уикендом. Но этот день был таким скоротечным… Поэтому вскоре девушка приникла лбом к груди Ёля и судорожно перевела дыхание. Она чувствовала, как в горле застрял ком, а глаза начало предательски пощипывать. — Эй, ты чего, Суок? — растерянно спросил Пак. — Что-то не так? Хочешь вернуться на берег? У тебя глаза покраснели… — Просто ветром надуло, — натянуто улыбнулась Су, заверив парня, что всё в порядке. — Наверное, лучше вернуться. Вода всё равно холодная, можешь застудиться. Чанёль выполнил её пожелание. Они вновь стояли на берегу и смотрели вдаль, не говоря ни слова. Парень не понимал, в чём причина такой внезапной перемены настроения. Он перебирал в голове все свои действия и слова, но вроде бы ничем не мог обидеть Суок. Поэтому оставалось только ждать, когда она сама хоть что-нибудь ему объяснит. — Чанёль, почему ты так ухватился за идею сделать мою скучную серую жизнь хоть чуточку ярче? — не выдержав, поинтересовалась Суок, заглядывая парню прямо в глаза. — Почему это так важно для тебя? Пак замялся. Он не был уверен, будет ли правильно сказать всю правду… — Если честно, то я почувствовал себя ужасно, когда увидел, как ты живёшь. Всё, от чего тебе пришлось отказаться… Условия, в которых приходится жить… Парень, который относится к тебе, как надзиратель к заключённому… В этом во всём есть немалая доля моей вины. Я должен был… Просто обязан был забрать тебя с собой. Или не улетать в Японию вовсе. Тогда ты была бы счастлива, и всё было бы иначе. Но теперь чертовски поздно… — Из-за Сольхи? — задержав дыхание, переспросила Суок. Всё внутри неё переворачивалось от ноющей боли, которую она так давно не чувствовала. Не чувствовала пять долгих лет, уверяя себя, что забыла Пак Чанёля. — Да, из-за Сольхи… — эхом повторил Ёль. — Она очень многое сделала для меня, несмотря на то, что я вёл себя как последний подонок, она всегда оставалась рядом. Я просто не могу бросить её, чтобы вновь быть с тобой, даже если очень этого хочу. С возрастом я стал серьёзнее относиться ко многим вещам, и такие слова, как «ответственность», «мужская честь» — больше не пустой звук для меня. Я откровенно сказал Сольхи, что больше её не люблю, но всё равно останусь с ней, если она этого захочет. И оказалось, что взаимность не так уж важна для человека, который любит всем сердцем. Ей больно от того, что я не могу полюбить её в ответ, но она всё равно хочет, чтобы я был с ней. Вчера утром она разбудила меня, такая радостная и счастливая. Тест на беременность показал две полоски. Она ужасно волновалась все эти годы, что не сможет снова забеременеть после аборта от Ифаня, что чуть ли не до потолка прыгала от охватившей её эйфории. Я понял, что это финиш. Больше нет смысла предаваться несбыточным мечтам. Сольхи — моя женщина, которую я буду оберегать, о которой буду заботиться. Она станет матерью моего ребёнка, которого я очень хочу, если быть откровенным до конца. Всегда мечтал быть молодым отцом… Наверное, это судьба, Суок. Девушка сжала руки в кулаки и изо всех сил сжала зубы, умоляя выступившие на глазах слёзы вернуться обратно и не выдавать её перед Чанёлем, который без пяти минут семейный человек. Но предательские слезинки всё равно покатились по щекам. Суок поспешно отвернулась, чтобы Ёль ничего не заметил, но он успел увидеть их секундой раньше. — Суок, ты плачешь?! В чём дело?.. — Чанёль развернул девушку к себе за плечи. Су попыталась натянуть улыбку на лицо, но получалось только какое-то жалкое подобие. — Я рада за тебя, правда, очень рада, — девушка всхлипнула и ненадолго замолчала, переводя дух. — Знаешь, все эти шесть лет я убеждала себя, что ничего к тебе не чувствую, что наши отношения и первая любовь должны навсегда остаться в прошлом. И мне ведь почти удалось поверить в это… Но когда ты снова появился в моей жизни, всё пошло наперекосяк. И Чунмён почувствовал это, поэтому так себя и ведёт. Я думала, что в эти выходные смогу отпустить тебя, сделав этот уикенд красивым окончанием нашей любви. Но, знаешь что?! Я не хочу тебя отпускать!.. Не могу!.. Да, Пак Чанёль, как бы я не пыталась обмануть всех вокруг и саму себя, я никогда не переставала тебя любить! Ни на секунду! Эти выходные, которые должны были стать самыми счастливыми в моей жизни, теперь причиняют нестерпимую боль, потому что я понимаю, что они закончатся, и закончится эта сказка! Моим ты уже никогда не станешь! Я сама виновата в том, что потеряла тебя! Девушка порывисто прижалась к его груди и разрыдалась. Её било крупной дрожью то ли от слёз, то ли от холодного морского ветра. Чанёль неловко гладил её по спине и мягким длинными волосам, шептал какие-то неловкие утешения, хотя у самого на душе скребли кошки. — Я тоже люблю тебя, Суок, больше жизни, как и раньше… Ради тебя я готов прыгнуть и в огонь, и в воду. Если бы понадобилось, я бы без раздумий отдал свою жизнь за тебя. Но… Почему всё разбивается об это чёртово «но»?.. Но мы не можем быть вместе. Мы выросли, связали себя по рукам и ногам чёртовыми обязательствами, поэтому теперь остаётся только нести на себе этот крест, раз уж мы добровольно взвалили его на себя. Я готов сделать всё, что хочешь, чтобы ты была счастлива. Любые подарки… Цветочный магазин, о котором ты мечтала… — Мне ничего не нужно, потому что тебя всё равно не будет рядом со мной! Подарки будут только напоминать мне о тебе, не дадут забыть обо всём, что было, и закончилось из-за моего упрямства! И, чёрт побери, я всё ещё чувствую себя ответственной за то, чтобы Чунмён встал на ноги. Даже если я не буду с ним, я всё равно должна дождаться того дня, когда он пойдёт, и только после этого навсегда исчезнуть из его жизни. Ты прав, мы сами связали себя по рукам и ногам, слишком поздно что-то менять. Наверное, это действительно судьба. Помнишь, что вчера сказала гадалка? Нельзя пытаться обмануть судьбу, иначе всё может закончиться очень плохо… Только вот… Что делать, если я не могу быть с человеком, предназначенным мне судьбой? Если этот человек уже без пяти минут женат? Почему судьба сама не позаботилась об этом? Или это расплата за то, что однажды я уже приняла неверное решение? Чанёль положил тёплые ладони на лицо девушки и стёр большими пальцами крупные слезинки, скатывающиеся одна за другой. Он смотрел ей прямо в глаза, а на губах появился мягкая печальная улыбка. — Давай встретимся в следующей жизни, где обязательно узнаем друг друга, полюбим и проживём вместе до самой смерти. Если нас связала красная нить, я верю, что она не оборвётся, даже когда мы переродимся. Раз в этой жизни мы не можем быть вместе, неся свой крест, то давай станем самыми счастливыми людьми в следующей. Ты слышишь меня, Суок? В следующей жизни я обязательно узнаю тебя и больше не отпущу… Пак переводил взгляд с наполненных горькими слезами глаз на приоткрытые губы девушки, не решаясь сделать то, о чём мечтал долгих пять лет. Но если он не сделает это, то будет жалеть всю оставшуюся жизнь… Чанёль нагнулся и порывисто приник к мягким губам девушки, чувствуя на них солоноватый вкус слёз и то, как они слегка подрагивают. Девушка обвила руками шею парня и прижалась к нему всем телом, горячо отвечая на его полный любви поцелуй. Чанёль ощущал чувственные изгибы её тела, так доверчиво прижавшегося к нему, он хотел бы убежать с Суок на край света, никогда не выпускать её из своих объятий, но понимал, что это невозможно. Чанёль и Суок собственными руками ломали себя, запрятывая свою любовь в самый дальний уголок своих истерзанных сердец, запечатывая её на замок, чтобы она больше никогда не посмела вырваться. Но возможно ли избавиться от чувств, которые вспыхнули с новой силой?.. Они искренне верили, что это возможно. Первый и последний поцелуй за прошедшие пять лет должен был навсегда поставить точку в их отношениях.